Все права на текст принадлежат автору: Stulchiknet.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Эротические рассказы Stulchik.net - Категория "Классика" Stulchiknet

Table of Contents

Элеонора

Лия, Алеша и Наташа

Скотланд-Ярд и секс

Баня

Возмездие

Японская комната

Тайные записки 1836-1837 годов. Отрывки.

Дом Борджиа (главы 1-15)

Дом Борджиа (главы 16-23)

Мария Антуанетта

Крысы. Логово. (отрывок)

Дневник Мата Хари

Дневник Мата Хари (Глава 2)

Дневник Мата Хари (Глава 3)

Дневник Мата Хари (Глава 4)

Дневник Мата Хари (Глава 5)

Дневник Мата Хари (Глава 6)

Дневник Мата Хари (Глава 7)

Дневник Мата Хари (Глава 8)

Дневник Мата Хари (Глава 9)

Дневник Мата Хари (Глава 10)

Дневник Мата Хари (Глава 11)

Дневник Мата Хари (Глава 12)

Десять писем

Васька красный

Элеонора

Категория: Классика

Автор: * Без автора

Название: Элеонора

_______________ Если вам дороги те минуты, если вы любите меня, то исполните мою просьбу, последнюю просьбу, иначе жизнь моя - ничто и я погибла.

Элеонора дописала эти строки, пылающие страстью и склонила голову на прекрасные розовые руки. Лора вполголоса позвала она свою послушницу в этот миг дверь отворилась и вошла пятнадцатилетняя монахиня с рано оформившимися формами тела. Об этом свидетельствовали чувствительный и сладостный рот, холмики больших, слегка отваливающихся грудей, округлые бедра, полноту которых не в силах было скрыть длинное платье монахини.

Лора! - произнесла Маркиза, - отнеси это письмо, ты знаешь кому и немедленно возвращайся обратно. Неслышно ступая своими маленькими ножками, послушница удалилась, скромно потупив голову. Соблазнительное покачивание ее бедер не ускользнуло от внимания Маркизы. Полные ягодицы девушки двигались в такт ее шагам. Глаза Маркизы, проводив послушницу, загорелись плотоядным огнем. Она приподняла подол своего платья и вложила два пальца в промежность. Почувствовав первое вздрагивание пылающих губок влагалища, Маркиза обернулась к распятию, висевшему над кроватью и упал перед ним на колени. Так она и предстала перед богом, одну руку подняв к нему, второй сжимая пылающие половые органы. Боже мой, воскликнула онадай мне силы, отврати от меня искушение! Но распятие молчало, обнаженное и покорное всему. Маркиза со страхом заметила, что глаза ее упорно вглядываются в то место на распятии, где член слегка приподнимал материю, даже в боге она видела мужчину. Маркиза встала, медленно подошла к кровати и стала сбрасывать с себя одежду. Она поняла, что молитва не спасет ее от вечного ада впереди. Так пусть же это случится скорее. Перед кроватью стояло уже обнаженное тело женщины.

Все оно выражало собой желание, вздрагивая то ли от уличной прохлады, то ли от страсти, которая бушует в груди молодой монахини. Полные груди с темными сосками тяжело поднимались, оголенный зад, слгка отстраненный в предвкушении, извивался сжимая и расжимая ягодицы, губы Маркизы вздрагивали, обнажая ряд белоснежных зубов. Глаза Маркизы были плотно закрыты. Одной рукой она быстро водила по соскам груди, а второй, чуть раздвинув ляжки, вложила во влагалище себе два пальца. Влагалище стало влажным и Элеонора легла накинув на горящее тело простыню. Рука монахини скользнула под подушку и пальцы судорожно сжали свечку в два пальца толщиной, шесть дюймов длиной. Приподняв вверх живот и сильно заведя ноги, Маркиза ввела свечку себе во влагалище. Чувствуя конец матки при каждом движении свечи, Элеонора напрягала живот, сжимая потемневшую свечку стенками влагалища. Перед глазами вставали сладострастные картины. Она не заметила, что в момент когда она испытывала верх блаженства, ее зубы до крови прокусила нижнюю губку. Элеонора, чувствуя благодатную напряженность, с силой вдавила свечу в глубину влагалища. Ее ноги задергались и она в изнеможении откинулась на подушку.

Маркиза лежала отдыхая, когда вернулась послушница. Я выполнила ваш приказ, сказала Лора. - Я давно хотела поговорить с тобой кое о чем, - Прошептала Маркиза пригласила послушницу сесть рядом. - Лора, милая, знаешь ли ты как я мучаюсь? Я готова убить себя, - трепеща всем телом прошептала Маркиза. - чем я могу помочь вам моя наставница? Я сделаю для вас все, что в моих силах, - с радостью ответила Лора. Все это время руки Маркизы жадно скользили по телу девушки. - Обнажи свое тело, Лора, мы вместе будем служить господу богу и поверь мне, дела наши ему важнее, чем молитвы, - целуя девушку говорила Маркиза. Лора, еще не понимая, чего хочет Маркиза, подчинилась ей. Когда с нее упала последняя рубашка, перед Маркизой предстало прекрасное тело девушки, достойное кисти Рафаэля.

Особенно возбуждали Маркизу груди девушки, торчащие вперед, но уже достаточно полные, с нежнокоричневыми пятнами сосков. - Ляг со мной, обнимая девушку горячими руками, произнесла Элеонора, вся дрожа и пылая огнем преисподней, прижимая к себе упругое тело, покрывая его поцелуями. Сожми крепче мои груди и дай мне свои, - попросила Маркиза. Она стала мять пальцами соски молодой девушки. От такой ласки они стали твердыми и выпуклыми. Тоже самое делала Лора. Но вот Элеонора повернулась к ногам девушки и начала целовать ее тело сверху вниз: плечи, грудь, живот. Наконец ее губы остановились на бугорке венеры, едва прикрытом светлым пушком. Осторожно раздвинув ноги лоры Маркиза ртом прижалась к губам наслаждений. Нежно-розовый язык Элеоноры проник во влагалище, приятно раздражая половые органы молодой послушницы. Глаза Лоры то закрывались, то открывались. На щеках появил румянец. Нервное подергивание конечностей говорило о буре чувств проснувшихся в молодом теле. Девушка стала прижимать голову Маркизы с своему пушку, движениями ног и живота старалась как можно глубже погрузить язык Элеоноры в свое влагалище. Монахиня, вся трепеща, взяла голову лоры и приблизила к ее лицу свой вздрагивающий живот, который она опустила невероятно раздвинув ноги. Девушка поняла. Она нервно прижалась к плотной растительности Маркизы, прикрывающей роскошные части тела и стала делать торопливые движения языком, стараясь привести Маркизу в такое же состояние в котором находилась сама. Руки монахини легли на ягодицы Лоры и стали щекотать задний проход. Через некоторое время мерные толчки удовлетворенных женских тел возвестили кульминационную точку наслаждения. Еще одно содрогание и тела обеих женщин замерли в диком восторге. Женщины лежали неподвижно, но вот Элеонора поцеловала в губы девушку и сказала: Лора, встала на четвереньки. Та исполнила просьбу Маркизы. Опустившись на колени перед задом девушки, Маркиза одной рукой пригнула ее голову, другой приподняла ее зад так, что стало видно влагалище. После этого Маркиза принялась водить сосками своих грудей по влагалищу, пока оно не стало судорожно сжиматься и расжиматься. Элеонора молча перевернула Лору на спину и легла на нее, введя ей во влагалище указательный и средний пальцы, сложенные винтообразно. Большой палец она ввела себе во влагалище. Прижимаясь к девушке всем телом, Маркиза стала делать движения мужчины при удовлетворении желания. Лоре было немного больно, но что это за боль по сравнению с наслаждением, которое она впервые получила. Она целовала Маркизу как мужчину и снова содрогания их тел слились воедино, отражая напряжение страсти.

После этого тела их ослабли и обе женщины опустились в обьятия подушек. Через некоторое время Лора удалилась. Элеонора встала с постели, чуть вздрогнув от ночной прохлады. В небрежно наброшенном капюшоне она направилась в дальний угол сада, окружающего корпус монастыря. Огромный датский дог поднялся и, тихо урча, направился к женщине.

