Все права на текст принадлежат автору: Наталья Царенко.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Принцессами не рождаются, или Секреты воспитания девочекНаталья Царенко

Наталья Царенко Принцессами не рождаются, или Секреты воспитания девочек

© Царенко Наталья, 2018

© Оформление: ООО «Феникс», 2019

© Дизайн обложки: Юлия Бабышкина, 2019

* * *

Глава 1. Карусель поколений

Прежде я думала, дочь – это так, между прочим, мол, важнее, что у меня есть сыновья, но я ошибалась. Ты мне доставляешь совсем особенное удовольствие, Мэгги, от сыновей мне такого не получить.

Колин Маккалоу. «Поющие в терновнике»
Все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит.

Антуан де Сент-Экзюпери. «Маленький принц»

Современная семья – какая она?

Давно прошли те времена, когда семья представляла собой именно то, что в самом слове зашифровано: то есть семь «Я», что означало сообщество из бабушек, дедушек, отца, матери и самого ребенка (причем и количество детей в доме позволяло трактовать эту формулу как мама+папа+множество детей). В настоящее время и детей в семье не больше одного-двух, и старшие поколения преимущественно не живут вместе с младшими, таким образом, семья наших дней – это так называемая семья нуклеарная, где есть только ядро – папа, мама и ребенок (в лучшем случае два).

Прежняя «многолюдная» и «скученная» форма семьи имела как плюсы, так и минусы. К минусам традиционно относились нарушения личностных границ всех поколений, невозможность для младших полноценно выполнять функции взрослых в семье, невозможность нарушить семейный сценарий и прочие «прелести жизни», вплоть до домостроя.

Но были и плюсы, в особенности для женской половины: возможность перенять традиции и хозяйственные секреты от старших, возможность освободить время матери для малышей, передав хлопоты по хозяйству дочерям, тетям, бабушкам, – и одновременно шанс для дочерей повзрослеть, взяв на себя ответственность за часть семейного быта. И даже такие простые в то время и искусственно усложненные в наши дни вещи, как роды и уход за новорожденным ребенком, не были для молодой женщины тайной за семью печатями, которой нужно обучаться на специальных курсах: женская половина семьи заменяла и лекторов, и доул, и акушерок, и «учениц», причем с постоянной сменой этих ролей.

Однако современный городской быт слишком мало подходит для семей такого формата. Индустриальному обществу, и тем более обществу потребления, необходимы небольшие семьи – они более управляемы, мобильны, ими легче манипулировать. В то же время маленькие семьи меньше связаны устоями, менее нагружены стереотипами предыдущих поколений, и потому из маленькой, нуклеарной, семьи «стартануть» на социальном лифте гораздо легче. Уже в послевоенные годы XX века молодые люди стали уезжать в города – получать образование, работать. Государство отреагировало соответственно: бум «хрущевок» был рассчитан именно на формат «молодая семья», присутствие старших поколений в новых условиях не предусматривалось. И связи стали постепенно разрываться.

Городских семей это коснулось чуть позже и не так резко, так как легче было сохранять семейные связи даже в случае раздельного проживания: молодые постоянно ходили или ездили в гости к родителям, да и экономически очень часто были зависимы от них чуть ли не до сорока лет. Но тем не менее сам уклад городской жизни, в которой слишком много суеты и слишком мало времени друг для друга, постепенно делал свое дело, и поколения дистанцировались. Впрочем, учитывая нагрузку родителей на работе, внуки проводили с бабушками и дедушками довольно много времени. Типичной была ситуация, когда внуков отправляли к бабушкам на все лето, не менее типичными были случаи, когда бабушки-дедушки фактически заменяли родителей, выращивая младшее поколение.

С одной стороны, это было хорошо. Удобно родителям, которые могли посвятить себя работе и разгрузить быт – хотя бы частично. Радостно старшему поколению, поскольку это давало им возможность почувствовать себя востребованными и в какой-то мере – главами семейных кланов. Уже не так, как раньше, в патриархальных семьях, но все же это старшинство и авторитет.

