Все права на текст принадлежат автору: Милослав Князев.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Танкист - победитель драконовМилослав Князев

Милослав Князев

Танкист – победитель драконов

Танкист – 1

Аннотация

Победитель драконов

Пролог

Часть первая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

***

***

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16note 1

Глава 17note 2

 Глава 18note 3

Глава 19note 4

Глава 20note 5

Глава 21note 6

Глава 22note 7

 Глава 23note 8

Глава 24note 9

Глава 25note 10

Часть вторая

Глава 26note 11

Глава 27note 13

Глава 28note 14

Глава 29note 15

Эпилог

notes

Note1

Note2

Note3

Note4

Note5

Note6

Note7

Note8

Note9

Note10

Note11

Note12

Note13

Note14

Note15

Note16

Note17

Note18

Note19

Note20

Note21

Note22

Note23

Note24

Note25

Note26

Note27

Note28

Note29

Note30


Милослав Князев


Танкист – победитель драконов




Танкист – 1







Эксмо; 2014

ISBN 978-5-699-74770-2

Аннотация



Простой русский парень Максим попадает в мир, где техника противостоит магии. Только там нет прекрасных эльфов, сражающихся исключительно на стороне добра, и коварных орков, непременно выбирающих зло. Там идет жестокая война между двумя могущественными империями. На этой войне нет ни добра, ни зла, а есть только сови и чужие.

А чем может помочь вновь приобретенным «своим» землянин начала XXI века? В конце концов, никто не запрещает Максиму построить танк с магическим управлением и отправиться на нем в бой против драконов.




Милослав Князев 


Победитель драконов


Перегреется танк, заведу звездолёт…



Светлана Никифорова (Алькор)











Пролог




Проснулся Максим в холодном поту. Опять ночной кошмар. Который уже по счёту? Наверное, десятый. И почему танки?

Был бы у него дед танкистом, рассказывавшим маленькому внуку, как в войну под Сталинградом фашистов бил и в танке горел, тогда можно было бы понять, откуда такие кошмары. Отложилось что-то в детстве и потом, в самый неподходящий момент, всплыло. А момент действительно не из лучших, начальство, как ему и положено, воспользовалось случаем, чтоб уменьшить зарплату, и не возразишь, у всех кризис, жена ушла, хорошо, хоть детей не было, и вообще…

Но дед у Макса танкистом не был и не воевал. Не то чтобы вообще. В Финскую пришлось, да и как Великая Отечественная началась, сразу после речи товарища Сталина добровольцем на фронт попросился. Не взяли. Ценный специалист, горный инженер, директор шахты.

– Какой фронт? – отвечали ему. – Война идёт! Стране нужно золото! Или ты думаешь, капиталисты нам бесплатно помогать станут?

Он так не думал, но письмо в райком всё же послал. Там ответили то же самое. Дед не успокоился, Молотову написал, потом Сталину… Вот тогда-то и узнал, что такое истина в последней инстанции. Вернулось то письмо, а поверх его строк красным карандашом крупными буквами было дописано: "Ваш фронт там, куда вас пошлют. Сталин".

Так что танкистом дед точно не был. Да и сам Максим в армии тоже к танкам никакого отношения не имел и даже ни разу близко не подходил (разве что издалека САУ видел, но это точно не считается). Поэтому понять, откуда эти кошмары, мучающие его уже вторую неделю, не мог хоть убей. Правда иногда появлялось некоторое разнообразие и вместо бронетехники в ночные кошмары влетали космические корабли. Причём совсем не те, которые обычно бороздят просторы наших театров. Фантастикой Максим всегда увлекался и мог сказать однозначно, ни в одном фильме ему таких космических кораблей видеть не приходилось.

Лечить все болезни водкой никогда не было в его правилах, а к психиатру обращаться или в церковь идти тем более. Да и не верил он ни в тех, ни в других, только деньги сдерут и всё. Лучше постоянную подругу найти, а то после ухода жены ни одна дольше чем на пару месяцев не задерживалась.

Приняв такое решение (в который раз?), Макс слез с постели и отправился приводить себя в порядок. Ночные кошмары вещь, конечно, хорошая, но ещё не отменяли необходимости идти на работу. Хотя там тоже один сплошной кошмар. Кризис, чтоб его…




Часть первая




Глава 1




Всего через полчаса из подъезда выходил уже вполне пришедший в себя после не принесшей отдыха ночи ещё довольно молодой мужчина. Но, похоже, не до конца, потому что так глупо попасть под машину нужно ещё суметь. Ни предупреждающего рёва клаксона, ни визга тормозов Максим уже не услышал…

Вокруг опять шёл бой. Накачка бластеров прервалась, не достигнув нужного уровня, амулет-индикатор оповещал о разрыве магопровода от реактора к орудиям правого борта. Вражеский линкор был в перекрестье прицелов, и если не дать залп прямо сейчас, техны сделают это первыми. Уже потрёпанный звёздный линкор техномагов просто не выдержит очередного залпа. Капитан, конечно, сильна, и одной только собственной волей способна какое-то время не дать кораблю развалиться на куски, но на неё лишний раз не стоит надеяться. Максилиор решил использовать собственный резерв. На одно орудие у него точно бы хватило, но на всю бортовую линию, пускай уже почти заряженную реактором…

Раньше в команде линкора за орудия отвечало куда больше магов его уровня. Но шла война, и корабли строились куда быстрее, чем академии успевали выпускать для них членов экипажей, поэтому операторами орудий становились слабые маги, очень слабые, в лучшем случае годные в экипажи крейсеров. Но даже таких имелось очень мало, и приходилось воевать с теми, кто был. Вот и сейчас во всей линии только Максилиор обладал способностью использовать собственный резерв для орудий такой мощи. Магия утекала из его тела вместе с жизнью, но линкор произвёл последний залп и отсрочил свою гибель.

Максим опять очнулся в холодном поту. Такого кошмара у него ещё не было. Космические корабли, причём именно такие, которые он видел на экранах, изредка случались, но чтобы маги с эльфами и прочими гномами…

– Что за… – не стесняясь, произнёс он вслух. – Какие, к чертям, маги?! Какие на фиг звёздные линкоры с орудиями на магической силе? Где мои родные танки? Ну, точно крыша поехала, раз уже средь бела дня кошмары начали сниться!

Корабль основательно тряхнуло, и Максим выругался куда менее сдержанно.


Вообще-то, он редко когда позволял себе крепкие выражения, но сейчас не успел схватиться за специальные поручни и со всего маху свалился на пол, основательно ударившись при этом локтем. Смущало то, что причина ушиба была не столько в самом падении, хотя и в нём тоже, а в несознательной попытке тела вцепиться в этот самый поручень, о котором сам Максим даже не подозревал. Но стоило ему только подумать, как в голове сразу всплыла информация об этих поручнях и местах их расположения.