Нерон, Тубо, Тубо, шептала монахиня, вставая на колен подняла капюшон, обнажая зад до пояса. Раздвинув влагалище, Маркиза дала почувствовать его запах. Вытянув шею Нерон приблизил пасть к половым органам Маркизы, потянув в себя воздух и поняв, чего от него хотят, он вскочил на Элеонору, обхватив ее широкий зад своими передними лапами. Его острый член заскользил между ее ляжками. Маркиза двумя пальцами левой руки направила член кобеля в полуоткрытые губки влагалища. прошло немного времени... Мрачные своды монастыря освещены лампой, горящей у ног статуи мадонны. В полосе света стоит обнаженный Поль. Перед ним на коленях стоит Маркиза, устремив свой взгляд на большой член возбужденного юноши. Элеонора видела, что его член от сильного возбуждения поднят почти к животу крупная головка покраснела от прилива крови. Длинные волосы, начинающиеся у основания члена покрывали живчик графа. Руки Маркизы гладили эти волосы и, вздрагивая, нежно касались двух полушарий ниже члена. Она чувствовала, как под ее член, как нервными толчками пульсирует в нем кровь. Тяжело дыша Маркиза шептала: завтра в 10 утра будет совершен мой постриг. Для меня все кончено. Маркиза встала и стала отходить к кровати. Она не легла, а упала на кровать, закинув руки. Элеонора легла поверх кровати так, что ее половые органы возвышались и как бы сами просились для наслаждения. Поль лег на Маркизу и припал губами к ее соскам, втягивая их в рот и слегка покусывая губами. Его горячий член уперся в живот Элеоноры. Пальцы его, которыми он пытался помочь члену, касались влагалища Маркизы. Все его тело обволокла приятная теплота и дрожь. Маркиза нагнулась и член поля оказался у ее лица. Она приоткрыл рот, обхватив головку члена губами, она всасывала член в себя, чувствуя как он медленно входит в ее рот, касаясь языка и приятно щекотя небо. Граф вытащил член из губ Маркизы и немея от дикой радости снова направил его в промежность. Элеонора судорожно обхватила ягодицы Поля и со сладостным стоном изогнув себя, подняла ляжки так, что согнутые ноги касались спины графа. Она буквально впилась в него поцелуем. Член поля с большим трудом проникал все глубже во влагалище Элеоноры. Она помога ему, вытянув живот, разведя ноги и растягивая пальцами губки влагалища но, тем не менее, губки слегка завернулись вглубь, причинив Элеоноре сладкую, ни с чем не сравнимую боль. Она вся завертелась, извиваясь в бешеном ритме, когда почувствовала в себе горячий член юноши. Просунула руку между собой и графом, она стала бешено вращать его членом во влагалище. Поль пришел в неистовство. Он повернул Элеонору на живот и поставил на четвереньки. Теперь его член еще дальше вошел во влагалище Маркизы. Она замерла не дыша, не в силах думать и говорить. Только сдаленный стон сорвался с ее губ, когда судорога неповторимого наслаждения заставила замереть их обнаженные тела. Она полежала несколько минут, а потом достала из влагалища член, вытерла его простыней и снова принялась раздражать его. Элеонора водила им по соскам грудей и брала в рот когда член приобрел достаточную прочность и упругость Элеонора села на ноги поля и ввела себе во влагалище предмет искушения. Все быстрее и быстрее приседая (они как бы поменялись местами) Маркиза несколько раз испытала чувство оргазма. Но ей и этого было мало и она стала делать круговые движения не вынимая член из влагалища. Граф, которого все это привело в состояние экстаза, опрокинул монахиню на постель и с размаху ввел во влагалище свой член.

Чтобы вход во влагалище стал уже поль ввел в зад Элеоноре указательный палец, улавливая малейшее движение сквозь тонкую перегородку, отделяющую задний проход от влагалища. Потом Поль поменял палец и член местами. Снова тело молодой монахини задергалось в мучительно-сладостных конвульсиях, хотя зад испытывал резкую боль, растянутый большим членом графа. Когда она почувствовала в последний раз в своих внутренностях, как задергался упругий предмет вожделения, как толчками вливается в ее матку животворительная жидкость, Маркиза воскликнула: - Поль, милый Поль, я счастлива! Поль, утомленный тем бешеным ритмом, в котором менялись способы нас лаждений, откинулся на подушки в полном изнеможении, чувствуя внутри себя ликующую пустоту. Элеонора, любовь моя, -пролепетал юноша, - согласна ли ты, скажи мне и я умчу в свой фамильный замок из этой душной кельи, умчу навсегда и никто не посмеет разлучить нас с тобой до самой смерти мы будем принадлежать только друг другу! - Знай милый, только тебе я отдалась из чистой любви, только с тобой я стала счастлива. Но я не хочу принести тебя в жертву своей титанической страсти. Я прошу тебя, оставь себе самые лучшие воспоминания. Пусть я исчезну для тебя навсегда. Поль встал и подошел к столу, на котором стояла бутылка вина. Глоток этого напитка влил в него новые силы, освежил голову, он снова обернулся к постели, горя желанием продолжить эти страсти, но Маркизы в постели не было...

Келья была пуста. Он бросился из кельи и у самого порога наткнулся на вошедшую Лору, которая смотрела на мужчину испуганными глазами. Все, что она видела своими глазами несколько часов назад во время сношений с Элеонорой встало у нее перед глазами в образе юного красавца Поля. Кровь прилила к голове девушки, все поплыло перед глазами и она без чувств упала к ногам графа. Платье ее задралось, обнажив прелести юной монахини. Поль, возбужденный их видом упал перед ней на колени и впился поцелуем в белоснежные ляжки девушки это прикосновение привело Лору в себя и она сама раздвинула ляжки. Она почувствовала, как руки графа нашли ее груди и язык проник во влагалища как член его заскользил по ногам. Лора забыла все: бога, стыд, людей, обет. Она хотела только одного, чтобы член поскорее вошел во влагалище. Дрожащей рукой она взяла предмет своих желаний и потянула его к себе, упершись пятками в ковер. Лора изогнулась, подставляя под член графа свои органы, но, по неопытности, слишком сильно подняла живот и член поля несколько раз скользнул между ее ног, проходя чуть ниже половых губок. Лора измучилась, стараясь освободиться от неудачно попавшегося члена и наконец, ей это удалось. Лора забыла стыд, рукой обхватила член графа и прижала его к отверстию, прикрытому пленкой невинности. Поль закричал от боли. Узкое влагалище сдавило его член. Он разорвал на Лоре платье от ворота до подола, обнажив все тело. От этой приятной и резкой боли Лора снова потеряла сознание. Поль взглянул на промежность лоры и увидел, что половые губки, задний проход, волосы, ляжки окрасились кровью он понял, что лишил ее невинности...

А где же Элеонора? - молодая монахиня, не зная, что Поль изменил с молодой послушницей, бежала длинными коридорами монастыря к старому подвалу. Трясущейся рукой она открыла засов и опустилась по замшелым ступеням в темноту. Раздался рев. Монахиня зажгла свечу, увидела подняшегося на задние лапы ручного медведя и стала гладить его шерсть, постепенно приближаясь к его мохнатому члену. Эти поглаживания заставили медведя опуститься на четвереньки. Его член возбужденно поднялся, поражая своими размерами видавшую виды распутницу.

Она легла на спину и пролез между лапами медведя, выпятив живот Элеонора прижалась к медведю, пытаясь открытым влагалищем поймать его член. Руками она помочь не могла так как опиралась на них, выгибая свое тело. Вот огромный член зверя коснулся губок влагалища и стал медленно входить в него. Наконец то Маркиза нашла член, достойный ее ненасытной жажды наслаждения. Зверь два раза уже вливал ей во влагалище большие дозы спермы, но Элеонора нарочно растягивала удовольствие, не давая себе кончить и снова ввела в себя член медведя. Она так плотно прижалась к животу зверя, что слышала удары его сердца. Маркиза терлась о его грубую шерсть своими нежными грудями стараясь сильнее возбудиться и возбудить медведя. Зверь, в котором половое удовлетворение вызвало дикие инстинкты, сомкнул свою пасть на горле Элеоноры, наконец то удовлетворенной женщины. Когда утром пришли кормить медведя и попытались взять тело Элеоноры, медведь свирепо зарычал и никого не подпустил к ней. Пришлось убить ее последнего любовника.

Лия, Алеша и Наташа

Категория: Классика

Автор: * Без автора

Название: Лия, Алеша и Наташа

Часть 1 АЛЕША.

На восьмой день похода я понял, что дальше идти не могу. Несмотря на все заботы ребят, грипп делал свое черное дело. Тягач-вездеход, механиком-водителем, которого я был, заодно выполняя и все другие обязанности по механической части, ос- тался законсервированным до весны на базе.

Нести на руках меня было некому, все и так были перегру- жены. Кто-то вспомнил, что в стороне от нашего пути, километ- рах в 15, должна быть стационарная метеостанция.

Я решительно отказался от провожатых, встал на лыжи, наб- росил на плечи рюкзак и двинулся в путь под сомнительными взглядами друзей.

Беда подстерегает всегда неожиданно: снег подо мной вне- запно осел и я оказался по пояс в воде. Под снегом была по- лынья, и меня угораздило ввалиться в нее. Потеряв лыжи я с трудом вылез на снег.

Как проделал остаток пути - не помню. Помню только, что у двери метеостанции я попытался встать, но ноги не держали меня и я рухнул на крыльцо. Очнулся я быстро. Проворные девичьи ру- ки уже раздели меня и растирали спиртом. Через 10 минут я ле- жал под двумя одеялами и пил крепкий чай пополам со спиртом.

Проснулся я на следующий день поздно. За окном было свет- ло. - Девушки - позвал я.

Из комнаты вышла молодая блондинка, одетая в светло-серый костюм джерси, который выгодно подчеркивал ее великолепно развитые формы.

- Скажите, пожалуйста, где я могу видеть начальника стан- ции и не знаете ли вы передана радиограмма в партию, что я благополучно добрался?

Блондинка улыбнулась и ответила, что радиограмма переда- на, а начальника станции Наталью Васильевну Кузнецову я вижу перед собой. - А это, она указала на стоящую в дверях вторую девушку мой заместитель - Лия Владимировна Волина. А про вас мы уже знаем. Вы инженер-механик геологической экспедиции Сне- жин Алексей - она на мгновение запнулась.

- Иванович - подсказал я.

Так состоялось мое знакомство с двумя ... не знаю только слова. Вообще с людьми, чья судьба стала моей судьбой.

Часть 2

НАТАША.

