Все права на текст принадлежат автору: Иэн Рэнкин.
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Криминальные детективы. Компиляция. Книги 1-16Иэн Рэнкин

Иэн Рэнкин Контролёр

Пятница, 6 февраля 2009

1

С появлением Малькольма Фокса в комнате раздались аплодисменты.

— Да ладно вам, парни, — отмахнулся он, водружая свой обшарпанный портфель на ближайший к двери стол. Кроме него, в офисе находились ещё двое сотрудников отдела контроля. Пока Фокс снимал пальто, шум утих и они вернулись к своим делам. Прошлой ночью в Эдинбурге снегу выпало на три дюйма. Подобное событие в Лондоне парализовало всё уличное движение неделю назад, но нынче утром Фоксу удалось добраться до работы — да, судя по всему, и остальным тоже. Мир снаружи ненадолго стал белым и чистым. Выйдя утром из дома, Малькольм заметил во дворе следы: его дом стоял позади городской площадки для гольфа, и где-то неподалёку обитало семейство лисиц. Может, поэтому в полиции за ним водилось прозвище Фокси,[1] но сам Малькольм не считал себя лисьего племени. Если уж на то пошло, скорее медвежьего. Один из его предыдущих начальников говорил, что Малькольм — как медведь: двигается к цели медленно, но верно, злится редко, но в гневе страшен.

Тони Кай, с огромной папкой под мышкой, подошёл и хлопнул Фокса по плечу, ухитрившись при этом ничего не уронить.

— Молодцом, как всегда, — сказал он.

— Спасибо, Тони, — ответил Фокс.

Региональный штаб полиции Лотиана располагался на Фэттс-авеню, из некоторых окон был виден Фэттс-колледж.[2] Никто из его выпускников не числился в рядах сотрудников отдела контроля и жалоб, хотя попадались парни из других частных школ. Фокс получил самое обыкновенное государственное образование — в Боромьюре, потом в университете Хериот-Ватт. Он болел за футбольный клуб «Хартс»; правда, с годами почти забросил это увлечение по причине нехватки времени. Регби же его не интересовало совершенно, даже во время чемпионата Кубка шести наций,[3] который проходил здесь, в Эдинбурге. Февраль был объявлен «месяцем шести наций», и по всему городу шатались толпы валлийцев, переодетых драконами, с гигантскими надувными луковицами[4] на верёвочках. Впрочем, на этот раз Фокс собирался посмотреть матч по телевизору, а то и заглянуть по такому случаю в паб. Он уже пять лет, как завязал с алкоголем, но на протяжении последних двух стал позволять себе время от времени пропустить стаканчик. Однако лишь в том случае, если он был в подходящем расположении духа, а именно — полностью уверен в себе.

Малькольм повесил пальто на вешалку и решил, что можно, пожалуй, снять и пиджак. Некоторые его коллеги считали, что подтяжки — это для модников: слишком экстравагантная и в общем-то лишняя деталь туалета. Но Фокс недавно сбавил в весе, а брючных ремней не любил. К тому же подтяжки Малькольма были вовсе не броскими — тёмно-синие на голубом фоне чистой выглаженной рубашки. Бордовый галстук завершал его сегодняшний наряд. Фокс аккуратно повесил пиджак на спинку стула и сел. Клацнув замками портфеля, он извлёк из его недр то, что послужило причиной утренних аплодисментов, — дело некоего Глена Хитона. Это были плоды долгих усилий — на получение этих материалов у Фокса и его команды ушла добрая часть года. Теперь случаем заинтересовался финансовый отдел прокуратуры; Хитону предъявили обвинение, и на горизонте маячил суд.

Глен Хитон: пятнадцать лет службы в органах внутренних дел, из них одиннадцать — в отделе уголовных расследований. И все эти годы он трактовал закон по-своему: сплошь и рядом обходил его без лишней щепетильности и знай себе набивал карманы. Но со временем безнаказанность завела его слишком далеко: Хитон начал делиться информацией не только со своими приятелями из СМИ, но и с самими преступниками. Тут-то на него и вышли сотрудники отдела контроля.

Полностью он назывался «отдел контроля и жалоб». В его обязанности входило наблюдение за деятельностью остальных органов полиции. Их ещё называли «резиновые подошвы» или «бригада в мягких туфлях». Внутри отдела находился ещё один — отдел профессионального контроля: эти, можно сказать, в тапочках ходили. Пока «резиновые подошвы» занимались мелкими насущными проблемами — вроде кляуз по поводу неправильно припаркованной патрульной машины или возмущённых жалоб на соседей-полицейских, которые устраивают по ночам шумные дискотеки, — ОПК расследовал всякие тёмные делишки. Они выискивали проявления расизма и коррупции. Находили места, где что-то незаконно прикрывают, на что-то смотрят сквозь пальцы. Это были спокойные, серьёзные и решительные люди, уверенные в себе и своих полномочиях. Такова была команда Фокса. Офис ОПК составлял по площади примерно четверть всего помещения отдела контроля и жалоб и располагался на отдельном этаже. Хитон довольно давно попал в их поле зрения: вот уже несколько месяцев его домашний телефон прослушивался, записи мобильных переговоров тщательно анализировались, а компьютер проверялся и перепроверялся — естественно, без ведома хозяина. За ним следили, его тайно фотографировали — и теперь Фокс знал о жизни Хитона больше, чем его собственная жена: вплоть до наличия танцовщиц, которым тот назначал свидания, и сына от прежней любовницы.

Многие копы спрашивали контролёров: как им не противно заниматься такой работой? Как можно обращать оружие против себе подобных? Ведь это же офицеры, с которыми вы работали или будете работать в одной команде, бок о бок, «хорошие парни» — вот был их главный аргумент. Но тут сразу всплывала одна тонкость — что конкретно подразумевать под словом «хороший». Фокс призадумался, глядя на своё отражение в зеркале за барной стойкой, потихоньку цедя очередной безалкогольный коктейль.

Это просто «свои» и «чужие», Фокси… иногда приходится идти напролом, если хочешь, чтобы дело было сделано… Разве тебе это не знакомо? Тебе, с твоей безукоризненной репутацией? Чистейшему из чистых?

Но нет, он вовсе не был таким уж праведником. Иногда даже Фокс чувствовал себя будто пленником ОПК — запертым здесь помимо всякого желания. Вовлечённым в какие-то людские отношения… и снова вне их… и всё это так быстротечно. Сегодня утром он раздвинул шторы в спальне и стал смотреть на снег, одолеваемый искушением позвонить на работу и наврать, что увяз в дороге. Но когда мимо окна проползла соседская машина, так и не сказанная ложь растаяла как дым. Он поехал в офис. Просто поехал — и всё тут. Чтобы расследовать преступления других полицейских. Хитона отстранили от работы, но жалованья пока не лишили. Все материалы следствия перекочевали в финансовый отдел прокуратуры.