– Странный сон, – пробормотал себе под нос мужчина, поднимаясь на ноги и на всякий случай цепляясь покрепче, куда положено по уставу.

Именно что по уставу, он даже мог назвать номер статьи, это дело регламентирующей.

– Ещё одной странностью больше, – прокомментировал Макс невесть откуда появившиеся знания.

Да и боль, как, впрочем, и сотрясение корпуса, в результате которого она появилась, тоже вызывали опасение. Ни в одном из его ночных кошмаров танк не трясло, и отдачи от орудия не было, и соляркой не воняло (вообще ничем не воняло), и боли не было. А вот страх был. Непреодолимый, всепоглощающий ужас, заставляющий просыпаться в холодном поту. Тут же наоборот, имелось всё, кроме страха. Нет, соляркой, конечно, не воняло. Откуда на борту космического корабля соляра? Не дизель в конце концов из какого-нибудь стимпанка. Но свои специфические запахи присутствовали.

Немедленно откуда-то из глубины сознания появилась информация, что в искусственной атмосфере корабля посторонних запахов, то есть вообще никаких, быть не должно. Но, по всей видимости, артефакт, отвечающий за очистку атмосферы, лишился подпитки от реактора. То ли оборвало магопровод, как и с бортовой линией орудий, главным оператором которой вроде как являлся Максим, то ли просто отключили подачу энергии от всех второстепенных систем. У этого артефакта, разумеется, есть внутренний кристалл немалой ёмкости, с запасом энергии на которой он может работать довольно продолжительное время, однако лишившись подпитки от реактора, он входит в аварийный режим и ориентируется только на поглощение из корабельной атмосферы излишков углекислого газа и выделение из него кислорода. Ну а экипаж как-нибудь потерпит. Лучше быть живым и морщить нос от неприятных запахов, чем мёртвым в чистейшей до полной стерильности атмосфере.

Максим решил не обращать внимания на странности, вызванные явно поехавшей куда-то не туда крышей, и принимать всё как есть. А для начала осмотреться.

– Если я тут числюсь главным оператором бортовых орудий или как-то так, – начал рассуждать мужчина вслух, – то, следовательно, логично предположить, что это помещение – орудийная рубка. Но где тогда все приборы?

Новая память тут же услужливо подсказала, что все приборы, а вернее, магические амулеты и артефакты, на месте. Вон те каменные (каменные!!!) плиты, отполированные до зеркального блеска, не что иное, как мониторы, а вот эти кристаллы – датчики и индикаторы.

– И как всем этим пользоваться? – уже почти привычно спросил он у своей шизофрении.

Однако та на этот раз его подвела. Не то чтобы она отказывалась сотрудничать, нет, просто не могла ответить. Показать – запросто, а рассказать – никак. Но чтобы показать, нужно было видеть. Видеть магию! А Максим не видел.

По этому поводу в его новой памяти информация была весьма скудной. Полное магическое истощение – явление крайне редкое само по себе (куда раньше просто сознание потеряешь), а уж выживших после него оставалось вообще невероятно мало. Даже не проценты, а доли процента. Отсюда и крайне скудные сведения по этому вопросу. Так что Максим ни с помощью новой памяти, ни тем более сам не мог понять, приборы просто не работают, сдохнув вместе с орудиями, или это он, в силу полного отсутствия каких-либо магических способностей, не различает их показаний. Логика была за второй вариант, так как в каждом из артефактов и амулетов имелись собственные накопители, аналогичный тому, который стоял в очистителе воздуха. Пусть не такой объёмный, но точно имелся в любом приборе.

Ага, логика. Ещё она говорила, что никакой магии вообще ни бывает.


Решив не спорить ни с одной из логик и тем более не выяснять, которая из них настоящая, а которая хитро маскирующаяся под логику шизофрения, Макс продолжил осмотр. Поскольку, как выяснилось, разглядывать приборы не имело смысла, он обратил внимание на себя. Из одежды на нём был комбинезон и то ли хитро пристёгнутые, то ли составляющие с ним единое целое ботинки.



– А чего я хотел? Раз космический корабль, то, разумеется, должен быть комбинезон или скафандр, а не древнеримская тога или средневековая кольчуга.

Тут же включившаяся новая память дала справку, что это всё же не совсем комбинезон, а именно лёгкий скафандр минимальной защиты и ботинки хотя в принципе могут быть отстёгнуты, но составляют с костюмом единое целое. Комплекс, само собой разумеется, тоже магический. А какой же ещё? Но, к счастью, активация пассивная, не требующая от носителя ни магических способностей, ни целенаправленных действий. Мало ли что, вдруг, пребывая в вакууме или агрессивной среде, человек окажется без сознания.

– Кстати, о средневековье, – произнёс мужчина, обнаружив с левой стороны у себя на поясе не такие уж и маленькие ножны.

Взявшись за рукоять, он извлёк на свет сам не понял что. То ли кортик-переросток, то ли шпагу-недомерок. С тем, что чисто символические кортики ещё могут быть у офицеров космических кораблей, Максим вполне мог согласиться, однако не такие же "дуры". Но обратиться к новой памяти за разъяснениями он не успел, так как его размышления на эту тему прервало очередное сотрясение линкора. На этот раз человек не стал мешать непонятно откуда появившимся рефлексам, и левая рука легко схватилась за поручень, а правая непринуждённо вставила клинок обратно в ножны. Слишком легко и слишком непринуждённо. Это при том, что никакого отношения к холодному оружию не имел, как и оно к нему, и точно не сумел бы засунуть не глядя что-либо в ножны, а вот отрезать себе что-нибудь при попытке проделать такой трюк – запросто. Да и линкор, хоть звёздный, хоть любой другой, в его понимании не тот корабль, которому положено часто сотрясаться всем корпусом, так что, где можно наработать такие рефлексы, тоже было неясно.

Здесь новая память полностью согласилась со своим хозяином. Не положено линкорам так сотрясаться. И этот, если вообще уцелеет, после боя полетит прямиком в ремонтный док. Или, скорее, не полетит, а будет туда отбуксирован. Капитан, конечно же, способна и сама отремонтировать в любом месте, без всяких доков, но в крайнем случае, поэтому точно предпочтёт зря не напрягаться. Мысль про капитана, а вернее про его такие невероятные способности, ему показалась странной, но человек решил пока её отложить.

Однако Максим всё ещё считал, что "в сказку попал", поэтому космическое сражение и перспектива разрушения корабля, на котором он, собственно, и прибывает, его не очень пугали. Вообще не пугали. Наличие на боевом посту каких-то специальных поручей, за которые нужно хвататься, вместо кресла, к которому можно пристегнуться, тоже не смущало.