Мы с Лией подруги с самого детства. Жили в одном доме, учились в одном институте и до 4 курса были неразлучными. Вместе на танцах, вместе на лекциях, вместе готовились к экза- менам. В конце 4 курса я вышла замуж за аспиранта Володю, ко- торый вел у нас практические занятия. После этого мы с Лией стали встречаться реже. Я занималась устройством жизни, нас- лаждалась новыми для меня ощущениями и чувствами физической близости с мужчиной. Я любила Володю. Мы были молодыми, здоро- выми, и, после непродолжительного естественного периода про- буждения чувств (до замужества я была девушкой) самозабвенно отдавалась проснувшейся во мне страсти к любовным утехам. Володя был опытнее меня. Хотя он мне этого никогда не говорил, я догадывалась, что до меня у него были женщины. Но прошлое его меня не тревожило. Я наслаждалась настоящим. До замужества я была в совершенном неведении относительно интимной стороны семейной жизни, т.е. теоретически я знала, что происходит меж- ду мужем и женой в постели, да и подружки иногда ради хвастов- ства рассказывали отдельные эпизоды из своих похождений, но я им не особенно верила, думала нарочно сочиняют, чтобы приукра- сить фактическую прозу половых отношений. Я немного занималась спортом, была здоровой, всегда в гуще подруг и товарищей и требования пола ощущала слабо. Только в последние полгода пе- ред замужеством, когда наши отношения с Володей от поцелуев перешли к более интимным, по ночам я чувствовала томление и мысленно пыталась представить себе, как все это будет. Одно время меня мучил вопрос, как при нем я буду называть свою... и его..., и какими словами он скажет мне о своем желании... ме- ня. В действительности все оказалось значительно проще и пер- вое время слов для обозначения этого нам не требовалось. Чув- ство острого любопытства после первого раза сменилось чувством легкого разочарования. Мне было немного больно, стыдно и все произошло так быстро, что я не успела до конца ощутить все это. Когда Володя ощутил на пальцах мою кровь, он целовал ме- ня, говорил мне всякие глупые слова, но от попыток воспользо- ваться своим супружеским правом в ту ночь еще раз благоразумно отказался.

В течение трех-четырых недель я не испытывала особого удовольствия, считая, что просто так надо. Я устраивала свое гнездо, делала разные покупки, гордилась своим положением за- мужней женщины среди подруг-сокурсниц и вообще была довольна семейной жизнью. Но постепенно я стала получать удовольствие от посещения другом моего домика. Друг дома, так мы это стали называть, хотя для остроты ощущений, иногда называли ве- щи своими именами, но это пришло позднее и почти всем словам научил меня Володя. Ему очень нравилось, когда я просила пря- мо, чего я хочу. Сначала я просто лежала под Володей, но пос- тепенно с его помощью освоила и другие позы. Мне особенно нра- вилось лежать спиной на высоком валике дивана, Володя стоит на полу передо мной и держа меня за ноги, придает им различные положения. В некоторые моменты мне было немножко больно от глубокого погружения в меня головки его ...., но это была сла- достная боль, я ее терпела и даже иногда нарочно делала так, чтобы ее почувствовать.

Правда, некоторые желания Володи я в то время не понима- ла, уклонялась от них. Так, я стыдилась заниматься этим при свете и вообще при свете показываться перед Володей голой. Не понимала я и возникавшего у него желания поцеловать мою ... Я всегда прикрывала ее, подставляя под поцелуй руки. Теперь-то, став несколько опытнее в этих делах, я понимаю почему Володя при этом оставался недовольным. Он рассчитывал, очевидно, на ответную ласку, а я этого не понимала, а просить об этом он не решался. Я была воспитана в этом отношении в очень строгих правилах и даже не могла помыслить в то время, что между муж- чиой и женщиной могут быть какие-то другие способы удовлетво- рения страсти, кроме обычного введения друга в домик. Вообще была наивной дурой, в чем меня жизнь очень быстро и просветила. Не понимала я и Володиного желания самосфотографи- роваться во время наших посещений. Он приносил несколько раз фотографии на подобные сюжеты, но я не верила, что изображен- ное на фотографиях может доставлять удовольствие и наслаждение мужчине или женщине. Считала, что это нарочно позируют для возбуждения чувств у тех, кто это будет рассматривать. Володя даже увлекся коллекционированием подобных карточек, фотогра- фий. Он иногда рассматривал их, после чего бывал очень возбуж- ден и старался побыстрее загнать меня в постель. Меня же боль- ше в то время устраивало чувствовать в своей .....своего мужа, чем рассматривать как это делают другие. Очевидно, Володя пол- ностью удовлетворял меня в то время, как женщину. Я была сы- та и, когда у меня возникало желание ощутить в себе движение его..., он всегда шел навстречу и даже с избытком. Детей до окончания мной института мы не хотели иметь и поэтому предох- ранялись иногда резинкой, а иногда, когда Володе да и мне она надоедала, мы просто прерывали все в самую последнюю секунду, так что семя оставалось на простынях или на моих бедрах и жи- воте. Володя вытирал его своими или моими трусиками и они до- вольно часто были в пятнах. Когда Володя преждевременно преры- вался, мне всегда было его жалко, т.к. он не испытывал наслаж- дения до конца. А в то время я не знала как ему помочь. А ведь это было совсем просто только узнала я это позднее.

После сдачи государственных экзаменов я должна была уехать на преддипломную практику. Тепло распрощавшись с Воло- дей, он в это время как раз собирался куда-то уходить, я пошла на вокзал, где нас должен был встречать староста группы с би- летами. К великой радости, билеты он достал только на следу- ющий день, и мы всей группой отправились по домам. Зная, что Володи нет дома, я открыла дверь своим ключом и вошла в кори- дорчик. У нас с Володей была изолированная однокомнатная квар- тира. Я поставила чемодан и начала снимать пальто, и вдруг ус- лышала голос Володи. Желая обрадовать его, что судьба подарила нам возможность провести еще один день вместе, я быстро вошла в комнату и ...

Поперек дивана, совершенно голая, лежала на спине секре- тарша нашего ректора Райка. Ноги ее были подняты, согнуты в коленях и широко разведены. Володя полураздетый стоял перед ней на коленях и, положив руки на внутренние стороны ее бедер, жадно целовал Райкину ... Глаза Райки были закрыты, на щеках горел румянец, руками она страстно прижимала Володькину куче- рявую голову к своему домику , в такт поцелуям Райка быстро шептала: Еще,еще, а потом я тебя ...

Пальто соскользнуло у меня с плеч и с мягким стуком упало на пол. Райка открыла глаза и с недоумением посмотрела на ме- ня. На лице ее быстро сменились выражения растерянности и ис- пуга. Одной рукой она отталкивала Володькину голову, а другой пыталась набросить на себя свалившуюся рядом комбинацию. Воло- дя почувствовал что-то неладное, и повернул голову в мою сто- рону. Губы, нос и щеки его были влажные, глаза растеряно бега- ли, переходя с меня на обнаженную Райку. Он вскочил на ноги, и, очевидно, не зная что сказать и делать в создавшейся ситу- ации, глупо спросил меня: Ты уже вернулась?

Я была соверешенно растеряна и не знала, что мне делать. Чувства гнева, стыда, оскорбленного самолюбия переполняли ме- ня. Глаза мои наполнились слезами, и я уже ничего не видела. Совершенно машинально я подняла пальто, повернулась, открыла дверь и вышла на улицу, ноги несли меня прочь. Потом подверну- лась какая-то лавочка. Я села на нее и некоторое время сидела без мыслей в голове, уставившись вдаль. Постепенно я начала успокаиваться и думать, что мне делать дальше. Будущее пред- ставлялось мне безрадостным, личная жизнь казалась кончившейся навсегда. Потом более земные мысли заняли мое внимание. Нужно было думать о ночлеге. О возвращении домой мысли у меня даже не возникло. Я вспомнила о своей подруге Лии и решила зайти к ней. Документы и деньги к счастью оказались у меня с собой, а о чемодане с вещами я как-то в это время не думала. Когда я позвонила у квартиры Лии, и только тогда вспомнила, что она не приходила на вокзал, хотя должна была ехать с нами. Дверь мне открыла мать Лии, Антонина Ивановна. Я давно с ней не виде- лась, но зная ее гостеприимный характер, не сомневалась, что она с радостью разрешит мне переночевать у них. Я рано потеря- ла мать (отец в свое время бросил нас) и Антонина Ивановна в какой-то степени заменила мне мать, особенно когда я училась в школе и жила у тетки.

- Наташенька! Как хорошо, что ты пришла, - сказала Анто- нина Ивановна, - Ты так нужна сейчас Лие, она только сегодня говорила о тебе, но мы думали, что ты уже уехала. Я ничего не понимая, что произошло с Лией, зашла в ее комнату. Лия лежала на кровати лицом вниз. Но она сразу вскочила как только услы- шала мой голос.

- Мама, выйди, мне надо поговорить с Наташей.

Антонина Ивановна тревожно посмотрела на нас и вышла, закрыв дверь. Как только за матерью закрылась дверь, Лия бро- силась мне на грудь и разрыдалась.

- Лия, ну перестань, что случилось?

Я как могла успокаивала Лию.

- Наташа, я совершила непоправимую ошибку. Для меня все кончилось!

- Что кончилось?

- Все кончилось! - Жизнь кончилась, счастье кончилось!

Она опять расплакалась.

- Наташа, я больше не девушка. Ты знаешь Тольку Силаева?