Отрицательные стороны такого расклада также были вполне предсказуемы: когда во главе семьи фактически остается старшее поколение, среднее остается не у дел. Старшие больше зарабатывают на жизнь, ведут дом, воспитывают внуков… а матери и отцы остаются в роли вечных подростков. Прав у них, конечно, больше, чем у младшего поколения. Обязанностей вроде бы тоже. Но вот стимула жить своим умом, полагаясь на свои силы и ресурсы, нет. Права окончательного голоса, даже в воспитании собственных детей, тоже нет. Даже жилья своего зачастую нет.

И потому хотя такая система и имела свои плюсы в смысле передачи традиций и связи поколений, но были и минусы в виде взаимных обид, несоблюдения границ и трудностей взросления и отделения всех поколений.

Однако последние поколения растут уже в совсем других семьях.

Во-первых, младшие научились отделяться от старших и в территориальном смысле, и в психологическом. Во-вторых, сам институт семьи претерпевает очень серьезные изменения. Это и колоссальное количество разводов, и отказ от заключения официальных браков, и даже отказ от семьи как совместно проживающих взрослых с детьми в принципе: все чаще это либо гостевой брак, либо «семья выходного дня», когда партнеры проживают каждый на своей территории, встречаясь лишь периодически.

Поскольку вступление в повторный союз (и не один) теперь встречается повсеместно, понятие семьи очень сильно видоизменилось: иногда в семейный круг включены дети от предыдущих браков обоих партнеров, родственники по линии бывших супругов, а если они разведены – то и новые супруги бабушек и дедушек с их детьми и внуками…

Словом, система родственных связей в современном мире разветвлена и хаотична – и при этом неглубока. Связей множество, но они поверхностны, люди не живут постоянно вместе и даже видятся нечасто, иногда их родственные связи заключаются лишь в том, что они знают о существовании друг друга и общаются посредством скайпа, социальных сетей или электронной почты. Соответственно меняется и расклад взаимосвязей между поколениями.

Все чаще на традиционные вопросы в школах и садиках насчет «семейных традиций» дети затрудняются ответить, так как не понимают, о чем, собственно, их спросили. Совместных походов за грибами или поездок на дачу уже почти ни у кого в семьях нет, да и воскресного чая с тортом – тоже. Исчезает традиция дарить всем женщинам в доме на 8 Марта что-то сделанное своими руками, потому что женщин этих в лучшем случае две – мама и кошка, к тому же не с кем мастерить подарки, не у кого учиться – разве что в школе классный руководитель проявит инициативу. Исчезает традиция печь пироги по большим праздникам – мамам некогда, да частенько и не умеют они, а бабушки живут далеко. Даже вышивка и вязание постепенно уходят в прошлое, и все по тем же причинам. Исчезают, наконец, и такие кондовые традиции, как выпекание пасхальных куличей, потому что, опять же, секреты утеряны, а «пасочки из магазина тоже вкусные».

Казалось бы – ну и что такого, какая разница? Но на самом деле определенная разница есть. Детям и старикам важно общество друг друга. Пусть не совместное проживание – это как раз дает больше проблем, чем бонусов, в современном обществе, когда речь уже не идет о выживании и в таком тесном «кучковании» больше нет необходимости. Но вот регулярное общение необходимо безусловно, потому что это знакомит детей с гораздо более широким диапазоном вариантов семейных укладов, диапазоном характеров, дает куда больше поля для общения и изучения человеческой натуры – словом, расширяет горизонты для малышей.

И если какие-то изменения в семейных традициях современного мира окажутся ошибочными, дети все же смогут перенять и альтернативные модели – у старшего поколения, а значит, вариантов построения собственного будущего у них станет больше.

А кроме того, чем больше круг людей, которых можно назвать родными, тем глубже душа ребенка, потому что количество любви не делится, оно только умножается соответственно количеству всех тех, кого хочется любить.

Потому, если вы хотите, чтобы ваши дети выросли людьми гармоничными и не замкнутыми на себе, – не разрывайте связи поколений. Необязательно жить с бабушками и дедушками, но необходимо относиться к ним как минимум с уважением и пониманием. В конце концов точно так же будут относиться ваши дети и внуки к вам, когда придет ваша очередь…

Общество негласного матриархата и место отца в семье

Дамы умеют возводить стройные логические построения, основываясь на ложных посылках и ложных умозаключениях, а потом предъявлять претензии к другим. Очень привлекательная, очень женственная и очень опасная черта.