И человек обратил внимание на кобуру, висящую у него справа. Там был магобластер – симбиоз ядерной физики и магической науки. Микрореактор кваркового распада, (или может лучше синтеза? или антивещества?) заключённый в магический кокон, давал грубую энергию, а кристалл-накопитель – тонкую магическую силу. Объединённые вместе, они позволяли стрелять сгустками плазмы большей мощности, чем любой из них по отдельности.

Вот только бластер был не просто магическим, а ещё и защищённым, так, чтобы никто, не имеющий таких способностей, не сумел им воспользоваться. Максим с сожалением засунул обратно в кобуру грозное, но совершенно бесполезное для него оружие. Однако его размышления по этому поводу также были прерваны.

– Внимание! Высокая вероятность абордажа! Всем членам экипажа занять свои места по плану отражения угрозы, – раздался приятный женский голос, принадлежавший капитану.

Память услужливо подсказала Максиму, что его место как главного артиллериста бортовой линии за пультом (увидеть бы тот пульт). Это если орудия в порядке. А если нет, то, как мага с силой значительно выше средней там, где понадобится для противодействия абордажу.

– Только я не маг, – сообщил Макс то ли своей памяти, которая по совместительству поехавшая крыша, то ли капитану, объявившей об опасности абордажа, то ли себе самому, начинающему по чуть-чуть задумываться, а не происходит ли всё это на самом деле.

Никто, разумеется, ему не ответил. Инструкций на случай полного магического истощения не существовало вообще, а при расходе внутреннего запаса магии и отсутствии возможности подзарядиться от внешних источников, вражеский абордаж следовало отражать с помощью ручного оружия, то есть бластера и кортика. И вообще, старшие офицеры должны являться для остального экипажа примером для подражания. Поскольку магобластер в его руках был всего лишь бесполезным макетом, выходить с ненадёжным клинком против вражеского спецназа Максиму не хотелось. Даже во сне. Быть неудачным примером тоже.

– Почему спецназа? – задал человек себе же вопрос.

– А кого ещё пошлют на абордаж линкора, – ответил он на это, уже вполне привычно разговаривая сам с собой. – Точно не детский хор.

Но оставаться в центре управления огнём правого борта тоже не хотелось. Приборы ни черта не показывают, орудия выведены из строя, и вообще…

– Кто мог додуматься воевать стоя!? Ни тебе кресла, ни ложемента, ничего кроме поручней. Как можно управлять орудиями, вцепившись во что-то?

Память тут же услужливо подсказала, что все цивилизованные разумные именно стоя и воюют, только дикие техны сковывают свою свободу пилотскими креслами и прочими приспособлениями. Заведомо лишают себя части возможностей. Варвары. А для того, чтобы управлять бортовым огнём и вообще почти всем на магозвездолёте, руки не нужны. Всё делается с помощью всё той же силы. Даже дети об этом знают

Максим придерживался слегка противоположной точки зрения, но спорить не стал. Да и невозможно переспорить "аргумент" – даже дети знают. Память сумела предоставить другой, более рациональный, который всё о объяснил (нет бы с него и начать). Цель всех противоперегрузочных кресел и ремней безопасности более чем понятна. Сохранить хрупкое человеческое тело (и не человеческое, но всё равно хрупкое). Тут всё это достигалось магией, причём на более эффективном уровне.

– Ну-ну, – произнёс человек. – Пока не откажет. А ремень, даже если вырубить энергию, всё равно продолжит тебя держать.

На этот раз уже память не стала с ним спорить и что-то доказывать.


Вынув клинок из ножен, мужчина решительно вышел в коридор. С этим кортиком была какая-то странность, память почти ничего не могла о нём рассказать, а вот тело наоборот, помнило оружие прекрасно.



– Конфликтуют тело с организмом, – почему-то вспомнились ему не совсем подходящие к случаю слова одного из юмористов.

Но додумать, что на самом деле тело конфликтует всё больше с памятью, он не успел. Весь корабль опять сотрясло, не так сильно, как в прошлые разы, зато более продолжительно, что ли. И ещё, толчок на этот раз имел и звуковое сопровождение, откуда-то из глубин корабля раздался протяжный то ли стон, то ли скрежет, от которого забегали по спине мурашки.

– Абордаж по всему правому борту! Уничтожить вторгшихся технов! – раздался по сети оповещения голос капитана.

Красивый голос, между прочим, капитан ему всегда нравилась, только не магу его, пускай и совсем не низкого уровня мечтать о личных отношениях с такой женщиной.

– Откуда у меня в голове такие мысли? Причём как бы точно мои, а не кусок непонятно как появившейся памяти. Да я её ещё в глаза не видел, чтобы об этом думать.

Это он произнёс вслух, а про себя вспомнил соответствующий случаю анекдот:

– Вовочка, о чём ты думаешь, глядя на этот кирпич?

– О бабах.

– Но почему?!

– А я всегда о них думаю.

Мотив, в общем-то, понятный и заслуживающий уважения. Тем более что из памяти прошлого хозяина тела следовало, что капитан не просто красивая, а очень красивая. Даже для эльфийки.

Также Максим не мог понять побудительных причин своих поступков. Идти в одиночку сражаться с наверняка профессиональными бойцами специальной абордажной команды, имея из оружия только не вызывающий никакого доверия клинок. И это в эпоху бластеров и звёздных войн, а не меча и магии. Хотя магия тут тоже очень даже имелась, а память подсказывала, что и мечами никто не брезговал, причём, что самое странное, с обеих сторон.

– Сон или шизофрения – это, возможно, и хорошо, но никак не причина совершать идиотские поступки, – попытался переубедить себя человек.

В ответ всплыло что-то смутное о долге и присяге. Максим был абсолютно убеждён, что никому тут ничего не должен и присягу звёздному флоту, или что тут вместо него, не давал. И, тем не менее, что-то упорно толкало его вперёд.

– Абордаж по всему правому борту! – повторился призыв капитана. – Прорыв технов в районе третьего сектора!

– Третий сектор – это совсем рядом, – сказал Максим, не замечая, что уже пользуется новой памятью, как своей. – Ещё бы оружием нормальным разжиться.

Говоря это, мужчина уже быстро шёл по кажущемуся или, скорее, являющемуся знакомым коридору, сам не понимая, на что он рассчитывает с одним только абордажным кортиком в руках. Однако какая-то неведомая сила требовала от него действий в соответствии с уставом, присягой, клятвой при окончании магической академии и много ещё с чем непонятным, но очень важным. Землянину было бы куда понятней, окажись его предшественник тайно влюблён в капитана. Но ничего подобного в памяти не было. Только восхищение и уважение.

