Все права на текст принадлежат автору: Владислав Николаевич Орлов.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Уголовное наказание: понятие, цели, состав исполнения. МонографияВладислав Николаевич Орлов

Владислав Орлов Уголовное наказание: понятие, цели, состав исполнения: монография

Библиотека журнала «Российский криминологический взгляд»


Рекомендовано к опубликованию редакцией журнала «Российский криминологический взгляд» в качестве монографии

Рекомендовано к опубликованию Региональной общественной организацией «Союз криминалистов и криминологов» в качестве монографии


Редакция серии «Библиотека журнала “Российский криминологический взгляд”»:

О. В. Старков (главный редактор), В. Н. Орлов (помощник главного редактора),

A. Я. Гришко, И. М. Мацкевич, Э. Ф. Побегайло (заместители главного редактора),

B. М. Анисимков, М. М. Бабаев, А. Я. Вилкс, Л. А. Воскобитова, Я. И. Гилинский, Ю. В. Голик, Г. Н. Горшенков, А. Б. Джурич, А.Г. Кибалъник, Д. А. Корецкий, А. Н. Костенко, С. Я. Лебедев, В. В. Лунеев, С. В. Максимов, Г. Мешко, C. Ф. Милюков, М. Г. Миненок, А. X. Миндагулов, В. А. Номоконов, А. И. Рарог, В. И. Селиверстов, С. Л. Сибиряков, М. Е. Труфанов, Д. А. Шестаков, В. Е. Эминов

(члены редакционной коллегии).


Ответственные секретари:

Д. В. Закаляпин (по Северо-Кавказскому федеральному округу, г. Ставрополь), Э. Л. Раднаева (по Сибирскому федеральному округу, г. Улан-Удэ), Э. Л. Сидоренко (по Центральному федеральному округу, г. Москва), А. П. Скиба (по Южному федеральному округу, г. Ростов-на-Дону)


Переводчик:

Е. В. Гридякина, директор Негосударственного образовательного центра «ЛингвоПрофешнл»


Рецензенты:

А. П. Дмитренко,

доцент кафедры уголовного права ФГКОУ ВПО «Московский университет Министерства внутренних дел Российской Федерации», доктор юридических наук, доцент;

К. В. Ображиев,

заведующий кафедрой уголовно-правовых дисциплин ФГКОУ ВПО «Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации», кандидат юридических наук, доцент


Library of the Bulletin “Russian Criminological Outlook”


V.N. Orlov

CRIMINAL PENALTY: NOTION, AIMS, CONTENTS OF EXECUTING

Monograph


Recommended to be published

by the Editorial Board of the Bulletin ‘Russian Criminological Outlook ” as a monograph


Recommended to be published by the Regional Public Organization uThe Union of Criminalists and Criminologists” as a monograph


Moscow State Juridical University by O.E. Kutafin (MSJA)


The Editorial Board of the Series “Library of the Bulletin “Russian Criminological Outlook”:

O.V. Starkov (Editor-in-Chief), V.N. Orlov (Assistant to the Editor-in-Chief), A.Y. Grishko, I.M. Matskevich, E.F. Pobegailo (Deputies to the Editor-in-Chief), V.M. Anisimkov, M.M. Babaev, A.Y. Wilks, L.A. Voskobitova, Y.I. Gilinsky, Y.V. Golik, G.N. Gorshenkov, A.B. Jurich, A.G. Kibalnik, D.A. Koretsky, A.N. Kostenko, S.Y. Lebedev, YV. Luneev, S.V. Maksimov, G. Meshko, S.F. Milyukov, M.G. Minenok, A.Kh. Mindagulov, V.A. Nomokonov, A.l. Rarog, V.I. Seliverstov, S.L. Sibiryakov, A.l. Rarog, M.E. Trufanov, D.A. Shestakov, V.E. Eminov (members of the Edito-rial Colleague).


Responsible secretaries:

D.V. Zakalyapin (within the North-Caucasian Federal District, Stavropol)

E.L. Radnayeva (within the Siberia Federal District, Ulan-Ude),

E.L. Sidorenko (within the Central Federal District, Moscow)

A.P. Skiba (within the Southern Federal District, Rostov-on-Don)


Translator:

E.V. Gridyakina,

Director of Non-State Educational Institution Educational Centre (NSEI EC) “Lingvo Professional”


Reviewers:

A.P. Dmitrenko,

Associate Professor at Criminal Law Chair of FSCEI HPE “Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation”, Doctor of Law, Associate Professor;

K.Y Obrashiev,

Head of Criminal Juridical Disciplines Chair of FSCEI HPE “Academy of the General Prosecution of the Russian Federation”, Candidate of Law, Associate Professor


Orlov V.N. Criminal Penalty: Notion, Aims, Contents of Executing: Monograph. – Moscow: MSJU by O.E. Kutafin (MSJA), JUSTITIA, 2013. – 416 p. – (Library of the Bulletin “Russian Criminological Outlook”).


In the monograph, the author analyzes the notion, contents, aims of the criminal penalty and the contents of its executing. For the first time, the objective and subjective features (elements) of the contents of penalty executing were so complexly analyzed.

This edition is meant to be of interest to the students, post-graduates, lecturers of juridical colleges, practitioners and representatives of the criminal executive system and other law enforce-ment organs, others interested in criminal penalty.


© Orlov V.N., 2013

© Russian Criminological Outlook, 2013

© Moscow State Juridical University by O.E. Kutafin (MSJA), 2013


Материал, не отмеченный в содержании, публикуется на русском языке; материал, отмеченный звездочкой, публикуется на двух языках: русском и английском.

The material, not marked in the Contents, is published in Russian; the material, marked by one asterisk, is published in two languages: Russian and English.

Обращение к читателю

Уважаемый читатель!

Перед Вами книга, входящая в серию работ, объединенных названием: «Библиотека журнала “Российский криминологический взгляд”». Серия основана в 2008 г. В редакцию входят: О. В. Старков (главный редактор); В. Н. Орлов (помощник главного редактора);

A. Я. Гришко, И. М. Мацкевич, Э. Ф. Побегайло (заместители главного редактора); В. М. Анисимков, М. М. Бабаев, А. Я. Вилкс, Л. А. Воско-битова, Я. И. Гилинский, Ю. В. Голик, Г. Н. Горшенков, А. Б. Джурич, А. Г. Кибальник, Д. А. Корецкий, А. Н. Костенко, С. Я. Лебедев, B. В. Лунеев, С. В. Максимов, Г. Мешко, С. Ф. Милюков, М. Г. Миненок, А. X. Миндагулов, В. А. Номоконов, А. И. Рарог, В. И. Селиверстов, С. Л. Сибиряков, М. Е. Труфанов, Д. А. Шестаков, В. Е. Эминов (члены редколлегии); Д. В. Закаляпин, Э. Л. Раднаева, Э. Л. Сидоренко, А. П. Скиба (ответственные секретари).

Предлагаемая серия работ является первой криминологической серией книг под эгидой ежеквартального научно-практического журнала «Российский криминологический взгляд».

Авторами книг, образующих данную серию, являются профессора и доценты Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), Института государства и права Российской академии наук, Академии Генеральной прокуратуры РФ, Российской правовой академии Министерства юстиции РФ, Всероссийского научно-исследовательского института МВД России, Российского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена и других ведущих вузов России и зарубежных стран.

В серии опубликованы следующие работы: Российское уголовное право. В 2-х т. Т. 1. Общая часть: учебник / под ред. Э. Ф. Побегайло (М., 2008); Постатейный учебный комментарий к Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации: по состоянию на 1 сент. 2009 г.: учебное пособие. 2-е изд., перераб. и доп. / под ред. В. Е. Эминова, В. Н. Орлова (М., 2009); Российское уголовно-исполнительное право. В 2-х т. Т. 1. Общая часть: учебник / под ред. В. Е. Эминова, В. Н. Орлова (М., 2010); Орлов В. Н. Уголовное наказание: понятие, цели, система, объекты и субъекты: монография (М., 2011); Российский курс уголовно-исполнительного права. В 2-х т. Т. 1. Общая часть: учебник / под ред. В. Е. Эминова, В. Н. Орлова (М., 2012) и др.

Полные тексты книг, изданных в данной серии, размещены в Криминологической библиотеке и доступны для бесплатного скачивания на нашем сайте по следующим доменным именам: http://criminology.ru, http://criminology.pro, http://криминология. рф.

Работы, опубликованные в серии «Библиотека журнала “Российский криминологический взгляд”», предназначены для студентов, адъюнктов, аспирантов, преподавателей юридических вузов и факультетов, практикующих юристов, работников органов внутренних дел, уголовно-исполнительной системы и иных правоохранительных органов; представляют интерес для всех, кто интересуется проблемами борьбы с преступностью, преступным, виктимным поведением и их причинами, вопросами предупреждения преступности и преступного поведения, а также учениями и практикой в сфере уголовной политики и наук криминального цикла.

Материалы, предлагаемые к опубликованию, предложения и замечания следует направлять: 1) в печатном или рукописном виде Орлову Владиславу Николаевичу по почтовому адресу: 121357, г. Москва, Кутузовский проспект, д. 65, кв. 9; 2) в электронном виде по адресам: olegstar@mail.ru; ylad-orlov@mail.ru. О том, будет ли опубликована работа, авторы могут узнать по тел.: 8-915-092-99-45 – главный редактор серии Старков Олег Викторович; а также по тел.: (499) 445-90-16. 8-915-051-16-15 – помощник главного редактора серии Орлов Владислав Николаевич.