Э. М. Ремарк. «Тени в раю»
Если вы постараетесь припомнить, кто воспитывал вас в детском саду и учил в средней школе, то с удивлением обнаружите, что это были почти сплошь женщины.

Те, кто принадлежит к поколению родившихся в последней трети XX века, еще могут сказать, что в школе было как минимум несколько учителей-мужчин, а в вузе – и вовсе большинство (если, конечно, вы учились не на филфаке).

Современным же детям с мужским воспитанием повезло меньше. О воспитателях в детсадах мы даже не говорим – это по умолчанию только женщины, но вот уже и в школах мужчин почти не осталось, и даже в технических вузах, кроме самых «продвинутых», соотношение полов как минимум 50×50.

Ни в коем случае не хочу сказать, что женское воспитание чем-то хуже. Я имею в виду другое: мужского воспитания в современном обществе уже почти нет!

Мужчины удалились из образования, потому что дело это неприбыльное, а семьи кормить надо, взятки же брать многим, слава богу, стыдно. А ведь именно мужского воспитания в школах не хватает катастрофически, причем не только мальчикам, как принято считать, но и девочкам – в равной степени.

Однако проблема в том, что мужского воспитания не хватает и дома.

Мужчины в наше время, подчиненное главенству успешности, дома появляются редко (работают ведь) – и в основном тогда, когда дочки уже спят. Потому мама вынужденно берет на себя все функции: и пожалеть, и наказать, и погулять, и сказку рассказать, и о жизни поговорить. А где же папа?

Папа нужен, чтобы дочка могла познакомиться с ценностями мужского мира так, как их понимают мужчины, а не мамы, научиться быть «мысленно вместе» с отцом, а не только с матерью. Женщина в будущем не сможет понимать своего мужа и сына, если у нее не было опыта взаимопонимания с папой.

Отец – первый значимый мужчина каждой девочки, и от того, насколько любима была дочь, насколько отец ей радовался, принимал ее, приветствовал в ней женственность, зависит то, насколько успешной она будет как любимая жена и мама. Недолюбленные и тем более брошенные папами девочки всю жизнь потом ищут того, кто даст им ощущение любви и защищенности, и потому нередко становятся жертвами всевозможных манипуляторов, которые играют на этой ее слабой струнке – почувствовать себя любимой и нужной.

Поэтому, уважаемые папы, не бойтесь проявлять заботу, внимание и ласку к дочке и не оставляйте ее, как бы ни сложились ваши отношения с ее матерью. И, уважаемые мамы, даже находясь в ссоре или разводе, дайте возможность дочке встречаться с отцом, если она сама хотела бы этого и если обстоятельства вашего развода не связаны с причинением вреда ребенку. Девочке важно видеть мужскую модель поведения, и если по этическим соображениям это будет не отец, то в любом случае должен быть кто-то, кто сможет помочь ей сориентироваться: отчим, брат, дядя, дедушка, да хоть тренер в спортивной секции, если вы ему доверяете.

Правда, женщины уже привыкли рулить всем сами и просто так поступаться полномочиями теперь не хотят – разве что самые дальновидные и мудрые. Частично во всем виноват феминизм – в худших, то есть радикальных, его проявлениях. Феминизм изначально был неплох: организаторы движения подразумевали защиту прав женщин на возможность учиться, работать когда, где и кем хочется, самостоятельно принимать решения и так далее – то есть это была здоровая и прогрессивная идея. Но вот воплощение впоследствии получилось нездоровым, и дамы впали в крайности, граничащие с абсурдом: сформировался типаж не просто самостоятельной, но и самодостаточной женщины, многократно растиражированный кинематографом и литературой. И именно эти женщины создали современный мир – большинство из нас воспитали «сильные», самостоятельные, занятые мамы. У них всегда был приоритет работы над домом – и потому в современных семьях родилась опасная иллюзия, что мужчина вообще ни для чего не нужен: женщина со всем справится сама, причем намного лучше.