– Вот были бы здесь пожарные щиты, возле которых всегда стоят ящики с песком, а на них самих висят большие красные топоры, – пробурчал он себе под нос. – Кто бы ни строил этот корабль, к мерам противопожарной безопасности он относился явно наплевательски. Где это видано, чтоб без пожарных щитов? Чёрт с ним, с песком, но топор бы мне сейчас не помешал.

Мужчина быстро шёл вперёд, пытаясь подбадривать себя не очень-то и смешными шутками. За следующим поворотом человек наконец нарвался на тот самый прорыв, который и спешил остановить. Два техна. Тоже люди. В боевых скафандрах, разумеется, настоящих, а не магических. Бронестёкла на шлемах подняты, в руках бластеры.

– Ну, вот и всё, – произнёс свою эпитафию Макс.




Глава 2





Оказалось, не всё. Техны, увидев, что встречающий их маг держит в руках только короткий клинок и за магобластер хвататься не собирается, тоже попрятали свои и вместо них обнажили что-то похожее на абордажные сабли. Во всяком случае, такие, какие Максим видел в фильмах про пиратов, штуки более серьёзные, чем его кортик. Но на этом их благородство закончилось, так как нападать они собирались явно парой.

Максим позволил телу действовать самому, потому что каким-то неведомым чутьём угадал – это будет единственным правильным решением, и потом не сразу сообразил, что произошло. Понял только, что не ошибся.

Ловкость рук и никакого мошенничества, в смысле, магии. Плавный шаг вперёд, лёгкое, можно сказать, ленивое уклонение от удара, укол в шею через открытое стекло шлема, и вот перед ним уже только один противник. Первый ещё не начал падать, а второй не понял, что вообще что-то произошло. Стремительный рывок к живому, и вот Максим стоит один и удивлённо рассматривает окровавленный клинок. Да и крови-то на лезвии почти нет.

И тут как будто прорвало какую-то невидимую плотину, нахлынули воспоминания. Он, оказывается, чемпион флота по фехтованию. Не всего, конечно, а только двадцатого, но и это тоже достижение. А для человека – так совсем немалое. Особенно учитывая, что эльфы в большинстве своём в этом деле превосходят людей, а в двадцатом длинноухих присутствовало ничуть не меньше, чем в любом другом.

Правда, тут было одно маленькое но… Чемпионом являлся вовсе не Максим Иванов, а какой-то Максилиор из рода Элоров, с которым он, тем не менее, себя полностью на данный момент ассоциировал. И почему-то совсем не удивлялся этому. Отсутствие каких-либо негативных эмоций из-за того факта, что лично прикончил двоих людей, пускай и собиравшихся убить его самого, слегка удивляло, а чужая личность, воспринимаемая как своя, вроде бы и нет.

"Благородный" поступок технов в свете новых знаний тоже предстал перед ним в совершенно ином свете. Офицерский абордажный кортик, оказывается, являлся ещё и защитным амулетом от энергетического оружия. Отражал удары, причём не только куда получится, как у рядового состава, но и в половине случаев обратно стрелявшему.

– Не такой, оказывается, я и безоружный, – проговорил Максим, по-новому разглядывая свой клинок.

Но ничего особенного он, разумеется, не увидел. Тот как представился ему кортиком-переростком или шпагой-недомерком, так и оставался таковым. Откуда-то из глубин его собственной памяти всплыло слово дага, но Максим не был до конца уверен, что это именно то. В древнем холодном оружии он разбирался крайне плохо. Меч, шпага, сабля, шашка, кортик, стилет, ну и еще, пожалуй, ятаган с катаной – это было всё, в чём Макс хотя бы очень приблизительно ориентировался. Остальное – тёмный лес. Да и не было ему принципиальной разницы, как называть клинок, работает и ладно.

– А у технов-то оружие совсем не магическое и должно работать от простого нажатия на спусковой крючок, – сказал Максим, вытаскивая трофей из кобуры одного из поверженных противников.

Однако тут его ждало некоторое разочарование. Нет, стандартный бластер технов, хоть и был послабее магобластеров, да и заряда в обойме хватает на меньшее количество выстрелов, но сам по себе как оружие Максима вполне устраивал. Огорчила его память, подсказавшая, что у защитного амулета в кортике имеется один весьма специфический побочный эффект. Он отклонял энергетические выстрелы не только когда кто-то стрелял во владельца, но и наоборот.

Нет, обратно свой собственный заряд, конечно, не получишь, вот только и о прицельной стрельбе можно сразу забыть, если в кого и попадёшь, то исключительно случайно, причём не обязательно во врага. Так что или-или. Или вытаскиваешь из ножен, и тогда ни в тебя никто стрелять не будет, ни ты. Да и вообще рядом тоже не стоит. Или прячешь волшебный кортик в ножны, которые его полностью экранируют.

– А какая хорошая идея была. Прикрылся ножиком и пали в супостата, так нет, придётся или фехтовать, или прятать, чтоб пострелять. Прав был кто-то из фантастов, утверждая, что лучше "калаша" человечество ничего не придумало и вряд ли придумает, поэтому его будут успешно применять даже в эпоху звёздных войн. Но местные, видимо, ничего подобного так и не изобрели, – рассуждал мужчина, обшаривая тела убитых им технов в поисках запасных батарей-обойм.

Причём довольно привычно и умело обшаривая. Руки сами знали, что и где искать, практически без помощи памяти.

– Полный прорыв обороны во втором, пятом, восьмом, тринадцатом, четырнадцатом и двадцатом секторах правого борта! – опять объявила капитан. – Полномасштабное вторжение по всему правому борту! Всем эвакуироваться в центральную часть и закрепиться там. Приготовиться к выполнению директивы один-семь-семь!

Что скрывается под загадочным номером сто семьдесят семь или всё же один-семь-семь, Максим не знал, и новая память по этому вопросу сотрудничать не желала. Но то, что нужно бежать в обратную сторону, причём более спешно, чем до этого рвался отражать абордаж, понял сразу. Тому, что не успел выполнить неведомый ему долг и вместо того, чтобы прорваться в самую гущу абордажа, убил двух технов, в свою очередь вырвавшихся вперёд, человек был откровенно рад.

– И вооружился, и имею шансы успеть убраться отсюда в центральную часть корабля. Пускай новая память опять молчит, но у меня ещё и задница есть, а она подсказывает – единица с двумя семёрками тут далеко не самое счастливое число. Даже очень не самое.

Максим был уверен, что чутьё его не обманывает, так как память хоть и молчала, но в её глубине всякий раз возникало какое-то беспокойство, стоило лишь произнести эти цифры. И не просто возникало, а вызывало мурашки по всей спине. То есть верхняя и нижняя части спины активно сотрудничали, побуждая человека как можно быстрее убираться из опасного места. Однако он не успел.