От имени редакции серии

В. Н. Орлов

Address to the Reader

Dear Reader,

In front of you, you have a book from the series of works, unified by the title: “Library of the Bulletin 'Russian Criminological Outlook'”. The seires was founded in 2008. The Editorial Board of the series is: O.V. Starkov (Editor-in-Chief); V.N. Orlov (Assistant to the Editor-in-Chief); A.Y. Grishko, I.M. Matskevich, E.F. Pobegailo (Deputies to the Editor-in-Chief); Y.M. Ani-simkov, M.M. Babaev, A.Y. Wilks, L.A. Voskobitova, Y.I. Gilinsky, YV. Golik, G.N. Gorshenkov, A.B. Jurich, A.G. KIbalnik, D.A. Koretsky, A.N. Kostenko, S.Y. Lebedev, V.V. Luneev, S.V. Maksimov, G. Meshko, S.F. Milyukov, M.G. Minenok, A.Kh. Mindagulov, Y.A. Nomokonov, A.I. Rarog, Y.I. Seliver-stov, S.L. Sibiryakov, M.E. Trufanov, D.A. Shestakov, V.E. Eminov (members of the Editorial Board); DY. Zakalyapin, E.L. Radnayeva, E.L. Sidorenko, A.P. Skiba (responsible secretaries).

The offered series of works is the first criminological series of books, published within the quarterly scientific practical bulletin “Russian Criminological Outlook”.

The authors of the books, contributed to the series, are Professors and Associate Professors of Moscow State Juridical University by O.E. Kutafin (MSJA), Institute of State and Law of the Russian Academy of Science, Academy of the General Prosecution of the Russian Federation, Russian Juridical Academy of the Ministry of Justice of Russia, All-Russian Scientific Research Institute of the MIA of Russia, Russian State Teacher Training University by A.I. Gertsen and other leading universities of Russia and abroad.

In the series, the following works were published: Russian Criminal Law. 2 Yol. Book 1. General Part: Course book / edited by E.F. Pobegailo (Moscow, 2008); Clause-by-clause educatory comment to the Criminal Executive Code of the Russian Federation: according to the state in September 1, 2009: manual. 2nd edition, edited and fulfilled / edited by Y.E. Eminov, V.N. Orlov (Moscow, 2009); Russian Criminal Executive Law. 2 Yol. Book 1. General Part: Course book / edited by YE. Eminov, YN. Orlov (Moscow, 2010); Orlov YN. Criminal Penalty: Notion, Aims, System, Objects and Subjects: Monograph (Moscow, 2011); Russian Course of the Criminal Executive Law. 2 Yol. Book 1. General Part: Course book / Edited by YE. Eminov, YN. Orlov (Moscow, 2012), etc.

Extended texts of the books, published in the series, are available at the Criminological Library to be downloaded freely at the web-site: http://crimi-nology.ru, http://criminology.pro, http://криминология. рф.

Works, published in the series “Library of the Bulletin 'Russian Criminological Outlook'” are aimed to be of interest for the students, post-graduates, lecturers of juridical universities and departments, practitioners, officials of the internal affairs organs, criminal executive system and other law enforcement organs, and to those, who are interested in the problems of counteraction to criminality, criminal and delinquent, victim conduct and its causes, questions ofprevention of criminality and criminal conduct, and education and practice in the sphere of criminal politics and criminal science disciplines.

Material for publication, offers and notes should be sent: 1) printed material and manuscripts to Orlov Yladislav Nikolaevich to the postal address: Appart. 9, Building 65, Kutuzovsky Lane; 2) electronic versions to addresses: olegstar@mail.ru; vlad-orlov@mail.ru. The information about the acceptation or denial of the material for publication is available for the authors on the phone number: 8-915-092-99-45 at the Editor-in-Chief of the series Starkov Oleg Yictorovich (499) 445-90-16; 8-915-051-16-15 at the Assistant to the Editor-in-Chief Orlov Yladislav Nikolaevich.


On behalf of the Editorial Board of the Series,

V.N. Orlov

Введение

В честь 25-летия кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА)

Актуальность исследования понятия, содержания, целей, состава исполнения уголовного наказания определяется назревшей необходимостью в новом теоретическом осмыслении концептуальных положений пенологии.

Концептуальные вопросы уголовного наказания, в том числе понятие, содержание, цели уголовного наказания, объективные и субъективные признаки (элементы) состава исполнения уголовного наказания постоянно находятся в поле зрения пенологов и криминологов.

Особый вклад в разработку научных представлений об уголовном наказании, его фундаментальных институтов внесли дореволюционные российские ученые-юристы: М. Н. Гернет, С. К. Гогель, В. В. Есипов, А. А. Жижиленко, А. Д. Киселев, А. О. Кистяковский, Н. Ф. Лучинский, С. П. Мокринский, С. В. Познышев, Н. С. Таганцев, Н. И. Фалеев, И. Я. Фойницкий и др.

В послереволюционный период и до конца 90-х годов эту работу продолжили Г. А. Аванесов, В. М. Анисимков, Ю. М. Антонян, 3. А. Астемиров, В. П. Артамонов, Н. С. Артемьев, М. М. Бабаев, Л. В. Багрий-Шахматов, Н. А. Беляев, А. В. Бриллиантов, В. И. Горобцов, А. Я. Гришко, В. И. Гуськов, С. И. Дементьев, В. К. Дуюнов, В. А. Елеонский, М. П. Журавлев, А. И. Зубков, В. И. Игнатенко, И. И. Карпец, Ю. А. Кашуба, В. Е. Квашис, С. Г. Келина, С. И. Курганов, С. В. Максимов, М. П. Мелентьев, С. Ф. Милюков, А. С. Михлин, А. Е. Наташев, И. С. Ной, В. Н. Петрашев, С. В. Полубинская, П. Г. Пономарев, А. Л. Ременсон, В. И. Селиверстов, О. В. Старков, Н. А. Стручков, Ф. Р. Сундуров, К. А. Сыч, Ю. М. Ткачевский, В. А. Уткин, В. А. Фефелов, В. Д. Филимонов, О. В. Филимонов, М. Д. Шаргородский, И. В. Шмаров, В. Е. Южанин и др.

В дальнейшем отдельные проблемы уголовного наказания исследовали В. Г. Громов, Д. С. Дядькин, Т. Ф. Минязева, А. Ф. Мицкевич, Т. В. Непомнящая и др.

В работах названных ученых различные вопросы института уголовного наказания подвергнуты глубокому и обстоятельному исследованию, однако многие проблемы учения о наказании и пенологических аспектах в криминологии все еще остаются неразработанными или дискуссионными, требующими комплексной монографической разработки. Прежде всего, следует обратить внимание на тот факт, что в последнее время системно не исследовались признаки уголовного наказания с уголовно-правовой (материальной) и уголовно-исполнительной (процедурной) позиций.

В настоящее время проблематику исследования уголовного наказания и его концептуальных вопросов актуализируют ряд недавно принятых нормативно-правовых актов, среди которых особое место занимает Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года, утвержденная распоряжением Правительства Российской Федерации от 14 октября 2010 г. № 1772-р.

Заметим также, что с одной стороны, законодатель определяет цели наказания, но с другой, мы не знаем что он под этими целями понимает, как их можно достигать, не зная средства, критерии достижения (показатели), степень оценки, какие еще основания могут способствовать достижению целей уголовного наказания и т. д. Отчасти данная работа позволит восполнить указанные пробелы. Также с авторской позиции рассматривается состав исполнения уголовного наказания, определяются его признаки (элементы), предлагаются конкретные меры по совершенствованию процедуры исполнения уголовного наказания в целом и отдельных его видов.

Нельзя также не отметить, что данное издание приурочено к юбилейной дате – 25-летию кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), которая была образована 2 февраля 1988 г. по инициативе ректора Олега Емельяновича Кутафина решением Ученого совета ВЮЗИ.



Основателем и бессменным руководителем кафедры со дня ее создания является доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ, Почетный работник высшего профессионального образования, Почетный работник Прокуратуры РФ, ветеран МГЮА Владимир Евгеньевич Эминов.

Представленное издание рекомендовано к опубликованию в качестве монографии редакцией журнала «Российский криминологический взгляд» и региональной общественной организацией «Союз криминалистов и криминологов».

Читателям, желающим получить более развернутое представление о позиции автора по ряду вопросов и отдельным проблемам пенологии, криминопенологии и уголовно-исполнительного права рекомендуется прежде всего обратиться к изданиям, размещенным на сайте Криминологической библиотеки и журнала «Российский криминологический взгляд» по доменным именам: http://криминология. рф; http://criminology.ru; http://criminology.pro.

Работа предназначена для студентов, адъюнктов, аспирантов, преподавателей юридических вузов и факультетов, практикующих юристов, работников уголовно-исполнительной системы и иных правоохранительных органов, а также может представлять интерес для всех, кто интересуется уголовным наказанием.

Глава 1 Понятие, содержание и цели уголовного наказания

§ 1.1. Понятие уголовного наказания[1]

В пенологии особое внимание понятию уголовного наказания уделяли, уделяют и будут уделять ученые разных поколений, наук и стран[2]. Это обуславливается рядом причин: особой значимостью данного института для общества, развитием самого общества, совершенствованием и гуманизацией уголовного наказания и многими другими.