Оттого у нас такое повальное бегство мужчин в алкоголизм, в игроманию и так далее: когда ты не нужен в этом мире, приходится искать себе другой… Оттого мужчины все меньше ведут себя как мужчины и все больше – как женщины: ноют и жалуются, пасуют перед трудностями и даже отказываются от самостоятельности – добровольно! Но, в самом деле, зачем им быть самостоятельными, если в их услугах никто не нуждается? К чему это вообще, если самостоятельность подразумевает ответственность, а наши мальчики с детства привыкли, что в доме за все отвечает мама – женщина? Зачем им быть джентльменами, если это воспринимается как легкая блажь – а то и вовсе как харассмент, сексуальные домогательства? Зачем романтика, если все равно никто не поймет и не оценит – ведь нынешние дамы все чаще не Прекрасные, а Прагматичные… Так что все, увы, закономерно…

И оттого девочки, подрастая, становятся еще более самодостаточными (не путать с самостоятельностью), дистантными по отношению к близким и ориентированными не на семью, а на успех в обществе – то есть все больше становятся похожи в смысле ценностей на отцов, то есть на мужчин, которых (за неимением возможности видеть нормальную модель) им пришлось заменить образом мамы и… самими собой.

Кого воспитаем мы сами – это пока вопрос без ответа, но хотелось бы учесть ошибки… Ведь если папы не займут более активную позицию, а мамы не делегируют им частично полномочия – вряд ли их дочери найдут себе хороших мужей и смогут создать нормальные семьи.

И тут нужна синхронность и согласованность, необходимо понимание и искреннее принятие той роли (мужа или жены, папы или мамы), которую вы взяли на себя, создавая семью, потому что борьба за власть в семье точно так же разрушительна, как и безвластие, причем разрушительна для всех.

Откуда берется женственность?

Тысячи свечей можно зажечь от единственной свечи, и жизнь ее не станет короче. Счастья не становится меньше, когда им делишься.

Будда
Итак, женственность дочери, очевидно, результат совместной работы мужской и женской линий семьи. С одной стороны, для девочки первым и главным образцом женственности (или ее отсутствия) является мама. С другой – без папиной поддержки и принятия эта женственность не расцветет и зачахнет.

Поэтому давайте вместе подумаем, что мы можем дать девочке, чтобы она стала действительно Женщиной с большой буквы – женственной, мудрой, любящей?

Мама формирует все это в первую очередь, причем не только своим поведением, то есть видимой частью айсберга, но и своими невысказанными ментальными посылами, мыслеформами, своими пожеланиями и программами.

Если бы все было так просто и линейно, то маме достаточно было бы быть женственной, милой, ухоженной, чтобы и ее дочь стала такой же. Однако слишком часто можно наблюдать нелогичные на первый взгляд пары, где мама – красавица и кокетка, а дочка – гадкий утенок, из которого лебедю не удается (не дают!) проклюнуться не то что годами – десятилетиями; либо пары, где мама гиперженственна и, возможно, даже инфантильна, а дочь – «мужик в юбке», с железным волевым характером.

То есть на самом деле главное – подтекст материнского образа.

Бывают мамы-анчары, заглушающие все живое в радиусе полукилометра вокруг себя. Им невыносима мысль о старении и увядании, они не могут допустить выхода на первое место дочери – более молодой и свежей, они нарциссичны и потому жестоки к своим девочкам (что отнюдь не всегда проявляется явно). Архетип такой мамы-мачехи описан в сказке «Спящая царевна»: это женщина, которая видит себя единственной звездой вопреки всему, включая законы природы и общества. Такая мама порой осознанно, но чаще не ведая, что творит, нагружает дочку программами «ты никто и ничто без меня», «ты никакая», «тебе никогда не дотянуться до моего уровня», убивая в девочке женственность и веру в себя.

Вариация на эту же тему – мама, отравляющая все своим контролем и стремлением властвовать над душой, телом и судьбой дочери, – подобный образ отлично описан в фильме «Белый олеандр». Такая мать стремится разрушить все, что дочь пытается делать и создавать сама, не с ее «подачи»: дружеские и романтические отношения, выбор профессии, даже изменения во внешнем облике – все это заглушается на корню, а если не удалось – безжалостно ломается.

Бывают мамы другие – эдакие вечные девочки, чересчур подчеркивающие свою принадлежность к слабому полу, злоупотребляющие этим и оттого вызывающие у подрастающих дочек отвращение к подобному типу поведения. Дочка все сильнее тянется к папе, считая его более «нормальным» в семье и стараясь копировать именно его модель поведения, что нередко закрепляется на долгие годы. Если же мама-девочка инфантильна, не способна принимать решения и отвечать за них, не умеет справляться с житейскими задачами и тем более с трудностями, да еще и растит дочь одна, девочка считывает посыл: «Заботься обо мне, я сама не умею!», старается собой компенсировать эту пустоту и становится «мужчиной в доме», сохраняя в дальнейшем эту роль на всю жизнь.