Я кивнула

- Толька, подлец, воспользовался тем, что я к нему хорошо относилась. Когда все расходились, он задержал меня, предложил выпить еще на прощанье, и стал лезть ко мне своими лапами. Я плохо соображала уже, что он делает. Повалил меня на кровать и я ... Я даже не могу сказать, что он меня изнасиловал. Я прос- то уже ничего не соображала и не сопротивлялась. Очнулась, когда уже все кончилось. Он гладил меня, бормотал какие-то из- винения. Ненавижу его сальную похотливую рожу! Господи! И та- кому слизняку досталась моя девственность! Наташа, я не могу маме в глаза смотреть. Как я с вами со всеми буду встречаться? Я не могу ходить по улицам, показываться на люди. Мне кажется, что все смотрят на меня и видят, что я уже не девушка, что ме- ня трогали потные, грязные лапы. Если бы ты видела этого гада, когда он раздет. Меня до сих пор тошнит, только я вспомню это.

Я как могла успокаивала Лию, хотя не меньше ее нуждалась в утешении. Всю ночь мы прошептались в темноте, лежа на одной кровати, строя планы на будущее и делясь взаимными обидами. Моя история потрясла Лию. Со жгучим любопытством она выспраши- вала подробности у меня. К утру было выработано решение: кон- чить институт, вместе завербоваться на какую-нибудь метеостан- цию и постараться обходить мужчин.

Часть 3

ЛИЯ.

Мужчина был очень тяжел. Мы с Наташей с трудом втащили его в аппаратную. Он весь обледенел. Мы стащили с него верхнюю одежду, рубашку, трико, и перенесли на Наташкину кровать. Наташа взяла шерстяной шарф, смочила его спиртом и велела мне растирать его, а сама стала греть воду, возиться с аптечкой. Я растеряно смотрела на распростертого передо мной богатыря за- росшего густой рыжеватой бородой, и не знала, с чего начать. Видя мою растерянность, Наташа подошла, решительным движением сняла с пострадавшего трусы, вместо них набросила полотенце и показала как надо растирать, обратив мое внимание на ноги и правую руку, пальцы на которых совсем побелели. Я энергично принялась за дело и через несколько минут пальцы уже не были белыми, а тело порозовело. От моих резких движений полотенце несколько раз сдвигалось, я поправляла его, стараясь не смот- реть, что там под ним, но глаза мои время от времени останав- ливались на полотенце и перед моими глазами вставала картина, которую я видела всего несколько мгновений, пока Наташа не набросила полотенце. Мужчина открыл глаза и что-то проговорил. Я закутала его нашими одеялами и Наташиной шубкой. Наташа ста- ла поить его лекарствами и чаем, а мне велела выходить на связь. Поздно вечером, покончив, наконец, со всеми хлопотами, мы улеглись в моей комнате на кровати. Взволнованная проишед- шим событием, я никак не могла уснуть. В памяти вставали кар- тины, навеянные видом тела обнаженного мужчины. Наше решение с Наташей избегать мужчин я переносила довольно легко. Наташе же приходилось труднее. За год супружеской жизни она привыкла ре- гулярно удовлетворять свою страсть, а здесь на отдаленной ме- теостанции, мы долгое время оставались одни. Однажды непогода занесла к нам на станцию группу туристов. Они переночевали у нас в аппаратной и на следующий день ушли дальше. После их ухода мы обнаружили оставленный датский журнал и три вложенные в него фотографии. Журнал был оставлен, конечно, не случайно, преднамеренно, дабы вогнать в смущение двух одиноких девушек. Наташа рассматривала картинки с определенным пониманием того, что там было изображено. Для меня же каждая картинка была от- кровением. Когда мы это рассматривали, мы краснели и бледнели, смущенно переглядываясь и старались побыстрее перевернуть на- иболее откровенную картинку, а потом острое волнующее любопыт- ство заставляло снова вернуться к ней. Фотографии в журнал бы- ли вложены с большим знанием дела и определенным вкусом. Весь журнал был посвящен двум женщинам, удовлетворявшим друг друга без посредства мужчин. Ну прямо для нас с Наташей. Фотографии же были другого рода. На одной из них лежал на спине ногами к объективу обнаженный мужчина. Ноги его были сдвинуты, все тело напряжено, половой член, стоящий вертикально, до половины был погружен во влагалище женщины, сидевшей на корточках. Ноги женщины были широко раздвинуты. Из всей одежды на ней были чулки, прикрепленные к узкому поясу. Правой рукой она направ- ляла член в себя. На лице ее была улыбка. На другой изображена стоящая на каком-то возвышении на четвереньках девушка. Сзади нее стоял мужчина и вводил свой член между ее ягодицами. Я сначала была удивлена разве можно не в то отверстие? Но Наташа меня просветила, что в такой позе как раз удобно вводить член именно туда, куда надо. Девушка была очень миловидной и с ка- ким-то неопределенно-трогательным выражением смотрела на сто- ящего сзади нее юношу, сложением чем-то напоминающего незна- комца. Третья фотография окончательно вогнала меня в краску. На ковре лежала женщина, над ней лицом к ее ногам - на четве- реньках - мужчина. Губами он прильнул к лону женщины, а голов- ка его члена была у нее во рту. Выражение неописуемой страсти было на их лицах. Наташа сказала, что подобные картинки ей знакомы. Я поняла, на что она намекает и пристала к ней, чтобы она рассказала подробности. Рассказ ее произвел на меня необы- чайное впечатление. С одной стороны действия казались мне страшными, с другой - возбуждали острое любопытство и желание испытать самой это.

В тот день мы долго обсуждали взаимоотношения мужчины и женщины: - я теоретически, а Наташа - с учетом своего практи- ческого опыта и поздно разошлись по своим комнатам. Я лежала в темноте с открытыми глазами, передо мной проходили интимные картины. Мысленно я ставила себя на место этих женщин. Между ног стало мокро. Я встала и сняла трусики, чтобы их не испач- кать. В этот момент открылась дверь и со свечой в руках вошла Наташа. Ветряной двигатель сломался и света не было.

- Лия, разреши мне полежать с тобой, я никак не могу уснуть, а одной тоскливо.

Я подвинулась, освободив место Наташе, обняла ее и поце- ловала. На своих губах я ощутила Наташины слезы.

- Наташа, что с тобой?

- Лия, я больше не могу! Если я как-нибудь не успокоюсь, я просто сойду с ума!

- Что же делать, Наташенька?

- Дай мне твою руку. Потрогай!

Моя рука скользнула между ног. Я провела пальцем, не ощу- тив никакого сопротивления. Там было скользко, раскрыто и го- рячо. Наташа всхлипнула.

- Еще, Лия !

Я стала пальцем гладить губки, слегка погружая его во влажную податливую глубину. Тело Наташи напряглось и в такт моим движениям, оно как бы стремилось навстречу пальцу.

- Лия, поглубже, - прошептала Наташа.

Я вся горела, чувствовала как напрягшиеся соски грудей трутся о сорочку. Это меня раздражало. Я сбросила ее с себя и осталась совсем голой. Грудь мою ломило, кровь стучала в вис- ках, рука стала мокрой и от нее исходил волнующий запах. Я скользнула вниз к бедрам Наташи и, широко раздувая ноздри, с наслаждением впитывала в себя этот ни с чем не сравнимый за- пах. Руками я схватила левую грудь и соском стала водить у Наташи между ног. Острый сосок иногда выскальзывал, задевая жесткие курчавые волоски, что доставляло мне еще большее нас- лаждение. Наташино тело вздрагивало. Руки ее судорожно комкали горячую простыню.

- Лия, хватит! Я сейчас стану бросаться на стену.

Она встала, нащупала в темноте свечу и зажгла ее. Нес- колько мгновений остановившимися глазами она смотрела на меня и, вдруг, погасив, сунула мне ее в руку. На меня как бы сни- зошло озарение. Я сразу поняла, чего хочет делать со свечой Наташа. Откусив обгоревший фитилек и придав теплому воску по- лукруглую форму, я нащупала вход во влагалище Наташи, осторож- но ввела туда конец свечи и стала потихоньку двигать ее там. - Поглубже, попросила Наташа. Свеча уже больше чем наполовину ушла вглубь и встретила легкое сопротивление, Наташа счастливо застонала.

- Еще так, Лия!

Я стала двигать свечу быстрее, еще быстрее так, что дви- жения превратились в судоружную вибрацию. Наташа вздохнула, тело ее расслабилось. Я прекратила двигать свечу.

