Все права на текст принадлежат автору: Елена Николаевна Корнеева.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Если в семье конфликт...Елена Николаевна Корнеева

Корнеева Е. Н. Если в семье конфликт…

ОТ АВТОРА

Эта работа не только о конфликтах. Прежде всего, она о людях, которые включаются в совместную деятельность и рано или поздно становятся участниками конфликтного взаимодействия.

Книга предназначается не только родителям, которые хотели бы разобраться в причинах многочисленных столкновений с детьми, отсутствия дружелюбия, взаимопомощи и понимания между старшим и младшим поколениями членов семьи. Она может заинтересовать и самих ребят, подростков, старших школьников, тех, кто хотел бы разобраться в своей жизни и поведении, научиться мыслить и поступать более рационально.

Одной из целей работы является изменение отношения к конфликтам, как злу, с которым нужно вести непримиримую борьбу, вплоть до полного их искоренения. Конфликты служат признаком протекания процессов развития, идет ли речь о взрослении ребенка, динамике производственных или супружеских отношений, социальных процессах в обществе. Поэтому и отношение к ним должно быть положительным, разумным и рачительным. Возникающие конфликты стоит использовать с максимальной продуктивностью, а иногда и способствовать их приближению и появлению, чтобы сдвинуть проблему с мертвой точки.

Другое дело, что люди должны учиться правильно вести себя в конфликтном взаимодействии с другими, не эгоистически, по–звериному, стремясь урвать себе побольше, психологически уничтожив, опорочив своих противников, изгнав их с позором с поля боя. Напротив, сотрудничество и разумный компромисс, способность владеть собой и ситуацией, управлять ходом взаимодействия, приводя его к скорейшему и наименее болезненному разрешению противоречий и достижению общих целей, — вот к решению какой задачи стоит и надо стремиться.

Помочь научиться этому, сделать хоть один шаг в нужном направлении и призвана книга «Если в семье конфликт…».



Конфликт и его проявления

Повышенные тона, обидные слова, произнесенные вслух или про себя, оскорбления, злобные взгляды, правота, доказываемая кулаками… Быть свидетелем или участником подобных сцен приходилось, наверное, каждому человеку. Конфликт — неизбежный спутник социальных отношений. В них проявляются и разрешаются противоречия, возникающие между людьми, группами, социальными общностями.

Общие интересы и притязания могут стать основанием для прочной и стабильной дружбы, а могут привести к возникновению непрекращающихся стычек, противоречий, конфликтов и враждебности в отношениях.

«Как же так?» — удивитесь вы и будете абсолютно правы. Конфликты возникают там и тогда, где нечто, какую–то вещь или явление нельзя поделить. Это нечто и оказывается предметом конфликта. Им может быть власть, правота, территория, игрушка, любовь и т. д. Люди или группы людей, одновременно претендующие на обладание этой вещью, явлением, неизбежно вступают друг с другом в конфликт.

Таким образом, конфликтом можно назвать такой тип социального взаимодействия, при котором каждая сторона стремится завладеть предметом, обладающим свойством неделимости. Иногда эта неделимость действительная, иногда только кажущаяся. Но для человека реально то, что существует в его психике, вне зависимости от того, есть ли это отражение чего–либо действительно существующего или это продукт, например мыслительной деятельности самого субъекта. Поэтому, если кому–то кажется, что другого любят больше, чем его самого, то возникающие при этом ревность, злость, зависть, абсолютно реальны, даже тогда, когда для них нет ни малейшего основания.

Споры, ссоры, затяжная позиционная борьба, разрыв отношений, демонстративный отказ от общения, демонстрация своей силы, а порой и ее открытое применение, противостояние мнений, борьба за свои права — все это многочисленные проявления конфликтов.

Давайте представим себе двух персонажей: Ольгу Евгеньевну — врача–окулиста, работающего в детской поликлинике, даму средних лет, уравновешенную и спокойную, любящую порядок во всем, и ее 15-летнюю дочь Марину — особу не лишенную привлекательности, но, как и все подростки, несколько прямолинейную и ершистую. Эти двое людей совершенно искренне и преданно любят друг друга. Но практически каждый вечер между ними происходят стычки:

— Ма, пока, я ушла.

— Подожди, ты куда?

— Погуляю.

— Где?

— Где–где, не знаю!

— Что ты грубишь?! Чтобы не позже восьми была дома!

— Ма, я что — маленькая?

— Маленькая, не маленькая, а пока не очень большая. Я сказала, чтобы к восьми была дома. Знаешь ведь, какое безобразие везде творится. Мало мне на работе проблем, а еще из–за твоих гулянок я волноваться должна!