— Чем теперь займёмся? — спросил Фокса один из коллег. Остановившись перед его столом, он покачивался взад и вперёд на каблуках, по обыкновению засунув руки в карманы. Это был Джо Нейсмит. Всего шесть месяцев в отделе — ещё увлечённый, жадный до работы. Ему было двадцать восемь — довольно молодой для контролёра. Тони Кай ворчал — мол, Нейсмит стремится поскорее пробиться в начальники. Юноша провёл рукой по волосам, пытаясь пригладить мягкие, непослушные лохмы — предмет вечных придирок со стороны коллег.

— Жить станет лучше, жить станет веселей, — пообещал Малькольм Фокс. Он достал носовой платок из кармана брюк и высморкался.

— Выпьем нынче вечерком?

Сидя за своим столом, Тони Кай внимательно прислушивался к разговору. При этих словах он откинулся в кресле и поймал взгляд Фокса.

— Только смотри, напиток должен быть не крепче грудного молочка, — предупредил он. — И придётся пропустить вперёд тех, чьи штанишки подлиннее.

Нейсмит повернулся и вытащил руку из кармана — ровно настолько, чтобы показать Каю средний палец. В ответ Тони состроил гримасу и вернулся к чтению.

— Что у вас тут — бои без правил? — прогремело в дверях. На пороге стоял старший инспектор Боб Макьюэн. Он неторопливо подошёл к Нейсмиту и легонько стукнул его по лбу костяшками пальцев.

— Причёска, юный Джозеф, — что я тебе говорил насчёт причёски?

— Но, сэр… — промямлил Нейсмит, пятясь к своему столу. Макьюэн пристально посмотрел на циферблат наручных часов.

— Чёртовых два часа я проторчал на этой встрече.

— Уверен, Боб, они не пропали зря.

Макьюэн перевёл взгляд на Фокса.

— Шеф думает, в Абердине завелась какая-то тухлятина.

— Подробности?

— Пока нет. Но я не испытываю ни малейшего желания видеть её у себя в почте.

— У вас есть друзья в Грампиане?[5]

— У меня вообще нет друзей, Фокси, и меня это вполне устраивает. — Старший инспектор задумался, словно вспомнив о чём-то. — Хитон? — спросил он. Фокс медленно кивнул. — Хорошо, хорошо.

Фокс знал, что шефу это дело претит. Когда-то давным-давно Боб работал с Гленом Хитоном в одной команде. По мнению Макьюэна, это был надёжный и ответственный сотрудник, честно заслуживший своё высокое положение. Одним словом — «хороший офицер»…

— Хорошо, — немного рассеянно повторил Макьюэн. Он выпрямился и повёл плечами, словно стряхивая остатки воспоминаний. — Что там у нас ещё осталось на сегодня?

— Да так, рожки да ножки. — Фокс снова прочистил нос.

— Никак не избавишься от этой чёртовой простуды?

— Похоже, я ей нравлюсь.

Макьюэн снова взглянул на часы.

— Уже и обед прошёл, — сказал он. — Почему бы нам не разбежаться пораньше?

— Что вы сказали, сэр?

— Пятница, Фокси. Неплохо бы подзарядить батарейки и отдохнуть как следует, потому что в понедельник наверняка начнётся что-то новенькое. — При этих словах лицо Фокса выразило столь явную задумчивость, что Макьюэн счёл нужным уточнить: — Не Абердин.

— А что тогда?

— Точно не знаю. Может, ещё за выходные всё и рассосётся, — пожал плечами Макьюэн. — В понедельник видно будет. — Он уже собирался отойти, но вдруг замешкался. — Что Хитон? Сказал что-нибудь?

— Да нет, только посмотрел на меня так… ну, вы знаете.

— Как же, помню. Некоторые после таких его взглядов бежали в горы.

— Боб, я не из таких.

— Что верно, то верно. — Криво улыбнувшись, Макьюэн зашагал к своему столу в дальнем углу комнаты.

Тони Кай снова откинулся в кресле. Слух у этого парня был острее, чем у любого электронного прибора.

— Если ты домой, оставь мне десятку, — сказал он.

— Зачем это?

— Ты задолжал нам выпивку — пару пинт мне и молочный коктейль малышу.

Джо Нейсмит убедился, что шеф не смотрит, и снова продемонстрировал Каю средний палец.


Малькольм Фокс домой пока не собирался. Ему нужно было ещё навестить отца в доме престарелых в восточной части города, неподалёку от Портобелло. Чудное местечко этот Портобелло, особенно летом. Там всегда можно поваляться на пляже, поиграть в мяч или погулять вдоль набережной по променаду, мимо лотков с мороженым и рыбой с чипсами вперемежку с «однорукими бандитами». У самой кромки воды, где мокрый песок становится похож на пластилин, высятся песочные замки. Люди запускают воздушных змеев или бросают палки в воду, играя со своими собаками. Вода такая холодная, что первые несколько секунд в ней почти невозможно дышать, но зато потом и вылезать не хочется. Родители нежатся на полосатых шезлонгах под зонтами, воткнутыми в песок. Мамаши выкладывают содержимое корзинок для пикника: бутерброды из тонких ломтиков белого хлеба с мясным паштетом, который всегда хрустит песком на зубах, тёплые пластиковые бутылки с колой. Солнечные очки, ослепительные улыбки и папаши в брюках, закатанных по колено…

Малькольм не вывозил отца к морю уже года два. Иногда он подумывал об этом, но не более того. Старик уже и на ногах-то едва держится — так он отговаривал себя всякий раз. На самом деле он не желал признавать, что боится сочувственно-любопытных взглядов окружающих, представляя себе это жалкое зрелище: капли мороженого, стекающие по дрожащим старческим рукам, медленная шаткая прогулка по променаду под руку со взрослым сыном. Вот они садятся, Малькольм вынимает носовой платок и вытирает мороженое с отцовских ботинок, чтобы потом тем же самым платком промокнуть его пепельно-серый подбородок…

Но нет, не только это его останавливало. Денёк выдался уж слишком холодный.

На дом престарелых у Фокса уходило больше денег, чем на выплату ипотеки. Он не раз просил сестру разделить с ним это бремя, но та лишь отвечала, что непременно поможет, когда поправит своё финансовое положение. Заведение было частным. Фокс поначалу рассматривал и другие варианты, но там везде было грязно и дурно пахло. Лаудер-лодж оказался лучшим. Здесь деньги Фокса обретали в числе прочего причудливые формы обоев «Анаглипта» или хвойного освежителя воздуха. Внутри здания пахло тальком, а отсутствие кухонных ароматов свидетельствовало о хорошей вентиляции. Малькольм отыскал поблизости место, припарковался, подошёл к двери и назвал своё имя. Дом престарелых располагался в особняке викторианских времён, стоимость которого, должно быть, выражалась семизначным числом до недавнего обвала цен на недвижимость. У подножия лестницы имелись места для ожидания. Едва Фокс собрался присесть, как нянечка сообщила, что его приглашают наверх.