Подожди, не вынимай, - голос Наташи был чуть слышен. Прошло несколько минут тишины, нарушенной только нашим учащен- ным дыханием. Потом я услышала чмоканье - звук извлеченной свечи. Наташа села на кровати и стала осыпать меня поцелуями. - Хочешь я сделаю тебе такое? - сказала Наташа, проведя рукой по моему животу и потрепав шерстку. Но у меня не было уже сил. Возбуждение прошло. Я чувствовала себя полностью опустошенной. Мы улеглись и скоро спали глубоким сном. Наташа проснулась первая и разбудила меня. Я сразу вспомнила, чем мы занимались ночью. Наташа почувствовала мое смущение, ласково обняла меня, поцеловала и сказала: - Вставай, дурочка! Целый день я вспоми- нала, что было у нас ночью, думала о будущих ночах и вообще довела себя до такого состояния, что Наташа поняла все и, в ответ на мой вопрощающий взгляд, обещающе улыбнулась. Перед сном я тщательно вымылась, одела чистую сорочку, надушилась. Вообще готовилась, как невеста в первую брачную ночь. Я первая ушла в свою комнату. Наташа возилась с рацией, передавая пос- леднюю сводку. Как это будет и, что я при этом буду чувство- вать? Наташа постаралась побыстрее управиться и со свечой в руках вошла в мою комнату. - Наташа, только не надо при свете - Глупышка,- сказала она и погасила свечу. Руки Наташи нащу- пали мое тело. Она несколько раз поцеловала меня, проведя теп- леньким языком по зубам и деснам. Я еще не умела так целовать- ся. Погладив меня через сорочку, она опустила брительки и спустила ее до пояса. Горячими руками стала гладить мои груди. Груди моя гордость. Они высокие, крепкие и всегда останавлива- ли на себе взгляды мужчин. От Наташиных ласк у меня внутри все трепетало. Потянув она сняла с меня сорочку. Я ждала, что бу- дет дальше. Руки Наташи ласкали мое тело, касаясь самых интим- ных мест. Губами она захватила мой сосок, теребила его и, иногда, легонько покусывала. Потом губы ее перешли на другую грудь, живот, бедра и продолжали медленно бродить по телу, мне было очень приятно. Наташа опустилась перед кроватью на коле- ни, развела мои бедра и, вдруг, поцеловала меня. Я инстинктив- но попыталась сдвинуть ноги. Но ее голова не давала. Она пос- тавила мои ступни себе на плечи и губы ее и мои (только не рта) слились вместе. Теплый язык Наташи заскользил, остренько вонзаясь во влажную глубину. Ласка была ни с чем не сравнима, щекотанье языка отзывалось во всем теле, что-то подкатывалось к горлу, как-будто какая-то невидимая нить соединила Наташин язык с моим сердцем. Я замерла, боясь каким-либо неосторожным движением разрушить ощущение блаженства.

- Лиечка, а ты кисленькая. Ах ты моя конфетка!-проговори- ла Наташа, на мгновение отрываясь от меня. Ее горячее дыхание обжигало меня. Поцелуи продолжались, я уже не могла лежать спокойно, ноги мои судорожно сжимались, мешая ей. Наконец, она от меня оторвалась и села рядом. Я нетерпеливо ждала, Наташа шарила по столу.

- Холодная, - сказала она и вдруг засмеялась,- сейчас я ее согрею.

Она потянула руку к своим бедрам и, я поняла, где она согревала. И вот теплый скользкий конец коснулся меня и плавно скользнул внутрь. Свеча двигалась, но ожидаемого удовольствия почему-то не достовляла. Она была твердая, неподатливая и больно упиралась во что-то. По напряженному телу Наташа поня- ла, что мне больно. Я сделала движение и освободилась от све- чи.

- Миленькая,- сказала Наташа,- ты же не проснулась еще для этого, бедненькая моя, один раз в пьяном виде, что было у тебя с Толькой, можно не считать.

- Ну ничего, я попробую помочь тебе по другому.

Она опять стала меня целовать и гладить и, когда почув ствовала, что у меня опять между ног мокро, ввела туда палец. Палец нежно касался разных уголков внутри меня, был гибким и понимающим. Наташа время от времени справлялась у меня:

- Так хорошо?

И получив утвердительный ответ продолжала. Снова теплая волна прошла через мое тело. Бедра мои то разжимались, то сжи- мались, и вдруг что-то теплое, как мне показалось, потекло у меня внутри живота, сладкая судорога прошла по моему телу, я вскрикнула и застонала, потом обессиленная и пустая распрос- терлась на кровати. Наташа укрыла меня одеялом и, через мину- ту, я спала.

Часть 4

Наташа.

Прилет вертолета накануне Нового года принес в нашу с Лией жизнь совершенно неожиданные перемены. С вертолетом при- летел сам начальник нашего управления. Как оказалось, он был и Алешиным начальником. Алешей мы стали звать нашего пострадав- шего после того, как он сбрил бороду и оказался нашим ровесни- ком, всего года на 2-3 старше. Алешина поисковая партия входи- ла в наше управление. И вот какое неожиданное предложение по- лучил Алеша от начальника. Мы давно просили прислать к нам на время механика, чтобы поправить ветряной двигатель, наладить агрегат зарядки аккумуляторов, который постоянно барахлил и доставлял нам массу неприятностей. Женщинам все же трудно во- евать с разными заляпанными смазкой железными клеммами. Начальник управления, узнав о том, что Алеша уже выздоровел, предложил ему задержаться и привести в порядок всю нашу техни- ку. Т.к. Алеше до конца весны практически делать было нечего (его машины остались в поле), то он согласился. Начальник был очень рад - одной заботой у него стало меньше. На радостях, а также учитывая, что в нашем положении появился мужчина, он ос- тавил дополнительно 5 литров спирта.

- Только смотри, не спаивай девушек, они у меня скромные - водки не пьют и мужчин не любят.

Вертолет улетел и мы с Лией стали готовиться к встрече Нового года. Алешка же с утра до вечера возился со своим желе- зом, домой приходил только перекусить, и обещал к Новому году наладить дизель, а потом ветряк. От него пахло бензином и ма- шинным маслом, а после того как он починил мясорубку, мы поня- ли, что в нашем девичьем монастыре появился мужчина. Новый год решили отпраздновать торжественно. Сразу два таких события: Новый год и появление в нашем коллективе, пусть временно, но- вого члена. Мы с Лией достали лучшие наряды и приготовили ве- ликолепную закуску. Алеша попробовал нам помогать, но толку в этом оказалось мало и мы прогнали его заниматься своим ржавым железом. Перед самым вечером мы с Лией сделали маникюр, соору- дили сложные прически. Алеше, правда, одеть было особенно не- чего. Он так и остался в тренировочном трикотажном костюме. Часов в 10 вечера мы засыпали в печку уголь, что оказалось лишним. Когда мы провожали старый Новый год, жарища в доме стала невыносимой. Алеше было хорошо, а нам пришлось заменить наши наряды на простые халатики. За столом было очень весело. Мы пили спирт разбавленный водой и вареньем. Лия поймала тан- цевальную музыку и, я, с шутливым поклоном, пригласила Алешу на дамский танец. Алеша оказался галантным кавалером. Он стро- го соблюдал очередность, танцуя то со мной, то с Лией. Ох, как хорошо было снова ощущать себя в мужских объятиях! Мы танцева- ли танго, тесно прижавшись друг к другу. Сквозь тонкую ткань я чувствовала Алешину грудь, теплый живот и бедра. Алеша держал меня руками выше талии. Его руки с боков слегка сжимали мою грудь. Танцы возбуждали меня. Лия тоже была взволнована, влюб- ленными глазами она смотрела на Алешу. Очевидно, она тоже нра- вилась ему, т.к.я заметила, что во время танца, когда Лия склонила голову ему на плечо, он украдкой поцеловал ее в щеку. Со мной Алеша позволял еще больше вольностей. Когда мы втроем сидели на диване и распевали песни, я почувствовала, как его рука, лежавшая до этого на моей талии, передвинулась и стала гладить мою грудь. Я сделала вид, что ничего не замечаю . Мы довольно много выпили в жаркой комнате и захмелели. Развалив- шись посреди дивана, мы начали рассказывать анекдоты. Причем чем дальше, тем острее. Лия набралась нахальства и даже пока- зала Алеше наш журнал. Мы с Лией изучили его уже наизусть, но сейчас, просматривая его вместе с мужчиной, испытывали вновь очень острые ощущения. Нам было интересно, что испытывает Але- ша. Разглядывание фотографий, да и собственное бесстыдство возбуждало нас. После такого журнала анекдоты пошли еще более острые, ни в какие ворота нелезущие. Лия предложила выпить на брудершафт, и мы с удовольствием подхватили эту идею. Наполнив рюмки, мы выпили и Алеша поочереди поцеловал нас. Поцелуи были полуоффициальные и никого из нас не удовлетворили. Лия, на ко- торую спирт подействовал больше нас, закричала, что поцелуи при посторонних - это не интересно и предложила постороннему при поцелуях удаляться. Притворив в жизнь хорошую инициативу, я вышла в соседнюю комнату, оставив Алешу и Лию одних, немного подождала, а потом спросила, скоро ли они там.

- Подожди, твоя очередь не пройдет сказала Лия.

В конце концов я не выдержала и вошла. При свете догора- ющих свечей, я заметила, как рука Алеши соскользнула с Лииного колена. Глаза Лии блестели, руками она торопливо поправляла халатик. Настала очередь выходить ей. Я села Алеше на колени, и наши губы слились в долгом поцелуе. Рука Алеши легла на мою грудь. Чтобы ему было удобно, я растегнула верхнюю пуговицу. Снова поцеловались. А рука Алеши под лифчиком гладила меня. В этот момент вошла Лия. Она была совсем пьяная.

- Ах, вы хитрые! Я тоже так хочу.

Она снова наполнила рюмки, прогнала меня с колен Алешки, села сама и, не дождавшись пока Алеша выпьет, стала его цело- вать. При мне Алеша еще стеснялся ласкать Лию. Я отошла к две- ри нашей комнаты. В полусвете я видела, как Алеша просунул ру- ку на грудь, но ему мешал ее тугой лифчик. Тогда Лия распахну- ла халатик сверху вниз, отстегнула одну брительку и обнажила левую грудь. Алеша стал ее гладить и целовать. Рука Алеши ста- ла гладить Лию по бедру и по чуть темневшему сквозь прозрачную ткань холмику. Тогда я вошла в комнату и сказала, что они уже так далеко зашли, что мне их не догнать. Дрогнув ресницами, Лия открыла глаза. На лице ее было написано ничем не прикрытое желание. Грудь ее оставалась обнаженой, она только прикрыла ее рукой, когда я вошла. Я села рядом с Алешей, выпила с ним из одной рюмки, потом ушла в свою комнату, сбросила халатик, со- рочку, лифчик и, одев халатик, снова вошла к ним. Для храброс- ти нам пришлось выпить еще по одной рюмке, и обе мои обнажен- ные груди оказались под его руками. Лия горящими глазами смот- рела на нас. Когда Алеша оторвался от меня, она сказала:

- Eще немножко.