Те двое, которые на своё несчастье его повстречали, были только авангардом прорыва на этом направлении. И теперь из-за поворота на Максима неслась целая толпа технов. Не меньше десятка, а скорее, больше, так как появлялись всё новые и новые. Неприятное зрелище, особенно когда знаешь, что враги имеют в виду именно тебя. Больше-то в коридоре никого нет.

Выстрел из трофейного бластера. Попал!


Макс точно знал, что скафандр является ещё и чем-то вроде бронежилета, поэтому стрелял в открытое лицо. Не дожидаясь ответного огня, выдернул из ножен кортик.


Успел! Отражённая плазма полетела примерно в обратную сторону, кого-то даже задело, но не сильно, скафандры действительно сдерживали какую-то часть заряда, правда, теряя при этом герметичность. Противники почти сразу прекратили стрельбу и повытаскивали клинки.


Максим не очень-то доверял своим новым способностям, учитывая то, что они просыпаются, когда им самим вздумается, так что предпочёл отступить. А ещё лучше убежать. Тем более сомневался, что даже мастер по фехтованию справится с целой толпой, большая часть бойцов в которой тоже абордажные сабли не первый раз в жизни в руках держат. Да и память подсказывала – сейчас не место и не время для геройства. Но убежать он так и не успел.



– Директива один-семь-семь! – раздался голос капитана.

И корабль тряхнуло. Сильно! Максима не вынесло мгновенно улетучившейся атмосферой только потому, что он инстинктивно схватился за один из поручней. Шлема на его комбинезоне-скафандре не было, но он не задохнулся, так как вокруг головы мгновенно возникло силовое магическое поле, такой шлем заменяющее.

– Удобно, однако, – пробормотал человек, продолжая держаться за поручень.

Хотя воздух уже весь исчез, но корабль продолжало трясти, да и искусственная гравитация отключилась. Недаром технов сдуло как пушинки.

– Только что я буду делать, когда кончится энергия, которая это поле поддерживает? В настоящем скафандре хоть шлем остаётся герметичным, даже если садятся батарейки, – продолжал рассуждать Максим. – Хотя, нужно признать, что и там запас воздуха не безграничный, неизвестно ещё, что раньше может кончиться. Так какая разница, от чего умирать? Кстати, о воздухе, а сколько его у меня?

Память тут же подсказала, что в скафандрах такого типа вообще нет воздуха, в смысле, его запаса. Просто идёт очистка выдыхаемого, всё той же магией. Заряда в кристалле хватает пусть и ненамного, но всё же больше, чем запаса сжатого воздуха в небольших баллонах и ресурса очистительных кассет в скафандрах у технов. А если учесть, что маг сам способен пополнять расход энергии костюма за счёт своего личного резерва, то автономное время могло быть растянуто очень значительно. Для мага его уровня как минимум на месяц, для капитана вообще на годы, если не десятилетия. Цифры казались невероятными, но причин им не верить не было.

– Только мы этого учитывать не будем, – проворчал недовольно Макс. – Тут даже индикаторы магические, на самом деле показывают расход энергии и все прочие параметры на энергетическом щите, заменяющем шлем, а без магического зрения не разглядишь. И кто только мог до такого додуматься? Одним словом маги. Им бы всё дешёвые фокусы показывать.

Максим висел, держась за специальный поручень, и размышлял вслух о том, что он думает о конструкторах спасшего его комбинезона, а вот техны тем временем летели вдаль, и не только они. В космическое пространство беззвучно улетали переборки, целые секции, листы брони…

Так что рассуждения о недостатках магических скафандров потонули в ужасе, который возник от вида всего происходящего. Человек покрепче схватился за поручень, и тут наконец проснулась его новая память и объяснила, что это и есть та самая директива один-семь-семь. Не просто разгерметизация, но и полное размагичивание участка корабля. А поскольку весь корабль собственно на магии в основном и держится, то попавшая под директиву часть просто разваливается с немалым выбросом энергии.

Звука не было, но выглядело потрясающе и страшно. Размагичивание сопровождалось полным выбросами энергии из артефактов и накопителей, да и просто из материала обшивки. Эти выбросы не только представляли из себя красивые вспышки, но и сжигали то, что попадало под их разряды. Технам, например, которые были вышвырнуты атмосферой при разгерметизации, досталось в первую очередь, поэтому не очень важно, успела сработать автоматика шлемов, опуская бронестёкла, или нет. Живых там в любом случае осталось мало.

Но самым главным было то, что вместе с обломками правого борта "Зелёного луча" улетал в пространство и разваливающийся на две неравные части линкор технов. Опытный взгляд артиллериста тут же подсказал Максиму, тот был основательно потрёпан и уже не имел шансов продолжать бой ещё до того, как начал разваливаться. Только поэтому капитан технов и решился на безрассудный абордаж к борту борт, наносящий вред обоим линкорам. Это не героизм или сумасшествие, а простая безысходность. А капитан магов воспользовалась ситуацией и размагичив часть собственного корабля, уничтожила вражеский.


Вдоволь налюбовавшись обломками вражеского линкора, Максим решил, что пора бы и возвращаться в ту часть корабля, где ещё есть жизнеобеспечение. Новая память очень настоятельно рекомендовала это сделать и побыстрей. Повреждения, полученные "Зелёным лучом", однозначно делали корабль не подлежащим восстановлению. Проще было новый построить. Нет, если он уже стоит в доке, то ремонт старого магическими средствами всегда дешевле и проще постройки нового, как бы ремонтируемый ни был потрёпан и до какой бы степени ни износился. Отстрел части отсеков по всему борту потому и возможен, что корабль собран по принципу взаимозаменяемых модулей. Это очень сильно упрощает не только сборку, но и ремонт.

Техны так не умеют, у них любая неточность в расчётах, и разные блоки просто не подойдут, а у техномагов такие мелочи прекрасно сглаживает магия. И не мелочи тоже, порой соединяют в кучу куски кораблей разных типов и всё это потом прекрасно летает. В дыру в обшивке свободно проходит рука? Ничего страшного, в соседнем помещении он а даже больше. Если мешает, залей гермопеной и забудь.

Но вот сама транспортировка до ближайшего дока может обойтись дороже, и в случае с "Зелёным лучом" как раз так и было. Далековато мы забрались от цивилизованных мест, где вообще могут быть такие доки. Вероятно это означало, что в любой момент может начаться эвакуация и Максим, лишённый магической связи, имеет все шансы об этом не узнать. Перспектива быть забытым на обломках звёздолёта Максу категорически не понравилась, и он, перебирая руками поручни, активно полез по остаткам коридора в сторону центральных отсеков корабля.