Слово «уголовный» в русском языке означает «относящийся к преступности, к преступлениям и их наказуемости»[3]. Термин «наказание» в русском языке имеет несколько значений: 1) мера воздействия на того, кто совершил проступок, преступление; 2) о ком-чем-нибудь трудном, тяжелом, неприятном[4].

В пенологической литературе высказаны различные точки зрения о понимании уголовного наказания.

В частности И. Я. Фойницкий в своем сочинении, изданном в 1888 г., писал: «Наказание представляет собой принуждение, применяемое к учинившему преступное деяние… Принуждение наказания заключается в причинении или обещании причинить наказываемому какое-нибудь лишение или страдание; поэтому всякое наказание направляется против какого-нибудь блага, принадлежащего наказываемому, – его имущества, свободы, чести, правоспособности, телесной неприкосновенности, а иногда даже против его жизни»[5].

Н. С. Таганцев указывал: «из понятия преступного деяния вытекает, что наказание представляется выражением того особого отношения, которое возникает между учинившим это деяние и государством. С точки зрения преступника, наказание является последствием, им учиненного, с точки зрения государства – мерой, принимаемой вследствие совершенного виновным деяния…

Наказание, как лишение или ограничение благ или прав, является страданием с точки зрения общих условий человеческой жизни, известной средней ощущаемости страданий, безотносительно к тому, как смотрит на него и ощущает его наказываемый»[6].

По мнению российского классика уголовного права, понятие о реакции, или наказании, прошло в своем развитии четыре фазиса: 1) естественной реакции (обороняющаяся или отмщающая – отдельного лица, прямая или косвенная – общества); 2) божеского воздаяния; 3) этического воздаяния; 4) юридического воздаяния – классической школы. Теперь наступает пятая эпоха: воззрение на наказание как на социальную защиту (difesa criminale), понимая под нею совокупность социальных мер предупреждения и репрессии, наиболее соответствующих существу преступлений[7],[8].

А. Ф. Кистяковский, определяя наказание, указывал на следующие его признаки: 1) меры, которые по приговору принимаются против преступника; 2) они причиняют ему страдание и отнимают разные виды благ и прав, ему принадлежащих; 3) наказание есть прямое следствие преступления; 4) представляет собой отражение от нанесенного удара; является реакцией со стороны общества, интересы которого задеты преступлением [9].

Профессор С. П. Мокринский, анализируя уголовное наказание, указывал на два признака, характеризующие понятие уголовного наказания: 1) уголовное наказание является актом принуждения к страданию; 2) правовое свойство субъекта, причиняющего страдание[10]. И далее: «Так как наказание есть причинение страдания личности, то оно, естественно, должно быть приурочено к фактам, сводимым к личности, как причине»[11].

По утверждению профессора В. В. Есипова, наказание не есть лишь мера борьбы, но мера социального принуждения и мера помощи[12].

С. В. Познышев полагал, что «уголовное наказание есть принудительное воздействие на личность, назначаемое законом в качестве невыгодного последствия известных деяний, соразмеряемое с характером этих деяний и, в частности, с виною действующего лица и определяемое in concreto или судебными органами государственной власти в особо установленном порядке, или – в исключительных случаях – главою государства. Говоря короче, наказание есть юридическое последствие неправды, соразмеряемое с ее внутренней и внешней стороной и определяемое в отдельных случаях или судебными органами государственной власти, или главою государства[13].

A. А. Жижиленко отмечал, что как и всякое другое определение, определение понятия «наказания» должно заключать в себе указание на все необходимые черты, пригодные для того, чтобы отличить наказание от других сходных институтов[14]. Соответственно уголовное наказание есть правовое последствие недозволенного деяния, налагаемое от лица государственной власти в установленном порядке, состоящее во вторжении в сферу правовых благ виновного и выражающее этим оценку учиненного им деяния[15].

B. И. Курляндский, анализируя уголовную ответственность и наказание, пришел к выводу, что «уголовная ответственность и наказание относятся друг к другу, как целое и часть: наказание представляет собой заключительную форму реализации уголовной ответственности и выражает как бы итог предшествовавших этапов уголовной ответственности»[16]. Позже Л. В. Багрий-Шахматов рассматривал уголовное наказание «как основную форму реализации уголовной ответственности»[17].

По мнению В. К. Дуюнова, более точным было бы следующее определение наказания в ч. 1 ст. 43 УК: «Наказание является формой реализации кары – государственного осуждения преступления и лица, признанного виновным в его совершении. Наказание назначается приговором суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и состоит в предусмотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод осужденного»[18].

Указанный перечень понятий уголовного наказания можно дополнить еще доктринальными толкованиями.

Законодательное определение понятия уголовного наказания по праву можно считать достижением советских пенологов. Нельзя не отметить, что уже в первых нормативно-правовых актах Советской России законодатель регламентировал определение уголовного наказания.

Так, в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР, принятых Постановлением НКЮ 12 декабря 1919 г., в ст. 7 которых указывалось, что «наказание – это те меры принудительного воздействия, посредством которых власть обеспечивает данный порядок общественных отношений от нарушителей последнего (преступников)»[19].

Согласно ст. 26 Уголовного кодекса РСФСР, принятого ВЦИК 24 мая 1922 г., наказание именовалось «мерой оборонительной»[20].

31 октября 1924 г. Постановлением Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР были утверждены Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик[21], в которых отсутствовал термин «наказание», а указывалось лишь на «меры социальной защиты». Меры социальной защиты разделялись на: а) меры судебно-исправительного характера; б) меры медицинского характера; в) меры медико-педагогического характера (ст. 5

Основных начал). В соответствии со ст. 6 Основных начал 1924 г., меры социальной защиты судебно-исправительного характера применялись «лишь в отношении лиц, которые: а) действуя умышленно, предвидели общественно опасный характер последствий своих действий, желали этих последствий или сознательно допускали их наступление, или б) действуя неосторожно, не предвидели последствий своих действий, хотя и должны были их предвидеть, или легкомысленно надеялись предотвратить таковые последствия»[22].

В Уголовном кодексе РСФСР, принятом ВЦИК 22 ноября 1926 г., определение наказания, да и сам термин «наказание» также не регламентировался, а законодатель применяет термин «меры социальной защиты». В соответствии со ст. 7 УК РСФСР 1926 г. «в отношении лиц, совершивших общественно опасные действия или представляющие опасность по своей связи с преступной средой или по своей прошлой деятельности, применяются меры социальной защиты судебно-исправительного, медицинского, либо медико-педагогического характера»[23].

25 декабря 1958 г. Верховный Совет СССР утвердил Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, поручив привести уголовное законодательство союзных республик в соответствие с ними. В ст. 20 Основ 1958 г. указывалось, что наказание «является карой за совершенное преступление»[24].

2 июля 1991 г. Верховный Совет СССР принял один из своих последних законодательных актов – новые Основы уголовного законодательства, которые были призваны заменить Основы 1958 г. В ст. 28 Основ 1991 г. указывалось, что «наказание есть мера принуждения, применяемая от имени государства по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключающаяся в предусмотренных законом лишении или ограничении прав и свобод осужденного»[25].

В соответствии с действующей ч. 1 ст. 43 УК РФ, «наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных УК РФ лишении или ограничении прав и свобод этого лица»[26].

Таким образом, в нормативно-правовых актах и пенологической литературе понятие уголовного наказания определялось в различных значениях:

1) наказание – это меры принудительного воздействия (Руководящие начала по уголовному праву РСФСР 1919 г.);

2) наказание является «мерой оборонительной» (УК РСФСР 1922 г.);

3) наказание «является карой за совершенное преступление» (Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г.);

4) наказание есть мера принуждения, применяемая от имени государства по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключающаяся в предусмотренных законом лишении или ограничении прав и свобод осужденного (Основы уголовного законодательства 1991 г.);

5) наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда (УК РФ 1996 г.);

6) наказание представляет собой заключительную форму реализации уголовной ответственности и выражает как бы итог предшествовавших этапов уголовной ответственности (В. И. Курляндский);

7) наказание как основная форма реализации уголовной ответственности (Л. В. Багрий-Шахматов);

8) наказание является формой реализации кары – государственного осуждения преступления и лица, признанного виновным в его совершении (В. К. Дуюнов);

9) наказание не есть лишь мера борьбы, но мера социального принуждения и мера помощи (В. В. Есипов);

10) наказание есть правовое последствие недозволенного деяния (А. А. Жижиленко);

11) наказание: это меры, которые по приговору принимаются против преступника; они причиняют ему страдание и отнимают у него разные виды благ и прав, ему принадлежащих; наказание есть прямое следствие преступления; представляет собой отражение от нанесенного удара; является реакцией со стороны общества, интересы которого задеты преступлением (А. Ф. Кистяковский);

12) так как наказание есть причинение страдания личности, то оно естественно, должно быть приурочено к фактам, сводимым к личности, как причине (С. П. Мокринский);

13) принудительное воздействие на личность, назначаемое законом в качестве невыгодного последствия известных деяний (С. В. Познышев);

14) с точки зрения преступника, наказание является последствием им учиненного, с точки зрения государства – мерой, принимаемой вследствие совершенного виновным деяния (Н. С. Таганцев);

15) наказание представляет собой принуждение, применяемое к учинившему преступное деяние (И. Я. Фойницкий).

Анализ представленных выше понятий уголовного наказания позволяет сделать вывод, что они, кстати, как и любые в принципе понятия, формулируются путем включения определенных признаков.