Мама, жертвующая собой ради детей, транслирует программу жертвы и своей дочери, подсознательно принуждая ее следовать именно этой роли в своей жизни в дальнейшем. Впрочем, иногда система дает сбой, и дочь, в полном соответствии с феноменом треугольника Карпмана, закрепляет за собой роль агрессора и эксплуататора, если ее растили в парадигме «ты – пуп земли», либо же берет на себя роль избавителя, освобождая мать от груза жизненных тягот, но одновременно и от смысла жизни в многолетнем и уже приросшем намертво амплуа жертвы, – и вот уже дочь превращается тем самым во врага-агрессора либо тоже в жертву, но уже по отношению к маме. Так они и мыкаются внутри этого треугольника, не умея из него освободиться и выбрать какую-нибудь другую жизненную модель, поочередно обвиняя при этом друг друга, но испытывая колоссально крепкую связь.

Мама-жертва передает ментальный посыл малоценности, беспомощности и зависимости своей дочке, и потому, сохраняя семью «любой ценой» и терпя домашнее насилие супруга годами, она ничего хорошего для девочки не готовит в принципе; точно так же, как и мама, приносящая в жертву свое образование, работу, интересы и друзей, чтобы «поднять детей»: позиция жертвы ущербна изначально и никакого позитивного «наследства» дать не может.

Мама-«потухшая звезда», то есть та, что махнула на себя рукой и сама себе неинтересна, та, которая одевается во что попало, потому что «удобно, некогда и вообще – какая разница, не в этом дело», та, которая наносит макияж по инерции, не любуясь собой в зеркале, а вообще практически не видя и не глядя, – такая мама передает и дочери эту унылость и внутреннее запустение. Еще более деструктивна мама, которая вообще не умеет за собой ухаживать: увы, и в XXI веке встречаются женщины, неспособные научить дочь даже элементарным навыкам гигиены – не то что каким-либо тонкостям. Нет, я имею в виду вовсе не определенную социальную прослойку опустившихся членов общества – порой парадоксальным образом во вполне благополучных в общепринятом понимании семьях обнаруживаются девочки, неделями не чистящие зубы, или девушки, понятия не имеющие о гигиенических правилах во время месячных.

Мама тревожная, переполненная опасениями за дочь (как бы чего с ней не случилось) и еще более многочисленными – за себя (начиная от «не переживу, если что» и до «она взрослеет – я старею…»), транслирует своей девочке жизненную позицию, основанную на страхе – ключе, который способен запереть решительно все двери к счастью. Все мамины беспокойства обычно наследует и дочка – а разве может быть иначе, когда девизом семьи становится «Как страшно жить!»? Такая девочка и не вспомнит о своей женственности, она будет, словно премудрый пескарь из басни, избегать опасностей, а не радоваться жизни и уж тем более не реализовывать шансы. Часто эти девочки так и не устраивают свою личную жизнь, потому что – ну как это сделать, если даже на свидание в тридцать (а не в тринадцать!) лет пойти немыслимо, ведь мама будет так переживать и волноваться (и, конечно же, не молча), что это отравит всякую радость…

И наоборот, мама, уверенная в себе, любящая, позитивная, женственная в лучшем смысле этого слова, то есть живущая в ладу со своим телом, поступками и мыслями, может научить дочку быть счастливой и гармоничной своим примером. Ведь мы же знаем, что дети воспроизводят все, что видят в нас…

Как же этого достичь?

Вот несколько простых рекомендаций:

• Не пресекайте попытки малышки примерить вашу одежду, ее интерес к вашей косметичке и вообще к предметам ухода за собой: девочка должна понимать что к чему, и пусть лучше по-доброму научит мама, чем она пойдет путем проб и ошибок, набивая шишки аляповатыми сочетаниями нарядов и цветов, неуместным и неграмотным использованием косметики. Выделите ей ее собственные средства по уходу, учите правильно выбирать одежду, рассказывайте, что и почему сочетается, а что – нет. И кстати, спрашивайте ее мнение – и о ее одежде, и о вашей: вполне возможно, узнаете много интересного.