— Дорогу вы знаете, мистер Фокс, — пропела она.

Малькольм кивнул и направился в один из двух коридоров — тот, что подлиннее. Он вёл в пристройку к основному зданию. Ей было уже, наверное, лет десять. На стенах проступили тонкие трещинки, а окна с двойными стёклами местами пострадали от влажности, но комнаты были большими, светлыми и хорошо проветривались — первое, на что он обращал внимание при выборе места. Много воздуха, света и никаких лестниц. Плюс, для особо везучих, собственный санузел при комнате. Имя его отца было напечатано на карточке снаружи двери. «Мистер М. Фокс». «М» означало «Митчелл» — девичья фамилия бабушки Малькольма. Отца все звали Митчем. Хорошее, сильное имя. Фокс сделал глубокий вдох, постучал и вошёл в комнату. Отец сидел у окна, положив руки на колени. Он выглядел ещё чуть более высохшим, ещё чуть менее живым. Щёки были чисто выбриты — явно не им самим, а волосы свежевымыты и гладко расчёсаны. Серебристые, пышные, они переходили в длинные бакенбарды, которые отец носил всю жизнь, сколько Малькольм его помнил.

— Привет, пап, — сказал Фокс. — Ты как?

— Не жалуюсь.

В ответ Фокс улыбнулся — на то и было рассчитано. «Ты повредил спину во время работы на фабрике, — подумал он, — и стал беспомощным на многие годы. Потом появился рак и бесконечные боли. Стоило тебе победить недуг, как умерла твоя жена. И пришла старость. Но ты не жалуешься — потому что всегда был главой семьи, опорой в доме.

Твой сын женился, но неудачно — брак распался через год. Проблемы с алкоголем у него случались и раньше, а тут дело на время приняло и вовсе тяжёлый оборот. Дочь давно покинула родные края и редко даёт о себе знать, пока не появится на горизонте с очередным малоприятным бойфрендом на привязи.

Но ты не жалуешься.

В конце концов, в твоей комнате не пахнет мочой, а сын всё-таки иногда приходит навестить тебя. Он и сам вроде бы неплохо устроился, и о тебе не забыл. Ты никогда не спрашивал, доволен ли он своей жизнью. И никогда не благодарил его за то, что он делает для тебя…» — Я забыл купить тебе сладости, пап.

— Не беспокойся — девочки принесут, если я попрошу.

— Принесут? Рахат-лукум? Да где они его сейчас найдут?

Митч Фокс медленно кивнул, но ничего не ответил.

— Джуд не объявлялась?

— Нет, кажется. — Брови старика сдвинулись. — Когда же это я видел её в последний раз…

— На Рождество? Не мучайся, можно спросить у персонала.

— Она была здесь, я точно помню… на прошлой неделе или на позапрошлой?

Фокс вытащил мобильный, делая вид, что читает сообщения, на самом же деле глянул на часы. Прошло три минуты с тех пор, как он запер машину.

— Знаешь, я закончил то дело — помнишь, о котором я тебе рассказывал в прошлый раз, — начал он, поспешно захлопнув телефон, — сегодня утром у нас была встреча с прокурором. Пахнет судом. Хотя праздновать победу рановато, но…

— Сегодня воскресенье?

— Пятница, пап.

— Я слышу колокольный звон.

— Тут рядом церковь на углу — может, там свадьба.

На самом-то деле Фокс знал, что никакой свадьбы не было. Он только что проезжал мимо и видел — церковь абсолютно пуста. Зачем я это делаю? — спросил он сам себя. — Зачем я его обманываю? Ответ очевиден: так проще.

— Как поживает миссис Сандерсон? — осведомился он, вытаскивая из кармана носовой платок.

— Приболела. Простудилась и боится меня заразить. — Митч Фокс выдержал паузу. — Кстати, ты уверен, что тебе можно здесь находиться — с этой твоей инфекцией? — Он снова задумался и добавил: — Пятница, и на улице ещё светло… Неужто тебе не положено быть в такое время на работе?

— Ну, надо же хоть иногда побыть плохим мальчиком. — Фокс встал и прошёлся по комнате. — У тебя есть всё необходимое? — Он увидел пачку потёртых книжек в мягкой обложке: Уилбур Смит, Клайв Кесслер, Джеффри Арчер — то, что обычно предпочитают мужчины. Наверняка выбор персонала — отец не был большим поклонником чтения. В углу комнаты, под самым потолком, висел телевизор на стальном кронштейне. Не очень удобно смотреть — приходится задирать голову. Если только ты не лежишь в постели. Как-то раз, во время очередного визита, Малькольм заметил, что телевизор настроен на канал скачек, хотя отец ни разу в жизни не был на ипподроме и никогда не интересовался лошадьми. Снова персонал. Стандартные мужские предпочтения. Дверь в ванную комнату была приоткрыта. Фокс легонько толкнул её и заглянул внутрь. Ванна отсутствовала — её заменяла душевая кабинка с сиденьем. Он учуял «Возен» — шампунь, которым мама обычно мыла его и Джуд, когда они ещё были детьми.

— Тут хорошо, да? — спросил он громко, но не настолько, чтобы его услышал Митч. Он постоянно задавал себе этот вопрос. С тех самых пор, как они перевезли отца сюда из частного дома в Монингсайде. Поначалу он звучал риторически; теперь Фокс уже не был так уверен в ответе.

Фамильные угодья отчаянно нуждались в генеральной уборке. Часть мебели пылилась в гараже, а чердак был забит коробками со старыми фотографиями и памятными вещицами, большинство из которых значили для Фокса или очень мало, или почти ничего. Во время первых визитов в дом престарелых он брал некоторые снимки с собой, но они, как оказалось, только расстраивали отца. Имена знакомых и названия мест были напрочь стёрты из его памяти. Митч не узнавал изображения, и это печалило беднягу до слёз.

— Хочешь, что-нибудь поделаем? — спросил Фокс, снова присаживаясь на угол кровати.

— Не знаю. Не особенно.

— Может, посмотрим телик или выпьем чайку?

— У меня всё хорошо. — Митч Фокс неожиданно в упор посмотрел на сына. — У тебя тоже, ведь так?

— Лучше не бывает.

— Как дела на работе?

— Меня там все ценят и уважают.

— Девушка есть?

— В данный момент — нет.

— Сколько же времени прошло с тех пор, как ты развёлся? — Отцовские брови снова съехались к переносице. — Кажется, её звали… вот-вот, вертится…

— Элен. И это очень давняя история, пап.

Митч Фокс кивнул и на мгновение погрузился в глубокую задумчивость. Потом выдал:

— Помни, ты должен постоянно быть начеку.