— Да кто тебя просит волноваться–то. У всех родители как родители, а у меня концлагерь какой–то!

— Так! Еще пара слов — и ты вообще никуда не пойдешь.

— Ах, напугала! Да я уже самостоятельная, паспорт имею. Захочу, совсем уйду или замуж выйду.

И такое препирательство может продолжаться до получаса. По его завершении Марина, хлопнув дверью, уходит в свою комнату и весь вечер сидит там, надувшись. А бывает, что Марина, опять же хлопнув дверью, уходит из дома на улицу и возвращается ближе к 11–12 часам, и тогда уже с ней на следующее утро не разговаривает Ольга Евгеньевна.

В приведенном примере мы видим такие проявления межличностного конфликта, как препирательство, выдвижение требований, их оспаривание, взаимные угрозы. Это все примеры словесных, или вербальных, проявлений. Но есть и эмоционально повышенные тона, передразнивание, преувеличенная демонстрация своих чувств. Наконец есть и действенные проявления — это жесты, демонстративные действия (хлопанье дверьми, отказ от общения).

Но гроза — это не только вспышки молний и раскаты грома. Это и черные тучи на горизонте, пыль столбом, затишье, которое часто предшествует грозе, ливень, что следует за ней, а потом чистый и благоухающий воздух, свежесть и прохлада.

Так и в конфликте. Обычно ему предшествует напряженность, подозрительность, недоверие друг другу, иногда провокации и подстрекательство. Люди переживают тревогу, беспредметное беспокойство, нервы их напряжены, они в любую минуту готовы «взорваться». Уровень агрессивности также повышается. Озлобленность и жестокость царят в умах и сердцах. Малейший повод приводит к вспышке ярости.

Разрядка напряженности может произойти и на правом, и на виноватом. В ходе столкновения люди дают выход отрицательным эмоциям. Они больше не сдерживают и не контролируют себя. Но длительность этого промежутка обычно невелика. По сравнению с тем, что ему предшествовало, и тем, что последует за ним.

Проявления завершающей стадии конфликта еще более разнообразны. Слезы, рыдания, жаркие объятия или по–детски сцепленные пальчики «мирись–мирись» — это, пожалуй, наилучший выход из ситуации. А могут быть заявления в суд, ноты протеста, затаенная ненависть, жестокая месть, годами и десятилетиями длящаяся взаимная неприязнь, перемежаемая периодическими стычками, а порой и войны, в результате которых гибнут ни в чем не повинные люди, уничтожается культурное наследие, в упадок приходит экономика.

Но уметь распознать конфликт — это еще не все. Даже младенец интуитивно чувствует его присутствие во взаимоотношениях взрослых. Прохожие с любопытством, настороженностью или опаской оглядываются в сторону конфликтующих субъектов (спорящих, ссорящихся и затеявших нешуточную потасовку). Их чувства продиктованы скорее всего нежеланием быть втянутыми в конфликты. У большинства обывателей сложилось стойкое представление, что конфликт есть нечто отталкивающее, неприятное и опасное.

Что же побуждает людей ввязываться в это «неприятное» и «опасное» действие? Или может быть, он неприятен только для сторонних наблюдателей, но обладает особой притягательностью для участников? Об этом и пойдет речь далее. Итак, какие же причины



Причины возникновения конфликтов

Давайте снова обратимся к нашему примеру с Ольгой Евгеньевной и ее дочерью Мариной. Стороннему наблюдателю (пусть это будет сосед за стеной) может показаться, что причиной ежевечерних перепалок является плохое воспитание девочки, то, что она не уважает и не ценит свою мать. Так, скорее всего, будут рассуждать соседи, возраст которых перевалил за 50 лет. А вот соседям помоложе, тем, кому не минуло 20, вероятно, покажется, что это мать цепляется к дочери, и причиной ссор является ее несносный характер. Опрос самих участников тоже не дает нам оснований считать полученную информацию верной. Марина полагает, что ее ссоры с матерью возникают из–за того, что та не хочет ее понять. А Ольга Евгеньевна убеждена, что на дочь плохо влияют ее подруги, и, не будь этих «гулянок», все было бы просто идеально. Некто философски настроенный или жизненно умудренный сказал бы, что причина конфликтов между этими двумя людьми — вечная проблема отцов и детей.

Что же в действительности послужило причиной этого типично бытового межличностного конфликта? Есть ли какой–то признак, по которому можно вычленить и отделить его от прочих обстоятельств? Попробуем разобраться в этом.