• Не навязывайте дочке гиперженственность, не стремитесь наряжать ее непременно во все розовенькое, со стразиками и рюшечками: либо вы сформируете у нее дурной вкус, либо отвращение к нарядам вообще.

• Не критикуйте ее внешность. Какой бы она ни была, у нее все равно есть выигрышные черты и особенности, учите в первую очередь акцентировать их, а не зацикливаться на недостатках (которые, кстати, могут таковыми и не являться). Девочки отлично улавливают, для чего мама красится и наряжается: для собственного удовольствия – чтобы подчеркнуть в себе все то хорошее, чем наградила природа, или же из страха, что без грима она непривлекательна, или чтобы скрыть то, что в ее облике у нее же самой вызывает неприятие. И именно так девочка начинает сама относиться к собственной внешности.

• Не запрещайте смотреться в зеркало даже тогда, когда, по-вашему, это чрезмерно. Да, подростки могут таращиться туда часами, но это нормально для возраста узнавания себя и своего нового, стремительно меняющегося тела. Нанести травму девочке можно даже походя брошенной фразой вроде «Сколько ни крутись – а ноги толстоваты» или «Нечего там рассматривать – было бы на что любоваться!». И уж тем более нелегко придется дочке, если ее регулярно «гонять» в таком же духе.

• Не конкурируйте с ней на тему «кто милее, прекраснее и белее». Если одержите победу вы (еще бы – разве это трудно опытной взрослой женщине, прекрасно знающей особенности своего тела, понимающей, что ей идет и что нет, могущей себе позволить вложить в «апгрейд» немалые суммы) – проиграет в этой жизни она, так и оставшись на всю жизнь серой мышкой при красавице-матери, неуверенной в себе, убежденной в своем несовершенстве и неконкурентоспособности, не способной прыгнуть выше планки, которую ей искусственно завысила мать. Если же вы в этом соревновании проиграете (что тоже вероятно – молодость порой настолько серьезное преимущество, что с ним не способен совладать никакой пластический хирург или стилист) – травму получите теперь уже вы, и это будет болезненный удар, который ускорит старение. Поэтому просто запомните: дочь вам не соперница, как и вы ей. Если же вы не умеете строить другие отношения, кроме конкурентных, – учитесь, для того вам и дана, видимо, дочка-красавица, иначе жизнь преподнесет урок сама, притом болезненный.

• Единственная «битва», которую вы можете себе позволить, – это отстаивание своего главенствующего места рядом с отцом. В возрасте 5–6 лет малышка пытается отодвинуть маму в сторону и закрепиться в сердце папы в качестве самой любимой особы женского пола, и вот здесь она выиграть не должна, иначе все остальные мужчины покажутся ей лишь слабым подобием папы и счастливой женщиной стать ей будет слишком тяжело: сравнение с папой мало кому под силу выдержать. В этом возрасте важно объяснить малышке, что папина женщина – это мама, а дочка – их общий ребенок. Это поражение девочки принимают и переживают куда легче, чем разочарования раз за разом во взрослой жизни.

• Учите собственным примером. От мамы дочка должна усвоить как минимум следующие представления о красоте: тело, волосы, зубы и одежда (включая белье!) должны быть чистыми ежедневно, а улыбка и ясные глаза сделают гораздо больше, чем тонны макияжа. Красивая девушка – та, что светится, а такой может быть только уверенная в себе, верящая в любовь родителей, гармоничная внутри. Если все это есть в вас, вы сумеете и дочь сделать такой же.

• Принимайте проявления женщины в дочери: расскажите о первых месячных, познакомьте с базовыми знаниями о том, что такое секс и зачем нужна контрацепция, обрисуйте перспективы изменений, которые ждут ее тело и психику, и главное: все это – без причитаний, недомолвок и запугивания! Верный путь убить в девушке женственность – поселить в ее голове мысль, что женская природа и сущность несет одни проблемы и неудобства, навязать ей страхи и уверенность в неизбежном дискомфорте и сложностях длиною в жизнь, развить в ней тревожность и мнительность.