Границу, отделяющую космический вакуум от внутренней атмосферы звездолёта, он так и не заметил. Просто вдруг появились звуки, которых только что не было. Да и силовой колпак шлема тоже исчез. О том, что простое магическое плетение с минимальным расходом энергии способно не только не допустить утечку атмосферы в космос, но и свободно пропускать живые объекты, опознаваемые как свои, так, что они сами этого даже не замечали, Максим знал. Во всяком случае, в новой памяти такая информация имелась. Однако знать – одно, а ощутить на себе впервые в жизни – совсем другое.

И кстати о знаниях, роясь в памяти, он обнаружил там одну неприятную для себя информацию. Корабли техномагов, оказывается, вообще не бывают герметичными. А зачем? Трудозатраты по обеспечению такого удовольствия неоправданно велики, в то время как проблему решает несложное плетение, которое шутя может создать и куда более слабый маг, чем был Максилиор.

Вместе со звуками пришло и понимание – с уничтожением вражеским линкором не всё ещё закончилось. Бой внутри корабля продолжался.

– Интересно, это часть технов сумела прорваться, или нас берёт на абордаж ещё один корабль? – задал сам себе вопрос человек.

Новая память промолчала. Либо не знала ответа, либо сочла вопрос риторическим, либо ещё что-то. Хотя, скорей всего именно первое. Откуда ей знать-то?

– Чёрт бы побрал эту магию, – в очередной раз выругался Максим. – Она же тут и вместо радиоволн используется. Наверняка эфир заполнен массой важной информации, а я ничего не слышу. Что если давно объявили эвакуацию корабля?

Корабль характерно тряхнуло. Едва-едва, без опыта и не заметишь. Но у нового Максима такой как раз имелся. Толчок был не просто характерен, а для отстрела спасательных капсул.

– Ну вот, накаркал!

– Повторяю, всему экипажу немедленно покинуть корабль! – раздался голос капитана.

Что тут успело произойти за время его отсутствия, Максим, разумеется, не знал. Он и так мало понимал, а теперь, при полном дефиците информации, тем более. Однако кое-какие выводы сделать мог. И они никак не прибавляли оптимизма.

Даже если размагичить три четверти корабля до их полного рассыпания в космическом пространстве, оставшаяся часть всё равно будет вполне пригодна для того, чтоб в ней дождаться прилёта спасателей. А уж корабль, просто потрепанный в бою и лишившийся части правого борта, вполне мог добраться до базы и своим ходом. После некоторого ремонта силами экипажа, разумеется. Но всё равно мог! Гарантированно! И для того, чтобы отдать приказ об эвакуации, у капитана должны быть очень серьёзные причины. Ведь каким бы повреждённым линкор ни был, он всё равно является более надёжным убежищем, чем спасательные капсулы. Да и долететь на нём до дома по-любому получится значительно быстрее, чем на такой капсуле.

– Повторяю, последним оставшимся на борту членам экипажа немедленно покинуть корабль! Включён амулет самоликвидации!

– Это уже серьёзно, – пробормотал человек, быстро двигаясь по коридору.

Что заставило капитана активировать амулет, Максим понять не мог. Почему она сама всё ещё на борту, тоже. Ведь Директива Номер Один требовала от экипажа спасать капитана любой ценой и в первую очередь, а они вместо выполнения своего долга, безропотно покидают линкор по её приказу.

Тут новая память выдала человеку целый пакет информации о том, что кроме писанных есть ещё и неписанные правила. Раньше Директива Номер Один была совсем другой и касалась прежде всего капитанов, требуя от них любой ценой спасать экипажи своих кораблей. И самые могущественные маги во вселенной, а только такие могли стать капитанами достаточно крупных звездолётов, всегда придерживались этой директивы, иной раз спасая экипажи ценой собственной жизни. Но на втором столетии войны с технами стало ясно – империя, пускай и очень медленно, но уступает позиции, по причине выбывания из строя капитанов. Тогда император издал указ, которым поменял Директиву Номер Один на противоположную по сути, то есть ту, которая официально действует сейчас.

Почему Совет Капитанов не отменил того указа, так и осталось загадкой. Они его просто проигнорировали. Император, конечно же, велик, но… Вот именно, но. Поднявшиеся на свои мостики до этого события и тем более до начала самой войны, в любом случае не были обязаны такому указу подчиняться. Те же, которые после, просто не собирались этого делать. Ещё бы, молодые маги считали себя не хуже тех, легендарных, выполнявших директиву ещё тысячи лет назад. А если и не считали, то планировали такими стать. Члены же экипажей оставлялись перед выбором, выполнять ли самую главную директиву или подчиняться прямому приказу капитана. И чаще всего, да что там чаще, почти всегда, выбор был в пользу последнего.




Глава 3




Вот так Максим и бежал по коридору, обдумывая возникшую в голове информацию, пока не обнаружил, что нечаянно кого-то догнал. Впереди маячили спины в скафандрах. Техны спешили в ту же сторону, куда и он. Поскольку противник держал наготове бластеры, то Макс вытащил кортик. Бесшумно приблизившись к чуть приотставшему, человек воткнул узкое лезвие клинка ему в основание черепа. Раньше так тихо бегать человек не умел, а орудовать кортиком тем более. Но всё получилось. Второго техна ждала та же участь.

Укладывая тело поверженного противника на пол, Максим обнаружил, что это была противница. Короткостриженная женщина или скорее даже девушка. Красивая. Техны с их громоздкими и неудобными шлемами вообще были вынуждены стричь волосы очень коротко, многие предпочитали брить голову налысо.

– Хорошо, что со спины не понял, – пробормотал мужчина, – а то рука могла и дрогнуть.

Но размышлять на эту тему было некогда, так как впереди он успел заметить скрывшиеся за поворотом ещё спины технов.

– Отряд не заметил потери бойца, – прокомментировал Макс словами из песни. – Или бойцов?

Однако и на эту тему размышлять особо тоже не было времени. Вскочив на ноги, человек быстро, но осторожно помчался вслед удаляющемуся противнику, вместо того, чтобы постараться убраться как можно дальше. Также Максим обнаружил интересную вещь, он всё это время вопреки здравому смыслу, требовавшему бежать к ближайшей спасательной капсуле, пробирался к капитанскому мостику.

Максим быстро нагнал технов, но приближаться не рискнул. Слишком уж их много, действительно отряд, а отставать никто больше не собирался. По всему было видно – враг целенаправленно пробирается к рубке.

– Интересно, это они сами туда рвутся, или капитан их специально приманивает, чтоб дать экипажу больше шансов на эвакуацию? И что должно было случиться, чтобы эльфийка активировала амулет самоуничтожения?