— Я знаю.

— Механизмы… С ними держи ухо востро. Всё время ломаются.

— Но я не работаю с механизмами, пап.

— Всё равно…

Малькольм снова притворился, что изучает свой телефон.

— Я могу позаботиться о себе, — заверил он отца, — не волнуйся.

— Передай Джуд — пусть придёт навестить меня, — сказал Митч. — И чтобы впредь была осторожнее с этими своими лестницами.

При этих словах Малькольм Фокс оторвал взгляд от телефона.

— Конечно передам, — сказал он.


— Что это ещё за новости — насчёт лестниц?

Фокс стоял снаружи, около своей машины. Это была серебристая «вольво» модели S60, с тремя тысячами миль на счётчике. После дюжины гудков сестра всё-таки взяла трубку — когда он уже собирался дать отбой.

— Ты был у Митча? — Сразу в яблочко.

— Он спрашивал про тебя.

— Я заходила на прошлой неделе.

— А ещё, говорят, ты упала с лестницы?

— Господи, да ничего страшного. Отделалась лёгкими синяками.

— Эти синяки у тебя на лице, Джуд?

— Малькольм, перестань меня допрашивать. Ты ведёшь себя как типичный коп. Я несла кое-что тяжёлое вниз по лестнице, оступилась и упала.

Фокс помолчал мгновение, изучая проносящиеся мимо машины.

— Ладно, а как дела в остальном?

— Жаль, что мы не смогли увидеться на Рождество. Да, кстати, чуть не забыла — я поблагодарила тебя за цветы?

— Ты прислала сообщение в новогоднюю ночь, в котором желала мне «втего наикучшего».

— Ой, правда? У меня ужасный телефон — кнопки такие маленькие.

— Может, ты просто выпила?

— Ну, и это тоже. А ты? Всё ещё в завязке?

— Уже пять лет.

— Да ладно, брось этот менторский тон! Как там Митч?

Фокс решил, что с него довольно свежего воздуха, открыл дверцу и сел за руль.

— Я не уверен, что он хорошо питается.

— Не всем же иметь такой зверский аппетит, как у тебя.

— Я думаю, может, пригласить врача, чтобы осмотрел его?

— Вряд ли он тебе за это спасибо скажет.

Фокс взял с пассажирского сиденья пачку мятных леденцов и закинул один себе в рот.

— Надо бы нам с тобой повидаться как-нибудь вечерком.

— Да, давай, конечно.

— В смысле — только ты и я. — Несколько мгновений он слушал её молчание, ожидая, что сестра назовёт имя своего приятеля. Если она это сделает, разговор наконец-то коснётся темы, которая так и свербит у него в мозгу.

А Винс?

Я же сказал — только ты и я.

Но почему?

Потому, что он бьёт тебя, Джуд, и ты знаешь: когда я его вижу, у меня руки чешутся.

Ты ошибаешься, Малькольм.

Неужели? Может, покажешь мне свои синяки и ту лестницу, с которой ты упала?

Но она сказала только:

— Ладно, как хочешь.

Они попрощались, Фокс с резким щелчком захлопнул телефон и швырнул его на сиденье. Ещё одна упущенная возможность. Завёл мотор и поехал домой.

Фокс жил в собственном одноэтажном доме в Оксгенгсе. Когда они с Элен покупали здесь дом, бывшие владельцы утверждали, что он находится в Фэрмайлхеде, а агент по недвижимости — что в Колинтоне, поскольку эти районы считались более престижными. Но Малькольма и Оксгенгс вполне устраивал. Хватало того, что тут имелись магазины, пабы и даже библиотека, а до города было рукой подать. Автобусы ходили регулярно. К тому же неподалёку — а если на машине, то совсем рядом — располагались два больших супермаркета. Фокс не мог винить отца за то, что тот позабыл имя Элен. Их совместная жизнь длилась всего шесть месяцев до свадьбы и десять — после. Дело было шесть лет назад. Они вместе учились в школе, но после выпускного не поддерживали связь. Случайно встретились на похоронах общего друга. Вместе уехали с поминок, выпили и в результате оказались в постели, совершенно пьяные и пылающие страстью. «Страсть к жизни» — так она это называла. Элен тогда приходила в себя после долгого неудачного романа. Женившись, Фокс постепенно начал постигать смысл слова «откат». Она пригласила на свадьбу своего бывшего, и тот явился, с улыбкой во все тридцать два зуба и при полном параде. Через несколько недель после медового месяца (на Корфу — оба жутко обгорели на солнце) они поняли, что совершили ошибку. Это Элен ушла от него, а не наоборот. Он спросил, как быть с домом, — она ответила, что бунгало полностью в его распоряжении. Малькольм остался, переделав обстановку на свой вкус, вплоть до чердака. «Холостяцкая халупа цвета беж», как сказал кто-то из его друзей, добавив: «Осторожнее — смотри, чтобы это не задало тон всей твоей жизни».

Поворачивая на дорогу, ведущую к дому, Фокс недоумевал, чем так уж плох бежевый. Обыкновенный цвет — не лучше и не хуже других. Но входную дверь он на всякий случай перекрасил в жёлтый. Установил пару зеркал — одно в холле, другое — вверху, на лестнице. Повесил пёстрые картины в гостиной и столовой, чтобы немного оживить обстановку. Тостер на кухне поблёскивал серебром. В спальне — ярко-зелёное покрывало, тёмно-вишнёвый мебельный гарнитур…

— Никаким бежевым тут и не пахнет, — пробормотал он про себя.

Войдя в прихожую, Фокс вспомнил, что забыл портфель в багажнике. Едва пополнив ряды сотрудников отдела контроля, он получил предупреждение ничего не оставлять на виду и следовал ему неукоснительно. Снова вернувшись в дом — теперь уже с портфелем, он поставил его на кухонный стол и стал наполнять чайник водой. Планы на остаток вечера: чай, тосты и — на диван, задрав тормашки. На ужин в холодильнике ждала своей участи лазанья. Он купил с полдюжины видеодисков на последней распродаже в «Зэвви».[6] Можно будет сегодня посмотреть один или два, если по ящику не покажут ничего интересного. Когда-то «Зэвви» был на гребне успеха. А теперь — всё идёт с молотка. То же самое случилось с универмагом «Вулворт» на Лотиан-роуд. Ребёнком Фокс бывал там часто, даже слишком часто: покупал сперва конфеты и игрушки, потом, уже будучи подростком, — синглы и пластинки. А став взрослым, он тысячу раз проезжал мимо, и у него ни разу даже мысли не возникло остановиться и зайти внутрь. Потому что в портфеле лежала свежая газета. И находилась очередная куча причин для пессимизма и экономии. Может, поэтому каждый десятый житель страны сидит на антидепрессантах. Прогрессирует СДВГ,[7] а каждый пятый школьник страдает ожирением и уверенными шагами движется к диабету. Шотландский парламент со второй попытки принял бюджет на следующий год, но слишком много рабочих мест находится в государственном секторе. Наверное, только на Кубе ситуация хуже. Вот совпадение: один из купленных им дисков оказался Buena Vista Social Club.[8] Может, до него сегодня и дойдёт дело. Кусочек Кубы в Оксгенгсе. Чтобы немного отвлечься и расслабиться.