Зрелище взаимных ласк мужчины и женщины необычайно воз- буждали ее. Она встала, подошла ко мне и растегнула мой халат, взяла руки Алеши и положила мне на бедра. Алеша вскочил на но- ги, повалил меня на диван и начал ласкать. Его губы поочередно касались моих сосков, грудей, живота, бедер. Руки скользили по телу, трогая и как бы изучая его. Поняв, что сейчас уже дозво- лено все, я взяла руку Алеши и положила ее под трусы на свое тело, а своей рукой сжала вертикально стоящий член Алеши. Але- ша замер, поколебавшись немного вскочил, сорвал с себя одежду и предстал перед нами совсем голый. Я залюбовалась его краси- вым, сильным телом. Лия не сводила глаз с того, что больше всего занимало ее в устройстве мужчины. Алеша лег между нами и помог нам снять то немногое, что еще оставалось на нас. Тесно прижавшись друг к другу горячими телами, мы лежали неподвижно.

- Потрогай у Лии и приласкай ее, - тихонько шепнула я Алеше.

Алеша положил руку на каштановый Лиин холмик и стал пог- лаживать его, временами касаясь чуть влажного входа. Лия вздрагивала от Алешиных прикосновений и ласк. Потом он встал на колени перед диваном и стал целовать внутренние стороны ее бедер, постепенно приближаясь к прикрытым розовым губкам. И вот они оказались под его губами. Я знала, как чувствительна Лия к подобным ласкам. Она вся выгнулась навстречу его губам, бедра ее широко раздвинулись, тело затрепетало, Алеша взял свой член руками и стал водить им у Лии между ног. Лия прив- стала на локтях и жадно смотрела на новое для нее зрелище. Но, когда Алеша попробовал двинуться чуть дальше, она сомкнула но- ги и прошептала:

- Я боюсь. Сначала Наташу, я лучше просто посмотрю.

На полу у нас лежала большая медвежья шкура - подарок охотников. Алеша взял меня на руки, положил на нее и лег ря- дом. Лия свесившись с дивана, с лихорадочным любопытством смотрела на нас. Алеша опять стал меня целовать и гладить, очевидно, не решаясь сразу перейти к делу. Я схватила рукою член. Подвинувшись к нему поближе, я стала гладить свою ... головкой его члена. Как это было приятно чувствовать живую плоть, а не какой-нибудь заменитель Я направила Алешу куда на- до и, введя член головкой внутрь, убрала руку.

Часть 5

Лия.

Как только Наташа легла, до этого полупьяная, я немного отрезвела. То, что должно было произойти сейчас перед моими глазами, состовляло для меня сокровенную тайну, которая возбу- дила мое жгучее любопытство. Таинство слияния мужчины и женщи- ны. Я вся обратилась во внимание и напрягла слух.

Алеша лег рядом с Наташей и стал целовать ее, гладить грудь. Наташа повернулась к нему, взяла рукой его член и стала водить им у себя между бедер. Потом она на мгновение замерла, раздвинула шире ноги, и Алеша покрыл ее своим большим телом. Зад Алеши равномерно поднимался и опускался, тело слегка коле- балось, он целовал Наташу в губы и закрытые глаза. Руки его, лежавшие на полу, гладили и сжимали ее груди. Что происходило между ними там, мне не было видно. Ноги Алеши были плотно стиснуты. Наташа охватила бедра Алеши своими ногами и тело ее слегка покачивалось в такт его движениям.

- Алеша только ты смотри!

Услышала я тихий шепот Наташи и ответ Алеши:

- Не бойся Наташенька, я позабочусь, чтобы все было в по- ряд ке.

Они замолчали, и тела их продолжали равномерно прижимать- ся друг к другу. Через просвет, на мгновение открывшийся между ними, я увидела, что грудь и нижняя часть живота Алеши мокрые от пота. Руки Алеши соскальзывали с плеч и груди Наташи. Было очень жарко. В воздухе распространился острый запах их разго- ряченных тел. Послышался опять шепот Наташи:

- Давай я повернусь на бок.

Они остановились. Алеша освободил Наташу. Она повернулась на бок спиной к нему. Алеша снова прильнул к Наташе, но, на- верное, не мог сразу попасть. Тогда Наташа приподняла ногу, просунула руку, взяла Алешу за член и ввела его в себя. На ко- роткое время передо мной открылась незабываемая картина. Пыш- ный, бесстыдно оголенный Наташин зад, приподнятое бедро и под ним рука, рука женщины, направляющей в розовое отверстие член мужчины с обнаженной головкой. Наташа слегка согнула ноги, и Алеша стал прижиматься к ней, обхватив руками за грудь. Я пе- ревесилась с дивана и тогда стало кое-что видно. В просвете между ними я увидела, как член входит и выходит из Наташи. Но головка его не показывалась. Половые губы при каждом выходе как бы не хотели выпускать его и слегка тянулись за ним. Член был весь мокрый. Наташа опять приподняла ногу и наманикюренны- ми пальчиками стала гладить и мять Алешины яички. Через 2-3 минуты я услышала, как Наташа стала не-то стонать, не-то всхлипывать. Тело ее стало с силой стремиться навстречу Алеше. Еще несколько мгновений и Наташа, сжав и выпрямив ноги, прек- ратила движение.

- Хватит, оставь Лие, - прошептала она.

Они лежали неподвижно, перевернувшись на спину, и отдыха- ли. Грудь Наташи высоко и часто поднималась, ноги были раздви- нуты, и я увидела, как из нее на шкуру скатилась маленькая ка- пелька. Волосики были покрыты вязкой белой жидкостью, под большими слегка припухшими губками, виднелись маленькие розо- вые лепестки. Алеша лежал неподвижно. Член его был направлен и почти прижат к животу. После такого зрелища у меня самой все было мокро, во рту пересохло. Алеша встал и лег на спину рядом со мной. Наташа открыла глаза и смотрела на нас. Я привстала и осторожно, двумя пальцами, потрогала член Алеши. Он был твер- дый, горячий и слегка влажный. Алеша не препятствовал мне рас- сматривать его, даже, чтобы мне было удобнее, придвинулся бли- же. Я схватила член рукой и потянула вниз. Кожа начала спол- зать и головка немного обнажилась. Я отпустила руку, и все стало на свое место. Я снова, на этот раз сильнее, потянула, обнажая головку все больше. Вдруг кожа сама дальше скользнула, и головка осталась совсем голой. Я напугалась и попробывала закрыть ее, но это мне не удалось. Кожа почему-то все шла на- зад. Алеша улыбнулся и своей рукой, двинув посильнее, закрыл головку. Тогда уже сознательно я снова открыла ее. Наклонив- шись, чтобы только все рассмотреть, я ощутила исходящий от члена знакомый мне Наташин запах. Запах этот почему-то всегда притягивал и волновал меня. Как завороженная смотрела я на блестящую красную головку с родным Наташиным запахом. Я накло- нилась и поцеловала его. Рука, которая охватывала член, почув- ствовала, как он вздрогнул и напрягся еще больше. Это показа- лось мне забавным и я поцеловала его еще раз и еще раз. Каждый раз я получала от члена ответную реакцию. Я стояла уже на чет- вереньках, одной рукой держась за член, а другой опираясь на колено. Мои поцелуи ему явно нравились и я продолжала. Алеша просунул руку между моих ног и стал ответно гладить мой вход. Стало очень приятно, особенно когда палец Алеши погружался немного вглубь. Он был больше и толще Наташиного и доставлял большее наслаждение. Ласки продолжались. Другая рука Алеши легла мне на затылок и пригнула голову ниже к члену. Мне вспомнилась фотография, и что на ней делала женщина. Я открыла рот и вобрала в него головку. Стараясь не делать ему больно зубами, я прижала головку языком к небу и как бы старалась ее проглотить. Мое движение чем-то напоминало сосание. Головка была нежная, скользкая и очень большая. Под нажимом руки Алеши она все больше и больше погружалась мне в рот, мешая дышать. Я вытолкнула ее изо рта и отпрянула, но увидев умоляющий взгляд Алеши, снова принялась сосать и лизать головку. Моя ласка бы- ла, наверное, Алеше приятна. Он весь подавался мне навстречу. Вдруг он резким движением оттолкнул мою голову от члена. Член сделал несколько движений и из его отверстия выплеснулась тон- кая струя белой жидкости. Я поняла, что довела своими ласками Алешу до оргазма. Сознание того, что я полностью удовлетворила его страсть, наполнило меня теплым чувством к нему. Я целовала и гладила его быстро слабеющий член. У меня было такое чув- ство, что это не он, а я испытала полное чувство удовлетворе- ния страсти. Мне было хорошо и спокойно. Как будто не я, а он меня только что .... (другого слова в данном значении, кроме Наташиного, я не знала). Все трое удовлетворенные и усталые, мы лежали на диване и обменивались маленькими благодарными ласками.

Часть 6

Алеша.