Причины истинные

Из определения конфликта следует, что это столкновение людей, чьи интересы имеют противоположную направленность. Именно противоположная направленность интересов является истинной причиной конфликтного взаимодействия. При этом понятие «интересы» нужно трактовать в самом широком смысле этого слова — как устремления, действия или предметы, чем–либо привлекающие человека, его желания, планы и намерения, приоритеты и пристрастия.

Пользуясь этим критерием, давайте проанализируем несколько конфликтов.

Вот трехлетние малыши возятся в песочнице. Они неутомимо насыпают в формочки песок, прихлопывают его совочками, переворачивают и «выпекают» с большим или меньшим успехом песочные «пирожки» и «куличики». Одна наиболее «продуктивная» девчушка решает «печь» куличики на дощечке. Но там умещается только два куличика, и она начинает использовать бортик песочницы. Чтобы завершить свою игру, а может быть, чтобы доказать другим свое умение, ей требуется дополнительное пространство. Она невольно вторгается на территорию другого малыша. Тот сначала отодвигается в сторону, но в другом месте песок сухой, и у него ничего не получается. Тогда он возвращается на прежнее место и нечаянно сталкивает уже готовые куличики. Первая девочка стремительно оборачивается и замахивается на малыша совочком. Песок попадает ему в глаза. Он начинает усиленно их тереть и плакать и теперь уже намеренно хлопает своей лопаткой по чужим куличикам. Девочка тоже начинает плакать от обиды и несправедливых нападок на ее заботливо сотворенные изделия. И только третий малыш продолжает сосредоточенно копать свою ямку, и его нисколько не задевает все происходящее у него под боком.

Все дети были мирно настроены. Все были заняты одним делом. И тем не менее все закончилось слезами. Разве интересы всех детей не были сходными, одинаковыми?

Сходными — да, одинаковыми, тождественными — нет. Здесь–то и проявилась противоположная направленность их интересов. Девочка (назовем ее Даша) в какой–то момент игры захотела изменить ситуацию. Пока каждый ребенок соблюдал незримые территориальные границы, их интересы были согласованны. Но желание Даши освободить свой угол и занять бортик песочницы натолкнулось на противоположное стремление мальчика Бори. Первоначально он, как истинный джентльмен, отодвигается, но понимает, что его интересы ущемляются, он оказывается в менее выгодной ситуации, чем был изначально. Поэтому он хочет все вернуть на прежние места. Вот здесь–то и возникает противоположная направленность. Даша хочет изменений, а Боря хочет стабильности. Это ничто иное, как противоречие, которое и разрешается в конфликтных действиях детей. Внимание малышей на короткое время обращается друг на друга. Даша делает угрожающий жест, то есть замахивается, и Боря во второй раз оказывается пострадавшей стороной. Сначала занимают его территорию, а неосторожные действия девочки наносят ему травму. Страх и обида порождают агрессивные действия Бори. Он мстит девочке опосредованно, разрушая результаты ее труда.

Вот если бы Боря стал расчищать площадку для совместной игры, их интересы тогда бы совпали, и конфликт бы не произошел.

Или возьмем другой пример. В магазин небольшого дачного поселка привозят свежие помидоры. В течение 15 минут выстраивается целая очередь желающих побаловать своих близких свежими витаминами. Всем непременно хочется получить самые спелые и сочные плоды. Одна дама в очереди никак не может сделать покупку. Она без конца перебирает товар, заставляя продавца вот уже 12 минут заниматься только ей одной. Полная дама, чья очередь подойдет еще через человек 6–7, возмущенно заявляет:

— Ну, сколько можно копаться, надо же совесть иметь.

— А вы меня не совестите, стойте и ждите, я свое уже отстояла.

На защиту жаждущей скорее сделать покупку дамы встают другие ожидающие своей очереди:

— И куда только продавцы смотрят, гнать надо таких покупателей, а не обслуживать!

— Кто там следующий, берите, а то уже стоять надоело.

— Девушка, взвесьте мне!

Возмущенная покупательница теперь держит оборону против всей очереди.

Правила торговли разрешают выбор товара покупателем. Подходит очередь другого человека, и он тоже имеет право выбрать нужный ему товар хорошего качества.

В результате конфликта покупатели кричат, очередь стоит без движения, продавец философе–ки заявляет, что не знает, кого здесь слушать. Ее рабочий день определяется не наличием товара или покупателей, а режимом работы магазина.

И опять мы можем задать вопрос. Все стоят за одним товаром, опасности, что его кому–то не достанется, нет. Почему же опять возникает напряжение в отношениях между людьми, вспыхивает конфликт? Где противоречие интересов в данном случае?