Одна из статей в сегодняшней газете была о женщине из Литвы, которую убили в Бречине. Преступники расчленили тело и бросили в море. Там все эти жуткие куски и плавали, пока их не прибило к арбротскому пляжу. Дети нашли голову, и теперь двое рабочих-иммигрантов привлечены к суду за убийство. Расследование такого случая — предел мечтаний большинства копов. Фоксу за время работы в управлении приходилось иметь дело с убийствами, и, хотя их было немного, у него перед глазами до сих пор стояли все картины преступления и вскрытия. Он встречался с членами семей жертв, чтобы сообщить страшные известия, сопровождал их в морг на опознание трупов тех, кого они любили… Забыть такое невозможно. Сотрудники отдела контроля и жалоб были далеки от подобных трагедий; они существовали совсем в другом мире, и, может быть, поэтому некоторые утверждали, что им достаётся лёгкий хлеб.

— Но тогда почему от него иногда так мутит? — спросил он вслух, когда раздался щелчок тостера. Всё, включая газету, было доставлено в гостиную, на столик у дивана. Вечерняя телепрограмма не сулила ничего интересного, но в запасе всегда оставались новости на Би-би-си. Взгляд Фокса рассеянно скользнул по каминной полке, где стояли несколько фотографий в рамках. С одной смотрели его мать и отец, видимо, на какой-то вечеринке, в середине шестидесятых. На другой — сам Фокс, уже почти тинейджер, сидел на диване и обнимал за плечи младшую сестру. Он смутно помнил, что снимок сделан в доме одной из его тёток, хотя и неизвестно, какой именно. Фокс улыбался фотографу, «работая на камеру», а малышка Джуд, казалось, не замечала ничего, кроме брата. В его сознании вдруг вспыхнул образ — сестра катится вниз по ступенькам. Что же такое она, чёрт возьми, несла? Поднос с грязной посудой, может быть, или корзину белья? Или всё-таки дело было по-другому — вот она стоит у подножия лестницы, цела и невредима, а к ней приближается Винс, заносит кулак, и… о господи… Такое случалось и раньше. Джуд всегда говорила, что она сама виновата или что он получил не меньше. Это больше не повторится…

Фоксу расхотелось есть, а по запаху чая было ясно, что в нём слишком много молока. Вдруг пиликнул мобильный: входящее сообщение. От Тони Кая. Он был в пабе с Джо Нейсмитом.

— Отвали, искуситель, — пробормотал Фокс себе под нос.

Пять минут спустя он искал ключи от машины.

Понедельник, 9 февраля 2009

2

В понедельник утром Малькольм Фокс потратил уйму времени, чтобы припарковаться возле управления полиции — как в первый раз. Тони Кай и Джо Нейсмит были уже в офисе. Нейсмит (тяжёлая доля самого младшего) уже сварил на всех кофе и заранее принёс к нему пакет молока. Каждую пятницу он просил остальных расплатиться, однако те отнюдь не спешили выворачивать карманы, и Нейсмиту ничего не оставалось, как смиренно продолжать вести учёт, кто сколько ему должен.

— С тебя фунт, — напомнил он, остановившись у стола Фокса и, как обычно, держа руки в карманах брюк.

— Получишь целых два, но в конце недели, — невозмутимо ответил Фокс, вешая пальто.

За окном сиял прекрасный день. Дороги уже освободились от снега и льда. Проезжая мимо парков, Фокс заметил, что на месте бывших снеговиков высятся корявые, потемневшие глыбы. Он снял пиджак, явив миру давешние тёмно-синие подтяжки. Его сегодняшний галстук был ярче и краснее, чем в пятницу, а рубашка — белая в жёлтую полоску, в тон волосам. Портфель Фокса этим утром не мог похвастать содержимым, но Малькольм всё равно открыл его. Тем временем Нейсмит ретировался к кофеварке.

— Сахару три куска, — напомнил Кай, получив в ответ вполне предсказуемый жест.

— Нет вестей от Боба? — спросил Фокс.

В ответ Джо тряхнул шевелюрой — стрижка явно не вошла в программу его выходных. Он указал в направлении рабочего места Фокса.

— Мистер Макьюэн оставил тебе записку — во-он там, — сказал он.

Фокс поискал, но ничего не увидел. Тогда он отодвинулся и заглянул под стол. Клочок бумаги лежал на полу, на нём уже отпечатался узор подошвы. Малькольм поднял записку, перевернул и углубился в расшифровку каракулей шефа. «Инглис — ГЛОД — 10–30» ГЛОД означало — Горячая линия охраны детей. Большинство копов произносили это как «глот». А потому комната под номером 2.24 в дальнем конце коридора была известна как «Глотка». Фоксу случалось заходить туда пару раз. И у него неизменно сводило внутренности от одного воспоминания о том, что там творилось.

— Кто-нибудь знает, кто такой Инглис? — громко спросил он.

Но ни Кай, ни Нейсмит не могли помочь ему. Фокс глянул на часы — с момента времени, указанного в записке, уже прошло больше часа. Джо Нейсмит шумно стучал ложкой, размешивая сахар. Кай потягивался в кресле, отчаянно зевая и расправляя затёкшие локти. Фокс сложил записку пополам, спрятал в карман, вылез из-за стола и снова натянул пиджак.

— Я ненадолго, — сказал он.

— Даст бог, не помрём, — заверил его Кай.

В коридоре было прохладнее, чем в кабинете. Фокс шёл неспешно, но достиг комнаты 2.24 уже через несколько секунд. Она располагалась в конце коридора. Здесь имелся особый замок и специальная система входа-выхода. На двери не было списка сотрудников — подобно контролёрам, ГЛОД тщательно хранил свои секреты. Табличка на двери гласила: «Внимание! Необычные звуки и зрелища. При работе с видео в комнате должно находиться не менее двух человек». Фокс сделал глубокий вдох, нажал кнопку и стал ждать. Из динамика раздался мужской голос:

— Кто там?

— Инспектор Фокс. Мне нужен Инглис.

На какое-то время воцарилась тишина, потом голос ответил:

— Вы опоздали.

— Неужели?

— Вам было назначено на десять тридцать.

— На моих часах ровно половина.

Ещё тишина, потом:

— Подождите.