Я почти полгода не видел женщин. В нашей партии их не бы- ло. Поэтому встреча и совместная жизнь с этими девушками меня очень обрадовали. Они обе были симпатичными, с великолепными фигурами, и обе мне очень понравились. Я не мог отдать пред- почтение той или иной, слишком мало времени прошло с момента нашего знакомства. В новогоднюю ночь мы прекрасно понимали, что если не определим наших отношений в эту ночь, то другого такого удобного случая не будет. Я был очень благодарен Лие за ее непомерную ласку. Я слышал, конечно, про такие подобные ласки, но самому ни разу не приходилось их испытать. Я чув- ствовал себя виноватым перед ней, т.к. не дал ей того, что должен был дать как женщине, а она уверяла меня в обратном. Пока мы ласково препирались с ней на эту тему, Наташа взяла и уснула. Чтобы ее не тревожить, мы с Лией перешли на мою кро- вать. Лию очень интересовали детали, отличающие мой пол от ее. Она все время меня разглядывала, трогала, гладила, я не мешал ей, пока не почувствовал, что готов дать ей то, в чем считал себя обязанным. Я тоже начал целовать ее грудь, гладить между ногами. По состоянию моего члена она поняла, что я снова го- тов.

- Ты хочешь меня? - Спросила Лия.

Я сказал да. - Алеша, я боюсь.

Боюсь, что мне будет не очень хорошо, а я не хотела бы разочаровываться. Я сказал, что если ей будет плохо, то она скажет мне об этом и я сразу прекращу. Лия, по примеру Наташи, легла на спину и раздвинула ноги. Я осторожно прилег, почти не касаясь ее тела. Кончиком члена нащупал отверстие и стал мед- ленно вводить его туда. Лия замерла, вся сосредоточившись на тех ощущениях, которые доставлял ей мой член, входя в очень узкое влагалище, я стал двигать сначала не очень глубоко, только погружая головку. Видя, что никаких неприятных послед- ствий это не вызывает, я постепенно стал погружаться все глуб- же. Лицо Лии озарилось радостью. Видимо, я доставлял ей прият- ные ощущения. Выражение настороженности исчезло, и она вся от- далась наслаждению физической близости с мужчиной. Лия была более мелкой и узкой, чем Наташа, и я старался не причинять ей не нужную боль, но она сама все плотнее и плотнее прижималась ко мне так, что я не вольно довел до самого конца. Она засто- нала, но, когда я попытался не так плотно прижиматься, она схватила мои ягодицы руками и сама стала регулировать глубину моих погружений. Так продолжалось около минуты. Вдруг Лия ос- лабила объятия, обмякла и с испугом сказала: Алеша, у меня все, а как же теперь ты? Я слез с нее, поцеловал и сказал, что высшая награда для мужчины - это сознание того, что он удовлетворил женщину. Эти заверения не успокоили ее, она силь- но переживала, что я не кончил, все пыталась снова лечь под меня. Я не хотел бессмысленно мучить Лию и посоветовал ей нем- ного подождать, уверяя, что она скоро опять почувствует жела- ние. Лия послушалась меня и тихо легла рядом. Я гладил и цело- вал ее тело, вдруг она встрепенулась и спросила, хорошо ли мне было, когда она держала мой член во рту. Я ответил, что очень хорошо, и что подобного у меня никогда не было. Тогда Лия привстала, наклонилась, несколько раз поцеловала мой член и сказала: Алеша, мне тоже это доставило большое удовольствие, почти такое, когда ты ... не знаю как сказать ... Она потро- гала мой член и, взяв меня за руку, провела по своей...

Она прильнула к головке моего члена, стала ее лизать и целовать, надевать кожу на нее рукой и сдвигать губами. Потом опять началось глотание. Я лежал неподвижо и я чувствовал, что семя вот вот выбросится из меня. Лия тоже почувствовала это, т.к. оттолкнула мои руки, слегка захватила головку губами и не давала мне ее вытащить, одновременно она продолжала гладить ее языком. И вот свершилось. Из меня изверглась сильная струя. Лия от неожиданности замерла, закашлялась, а потом, немного помедлив, глотнула и облизала головку.

- Лия, что ты делаешь? Разве так можно?

Она счастливо засмеялась, упала на меня, стала целовать и сказала, что это очень вкусно, правда пресно и пахнет немного хлором.

Утомленные мы быстро уснули в объятиях друг друга.

Часть 7

Наташа.

Проснулась я в комнате одна. Алешки с Лией не было. Я заглянула в комнату Алеши и нашла эту милую пару. Они лежали тесно прижавшись, видимо замерзли. За ночь дом остудило. Прик- рыв их одеялом, я занялась делами. В этот день мы сделали очень много: передали сводки, навели в доме порядок. Вечером поужинали и разошлись по своим комнатам, чтобы привести себя в порядок и немного передохнуть. Встречу назначили на 11 часов вечера, и, признаться, с нетерпением ее ждали. Нас с Лией нем- ного пугало, как все будет, когда мы совершенно трезвые. Лия чему-то все время улыбалась, под глазами у нее были легкие те- ни. Я догадывалась, что у нее с Алешей что-то было, но приста- вать с распросами не стала. Мы с Лией натопили баню, Алеше по- ручили организовать тепло в доме. В баньке мы хорошо помылись, причем Лиечка немного приласкала меня, как тогда до Алеши. Раздразнила меня и себя. Она вообще возбуждалась больше, когда оказывала мне интимные ласки, чем когда я ласкала ее. Чтобы сразу преодолеть барьер взаимной стыдливости, мы решили поста- вить себя сразу в такие условия, что отступать было уже неку- да. Когда время подошло к 11, мы с Лией разделись догола, крикнули Алеше, чтобы он не входил, уселись на диван и прикры- лись простынями. Позвали Алешу. Он как видно, предвкушал, что будет, т.к. я сразу заметила состояние его мужского тела сквозь трикотажный костюм, надетый на голое тело. Увидев нас под простынями, он присел перед нами на корточки, приподнял краешек простыни напротив меня, потом напротив Лии, улыбнулся и через мгновенье стоял перед нами голый.

Лия спросила, что он увидел под простыней.

- Сразу две приятные вещи, - сказал Алеша, - солнышко и конфетку. Он намекал на цвет наших волос - у меня они были ры- жеватые, а у Лии каштановые завитки.

- Что же ты с ними будешь делать?

- Конфетку я съем, а у солнышка погреюсь.

- А с чего начнешь? С конфетки? Вчера ты сначала грелся у солнышка, а теперь я хочу посмотреть как едят конфетку. Вы вчера воспользовались тем, что я уснула, и ели их, кажется, без меня. Мне страшно интересно, как это у вас получается.

Лия вскочила с дивана и заявила, что ей тоже страшно ин- тересно как их едят. Она умчалась в мою комнату и притащила трильяж, который установила перед медвежьей шкурой. Алеша под- хватил Лию на руки и хотел положить на шкуру, но она высколь- знула и заставила его самого лечь ногами к зеркалу. Лия встала над Алешей на корточки, тоже лицом к зеркалу, взяла его член рукой, немного погладила себя им по промежности как бы отыски- вая место, куда он должен войти, нашла и медленно опустилась на него, следя за процессом в зеркале. Меня тоже заинтересова- ла эта сцена - хотелось узнать, на что стала способна Лия. После того, как член полностью скрылся, и Лия села на Алешкины бедра, она немного покачалась на нем. Ей наверное было больно, но она терпела. Потом она медленно приподнялась, следя, как член выходит из нее. Зрелище ей нравилось, и она каждый раз задерживалась в верхнем положении, оставляя в себе только кон- чик головки. В зеркале ей хорошо было все видно. Алеша помогал ей руками подниматься и опускаться, предоставляя возможность удовлетворяться как ей нравится. Лия кончила. Она посидела немного на Алеше, потом встала, подошла к зеркалу и присела перед ним. Губки ее не сошлись еще полностью, и видна была глубина влагалища. Алеша был великоват для нее. За все время она не издала ни звука, а тут вдруг произнесла, погладив свои взъерошенные волоски и счастливо засмеявшись:

- Наташа, а у меня ведь получается! Спасибо тебе Алеша!

- Наташа теперь твоя очередь.

Алеша встал, поднял Лию с пола, поцеловал и уложил на ди- ван. Она на мгновенье задержала его, прижалась грудью к Алеш- киному члену, потерлась об него и только после этого отпусти- ла.

- Наташа, приказала Лия с дивана,- только ты делай так, чтобы мне было видно.

Я подняла с пола шкуру, бросила ее на стол и легла на нее так, чтобы ноги еле касались пола. Алеша подошел, раздвинул руками ягодицы и ввел свой член в мою.... Под его толчками я закачалась, ноги соскальзывали с пола. Тогда Алеша взял меня за щиколотки, я согнула ноги, и, так держа, он продолжал меня ... Лия стояла рядом и заглядывала между нами и даже, улучив момент, похлопала меня по попке.

- Лия, отстань, не мешай!

Лия не унималась. Тогда я, не вынимая из себя члена, пе- ревернулась на спину, ноги положила на плечи Алеши. Поза была моя любимая - Алеша глубоко доставал меня, я наслаждалась этим. Лия постепенно еще больше усилила наслаждение. Она про- сунула руку сзади между ног Алеши и ввела свой пальчик в мое нижнее отверстие. Пальчик прижимал через тонкую стенку отвер- стия Алешин член. Я почувствовала, как из меня течет вниз на Лиену руку капля смазки. Приближалась кульминация. Руками Але- ша плотно прижал мои бедра к своей груди. Еще несколько тол- чков и я почувствовала, что все. Но Алеше надо было дать кон- чить. Я лихорадочно думала, как Лиин пальчик подсказал мне.