Все покупатели хотят быстро получить качественный товар. Но феномен очереди заключается в том, что реализовать эту потребность человек может только вслед за кем–то другим и только после него. Таким образом, впереди стоящий человек воспринимается не только в качестве ориентира, но и в качестве своеобразной помехи к достижению очевидной цели. При этом наибольшее нетерпение в достижении результата, как показывают исследования, испытывают не «голова» и не «хвост», а именно середина очереди. У первых интерес заключается в том, чтобы выбрать и получить продукт, у вторых, — чтобы достояться. Средние стоят уже довольно долго, но и получить товар еще не могут из–за «барьера впередистоящих». Их интересы двойственны и поэтому легко ущемляются.

Итак, в нашем случае покупательница хочет получить качественный товар. Время, которое будет затрачено продавцом на нее лично, противоречит интересам других покупателей. Поэтому первый же человек, который выразит нетерпение, станет зачинщиком микроскандала местного значения. Таким образом, дело здесь не в излишней привередливости или медлительности покупательницы, в несдержанности или критичности прочих, а в противоположной направленности их интересов.

Причины ложные

Однако для прямых или косвенных участников конфликта на первый план чаще всего выступают иные обстоятельства, которые здесь мы назвали ложными причинами. Именно через них происходит объяснение конфликтного взаимодействия инициаторами конфликта, его участниками, свидетелями, пострадавшими, различными ответственными и безответственными лицами.

Представьте себе два варианта протекания конфликта в песочнице. В первом случае дети играют под надзором внимательных мамаш, а во втором — на участке детского сада во время прогулки.

Мамочки моментально реагируют на слезы своих детей. Таким образом, и Дашина и Борина мамы постараются найти объяснение происходящему.

Первой на защиту сына бросается Борина мама. Видя, что мальчику в глаза попал песок, она пытается выяснить, кто это сделал. Малыш, вытирая слезы грязными кулаками, указывает на девочку. Но Даша тоже плачет горькими слезами и твердит с обидой своей маме: «А он первый начал!»

Таким образом, Борина мама убеждена, что причина происходящего столкновения — хулиганская выходка Даши. Успокаивая сынишку, она втолковывает ему:

— Смотри, какая хулиганка. Не подходи к ней близко никогда. От таких детей надо подальше держаться!

— Нет, это ваш ребенок совершенно не умеет играть вместе с детьми. Пойдем отсюда, Даша, мама тебе на лавочке куличик сделает. Играй возле меня.

И наверняка каждая мама уверена, что конфликт произошел, то есть был спровоцирован, действиями другого ребенка. И именно они стали причиной происшествия.

Еще одно глубокое заблуждение заключается в том, что найти зачинщика — значит суметь установить причину конфликта. Особенно этим грешат взрослые и педагоги в отношении детей и подростков. Так, если кто–то первым начал, то именно он считается виновником всех бед.

Снова обратимся к помощи нашего воображения. Представим, что тот же самый конфликт происходит согласно второй версии — в детском саду. Дети, спокойно копающиеся в песочнице, более чем устраивают молоденькую воспитательницу. Гораздо хуже, если они бегают друг за другом или хватают ее за светлый плащ грязными ручонками. И вдруг рев. Двое детей плачут, и только один Коля продолжает спокойно играть. У одного ребенка на лице песок. Это нехорошо. Песок может попасть в глаза и вызвать воспаление слизистой оболочки. Она подходит к Боре, обтирает ему лицо, просит не тереть глаза руками, но мальчик продолжает плакать.

— Кто в тебя песком кинул?

Боря продолжает плакать и машет кулачком в сторону песочницы. Теперь внимание воспитательницы обращено к девочке.

— Даша, что ты плачешь, миленькая, что случилось?

— Мальчик сломал мои куличики…

— Не плачь, моя хорошая. Это плохой мальчик. Иди играть к девочкам. А Коля, раз не умеет играть с детьми, будет со мной ходить за РУку.

Это ее решение продиктовано искренней убежденностью, что Дашу и Борю обидел Коля, а значит, он плохой мальчик и о его поступке нужно немедленно вечером сообщить маме.

Не следует думать, что к подобному заключению воспитательница пришла потому, что дети еще малы и не могут самостоятельно объяснить случившееся. Она убеждена, что есть хорошие и плохие дети, что первопричиной конфликтов в среде детей являются ребята с набором негативных черт, к числу которых могут относиться непослушание, неряшливость, непохожесть на других, чрезмерная инфантильность или, наоборот, чрезмерная самостоятельность. Именно наличие этой черты (или черт) становится причиной разнообразных неприятных событий, в том числе и конфликтов.