Фокс стоял, изучая носки своих ботинок. Он купил их месяц назад на Джордж-стрит, и они до сих пор натирали ему пятки. И всё же это были хорошие ботинки. Продавщица в магазине сказала, что они протянут «до конца света… или пока трамвайные рельсы не достроят… смотря что раньше случится». Забавная девчушка, с чувством юмора у неё порядок. Фокс спросил, почему она не в колледже. «Смысла нет, — ответила она. — Всё равно в этой стране хорошей работы не найти.» Это заставило Фокса мысленно вернуться во времена своей юности. Большинство его сверстников мечтали о блестящей карьере за границей. Некоторым это действительно удалось. Но очень, очень немногим.

Тем временем дверь перед его носом распахнулась. На пороге стояла женщина в чёрных брюках и серой блузке. Она была ниже его дюйма на четыре и, наверное, лет на десять младше. Её левое запястье охватывал ремешок золотых часов. Никаких колец. Она протянула правую ладонь для рукопожатия.

— Инглис, — представилась она.

— Фокс, — ответил он, а потом, с улыбкой: — Малькольм Фокс.

— Вы из ОПК. — Это прозвучало утвердительно, но он всё равно кивнул. За спиной девушки Фокс увидел, что офис за время его отсутствия как будто стал ещё меньше. Штук пять столов; проходы между ними такие узкие, что едва можно протиснуться. По стенам сплошь картотечные шкафы и отдельно стоящие металлические полки, забитые компьютерной аппаратурой. Некоторые системные блоки стояли со снятыми крышками, и можно было рассмотреть их железное нутро. Единственное свободное пространство на стене было заклеено фотографиями с изображениями лиц. Молодых и старых, с усами и бородой или гладко выбритых; с тяжёлыми, пустыми взглядами или вовсе лишённых всякого выражения. Кроме Инглис и Фокса, в комнате находился ещё один человек — мужчина. Видимо, это его голос только что звучал из динамика. Он пристально изучал гостя, не двигаясь с места. Фокс кивнул ему и получил в ответ такое же приветствие.

— Знакомьтесь, это Гилкрист, — сказала Инглис. — Входите и располагайтесь поудобнее.

— Разве это возможно? — спросил Фокс.

Инглис окинула взглядом комнату.

— Чем богаты, тем и рады.

— Кроме вас двоих, здесь больше никого?

— Сейчас нет, — призналась она. — Трения внутри отдела и так далее.

— Всё равно мы почти все дела передаём в Лондон, — добавил Гилкрист. — У них там сильная команда — человек сто, наверное.

— Сто — это много, — сказал Фокс.

— Видели бы вы, сколько у них работы, — возразила Инглис.

— Как мне к вам обращаться? В смысле — по званию или, может, лучше по имени?

— Энни, — помедлив немного, ответила она. Соседний стол был свободен, и, повинуясь её указующему жесту, Фокс расположился за ним.

— Давай, Антея, покажи класс, — сказал Гилкрист. По его тону Фокс понял, что это эдакая тонкая шутка, понятная только посвящённым.

— Брюс Форсис? — наугад спросил он. — «Игра поколений?»[9]

Инглис кивнула.

— Похоже, меня назвали в честь ассистентки телеведущего.

— Но «Энни» вам больше по душе?

— Естественно. Но если вы предпочитаете официальный тон, тогда — сержант Инглис.

— Энни вполне подойдёт. — Присев на стул, Фокс оторвал неизвестную нитку, зачем-то выглядывающую из бокового шва его брюк. Он старался не смотреть на папку с надписью «Школьная форма», лежавшую на столе перед ним. Деловито кашлянув, он приступил к делу: — Меня к вам направил мой начальник.

Энни снова кивнула. Она сидела к нему вполоборота, изучая что-то на экране своего компьютера. Рядом на верхней крышке системного блока ненадёжно балансировал второй дисплей.

— Что вам известно о ГЛОДе? — спросила она, снова взглянув на Фокса.

— По моим данным, ваше главное дело — охота на извращенцев.

— Не в бровь, а в глаз, — отозвался Гилкрист, безостановочно выбивая чечётку на своей клавиатуре.

— Говорят, раньше было проще, — посетовала Инглис. — А теперь повсюду эти компьютеры. Никто не отдаёт свои фото в салоны для обработки, не покупает журналы. Даже ничего не распечатывают — разве что дома, на собственном принтере. Можно выбрать в жертву ребёнка на другом конце света и встретиться с ним, только когда он уже будет полностью готов.

— Готов на всё, — тихо уточнил Гилкрист.

Фокс чуть оттянул пальцем воротник своей рубашки. В комнате было жарко, как в аду. Но он не мог позволить себе раздеться: первое впечатление и всё такое. Впрочем, пиджак Энни Инглис висел на спинке её стула. Он был бледно-розового цвета, вполне в духе времени. Её волосы были коротко острижены — кажется, такая причёска называется «паж». Гладкие и блестящие, тёмно-каштанового цвета. Вряд ли она их красит. Минимум косметики на лице, ногти без лака. Ещё Фокс заметил, что, в отличие от остальных комнат на этаже, окна здесь затемнены.

— У нас такая жара, все компьютеры работают, — сказала Инглис. — Снимите пиджак, если хотите.

Фокс деликатно улыбнулся: выходит, пока он приглядывался к Энни, та в свою очередь внимательно изучала его. Освободившись от жарких объятий пиджака, он положил его на колени. Когда Инглис и Гилкрист обменялись взглядами, Фокс был почти на сто процентов уверен, что дело в его подтяжках.

— Ещё одна проблема с нашей «клиентурой», — продолжила Инглис, — это их всевозрастающая изощрённость. Они великолепно владеют программами и технологиями. Мы только и делаем, что пытаемся угнаться за ними. Вот, например.

Она легонько толкнула запястьем лежавшую на столе мышь, и экран компьютера ожил. На нём появилось сильно искажённое изображение.

— Это называется «воронка», — пояснила Энни. — Преступники посылают друг другу изображения, предварительно зашифровав их таким вот образом. Нам приходится разрабатывать приложения, позволяющие «раскрутить» их. — Она щёлкнула мышкой, и изображение начало медленно трансформироваться, пока не превратилось в фотографию мужчины, обнимающего одной рукой мальчика азиатской внешности.

— Видите?

— Вижу, — сказал Фокс.

— И это только один из трюков. Они уже до того дошли, что маскируют одни изображения под другие. Если не знать, в чём секрет, то и в голову не придёт их проверять. Мы даже видели жёсткие диски, внутри которых спрятаны другие жёсткие диски.

— Мы видели всё, — с напором подытожил Гилкрист.

Инглис взглянула на своего коллегу.

— Кроме того, чего мы не видели, — осадила она его. — Каждую неделю они изобретают что-нибудь новое, всё более и более отвратительное. Только вообразите — семь дней в неделю, сутки напролёт сидишь в интернете, сёрфишь по сайтам, читаешь чей-то трёп на форуме, совершаешь покупки по почте и при этом постоянно понимаешь, что ещё один щелчок мыши — и ты в аду.