Ответы на эти вопросы отсутствовали, зато вот отзвуки боя впереди уже слышались вполне отчётливо. Причём не только характерные хлопки от бластеров технов, но и тяжёлая артиллерия, то есть последствия работы неслабых плетений. Капитан магозвездолёта класса линкора – это серьёзно. Это очень серьёзно! Дракону легко хвост к… в общем, к одному месту бантиком привяжет и скажет, что всегда так и было. И тот, если жив останется, вряд ли решится оспаривать такое утверждение. Крейсер технов, если тот не успеет включить защиту на полную мощность, голыми руками сомнёт и почти не устанет. А если дать достаточно времени, то не только горы свернуть может, но и планету с орбиты стряхнуть.

Недаром ходят легенды, что, когда маги достигли таких высот, боги предпочли просто уйти, чтобы не проверять, кто сильнее. Даже если бы боги в такой войне и выиграли (а в этом уверены далеко не все), то в любом случае пришлось бы им ой как несладко. Максиму как раз по этому поводу вспомнилось интересное утверждение: "Вера в богов – детская болезнь цивилизации. И человечество либо выздоровеет и полетит к звёздам, либо останется ковыряться в грязи, либо просто подохнет". Оказывается существовал и четвёртый вариант. Если боги не придуманы людьми, а существуют на самом деле, то повзрослев люди могут заставить тех потесниться.

– Однако я отвлёкся, – признался человек.

Убегающих в панике немногих уцелевших технов не наблюдалось. Мало того, звуки боя практически не менялись, что говорило о патовой ситуации. Пусть даже Анастиэль до предела вымотала себя космическим сражением с двумя линкорами технов, в котором была вынуждена заменять собой вышедшие из строя артефакты своего звездолёта, ещё вовсе не оправдание для такой ситуации. Что-то явно идёт не так, и человек это понимал, даже не обладая всей полнотой информации.

Подобравшись поближе, Максим выглянул из-за поворота. Его глазам представилась картина полного разгрома, но, к сожалению, не в рядах технов. Бронеплита, перекрывающая путь в рубку, была выворочена и оплавлена. На полу коридора лежало не меньше десятка мёртвых тел, принадлежавших членам экипажа, не самых последних магов, между прочим, и всего пара во вражеских скафандрах. Возле бронеплиты стояли больше двадцати технов, выстроившихся в две шеренги. Передние ничего не делали, а просто держали в вытянутых вперёд руках какие-то непонятные штыри, между которыми то и дело проскакивали искры электроразрядов или ещё что-то на них похожее, с позиции Максима было не разобрать. Задние же активно стреляли из своих бластеров, прикрытые первой шеренгой. Ответные удары из капитанской рубки неслабыми боевыми плетениями не имели никакого эффекта, кроме светошумового.

Это было нечто новое, неправильное, очень опасное и важное, но Максима оно сейчас совершенно не интересовало. Капитан была в опасности! Она нуждалась в его помощи, и он начал действовать.

Сначала сунул в ножны абордажный кортик, который всё время держал в руках на случай неожиданного или случайного выстрела. Потом вышел из бокового прохода на середину коридора и открыл огонь из трофейного бластера, готовый в любой момент опять выдернуть спасительный клинок. Но не понадобилось. Мужчина попал в одного стрелка и трёх стержнещитоносцев, как он их про себя назвал. Убитые им противники ещё только начали падать, а в образовавшуюся брешь уже ворвался огненный смерч, и обе шеренги превратились в груду обугленных тел. Капитан не упустила шанса и воспользовалась помощью.

Не задумываясь ни на секунду, Максим бросился в рубку. И чуть не получил выстрел из бластера прямо в лицо. Стрелок промахнулся лишь самую малость, сгусток плазмы прошёл почти касательно по виску, опалив волосы на левой стороне. Как сильно, человек проверять не стал, но запах более чем красноречиво говорил – причёска испорчена основательно. Глянут туда, откуда стреляли. С противоположного конца, у другого входа на капитанский мостик, ситуация была аналогичной. Тоже проломленная и искорёженная бронеплита и тоже две шеренги технов.

Посреди помещения стояла Анастиэль – прекрасная эльфийка и капитан корабля. Но в этот момент она вовсе не выглядела красавицей. Растрёпанные светлые волосы, утратившие свой золотой оттенок, тёмные круги под глазами, да и сами огромные глаза как будто стали меньше, и их заволокло белесой дымкой, осунувшееся лицо, на котором проступил реальный возраст хозяйки (не такая уж и старая для эльфийки, вернее, даже молодая по их меркам, впервые поднялась на капитанский мостик почти перед самой войной, однако сейчас её годы можно было считать по человеческим представлениям о возрасте), и даже уши как бы завяли, а это Максилиор видел вообще впервые и даже не знал, что такое вообще бывает.

Тому, что начал ассоциировать себя с владельцем новой памяти, человек не успел ни удивиться, ни испугаться. Уворачиваясь от очередного выстрела, Максим упал на пол и чисто рефлекторно открыл ответный огонь. Если в первую секунду он пожалел, что сломя голову ворвался на капитанский мостик с трофейным бластером в руках, а не с кортиком в котором есть защитный амулет-генератор поля, то теперь убедился – всё на самом деле наоборот, ему очень повезло. Какую бы силу ни представлял собой щит, за которым спрятались техны, для их собственного бластера он не оказался преградой, и один из воинов первой шеренги повалился, сломав строй.

Капитан и на этот раз немедленно воспользовалась ситуацией и сожгла всех к демонам.

– Максилиор! Почему ты не выполнил приказ и не покинул корабль?! – обратилась эльфийка к поднявшемуся на ноги офицеру с вопросом вместо благодарности.

– Директива Номер Один, – пожимая плечами, ответил Макс.

Анастиэль посмотрела на своего офицера с некоторым удивлением. Потом кивнула и заявила:

– Хорошо, признаю, что ты меня спас. А теперь приказываю покинуть корабль! Воспользуйся капитанской капсулой, тогда, возможно, ещё успеешь.

Макс хотел возразить, вернее, позвать эльфийку с собой, но та, видимо, увидела это желание у него на лице и добавила:

– Возражения не принимаются! Это приказ!

Пускай капитан и была ещё совсем молодой, как для мага такого уровня, так и для эльфийки, но уже принадлежала к старой, довоенной гвардии. У неё Директива Номер Один была совсем иная. По-другому она не могла, не умела и не хотела. Так флот и терял своих лучших и самых сильных капитанов. И ничего не мог с этим поделать.

– Флот не может, а я могу, – сам не понял почему, заявил Максим вслух.

Анастиэль удивлённо уставилась на человека.



– Техны в коридоре! – крикнул он, указывая туда, откуда недавно прибежал.