В философии «признак» определяется как свойство, по которому познают или узнают предмет; определения, которые отличают одно понятие от другого[27]. Термин «понятие» объясняется как «форма (способ) обобщения предметов и явлений»[28].

В современной юридической литературе указывается различное количество признаков, характерных для уголовного наказания.

Наименьшее количество признаков – три признака уголовного наказания определяет в своем курсе лекций А. В. Наумов[29].

Некоторые ученые (М. П. Журавлев[30], М. Н. Становский[31]) указывают на четыре признака уголовного наказания.

В. К. Дуюнов[32], Н. Ф. Кузнецова[33], В. В. Лукьянов[34], С. В. Полу бинская[35] и А. И. Рарог[36] отмечают пять признаков уголовного наказания.

Другие авторы (В. И. Зубкова[37], А. Г. Кибальник[38], А. Б. Мельниченко[39], В. Н. Петрашев[40], Л. А. Прохоров[41], М. Л. Прохорова, С. Н. Радачинский, И. Г. Соломоненко) выделяют шесть признаков уголовного наказания.

В. И. Горобцов[42], В. С. Комиссаров[43] и Б. В. Яцеленко[44] указывают на семь признаков уголовного наказания.

А. Ф. Мицкевич указывает на восемь признаков уголовного наказания[45].

С. В. Максимов указывает на двенадцать признаков, характерных для сущности, содержания и формы уголовного наказания[46]. Подобной же позиции придерживаются и другие авторы, но при этом выделяют не двенадцать, а одиннадцать признаков[47]. Двенадцать признаков определяет также В. В. Сверчков[48].

Наибольшее количество признаков уголовного наказания выделяет в своей докторской диссертации А. А. Арямов. Автор указывает на двадцать два признака уголовного наказания[49].

Анализ действующего уголовного законодательства, а также различных толкований уголовного наказания в теории пенологии позволяет сформулировать перечень тех признаков, которые определяют основные черты уголовного наказания. Таковыми являются:

1) наказание – это мера принуждения (В. С. Комиссаров); представляет собой меру оценивания противоправного поведения (В. В. Сверчков);

2) наказание выражает отрицательную оценку преступника и его деяния государством (В. С. Комиссаров, А. Ф. Мицкевич); наказание содержит отрицательную характеристику совершенного преступления и преступника со стороны государства и общества (В. И. Горобцов); наказание выражает негативную оценку преступника и его деяния со стороны государства и общества (А. А. Арямов); отражает негативную оценку поведения виновного через осуждение, порицание его поведения судом (В. В. Сверчков);

3) наказание – это мера государственного принуждения (В. И. Горобцов, В. К. Дуюнов, В. И. Зубкова, В. С. Комиссаров, В. В. Лукьянов, А. Ф. Мицкевич, С. В. Полубинская); имеет исключительно государственный характер – исходит от государства (В. В. Сверчков);

4) наказание применяется только за совершение преступления (А. Ф. Мицкевич);

5) наказание – это мера государственного принуждения, установленная законом (А. А. Арямов, М. Н. Становский), применяемая только к лицам, совершившим преступления (В. Н. Петрашев); наказание назначается лишь за деяние, предусмотренное уголовным законом как преступление (В. С. Комиссаров, А. В. Наумов, Б. В. Яцеленко); наказание устанавливается только уголовным законом (В. И. Горобцов); закреплено в уголовном законодательстве (УК) (В. В. Сверчков);

6) наказание является следствием совершения преступлений, то есть в деянии виновного лица должны содержаться все признаки конкретного состава преступления, предусмотренного УК РФ (В. И. Горобцов); возможно только после совершения лицом преступления (В. В. Сверчков);

7) наказание – это такая мера государственного принуждения (А. И. Рарог), которая назначается только по приговору суда (А. А. Арямов, В. И. Горобцов, В. К. Дуюнов, М. П. Журавлев, В. В. Лукьянов, А. Ф. Мицкевич, А. В. Наумов, М. Н. Становский, В. В. Сверчков, В. Н. Петрашев, С. В. Полубинская) и от имени государства (В. И. Зубкова, В. В. Сверчков) или процессуальной формой применения наказания может быть только обвинительный приговор суда (А. И. Рарог, Б. В. Яцеленко); оформляется приговором суда (В. В. Сверчков);

8) наказание применяется только к лицу, признанному виновным в совершении преступления (А. А. Арямов, В. К. Дуюнов, М. П. Журавлев, В. И. Зубкова, В. В. Лукьянов, А. Ф. Мицкевич,

В. Н. Петрашев, С. В. Полубинская), предусмотренного уголовным законом (С. В. Максимов, М. Н. Становский);

9) наказание носит личный характер (А. А. Арямов, В. С. Комиссаров, А. В. Наумов, А. И. Рарог, В. В. Сверчков, Б. В. Яцеленко) и не должно затрагивать интересы других лиц (В. И. Зубкова, В. Н. Петрашев) или наказание применяется к лицу, совершившему преступление, по принципу непосредственно персональной ответственности (различного рода представительства, солидарная или субсидиарная ответственность за чужую вину исключены, оно безусловно отпадает со смертью виновного, невозможно участие третьих лиц, заинтересованных лиц в назначении и отбытии наказания) (А. А. Арямов);

10) наказание назначается физическому лицу (А. А. Арямов);

11) наказание носит публичный характер (А. А. Арямов, М. И. Журавлев, В. Н. Петрашев, А. И. Рарог); назначается публично в рамках санкции соответствующей нормы, отраженной в статье Особенной части УК, с учетом положений Общей части УК (В. В. Сверчков);

12) уголовное наказание заключается в предусмотренных законом лишении и(или)[50] ограничении прав и свобод осужденного (А. А. Арямов, В. И. Горобцов, В. К. Дуюнов, В. И. Зубкова, В. С. Комиссаров, В. В. Лукьянов, А. Ф. Мицкевич, А. В. Наумов, М. Н. Становский, С. В. Полубинская, Б. В. Яцеленко) или причиняет осужденному определенные лишения и ограничения прав и свобод, зависящие от вида наказания (В. Н. Петрашев); заключается в предусмотренных УК лишении и (или) ограничении прав и свобод виновного лица соответственно его общественной опасности, общественной опасности содеянного им (В. В. Сверчков);

13) наказание – это кара преступника за содеянное преступление (А. А. Арямов); наказание обладает карательной сущностью (А. И. Рарог); выражается в принуждении (репрессии, а следовательно, в каре) (В. В. Сверчков);

14) наказание – это средство исправления осужденного и средство предупреждения новых преступлений (А. А. Арямов);

15) наказание как мера государственного принуждения имеет объектами своего воздействия наиболее значимые для личности блага: жизнь, свободу, имущество преступника (А. А. Арямов);

16) наказание преследует социально-полезные цели (А. Ф. Мицкевич); целями наказания являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (В. К. Дуюнов);

17) наказание влечет за собой юридические последствия или специфическое правовое состояние в виде судимости, которая сохраняется на определенный срок и после его отбытия (ст. ст. 86 и 95 УК РФ) (А. А. Арямов, М. П. Журавлев, В. И. Зубкова, В. С. Комиссаров, В. В. Лукьянов, А. В. Наумов, В. Н. Петрашев, С. В. Полубинская, А. И. Рарог, В. В. Сверчков, Б. В. Яцеленко);

18) наказание по своей тяжести должно быть пропорционально тяжести содеянного преступления (А. А. Арямов);

19) наказание применяется на основе принципа экономии уголовной репрессии (А. А. Арямов);

20) наказание применяется на основании принципа справедливости, т. е. предполагает существенный морально-этический и мировоззренческий фундамент (А. А. Арямов);

21) наказание назначается на основе принципа законности, гуманизма и индивидуализации ответственности (А. А. Арямов);

22) основанием применения наказания (как формы выражения уголовной ответственности) является присутствие в деянии лица всех признаков состава преступления, предусмотренного в норме Особенной части Уголовного кодекса (А. А. Арямов);

23) наказание характеризуется признаками объективности, поскольку зависит от окружающей действительности, отражает ее и способно изменять те или иные общественные отношения (в плане общей превенции) (А. А. Арямов);

24) субъективность также является неотъемлемым признаком наказания, т. к. санкция – это преломленная в сознании определенных представителей общества неизбежность защиты существующих общественных отношений и мера интенсивности воздействия на сознание преступника (А. А. Арямов);

25) краткосрочность наказания. Чрезмерно длящиеся наказания причиняют страдание преступнику по истечении длительного времени после совершения преступления, и оно уже забылось как обществом, так и преступником, в этом случае наказание теряет свою непосредственную связь с преступлением (А. А. Арямов);

26) наказание как институт должно соответствовать признаку неотвратимости. Как правило, избыточная репрессивность наказания свидетельствует о неспособности государства обеспечить требование неотвратимости наказания (А. А. Арямов).

Нельзя не отметить, что данный перечень признаков уголовного наказания не является полным, а определение некоторых из них является дискуссионным.

Справедливо отмечал барон Эд. В. Розенберг, что «для определения вовсе не требуется перечисления всех признаков. Определение не должно быть полным описанием определяемого явления, а лишь – полным отграничением от всех прочих явлений…

Таким образом, желая «определить» наказание, мы не ищем ни существенных, ни важных, ни «внешних» или «внутренних», ни формальных, ни родовых или видовых признаков этого понятия, а ищем только – отличительных признаков его, или вернее, избегая тавтологии, просто – «признаков»! Если мы найдем достаточно признаков, чтобы отличить наказание от всех прочих явлений, то наша задача будет исполнена!»[51].