- Алеша, прогони Лию и замени ее.

У меня там все было мокрое. Алешин член тоже был очень скользкий и, раздвинув края, легко проскользнул на место Лиеного пальца. Он был очень большой, я туго обхватила его. Двигал Алеша медленно и осторожно. Сначала мне было немного больно, но постепенно боль стала проходить, ощущение полноты стало доставлять удовольствие. Лия буквально завизжала от но- вого необычного зрелища. Еще немного и Алеша оставил во мне все. Мы опять лежали и отдыхали. нам с Алешей полностью хвати- ло, только Лия, насмотревшись на нас, заигрывала то со мной, то с Алешей, демонстрируя свою неутомимость и вновь проснувше- еся желание.

- Потерпи Лия, на сегодня хватит, - сказала я ей.

Мне было неудобно перед Алешей. Ему и так приходилось не- легко, каждый раз удовлетворять двоих. Своей неугомонностью Лия могла поставить его в неловкое положение. Но Алеша успоко- ил Лию, сказав, что через полчасика отдыха он успокоит и ее.

Часть 8

Алеша.

Сегодня мне пришлось до самого рассвета провозится с дви- гателем, который постоянно ломался, и при отсутствии запчастей его по настоящему никак не удавалось наладить. Поэтому я прос- пал целый день. Проснувшись уже к вечеру и не застав девушек в аппаратной, я заглянул к ним в комнату. У высокого трюмо сто- яла голая Лия и внимательно рассматривала себя при свете слабо мерцающей лампочки. Руки ее бесцельно бродили по телу, то ка- саясь розового соска на груди, то поглаживая бархатную кожу живота, то каштановые завитки волос на лобке. Лия подняла руку и сравнила волоски под мышкой с курчавыми волосками внизу жи- вота. Она была так поглощена созерцанием себя, что не замечала меня. Я невольно залюбовался ей. Лия вообще была сложена ис- ключительно хорошо и гармонично во всех деталях своего тела. У нее была очень красивая высокая грудь с маленькими , чуть вы- дававшимися сосками. Грудь была такая упругая, что даже когда Лия стояла, она только чуть чуть в нижней своей части делалась полнее верхней. У нее были красивые руки с ухоженными ноготка- ми. Маленькие ступни ног были с акуратными пальчиками, не изу- родованными мозолями. Ноги были длинные, стройные. И, не смот- ря на то, что она была худенькая, бедра и живот были четко об- рисованны. Тело у нее было смуглое, покрытое золотистым пуш- ком. Волосики лобка были такие густые, что через них не прос- вечивало тело.

Наташа в этом отношении сильно отличалась от Лии. Если с Лии можно было лепить фигуру чистоты, и девственности, то Наташа была скорее Венера. При взгляде на Наташино тело возни- кали вполне определенные мысли и желания У нее было очень сильное эротическое начало.

Я тихонько подошел к Лии и положил руку на плечо. Лия обернулась ко мне и я ее поцеловал. В поцелуях Лии было что-то особенное Она вся отдавалась им. Ее полуоткрытый рот во время поцелуя медленно бродил по моим губам туда и сюда, в тоже вре- мя крепко прижимаясь к ним, глаза е были закрыты. Мои руки ласкали ее тело. Тело от ласк ожило, напряглось, соски заос- трились, по животу и бедрам прошла легкая дрожь, ноги сами раздвинулись и в образовавшимся просвете моя рука почувствова- ла горячую шелковистую глубину. Лия стояла лицом к зеркалу, наблюдая в нем за моими руками. Я немного спустил штаны с тру- сами и она потерлась ягодицами о мой член. Потом отстранилась, чтобы и меня было видно в зеркале. Так мы стояли несколько ми- нут, любуясь друг другом. Рука Лии открывала и закрывала го- ловку моего члена. В такт ее руке член напрягался, становился больше и старался подняться еще больше. Мне было очень прият- но, только хотелось чтобы она сжимала его плотнее и делала это чаще. Она как бы почувствовала мое желание. Ее ладошка плотнее схватила мой член, а темп задавал я, устремляясь в кольце ее пальцев. Нам было не очень удобно делать это стоя. Я попятился и лег спиной на кровать. Лия стала на колени м продолжала меня ласкать. Я подсказал Лие...

- Чуть побыстрее, посильнее сожми; вот так.

Она беспрекословно повиновалась, глаза ее блистели, на щеках играл яркий румянец. Я чувствовал, что у меня скоро все кончится и не хотел оставлять Лию без ответной ласки. Я под- хватил ее руками и поставил над собой так, что ее влажное, ждущая глубина, оказалась напротив моего лица. Лия стояла надо мной на коленях. Одной рукой она опиралась на кровать, другой продолжала гладить мой член. Я прижался губами к ее нижним губкам, вставил туда язык и стал им щекотать ее. Еще мгновенье и сперма оказалась в ее руке. Лия откинулась рядом со мной на спину. Я повернулся на бок и продолжал лизать у нее. Она судо- рожно подергивалась. Еще немного и она прошептала:

- Хватит Алеша.

Я не знала, что мужчину можно так.

- Как это интересно. те бе действительно было приятно. Как от женщины ?

- А ты разве не женщина?

- Нет, я говорю о другом. Это ведь была только рука.

- Это не имеет никакого значения. Главное, чтобы было приятно обоим, чтобы не превращалось в привычку, чтобы каждый раз было ново и желанно, тогда можно все, и все будет хорошо.

Часть 9.

Лия.

Сегодня опять мой день. Вначале наши отношения с Алешей были беспорядочны, но потом мы договорились с Наташей об оче- редности Нас было двое, а он один и , естественно, ему было трудно. Алеша молча принял предложенный нами порядок. Только во время нашей естественной хвори порядок несколько нарушался и тогда другая на это время владела Алешей без раздельно. Але- ша ужинал на кухне а я готовилась к встрече с ним. Как прави- ло, они проходили в нашей комнате, если только фантазия или игровая прихоть не вызывали у нас желания заниматься этим в другом месте. Зная, что Алеша любит целоватьменя в самых не- ожиданных местах, я тщательно слегка надушилась, даже подкра- сила соски грудей и опять, как в прошлый раз, смотрела себя в зеркало - все ли в порядке. Меня уже давно мучила мысль что рано или поздно все у нас кончится, что тогда останется кроме непрочных воспоминаний? Вид половых сношений между мужчиной и женщиной очень возбуждал меня. Глядя на Алешу с Наташей , я бывала удовлетворена так, как будто сама побывала под ним.

Я хотела оставить о наших взаимоотношениях более сущес- твенную память, чем воспоминание. У нас была кинокамера и цветная плен ка. Наташа и Алеша умели фотографировать, да и я сумела бы, хитрость не велика. Мысленно я сочиняла сценарий и ракурсы съемок.

Раздраженная всем этим, я набросилась на Алешу, когда он вошел как будто не видела мужчину сто лет. Раздразнив Алешин член губами, я по Наташиному образцу легла на стол и позволила Алеше воспользоваться обоими моими отверстиями так глубоко, как только он мог. Мне почти не было больно, я привыкла к Алешкиному члену. Закончили мы новым способом, часть открытий которых принадлежала Наташе. Когда я была полностью удовлетво- рена , Алеша был на грани этого Я смазала вазелином внутренние стороны бедер, слегка свела их и Алеша в образовавшуюся чуть выше колен щель стал вводить свой член. Он мягко скользил меж- ду бедер и через минуту я почувствовала, что уже все.

Пока мы отдыхали, я , поколебавшись, выложила Алеши свой план. Как ни странно, но он сразу согласился. Оставалось те- перь только уломать Наташку, но вдвоем это было уже легче. В благодарность за уступчивость я второй раз удовлетворила Алешу так, как он больше всего любил - ртом. Это умела делать только я. Наташа пробовала, но у нее не получалось, она делала зубами Алеше больно и никогда не могла довести Алешу до конца. А я обращалась с Алешиным членом нежно, глубоко забирала его в рот, осторожно глотала, трогая его языком. Оказывается, его конец, хоть он и очень толст можно проглотить. Вообще мы с Наташей, как женщины, в чем-то разнимся. Както придумали игру: Алеши завязали глаза, посадили его на стул, сами по очереди вводили в себя его член, присев к нему на колени. Алеша, не касаясь нас руками, должен был угодать, кто из нас. Алеша ни- когда не ощибался, хотя мы и придумывали разные уловки, чтобы сбить его с толку. На все вопросы,как он нас различает, он от- вечал, что там мы разные и что пословица насчет серых кошек не верна - каждая женщина в ощущениях для члена мужчины различна.

Часть 10.

Наташа.

Сегодня у нас великий день. Наш главный режиссер - Лия закончила монтаж фильма Наташа, Алеша и я , так она его наз- вала, показывала широкой общественности, т.е. мне и Алеше. Господи, как она нас замучила! Некоторые сцены заставляла пе- реснимать дважды и трижды: Видете ли плохо получается, плохо видно. На свое горе мы научили ее обращаться с кинокамерой, так она объективом залезала ко мне , извените, чуть ли не ... мы перед камерой продемонстрировали все возможные способы, о которых знали, или сами изобрели. Израсходовали всю пленку сделали несколько сот фотографий. ...


Все права на текст принадлежат автору: Stulchiknet.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.

Эротические рассказы Stulchik.net - Категория "Классика" Stulchiknet