— Или на небесах, — прервал её Гилкрист, глядя в свой монитор. — Кому что ближе. У нас есть такие материалы, от которых у вас волосы на мошонке дыбом встанут.

Фокс знал, что сотрудники Глотки редко обзаводятся семьями, в отличие от прочих копов. За ними водилась репутация людей толстокожих, непробиваемых, полностью поглощённых работой. Крепкие, прожжённые парни. Он поразился про себя: как Энни Инглис переносит такую жизнь? Но сказал только:

— Я весь внимание. Прошу вас, продолжайте.

Инглис постучала по экрану концом шариковой ручки.

— Вот этот человек, — сказала она, указывая на мужчину, обнимающего восточного мальчика. — Мы выяснили, кто он. У нас уже довольно много материалов на него.

— Он что, коп?

Она посмотрела на Фокса:

— С чего вы взяли?

— Вы же не затем меня пригласили, чтобы вместе посмотреть картинки из интернета.

Она медленно кивнула:

— Вы угадали. Только он живёт в Австралии. В Мельбурне.

— И… что?

— И, как я уже говорила, на него имеется довольно обширное досье. — Она раскрыла папку и достала оттуда несколько листов бумаги. — Он организатор сайта. Своего рода клуба по интересам. Чтобы стать его членом, нужно заплатить своего рода вступительный взнос.

— Они делятся друг с другом, — проворчал Гилкрист. — Минимум — двадцать пять фотографий.

— Фотографий?

— Ну да, с детьми. Делятся с себе подобными…

— Но кроме этого, существует и денежный взнос, который выплачивается по кредитной карточке, — продолжала Инглис. Она вручила Фоксу список имён и номеров телефонов. — Знаете кого-нибудь?

Фокс бегло просмотрел фамилии — их было более сотни — и покачал головой.

— Дж. Брек? — подсказала Инглис. — Дж. — значит Джейми.

— Джейми Брек…

Имя казалось знакомым. И тут Фокс вспомнил:

— Он же из Лотиана!

— Именно, — подтвердила Инглис.

— Если это тот самый Джейми Брек.

— Атрибуты счёта кредитной карточки ведут в Эдинбург. В банк Джейми Брека. Ошибки быть не может.

— Вы точно уверены? — Фокс отдал ей список. Инглис кивнула:

— Абсолютно.

— Всё ясно. Когда мне приступать?

— На данный момент всё, что у нас есть, — это кредитная карточка. Он ещё не отослал фотографии — а может, и не собирается.

— Сайт ещё функционирует?

— Надеюсь, нам удалось остаться в тени и они ничего не подозревают — пока. У нас ещё недостаточно материала, чтобы накрыть их как следует.

— Члены клуба раскиданы по всему миру — более чем в дюжине стран, — вмешался Гилкрист. — Это учителя, лидеры молодёжных организаций, священники…

— Кто-нибудь в курсе, что вы на них вышли?

— Только мы и горсточка аналогичных отделов за границей.

— Однажды, — добавила Инглис, — в Лондоне арестовали учредителя подобного сайта и перехватили управление ресурсом. Так вот, пользователи только через десять дней заподозрили неладное.

— А за это время, — снова прервал её Гилкрист, — их стало гораздо меньше.

Фокс кивнул и снова посмотрел на Инглис.

— Каких конкретно действий вы хотите от ОПК?

— Вообще-то такими делами занимается Лондон, но это всё у нас под боком, так что… — она запнулась, в упор глядя на Фокса, — нам нужен как можно более точный портрет Джейми Брека. Мы хотим выяснить об этом человеке всё, что только возможно.

Фокс ещё раз посмотрел на экран.

— Значит, ошибки быть не может? — переспросил он и вопросительно взглянул на Энни Инглис. Она пожала плечами.

— Старший инспектор Макьюэн сообщил нам, что вы недавно прищучили Глена Хитона. Брек работает в том же отделе.

— Ну и что?

— Вы могли бы поговорить с ним.

— О чём? О Хитоне?

— Ну, Хитона можно использовать как предлог. А после расскажете нам, что вам удалось узнать.

Фокс отрицательно покачал головой.

— Я не большой любитель таких фокусов, — сказал он. — Не думаю, что Брек согласится уделить мне время. Но если на него что-то есть…

— Ну? Продолжайте!

— Мы могли бы попытаться копнуть поглубже.

— Слежка?

— Да, если это необходимо. — Теперь она внимательно слушала его, и даже Гилкрист оторвался от монитора и повернулся в их сторону. — Мы можем узнать, какую информацию он хранит на своём компьютере, какие сайты посещает, изучить его личную жизнь… — Фокс остановился и потёр лоб. — Я так понял, что, кроме номера счёта кредитной карты, у вас на него ничего нет?

— Пока нет.

— А вы не думаете, что его карточкой мог воспользоваться кто-то другой?

— Именно поэтому нам и нужна дополнительная информация. — Инглис качнулась на стуле, так что их колени почти соприкоснулись. Она наклонилась вперёд, упёршись локтями в бёдра и сцепив руки в замок. — Но смотрите, чтобы Брек ничего не заподозрил! Иначе он предупредит остальных. Тогда мы потеряем его.

— И детей, — тихо добавил Фокс.

— Что?

— Это же всё делается ради них, да? Охрана детей и всё такое?

— Верно, — сказал Гилкрист.

— Верно, — эхом отозвалась Энни Инглис.

Фокс был уже в двух шагах от своего офиса, как вдруг нечто заставило его остановиться. Он медленно надел пиджак и теперь, стоя посреди коридора, в задумчивости теребил лацканы. Его мысли вертелись вокруг сержанта Антеи Инглис (предпочитающей, чтобы её называли Энни) и её сотрудника Гилкриста, ни имени, ни должности которого он не знал. Ещё он думал о деятельности ГЛОД а вообще. Считалось, что ОПК расследует «тёмные делишки», но теперь у Фокса возникло чувство, что Энни Инглис и её коллега целыми днями вглядываются в такой мрак, который ему и не снился. Тем не менее эта парочка довольно нагло себя вела. Работая в ОПК, он привык к тому, что прочие копы его ненавидят, но у сотрудников ГЛОДа была репутация совсем иного толка. Люди даже представить боялись, с чем им приходится иметь дело и что после этого творится у них в голове. Поэтому их сторонились. Да, вот именно: Глотка внушала страх, но совсем не такой, как контролёры. Тут было нечто другое — потустороннее, что ли. За тщательно запертой и охраняемой дверью комнаты 2.24 таились монстры из ночных кошмаров и жуткие призраки из тёмных закоулков.

— Малькольм? — окликнул его кто-то сзади.

Обернувшись, он увидел Энни Инглис. Она стояла, скрестив руки на груди. Потом подошла ближе и заглянула ему в глаза.