Однако прежде чем рассматривать те или иные признаки уголовного наказания, выделенные российскими теоретиками уголовного права, обратимся к анализу признаков уголовного наказания, закрепленных не только в определениях уголовного наказания, но и самостоятельно в УК зарубежных стран.

В настоящее время в уголовном законодательстве двенадцати зарубежных стран (УК Азербайджана, Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызии, Латвии, Литвы, Молдовы, Таджикистана, Эстонии, Узбекистана, Украины) предусматривается определение уголовного наказания.

Так, в соответствии с ч. 41.1. ст. 41 УК Азербайджана наказание есть мера уголовно-правового характера, назначаемая по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в создании установленных настоящим Кодексом лишений или ограничений прав и свобод этого лица[52].

В ч. 1 ст. 48 УК Армении указывается, что наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда от имени государства, применяемая к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица[53].

В ст. 47 УК Беларуси отмечается, что наказание является мерой уголовно-правового воздействия, применяемой по приговору суда к лицу, осужденному за преступление, и заключающейся в предусмотренных законом лишении или ограничении прав и свобод осужденного[54].

Согласно ч. 1 ст. 38 УК Казахстана, наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренном настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица[55].

Часть 1 ст. 41 УК Кыргызии гласит, что наказание есть мера принуждения (кара), применяемая от имени государства по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключающаяся в лишении или ограничении прав и свобод осужденного[56].

В ч. 1 ст. 35 УК Латвии указывается, что предусмотренное Уголовным законом наказание является принудительной мерой, которая в пределах, установленных настоящим законом, от имени государства назначается лицу, виновному в совершении преступного деяния[57].

В ч. 1 ст. 41 УК Литвы наказание определяется как мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда лицу, совершившему преступление или уголовный проступок[58]. При этом согласно ст. ст. 42, 43 УК Литвы определенные виды уголовных наказаний применяются как к физическим, так и к юридическим лицам.

В соответствии с ч. 1 ст. 61 УК Молдовы, уголовное наказание является мерой государственного принуждения и средством исправления и перевоспитания осужденного и применяется судебными инстанциями именем закона к лицам, совершившим преступление, с определенным лишением и ограничением их прав[59]. Следует заметить, что в ст. 62 УК Молдовы указываются виды уголовных наказаний, назначаемые физическим лицам, а в ст. 63 виды наказаний для юридических лиц.

Узбекский законодатель в ч. 1 ст. 42 УК закрепил положение о том, что наказание есть мера принуждения, применяемая от имени государства по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и состоящая в предусмотренных законом лишении или ограничении определенных прав и свобод осужденного[60].

Фактически подобное же определение уголовного наказания содержится в УК Таджикистана и Украины.

Так, согласно ч. 1 ст. 46 УК Таджикистана, наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Оно применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренном настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица[61].

В ч. 1 ст. 50 УК Украины говорится о том, что наказание является мерой принуждения, применяемой от имени государства по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренном законом ограничении прав и свобод осужденного[62].

В ч. 1 ст. 20 УК Эстонской Республики отмечается, что наказание есть мера принуждения, применяемая на основании приговора суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключающаяся в ограничении или лишении осужденного прав в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом[63].

В отдельных зарубежных странах собственно определение уголовного наказания не предусматривается, при этом отдельные его характерные признаки закрепляются самостоятельно.

Например, в ч.ч. 2,3,4 ст. 35 УК Болгарии указывается на следующие признаки:

– наказание может быть назначено только лицу, совершившему предусмотренное в законе преступление;

– наказание должно соответствовать преступлению;

– наказание за преступление назначается только установленными судами[64].

Нельзя также не отметить, что в настоящее время определение уголовного наказания закрепляется в законодательном уголовном международно-правовом акте рекомендательного характера – Модельном уголовном кодексе для государств – участников Содружества Независимых Государств (далее – Модельном УК СНГ). В частности, в ч. 1 ст. 45 Модельного УК СНГ регламентируется, что «наказание есть мера государственного принуждения (кара), назначаемая по приговору суда. Оно применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренном уголовным законом лишении или ограничении прав и свобод этого лица»[65]. В международных нормативных правовых актах понятие наказания не содержится, указываются лишь отдельные его признаки[66].

В юридической литературе указывается, что под наказанием в международном уголовном праве «следует понимать особую юридическую меру принуждения, не только состоящую из карательных элементов, но и ставящую воспитательные профилактические цели»[67].

Нельзя не заметить, что в предложенном определении наказания фактически не отражаются признаки международного наказания.

Проведенный анализ определений уголовного наказания и его признаков в зарубежном и международном уголовном законодательстве позволяет сделать ряд выводов:

– во-первых, общими признаками уголовного наказания, характерными для большинства зарубежных стран, являются: наказание как мера государственного принуждения; наказание применяется по приговору суда; наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления; наказание состоит в предусмотренных законом лишении или ограничении определенных прав и свобод осужденного;

– во-вторых, признаки уголовного наказания большинства УК ближнего зарубежья совпадают с признаками, указанными в Модельном УК стран СНГ;

– в-третьих, в целом признаки уголовного наказания в зарубежных странах и в России похожи;

– в-четвертых, отличительными признаками, характерными для отдельных зарубежных стран, являются: наименование наказания в качестве меры уголовно-правового характера, уголовно-правового воздействия, принудительной мерой, мерой принуждения (кары); наказание является средством исправления и перевоспитания осужденного; наказание должно соответствовать преступлению; наказание назначается лицу, совершившему преступление или уголовный проступок; наказание применяется как к физическим, так и к юридическим лицам.

Рассматривая указанные выше российскими теоретиками признаки уголовного наказания, выскажем ряд соображений, имеющих определенное теоретическое и практическое значение.

Так, по мнению ряда авторов, признаками уголовного наказания являются:

– наказание применяется только за совершение преступления;

– наказание применяется только к лицу, признанному виновным в совершении преступления;

– наказание назначается физическому лицу;

– основанием применения наказания (как формы выражения уголовной ответственности) является присутствие в деянии лица всех признаков состава преступления, предусмотренного в норме Особенной части Уголовного кодекса.

Выделение данных признаков является необязательным.

Справедливо указывал В. А. Никонов: «Утверждение, что не может быть наказания без преступления, аксиоматично (хотя обратную ситуацию – преступление без наказания уголовный закон допускает в случаях, например, если суд придет к выводу о возможности исправления несовершеннолетнего, совершившего преступление, не представляющее большой общественной опасности, без применения уголовного наказания и ограничится принудительными мерами воспитательного характера, а также в некоторых других)…

Некоторые авторы… высказывают мнение о применении наказания лишь к лицам, виновным в совершении преступления, как об одной из его характеристик[68]. Указание на это представляется нам излишним, поскольку, говоря о преступлении, презумируется его виновное совершение лицом физическим, вменяемым, достигшим возраста уголовной ответственности»[69].

В. А. Никонов предлагал указывать такой признак уголовного наказания, как «следование за преступлением»[70].

Похожий признак уголовного наказания выделял и В. И. Горобцов.

По мнению автора, одним из признаков уголовного наказания является положение о том, что «наказание является следствием совершения преступлений, то есть в деянии виновного лица должны содержаться все признаки конкретного состава преступления, предусмотренного УК РФ»[71].

Учитывая вышеизложенную позицию В. А. Никонова, отчасти нельзя также согласиться с О. В. Филимоновым, полагавшим, что «третий признак уголовного наказания заключается в том, что оно является правовым последствием преступления и применяется только к лицу, виновному в его совершении»[72]. В данном случае указание на то, что наказание применяется только к лицу, виновному в его совершении, является ненужным.

Вместе с тем наиболее предпочтительно рассматриваемый признак уголовного наказания именовать в качестве «правового последствия преступления».

А. А. Жижиленко наказание рассматривал как одно из правовых последствий неправды[73]. Под правовыми последствиями неправды автор понимал как правомочие известных лиц на принятие известных мер, так и сами эти меры[74].

Справедливо отмечал С. В. Познышев, что «от неюридических явлений наказание отчетливо отличается уже своей юридической природой, тем, что оно есть последствие правонарушений, устанавливаемое и определяемое правом»[75].

Одним из признаков уголовного наказания является то, что наказание характеризуется определенным содержанием.

Содержание уголовного наказания в целом раскрыто в Уголовном кодексе РФ (далее – УК РФ) в ч. 1 ст. 43, согласно которой наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица. Указанное законодательное регламентирование содержания уголовного наказания не является бесспорным.

Проведенный анализ содержания уголовного наказания в целом и конкретных его видов, не связанных с изоляцией осужденного от общества, позволяет утверждать, что в целом содержание наказания заключается в предусмотренных Уголовным кодексом РФ лишении, ограничении, замене и дополнении прав; обязанностей и законных интересов осужденного[76].

В юридической литературе указываются следующие признаки уголовного наказания:

– наказание – это мера принуждения;

– наказание выражает отрицательную оценку преступника и его деяния государством или наказание выражает негативную оценку преступника и его деяния со стороны государства и общества;

– наказание – это мера государственного принуждения, имеет исключительно государственный характер – исходит от государства,

– наказание – это мера государственного принуждения, установленная законом, применяемая только к лицам, совершившим преступления, или наказание назначается лишь за деяние, предусмотренное уголовным законом как преступление.