Капитан тут же повернулась в указанном направлении, готовясь отразить атаку, и получила рукояткой трофейного бластера в затылок. В новой памяти у Максима нашлась информация, как и в какие места нужно бить эльфа по голове, чтобы не убить, но гарантированно оглушить. Цивилизация технов, если к ним вообще можно применить это слово, включала в себя множество рас, и эльфы среди них тоже присутствовали. Казалось бы, нонсенс – эльфы, у которых совершенно нет магии. Но на то они и техны, чтобы у них было всё ненормальным. В любом случае Макс точно знал, с какими расами противника и как бороться, поэтому эльфийка рухнула на пол после первого же удара.

– Только бы на самом деле в коридоре новые техны не появились, – сказал мужчина, размышляя, как бы удобнее перетащить бесчувственного капитана.

Но долго Максим думать не стал, так как опасность была вполне реальна. Просто сгрёб эльфийку в охапку, особо при этом не церемонясь, и потащил к люку, за которым находилась капитанская капсула. Анастиэль оказалась совсем лёгкой, что весьма радовало. А вот наличие магического запора на люке, наоборот, совсем не прибавляло веселья.

– А если мы вот так? – сам не зная у кого, спросил Максим и ткнул ладонью бесчувственной эльфийки в запор.

Магический механизм сработал, и люк отошёл в сторону.



Максим не очень-то и аккуратно просунул девушку в этот самый люк капсулы. А как ещё пропихнуть в узкое отверстие бесчувственное тело? Да и если подумать, то какая она девушка? Лет на двести пятьдесят, а то и на триста старше его самого. Но человек решил об этом не задумываться.



– Выглядит как девушка, значит, девушка и есть! – объявил неизвестно кому он.

Скорее всего, себе. Хотел уже лезть сам, но в последний момент остановился.

– Чуть не забыл! – воскликнул мужчина.

С этими словами он развернулся и побежал к одному из входов на капитанский мостик. Ко второму, там последствия от магических ударов эльфийки вроде бы бушевали с меньшей силой. Подобрал один из штырей, что держали техны первой шеренги, потом секунду помедлив ещё пару (мало ли, вдруг окажутся неисправными), и кинулся обратно. Это был лёгкий цилиндр примерно полметра длиной и пару сантиметров в диаметре. На вид и на ощупь металл, но по весу не похоже, разве что очень пустотелый. Пара штырей, выбранных Максимом, выглядела неповреждёнными, в отличие от третьего и большинства оставленных. Иначе захватил бы вообще все сколько там валялось. Вообще-то стоило и так это сделать, но ни времени, ни желания не было.

– Пускай потом учёные разбираются, – сказал он, кидая трофеи в люк.

Память тут же подсказала, что в электронике и прочих технических штучках учёные техномаги как раз разбираются не очень. Если не сказать вообще скверно. Но это было уже не его дело – Максим образец новейшего оружия технов добыл, остальное не в его власти.

Прыгнув вслед за штырём, человек тут же свалился на некстати лежащую у входа эльфийку. Ругаясь, хотя сам же её сюда и положил, Максим перелез через Анастиэль, выбираясь на свободное пространство спасательной капсулы. Вообще-то капсулой это только называлось, а на деле являлось малым спасательным катером с гипердвигателем. Капитанский отличался от стандартного как раз более мощными двигателем и реактором, ну и как следствие меньшей вместительностью. Всего на полтора десятка разумных, то есть максимальную группу дежурных офицеров рубки. Попасть внутрь, кстати, можно было и не через тесный аварийный люк, а перейдя из мостика в специальное помещение, где и находился нормальный вход. Но что сделано, то сделано.

Схватив эльфийку под мышки, человек поволок её к пилотским креслам. К креслам! Этот факт мужчину обрадовал, не придётся стоять и держаться за поручни. Вообще-то спасательный катер имел и ручное управление, но для запуска всё равно нужна была магия, которой у Максима не имелось ни капли. Усадил бесчувственную капитана в кресло второго пилота и крепко пристегнул. Кстати сказать, только в спасательных капсулах имелись ремни безопасности, в обычных кораблях их функцию выполняла магия. Уселся сам в кресло капитана и тоже аккуратно пристегнулся. Потом взял руку Анастиэль и ткнул ею в специальный участок панели управления.

Перегрузки, вдавившие его тело в сиденье, были чудовищными. И это притом, что большая часть нагрузок всё же компенсировалась силовым магическим коконом. Катер разгоняло в шахте, идущей от самого капитанского мостика к наружной обшивке, специальным магическим полем, которое проталкивало его, как магнит. Приложив немалое усилие, Максим повернул голову, чтобы посмотреть, как там эльфийка. И сразу же обнаружил, что плохо. У той голова была прижата к креслу под неестественным углом.

– Вот только не хватало ей шею сломать, – пробормотал он, что тоже стоило определённых усилий.

Но ничего нельзя было поделать. Оставалось только ждать. К счастью, недолго.

Разогнанный до невероятной скорости катер вышвырнуло в космос. Перегрузки сразу исчезли, осталась только нормальная искусственная гравитация. Человек первым делом пощупал у эльфийки на шее пульс. Тот присутствовал. Дальнейшая проверка не состоялась, так как вдруг загорелись все экраны. Вполне нормальные экраны, вернее, тоже магические, но дублирующие изображения и в обычном спектре (к спасательной технике предъявлялись довольно высокие требования, по мнению многих даже завышенные).

Перед взором Максима развернулось грандиозное зрелище. Повреждённый звездолёт техномагов "Зелёный луч" был буквально зажат пятёркой линкоров технов. Они располагались, как патроны в барабане револьвера, и находились достаточно далеки, чтобы не опасаться отстрела части секций корабля магов или даже его взрыва, но при этом достаточно близко, чтобы давить его суммарной мощью своих силовых полей.

Теперь стало понятно, почему капитан активировала амулет самоуничтожения и зачем сама осталась на борту. Анастиэль намеревалась пропустить через себя всю силу взорвавшегося реактора плюс то, что высвободится при полном размагичивании остатков корабля, и направить эту мощь на линкоры технов. Против такого не устояли бы никакие щиты или поля вражеских кораблей. Вообще ничто не устояло бы.

– А я всё испортил! – отчётливо понял, что совершил, Максим.

Не успел человек об этом подумать, как произошёл взрыв. Зрелище медленной катастрофы, сдерживаемой силовыми полями пяти вражеских линкоров, Макса буквально заворожило. Звук тоже.

– Какой на фиг звук в космическом вакууме? – задал резонный вопрос человек. – Или это продолжается ночной кошмар, а во сне, как известно, всё возможно? ...




Все права на текст принадлежат автору: Милослав Князев.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Танкист - победитель драконовМилослав Князев