• Будьте ей подругой, но не делайте из дочки «жилетку», не грузите своими специфически женскими трудностями вроде харассмента на работе и тем более – не делитесь собственными тараканами вроде «все мужчины сво…, а счастье в труде» – это не добавит ей ни женственности, ни счастья. Не стоит класть на плечи дочки груз, который ей не предназначен, а порой и непосилен.

• Старайтесь аккумулировать и воспитывать в себе качества, которые хотели бы видеть в дочке. Доброта женственна, злоба – нет. Умение сопереживать женственно, черствость и прагматизм – нет. Мудрость женственна, агрессия – нет. Ухоженность женственна, невнимание к себе – нет. Словом, все в ваших руках: какой будете вы, такой вырастет и ваша девочка.

• Отпускайте свою дочку. Это – очень важное условие формирования ее женственности, едва ли не самое главное. Да, девочка берет пример с мамы. Да, она во многом ее копирует. Но рано или поздно девочка должна от матери отделиться, сформулировать для себя, какая же ОНА САМА, понять и принять свой собственный образ – без этого ей не стать женщиной, не стать мамой – она так и останется в роли вечной дочки, маленькой девочки. Поэтому маме важно помнить: показать дочке, как быть женщиной, – нужно, но еще важнее не делать из нее свою копию, вовремя ее отпустить, дать возможность творить и лепить собственный образ. Пусть с ошибками, пусть не так, как сделали бы это вы, – но в том-то и суть! Как говорится, научить ребенка думать – благо, но заставить его думать так, как вы, – преступление. В конце концов, так ли уж мы сами совершенны (нет, честно-честно?), чтобы настаивать на том, чтобы дочь непременно следовала нашему образцу? И если вы не до конца удовлетворены тем, как выстроили свою жизнь, займитесь лучше ею, а не пытайтесь заставить дочку прожить «на чистовик» то, что вы сделали «на черновик». Кстати, отпускание куда лучше удается именно тем мамам, которым есть чем заняться, тем, которые востребованы, которые нашли себя в отношениях, в профессии, в хобби.

И напротив, тяжелее всего отпускание дается мамам, для которых дочка – единственный смысл жизни. Но ведь тот факт, что вы именно так выбрали прожить свою жизнь, не найдя ничего интересного и значимого ни в любви, ни в работе, ни в друзьях, – это ведь не дочкины проблемы, правда? Вот и не перекладывайте их на нее – отпустите ее в свою жизнь, займитесь переосмыслением своей собственной – и будьте хотя бы честными с ней и с собой. Мама, не отпустившая свою девочку от себя, исключает тем самым присутствие любого «третьего лишнего» – а значит, лишает дочку возможности построить свои собственные отношения. Такая девушка формирует ущербную женскую модель поведения, выбирая все время тех мужчин, с которыми невозможно быть вместе, – женатых, «мотыльков-однодневок» или живущих за тридевять земель – словом, те варианты, которые на самом деле не приведут к уходу от мамы и не разобьют ей сердце. Да, сердце самой дочки в этом случае приносится в жертву, но… (впрочем, обо всех этих «но» мы еще поговорим позже в книге).

Скажите, действительно ли вам хочется быть гирей, привязанной к дочкиной ноге, и тот ли это итог родительских отношений, о котором вы мечтали? И если честность пересилит самолюбие – считайте, вам обеим повезло. Отпускайте вашу девочку и посвятите свою жизнь наконец-то тому самому человеку, которому вас так не хватало долгие годы, – самой себе. Поверьте, оно того стоит – да и какие ваши годы на самом деле? А дочка оценит. И поможет. Но только если отпустите.

Гендерные стереотипы воспитания

Самые нелепые поступки человек совершает всегда из благороднейших побуждений.

Оскар Уайльд. «Портрет Дориана Грея»
Что скрывается за мудреным словосочетанием «гендерные стереотипы», в наше время знают уже даже школьники: это особенности восприятия, связанные с полом человека, с тем фактом, мужчинами мы родились или женщинами.

И вот здесь современных девочек подстерегает несколько ловушек, в которые мы с вами постараемся не попасть, ведь предупрежден – значит вооружен, не так ли? ...



Все права на текст принадлежат автору: Наталья Царенко.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Принцессами не рождаются, или Секреты воспитания девочекНаталья Царенко