Указанные признаки вряд ли следует рассматривать в качестве самостоятельных признаков уголовного наказания. Скорей всего эти признаки характеризуют содержание уголовного наказания, т. е. собственно лишение, ограничение, замену и дополнение прав, обязанностей и законных интересов лица, признанного виновным в совершении преступления.

Следует заметить, что в юридической литературе отдельные ученые указывают признаки, характеризующие содержание уголовного наказания.

В частности С. В. Максимов определяет следующие признаки, характеризующие содержание наказания:

«а) наказание есть мера государственного принуждения, т. е. определенное средство достижения установленных законом целей (наказание не может быть самоцелью (лишение свободы ради лишения свободы); наказание также не может быть абсолютно неопределенным средством возмездия[77]);

б) наказание есть принудительная мера, т. е. воздействие, осуществляемое даже вопреки воле лица, признанного виновным в совершении преступления (желание лица понести то или иное наказание в нашей стране судом не учитывается);

в) наказание есть лишение прав и свобод, т. е. полное их отчуждение или ограничение прав и свобод, т. е. установление условий применяемости последних, установление или сужение пределов их действия (наказание всегда связано с ухудшением общего статуса лица, даже если последнее не считает наказание ухудшением своего статуса)»[78].

Отчасти схожие признаки, характеризующие содержание наказания, указывают Н. А. Петухов и А. А. Толкаченко[79].

Некоторые авторы указывают на следующие признаки уголовного наказания:

– наказание носит личный характер и не должно затрагивать интересы других лиц или наказание применяется к лицу, совершившему преступление, по принципу непосредственно персональной ответственности (различного рода представительства, солидарная или субсидиарная ответственность за чужую вину исключены, оно безусловно отпадает со смертью виновного, невозможно участие третьих лиц, заинтересованных лиц в назначении и отбытии наказания);

– наказание по своей тяжести должно быть пропорционально тяжести содеянного преступления;

– наказание носит публичный характер;

– наказание применяется на основе принципа экономии уголовной репрессии;

– наказание применяется на основании принципа справедливости, т. е. предполагает существенный морально-этический и мировоззренческий фундамент;

– наказание назначается на основе принципа законности, гуманизма и индивидуализации ответственности;

– наказание как институт должно соответствовать признаку неотвратимости. Как правило, избыточная репрессивность наказания свидетельствует о неспособности государства обеспечить требование неотвратимости наказания.

На наш взгляд, при рассмотрении собственно уголовного наказания не следует специально выделять указанные признаки, поскольку они характеризуют не само уголовное наказание, а порядок и условия его применения (назначение, исполнение) и отбывания.

По мнению ряда ученых, как нами отмечалось выше, признаком уголовного наказания является то, что наказание – это такая мера государственного принуждения, которая назначается только по приговору суда и от имени государства, или процессуальной формой применения наказания может быть только обвинительный приговор суда;

Однако, собственно, уголовно-правовым признаком данный признак, конечно же, не является.

Кроме того, справедливо отмечает В. И. Селиверстов, что «нормативное определение содержит указание о том, что наказание может быть назначено только приговором суда. Вместе с тем существуют различные институты замены наказания более мягким как на стадии назначения наказания, так и его отбывания. В результате этого непосредственным основанием для отбывания конкретного вида наказания является не приговор, а, например, акт помилования или амнистии. Именно поэтому в ст. 7 УИК РФ установлено, что основанием исполнения наказания и применения иных мер уголовно-правового характера являются приговор либо изменяющие его определение или постановление суда, вступившие в законную силу, а также акт помилования или акт об амнистии»[80]. Автор, указывая на доктринальное определение уголовного наказания, считает, что «основанием применения наказания является приговор либо изменяющие его определение или постановление суда, вступившие в законную силу, а также акт помилования или акт об амнистии».

На наш взгляд, острой потребности в закреплении в уголовном (материальном) праве процессуального признака уголовного наказания нет. В целом достаточно того, что об этом указывается в нормах УПК (ст. ст. 302, 393) и УИК (ст. 7) РФ. Кроме того, данный признак опять же характеризует собственно не само уголовное наказание, а порядок его назначения.

Следует отметить, что в юридической литературе неоднозначно толкуется признак уголовного наказания в виде судимости.

Как отмечалось выше, ряд авторов рассматривают судимость в качестве признака уголовного наказания.

Другие наоборот. Так, например, против настоящего признака высказывается А. И. Марцев, полагая, что судимость является лишь последствием наказания, но не признаком. Л. Л. Кругликов также не рассматривает в качестве признака уголовного наказания судимость и утверждает, что «последствие, порождаемое каким-либо явлением, не может одновременно быть и признаком этого явления»[81].

Наиболее предпочтительной является позиция авторов, рассматривающих судимость в качестве признака уголовного наказания.

Вместе с тем, справедливо отмечал В. А. Никонов, что «речь идет не о судимости, как таковой, а о свойстве рассматриваемого уголовно-правового института вызывать к жизни данное явление.

Возникновение судимости не характеризует более ни одну меру правового воздействия на преступника, в связи с чем порождение определенных последствий (курсив – В. О.) следует признать одной из существенных сторон наказания и включить в перечень его обязательных (определяющих) признаков»[82].

Следовательно, еще одним признаком уголовного наказания является то, что наказание порождает определенные последствия.

Указанный выше весьма широкий перечень признаков уголовного наказания следует дополнить еще некоторыми.

Признаком уголовного наказания является также то, что уголовное наказание обладает характерной сущностью.

Рассматривая сущность наказания прежде всего обратимся к философскому толкованию сущности вообще. В философском словаре дается следующее определение сущности. «Сущность – то, что составляет суть вещи, совокупность ее существенных свойств, субстанциональное ядро самостоятельно существующего сущего»[83].

С точки зрения сущности, наказание есть кара. Данное утверждение убедительно аргументируется в юридической литературе.

А. А. Пионтковский в третьем томе московского Курса советского уголовного права писал, что «поскольку всякое наказание является причинением какого-то страдания лицу, виновному в совершении преступления (ущемлением его имущественных интересов, ограничением его свободы, умалением его достоинства, а в исключительных случаях и лишением жизни), то наказание – всегда кара»[84].

Н. А. Стручков отмечал, что «свойством кары наказание отличается от других мер государственного принуждения. Следовательно, кара и образует сущность наказания»[85].

«Наказание – это и есть кара, – считал А. Е. Наташев, – т. е. преднамеренное причинение виновному известных страданий и лишений, специально рассчитанное на то, что он будет претерпевать наказание как лишение, страдание за причиненное обществу зло»[86]. Позже автор также утверждал: «Уголовное наказание по своей сущности является карой»[87].

По мнению А. Л. Ременсона, «наказание – это и есть кара, т. е. преднамеренное причинение виновному известных страданий и лишений, специально рассчитанное на то, что он будет претерпевать наказание как лишение, страдание за причиненное обществу зло»[88].

М. Д. Шаргородский полагал, что «наказание неизбежно причиняет страдания тому лицу, к которому оно применяется. Именно это свойство, являясь необходимым признаком наказания, делает его карой»[89].

3. А. Астемиров утверждает, что «сущностью, а не просто составной частью наказания остается кара, имеющая решающее значение при определении всех свойств и форм проявления наказания», при этом, по мнению автора, «к раскрытию карательной сущности наказания правильнее было бы подходить с точки зрения рассмотрения его прежде всего как фактора социальной оценки поведения людей»[90].

В. К. Дуюнов отмечает, что «уголовное наказание является по своей сути не принуждением, а карой, оно служит одной из форм реализации кары – осуждения, порицания осужденного и совершенного им преступления»[91].

Сущность наказания как кару рассматривают и другие ученые[92].

Вместе с тем некоторые авторы не указывают на кару как сущность наказания.

Так, например, Г. А. Кригер в своей работе, изданной в 1962 г., указывал, что «сущность наказания состоит в лишении лица, виновного в совершении преступления, тех или иных благ: свободы – при лишении свободы; всего или части имущества – при конфискации имущества, штрафе, исправительных работах; права по своему усмотрению выбирать место жительства – при ссылке и высылке и т. д.»[93].

В. Г. Смирнов определяет сущность наказания через «совокупность способов воздействия на осужденного»[94].

Д. А. Шестаков считает, что сущность наказания как уголовно-правового института «состоит в принудительном помещении преступника в условия (более или менее суровые), которые способствуют предупреждению новых преступлений», т. е. «сущность наказания – предупредительное воздействие»[95].

Э. В. Лядов полагает, что «сущность наказания можно раскрыть через следующие его признаки:

1) оно является особой мерой государственного принуждения, установленной уголовным законом;

2) связано с ограничением прав и свобод лица, совершившего преступление;

3) предусматривается только за общественно опасные деяния (преступления), установленные в УК РФ;

4) назначается только по приговору суда;

5) влечет за собой правовое последствие в виде судимости»[96].

Отмечая дискуссионный характер указанных утверждений, заметим, что точка зрения авторов, рассматривающих кару в качестве сущности наказания, наиболее предпочтительна.

Вместе с тем И. С. Ной еще в 1963 г. писал, что «отличительным признаком уголовной кары является один лишь ей присущий момент – соединение репрессивного воздействия на личность в виде тех или иных правоограничений с ее государственным порицанием, осуждением»[97]. Автор также отмечал, что «кара присуща не только уголовному наказанию, но и ряду других мер правового принуждения. Отличительным же свойством уголовного наказания является определенный вид кары – уголовная кара, присущая исключительно этой разновидности наказания»[98].