В качестве ложных причин выступают представления людей, их убеждения и умозаключения, а также социальные ожидания, установки (готовность воспринимать происходящее определенным образом), собственный прошлый опыт. При этом каждый носитель этих психологических образований уверен в правильности истолкования причин социальных конфликтов, к которым они имеют непосредственное или косвенное отношение. Обобщая сказанное, можно сказать, что к ложным причинам относится субъективное истолкование происходящего.

Поводы 

Еще одно широко распространенное заблуждение: за причину конфликта принимается ее повод, то есть события и обстоятельства, предшествующие его началу. Так, предлогом к началу первой мировой войны стало убийство в Сараево наследника австро–венгерского престола Франца Фердинанда и его жены. Оно является точкой отсчета этого крупнейшего международного конфликта начала XX века. Но это не значит, что, не будь такого инцидента, войны удалось бы избежать. Причинами войны были столкновения экономических и политических интересов крупнейших европейских держав, они–то и обусловили ее неизбежность. Отмеченная провокация послужила лишь поводом к ее развязыванию.

Однако ради справедливости надо заметить, что конфликт при желании можно искусственно спровоцировать. Бывают случаи, когда это делается бессознательно, а бывают и осознанные, четко продуманные провокации. Например, плач младенца может стать поводом к супружеским раздорам. А вот ребенок в 3–4 года способен ныть, хныкать, рыдать, закатывать истерики вполне сознательно, чтобы добиться своей цели или понаблюдать ссору взрослых — мамы и папы или мамы и бабушки.

Провокационные действия обусловлены желательностью конфликта для какой–нибудь стороны. Для этого человек выбирает различные тактики поведения: может цепляться за слова и выражения своего партнера (к таким провокационным действиям часто прибегают мальчики–подростки), может задираться, может необоснованно критиковать действия другого, то есть придираться к нему. Но другая сторона может и не поддаваться на эти провокации, уклоняться от конфликта. Таким образом, мы говорим о провокации, когда одна из взаимодействующих сторон заинтересована в разрешении существующих противоречий при помощи конфликта. Это есть своего рода подстрекательство, при этом для них тоже нужен какой–то повод и «провокатор» в действиях, выражениях, поступках своего партнера. Если таковые не отыскиваются в реальности, то они могут быть просто приписаны ему.

В сознании и памяти людей повод нередко отождествляется с причиной. Вспомним наш первый пример с Мариной и Ольгой Евгеньевной. Последняя, как вы помните, считает причиной своих конфликтов с дочерью ее ежевечерние прогулки. В действительности, это всего лишь повод. Не было бы прогулок, было бы нежелание помогать по дому, или отсутствие должного интереса к учебе, или вызывающий тон, или еще что–нибудь подобное. Когда ситуация назрела, поводом может послужить любая мелочь.

Практически в любом конфликте при его последующем анализе может быть вычленена и причина, и повод. Они предшествуют ему в равной степени, но по–разному обусловливают его начало. Причина рано или поздно приведет к конфликту, породит его. Повод же не порождает конфликтное взаимодействие, а предшествует ему, являясь его преамбулой.

Множественность причин

Давайте обратимся к истории. Кто не слышал о гугенотах (французских протестантах), о знаменитой Варфоломеевской ночи. К этому сюжету не раз обращались писатели, художники, музыканты, кинорежиссеры. Люди, проживающие на территории одного государства, подданные одного короля, вступают в непримиримую борьбу друг с другом, которая заканчивается кровавой резней, начатой в ночь святого Варфоломея в Париже и продолжавшейся по всей Франции.

Сказать, что единственной причиной этого события стали религиозные противоречия — значит умолчать об очень многом: например, о вражде европейских дворов; о страхе правившего короля Франции Карла IX за свою корону; о политических интригах в его окружении, где каждый преследовал свои цели; о провокационном браке французской принцессы Маргариты Валуа с вождем гугенотов Генрихом Наварским; о властных притязаниях Ватикана и в целом римской католической церкви; о слабости и раздробленности французского государства, лишенного сильной королевской власти; о неисчислимых притеснениях и бедствиях, которым подвергался простой народ.

И вот олицетворением всех этих бед и страданий становятся гугеноты. Естественно, что Варфоломеевской ночи предшествовала большая подготовительная работа. Религиозные распри сознательно провоцировались, преднамеренно разжигалась и подогревалась религиозная нетерпимость, заранее были воору жены и оповещены боевые отряды религиозных фанатиков. Все сказанное доказывает, что здесь мы имеем дело не с одной, а с множеством причин, послуживших началом этого известного религиозного конфликта. ...



Все права на текст принадлежат автору: Елена Николаевна Корнеева.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Если в семье конфликт...Елена Николаевна Корнеева