В. А. Никонов, конкретизируя сущность наказания, различал «сущность наказания вообще» и «сущность уголовного наказания». «Поскольку термин “наказание” известен не только уголовному праву, – отмечает автор, – а употребляется более широко, постольку кару можно определить как сущность первого порядка, сущность наказания вообще (возмездия за нарушение каких-либо правил, установлений). Репрессия же выступает сущностью второго порядка, определяющей именно уголовное наказание и являющейся государственной карой»[99].

Заметим также, что в Кодексе об административных правонарушениях РФ, принятом 30 декабря 2001 г., используется понятие административное наказание, которое согласно ч. 1 ст. 3.1. является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами[100].

В связи с этим нельзя не согласиться с утверждением, что в уголовном праве следует использовать термин не «наказание», а «уголовное наказание»[101].

Таким образом, в юридической литературе под сущностью наказания понимается кара, а под сущностью уголовного наказания – уголовная кара (репрессия).

Данное определение сущности уголовного наказания имеет право на существование. Однако оно содержит в себе и ряд недостатков, в частности такое понимание сущности уголовного наказания является безобъектным.

Следует заметить, что ряд ученых (А. А. Пионтковский, А. Л. Ременсон), рассматривая кару, отмечали, что наказание причиняет какое-то страдание лицу, виновному в совершении преступления (ущемлением его имущественных интересов, ограничением его свободы, умалением его достоинства, а в исключительных случаях и лишением жизни), или преднамеренно причиняет виновному известные страдания и лишения, специально рассчитанное на то, что он будет претерпевать наказание как лишение, страдание за причиненное обществу зло, т. е. указывали не только карательную сторону наказания, но и собственно объект наказания.

В качестве объекта уголовного наказания следует рассматривать элементы правового статуса (правового положения) лица, признанного судом виновным в совершении преступления или осужденного, т. е. совокупность прав, обязанностей и законных интересов, которые лишаются, ограничиваются, заменяются и дополняются.

Следует отметить, что сущность уголовного наказания возможно рассматривать в двух аспектах: как процесс и как результат.

Справедливо отмечает А. Ф. Мицкевич, что прежде чем «говорить о сущности уголовного наказания, необходимо определить то отношение, в котором будет рассматриваться уголовное наказание для определения его сущности»[102].

В. И. Зубкова, условно соглашаясь с позицией авторов о динамическом процессе наказания, делает вывод о том, что наказание как процесс проходит в своем развитии как минимум четыре стадии: «а) нормативное определение понятия и целей уголовного наказания, установление отдельных видов наказания; именно на этой стадии уголовное наказание влияет на поведение граждан посредством информации о том, что государство берет на себя обязательство выполнять функцию по защите определенных благ, объектов; б) криминализация деяний, т. е. установление того, что конкретные интересы, блага взяты под особую охрану государства и что посягательство на них повлечет за собой последствия уголовно-правового характера; именно с этого момента уголовное наказание начинает работать как угроза неопределенному кругу лиц; в) назначение наказания лицу, виновному в совершении конкретного преступления; на этой стадии наказание воздействует на виновное лицо, лишая его определенных прав и свобод или ограничивая в обладании ими; кроме того, через наказание конкретному человеку за совершенное преступление происходит его воздействие на иных, незаконопослушных членов общества (общая превенция); г) стадия исполнения наказания, процесс отбывания наказания, где осужденный непосредственно ощущает воздействие наказания (лишение прав и свобод, ограничение в занятии, в месте проживания, в постоянной возможности общаться с близкими людьми, родственниками и т. д.), что, безусловно, причиняет лицу определенные страдания; д) уголовное наказание как процесс влечет негативное последствие в виде судимости, которая ложится бременем на лицо, уже отбывшее наказание, и влечет определенные ограничения»[103].

На наш взгляд, особое внимание должно отводиться пониманию сущности уголовного наказания именно как достижению определенного результата – репрессивного изменения правового статуса осужденного.

По мнению некоторых ученых, кара как сущность наказания в каждом виде уголовного наказания проявляется в конкретных элементах (в одном карательном элементе или их сочетании)[104].

Указанное утверждение отчасти является неточным, поскольку любое уголовное наказание, кстати, в том числе и штраф, проявляется только в сочетании карательных элементов.

Учитывая вышеизложенное, под сущностью уголовного наказания следует понимать уголовное карательное (репрессивное) изменение правового статуса (положения) вменяемого физического лица, достигшего минимального возраста наступления уголовной ответственности за соответствующее преступление и признанное виновным в совершении преступления.

Признаком уголовного наказания является также то, что уголовное наказание имеет определенную форму.

Следует отметить, что термин «форма» в русском языке означает способ существования содержания, неотделимый от него и служащий его выражением; внешнее очертание, наружный вид предмета[105].

В философии под формой понимается «прежде всего внешнее очертание, наружный вид предмета, внешнее выражение какого-либо содержания, а также и внутреннее строение, структура, определенный и определяющий порядок предмета или порядок протекания процесса в отличие от его “аморфного” материала (материи), содержания или содержимого»[106].

С. В. Максимов указывает на следующие признаки, характеризующие форму наказания:

«а) наказание может осуществляться лишь в формах (видах), предусмотренных ст. 44 УК (суд не может назначать наказания, вид которого прямо не предусмотрен УК);

б) наказание не может иметь форму пытки, быть жестоким или унижающим человеческое достоинство (ст. 21 Конституции РФ)»[107]. Данной позиции придерживаются и другие авторы[108].

Следует заметить, что виды уголовных наказаний образуют определенную систему, что характеризует также собственно форму уголовного наказания в целом.

Ю. В. Бышевский и А. И. Марцев в качестве формы наказания рассматривают «вид и размер наказания, которые отражают конкретный объем правоограничений, устанавливаемых для осужденного»[109].

Позже А. И. Марцев утверждает, что «для лишения свободы форма наказания выражается в сроке лишения свободы, а также в виде режима исправительного учреждения»[110]. Следует заметить, что ранее в юридической литературе ряд авторов отмечали, что содержанием наказания, применительно к лишению свободы, является «срок и вид этого наказания»[111]. Однако, справедливо отмечает А. И. Марцев, с таким пониманием содержания наказания согласиться нельзя, так как срок и вид лишения свободы – это только те рамки, в которых располагается наказание, следовательно, это – форма наказания, а не его содержание[112].

Отчасти соглашаясь с мнением А. И. Марцева, заметим, что, действительно, срок конкретного наказания характеризует его форму. Уточним лишь, что не следует рассматривать в качестве одноименных понятий «срок» и «продолжительность» наказания. Продолжительность наказания (например, 3 месяца) подразумевает карательное воздействие на личность за определенный промежуток времени, и чем больше времени, тем сильнее воздействие наказания на личность. Срок же наказания (например, от двух месяцев до двух лет) как таковой, элементом кары выступать не может.

Что же касается утверждения А. И. Марцева о том, что форма лишения свободы выражается в виде режима исправительного учреждения, то с ним следует согласиться лишь частично, поскольку режим исправительного учреждения не раскрывает в полной мере форму лишения свободы.

И. Я. Фойницкий полагал, что «наказание представляет собой принуждение, применяемое к учинившему преступное деяние. Принуждение это может принимать различные формы физического и психического воздействия на личность…»[113]. Добавим также, что в данном случае следует говорить и о материальном, трудовом, служебном воздействии на личность.

Учитывая вышеизложенное, под формой уголовного наказания следует понимать принудительное психическое, материальное (имущественное), трудовое, служебное и (или) физическое воздействие на осужденного, а также иное воздействие на осужденного, не сопряженное с пытками, жестоким или унижающим человеческое достоинство обращением и осуществляемое в строго определенных видах наказаний, которые образуют определенную систему, и в течение установленного в уголовном законе срока.

По мнению А. А. Арямова, факультативным признаком уголовного наказания является краткосрочность наказания. Автор считает, что «чрезмерно длящиеся наказания причиняют страдание преступнику по истечении длительного времени после совершения преступления и оно уже забылось как обществом, так и преступником, в этом случае наказание теряет свою непосредственную связь с преступлением»[114].

Вряд ли собственно краткосрочность следует рассматривать в качестве признака уголовного наказания. В данном случае скорей всего следует указывать на срок уголовного наказания во времени, а это, как уже отмечалось нами выше, один из признаков формы уголовного наказания.

А. А. Арямов полагает, что факультативными признаками наказания являются:

– наказание характеризуется признаками объективности, поскольку зависит от окружающей действительности, отражает ее и способно изменять те или иные общественные отношения (в плане общей превенции);

– субъективность также является неотъемлемым признаком наказания, т. к. санкция – это преломленная в сознании определенных представителей общества неизбежность защиты существующих общественных отношений и мера интенсивности воздействия на сознание преступника[115].

Указанный автором признак в виде объективности является весьма общим и не позволяет отграничить собственно уголовное наказание от иных мер принуждения. Так, например, предложенный А. А. Арямовым признак объективности в полной мере относится и к иным мерам уголовно-правового характера, в частности к судимости.

Нельзя также согласиться с обоснованием А. А. Арямовым признака наказания в виде субъективности посредством санкции, поскольку, рассматривая санкцию, автор характеризует субъективность не собственно наказания, а субъективность одного из элементов нормы.

Субъективность наказания определяется тем, что оно как продукт общественного сознания абстрагируется из социальной действительности и формулируется людьми. Однако опять же данное определение является весьма общим и не позволяет отличить уголовное наказание от иных юридических институтов.

Признаком уголовного наказания является также то, что уголовное наказание преследует определенные социально полезные цели (А. Ф. Мицкевич)[116] или целями наказания являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (В. К. Дуюнов)[117].

Следует заметить, что в юридической литературе цели наказания в качестве его признаков рассматривались и ранее.

Так, профессор И. С. Ной указывал на такой признак уголовного наказания, как «цель применения – специальное и общее предупреждение, выделение главной цели – исправления и перевоспитания осужденного»[118].

Законодатель в ч. 2 ст. 43 УК РФ закрепил положение о том, что наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Рассматривая понятие уголовного наказания, ряд авторов пришли к выводу о нецелесообразности закрепления в определении уголовного наказания указания на его цели.

Так, С. В. Познышев утверждал, что в определение уголовного наказания «не следует вносить никаких элементов уголовной теории, ни указания на цель, которую должно преследовать наказание, ни указания на основной принцип, которым должна руководиться карательная деятельность»[119].

По мнению М. В. Кирюшкина, «вряд ли следует включать в понятие наказания указание на его цели. Во-первых, цель применения кем-либо некоторого средства никоим образом не характеризует это средство как явление. Факт применения государством наказания и цели такого применения характеризуют социальную политику этого государства, а не само наказание. Во-вторых, цели применения наказания – вопрос дискуссионный. И обсуждать его можно, лишь оперируя характерными свойствами наказания, в связи с чем нецелесообразно включать в число таких свойств и цели»[120].

С указанными утверждениями нельзя согласиться.

На наш взгляд, в определении уголовного наказания вполне возможно указывать те цели, которые преследует данный институт, поскольку цели наказания позволяют отграничить данный институт от иных мер принуждения. Кроме того, не следует забывать, что в принципе именно цель определяет средство[121].

А. А. Арямов считает, что одним из признаков уголовного наказания является то, что наказание – это средство исправления осужденного и средство предупреждения новых преступлений[122].

Указанный автором признак не раскрывает отличительной особенности, собственно, уголовного наказания, а характеризует в большей степени порядок достижения определенной цели уголовного наказания. Следует заметить, что достижение любой цели предполагает использование того или иного средства.

В русском языке термин «средство» понимается как «прием, способ действия для достижения чего-нибудь»[123].

Справедливо отмечает Г. П. Байдаков, что «если ставить цели и средства их достижения в один ряд в бесконечной цепи взаимопереходов, то явление в одном отношении выступает как средство, а в другом – как цель»[124].

Исправление осужденного и предупреждение новых преступлений являются средствами достижения цели – искоренение преступного деяния, а также преступности в целом.

Таким образом, перечень признаков уголовного наказания включает в себя:

1) наказание является правовым последствием преступления;

2) наказание характеризуется определенным содержанием;

3) наказание обладает характерной сущностью;

4) наказание имеет определенную форму;

5) наказанию присущ определенный порядок и условия применения (назначение и исполнение) и отбывания;

6) наказание порождает определенные последствия;

7) наказание применяется в определенных социально-полезных целях: восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Особое внимание заслуживает позиция тех пенологов, которые анализируют уголовное наказание через его состав.

Следует заметить, что еще в работах представителей русской школы уголовного права понятие уголовного наказания определялось через его состав.

Так, В. В. Есипов писал, что понятие состава наказания подобно понятию состава преступления, охватывает четыре элемента; таковы: субъект наказания, внутренняя сторона наказания, объект наказания и внешняя сторона наказания[125]. К субъекту наказания В. В. Есипов относил государство, государственность, по мнению автора, есть его основная черта. Внутреннюю сторону наказания, т. е. его цель, должно заключать в себе принуждение. Объектом наказания выступало лицо, нарушившее общественный правопорядок и тем самым проявившее свое личное состояние преступности, требующее соответствующей реакции. Внешняя сторона наказания, то есть формы уголовной репрессии, состояла в прямой и непосредственной зависимости от исторических и национальных особенностей каждой страны. При этом автор отмечал, что теоретические конструкции лестницы наказания редко оказываются способными вытеснить исторически сложившиеся бытовые условия наказания.

На отдельные элементы состава уголовного наказания в дореволюционной юридической литературе указывали и другие авторы, не указывая при этом собственно на понятие «состав наказания».

В частности в своей работе, изданной в 1902 г., Н. Фалеев исследовал субъект и объект воинского наказания. Автор считал, что субъект карательной власти в армии – государственная власть – издает военно-уголовный закон, глава армии приводит его в исполнение и пользуется правом, стоя в полном согласии с законом и на основании закона, издавать обязательные для армии постановления. Словом, субъект государственной власти передает главе армии исполнение закона, причем отказывается регламентировать самые способы наилучшего его выполнения, предоставляя это усмотрению главы армии[126]. Под объектом наказания Н. Фалеев понимал лицо, которое отвечает не только вследствие совершения им преступления, но и за само преступление[127].

Рассматривая цели наказания, С. В. Познышев указывал на субъект наказания[128].

В своей работе «Учение о преступности и мерах борьбы с нею», изданной в 1912 г., Д. А. Дриль рассматривал субъект, объект, субъективную и объективную стороны наказания.

В качестве единственного субъекта наказания Д. А. Дриль рассматривал государственную власть, которой «принадлежит как право запрета известных деяний и недеяний под страхом их наказания, так и право назначения и применения наказаний в конкретных случаях за содеянное уже через посредство ее органа – суда и других ее органов»[129].

Под объектом реакции против преступления или объектом наказания, автор рассматривал исключительно самого деятеля преступления, который «поражается наказанием в своих личных правах и благах в расплату за совершенное им преступление, насколько, конечно, такая исключительность возможна при близости связи, существующей в обществе между его членами»[130].

Субъективную сторону наказания Д. А. Дриль считал важнейшей и определял ее как «более или менее сильно оставляющее свой след влияние, которое оказывают на личность караемого применяемые к нему внешние воздействия, образующие в своей совокупности это наказание»[131].

Что же касается объективной стороны наказания, то, по мнению автора, «ее составляют различные формы и приемы воздействий на субъект преступления, который в качестве такового является объектом наказания»[132].

Позже А. А. Жижиленко рассматривал объект карательного воздействия. По мнению профессора, момент нарушения правовых благ личности, выражающийся в лишении человека известного блага или умалении последнего, присуще всякому наказанию. И сколько мы можем представить себе отдельных правовых благ личности, столько же мы можем представить себе и отдельных видов наказаний: жизнь, телесная неприкосновенность, свобода, имущество, правоспособность, честь – все эти блага признавались, а некоторые из них и теперь признаются годными объектами карательного воздействия. И, конечно, не может быть сомнения в существовании этого момента вторжения в сферу правовых благ личности в таких мерах, как смертная казнь, телесное наказание, лишение свободы в разных его видах, денежное взыскание и лишение или ограничение прав – словом, в огромном большинстве наказаний, а для весьма многих карательных систем для всех вообще наказаний. Везде здесь мы видим известное правовое благо, которое является объектом карательного воздействия и которое отнимается или умаляется посредством наказания; соответственно каждому из приводимых наказаний мы можем представить деликт, посягающий на то же правовое благо, что и наказание[133].

Следует отметить, что на отдельные объективные и субъективные моменты или стороны состава уголовного наказания указывалось и в советской юридической литературе.

Так, В. Д. Ардашкин, определяя содержание правового принуждения, в том числе и наказания, полагает, что оно состоит из двух взаимосвязанных сторон: объективной и субъективной. При этом он подчеркивает, что без выделения указанных сторон принуждения его научное исследование и практическая реализация наталкивается на серьезные трудности[134].

Е. Г. Самовычев под субъективной стороной уголовного наказания понимает отношение сотрудников исправительно-трудовых учреждений к применяемому ими карательно-воспитательному воздействию к лицам, отбывающим лишение свободы[135].

И. М. Гальперин указывал на субъективную сторону наказания[136], а также на личность преступника как объект наказания[137].

Однако нельзя не признать, что всесторонне состав уголовного наказания в советской пенологии не исследовался. Достаточно отметить, что ни в одном Курсе советского уголовного права[138] собственно о составе уголовного наказания не говорилось ни слова.

В современной юридической литературе некоторые ученые, анализируя уголовное наказание, указывают на отдельные элементы его состава. При этом опять же собственно сам термин «состав уголовного наказания» авторы не применяют.

Так, А. Э. Жалинский указывал на объект наказания[139].

А. А. Арямов считает одним из основных признаков уголовного наказания то, что наказание как мера государственного принуждения имеет объектами своего воздействия наиболее значимые для личности блага: жизнь, свободу, имущество преступника[140].

Автором первой кандидатской диссертации, а затем, кстати и докторской, касающейся исследования состава уголовного наказания является К. А. Сыч[141].

Под составом уголовного наказания К. А. Сыч понимает «систему взаимосвязанных и взаимодействующих между собой элементов, характеризующих его объект, объективную сторону, субъект и субъективную сторону»[142].

Элементы состава наказания автор определяет следующим образом[143]:

– объект наказания – «юридические блага лица, признанного судом виновным в совершении преступления»;

– объективная сторона является «карой за совершенное преступление»;

– субъект наказания – законодательная, судебная и исполнительная власти;

– субъективная сторона наказания представляет собой отношение осужденного к наказанию. ...



Все права на текст принадлежат автору: Владислав Николаевич Орлов.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Уголовное наказание: понятие, цели, состав исполнения. МонографияВладислав Николаевич Орлов