— Вот, возьмите, — сказала она, протягивая что-то Фоксу. Это оказалась её визитная карточка. — Здесь номер моего мобильного и адрес электронной почты. На всякий случай: вдруг вам что-то понадобится.

— Спасибо, — поблагодарил он, делая вид, что разглядывает напечатанные строчки. — Я просто…

— Просто задумались? — подсказала она.

Он достал бумажник, отыскал в одном из отделений свою визитку и вручил ей. Энни приняла её с лёгким наклоном головы, развернулась и пошла обратно по коридору. Довольно элегантная походка — отметил он. Женщина явно без комплексов, знающая себе цену и привыкшая быть в центре внимания.

И задница у неё что надо.


В офисе ОПК было куда больше шума, чем обычно. Боб Макьюэн сидел за своим столом и говорил по телефону. Увидев Фокса, он поймал его взгляд и одобрительно кивнул, как бы подтверждая, что всё в порядке. На рабочем месте у босса, как всегда, царила идеальная чистота, но Фокс знал её тайную цену — весь хлам попросту регулярно сметался в какой-нибудь из полудюжины нижних ящиков. Однажды Тони Каю случилось искать в одном из них таблетку парацетамола. Он по очереди подзывал Фокса и Нейсмита, чтобы похвастать результатами. «Это почти как археология, — удивлялся тогда Нейсмит, — один слой, под ним другой…» Макьюэн положил трубку и принялся писать что-то на клочке бумаге своим неразборчивым почерком.

— Ну, как всё прошло? — вполголоса спросил он. Фокс пробежался костяшками пальцев по столу и наклонился к боссу.

— Отлично, — сказал он. — Лучше не бывает. Вы не возражаете, сэр, если я займусь этим?

— Зависит от того, что ты задумал.

— Для начала — лёгкая проверка; потом, в случае необходимости — наблюдение.

— Собираешься обшарить его компьютер?

— Первым делом, как водится.

— Они просили, чтобы ты с ним сначала познакомился?

— Не думаю, что это удачная мысль. Он мог быть другом Хитона.

— Я тоже так подумал, — сказал Макьюэн. — И поэтому перемолвился словечком кое с кем.

Фокс сощурил глаза.

— С кем это?

— С кем надо. — Видя, что Малькольм пытается через стол расшифровать его каракули, Макьюэн перевернул записку. — Брек и Хитон — скорее враги, чем друзья. Это тебе на руку.

— Но дело Хитона закрыто.

— Два дня назад. И потом — кто об этом знает?

— И вы предоставите мне необходимые бумаги? Подпишете документы?

— Всё, что тебе потребуется. Зам главного констебля[10] тоже в курсе дела.

Зам главного. Адам Трэйнор. Без его резолюции не обходилась ни одна хоть мало-мальски значимая бумажка в управлении. Телефон снова зазвонил. Макьюэн накрыл трубку ладонью, собираясь поднять её, но его глаза продолжали сверлить Фокса.

— В остальном, Фокси, действуй, как считаешь нужным.

Тот встал, собираясь уходить, но услышал:

— Да, кстати, как выходные?

— Провёл парочку ночей в Монако, — ответил Фокс.

Проходя мимо стола Тони Кая, он в очередной раз подивился чуткости этого человека-радара. Кай делал вид, что занят, усердно отстукивая на клавиатуре.

— Нашёл интересное занятие? — спросил Фокс.

— По-моему, в этом ты меня уделал, — откликнулся Кай, указывая взглядом в сторону стола босса.

— Может, будет и для тебя местечко на корабле, — пообещал ему Фокс.

— Только свистни, Фокси.

Фокс рассеянно кивнул и поспешил укрыться от дальнейших разговоров за своим столом.

Нейсмит был занят приготовлением новой порции кофе.

— Сахар! Три куска! — нахально крикнул ему Кай.

Рот Нейсмита судорожно скривился, но парень заметил, что на него смотрят. Тогда он вопросительно помахал Фоксу пустой кружкой, но Малькольм отрицательно качнул головой.

3

В отделе кадров полицейского управления контролёров отнюдь не привечали. Фоксу не нравилось слово «кадры», он предпочитал говорить «персонал» — проще и понятнее. При появлении таких, как Фокс, там сразу сгущались тучи. И неудивительно — ведь, будучи в гостях, они вели себя как дома, бесцеремонно попирая права хозяев. По уставу кадровики обязаны были безоговорочно предоставлять контролёрам секретную информацию, доступ к которой для всех прочих был закрыт. И реагировали они на эту процедуру весьма болезненно. Перед визитом Фокса Макьюэн предупредил о нём по телефону, а затем распечатал и подписал документ, подтверждающий важность получения данных. В таких служебных записках не упоминалось никаких имён — конспирация, которая ещё сильнее злила сотрудников отдела. Ведь это значило, что им не доверяют. Но в противном случае информация могла бы просочиться вовне — то есть операция в самом зародыше оказывалась под угрозой срыва. Нечто подобное произошло лет десять назад. После этого порядки изменились, и контролёры стали пользоваться полной конфиденциальностью в своих изысканиях. По новым правилам начальница отдела кадров была обязана покинуть свою комнату, отдав её в распоряжение Фокса. Перед этим она скрепя сердце вводила пароль, открывающий доступ ко всем секретным данным в её личном компьютере, и отдавала непрошеному гостю ключи от картотеки. И пока злостный оккупант неторопливо занимался своими делами, она стояла, повернувшись к нему спиной, скрестив руки на груди и кипя от бессильной ярости — только что пар не шёл.

Фокс много раз проходил через эти тернии и поначалу пытался держаться миролюбиво, даже заискивающе. Но миссис Стивенс была неумолима, и наконец он сдался. Казалось, она нарочно тянула время, получая от этого какое-то садистское удовольствие. Ей обязательно надо было раз пятнадцать медленно перечитать записку Макьюэна, а то и позвонить ему, чтобы окончательно развеять все сомнения. Потом она требовала документы Фокса и тщательно заполняла специальную форму, которую он должен был подписать. После этого сверяла его автограф с образцом на одном из удостоверений Малькольма и лишь тогда со вздохом глубокого отчаяния уступала ему свои ключи, компьютер, стол и офис.

Благодарю, — неизменно говорил он. Первое и последнее слово за всё время визита.

Отдел кадров располагался на первом этаже здания. Штат сотрудников управления полиции Лотиана был невелик, и Фокс всегда удивлялся, чем они здесь занимаются целыми днями. Кадровики были гражданскими служащими. Большую часть отдела составляли дамы. Когда он приходил, они с любопытством глазели на него из-за экранов своих компьютеров. Некоторые кокетливо подмигивали или с улыбкой посылали воздушные поцелуи. Многие лица казались знакомыми — наверное, по очередям в столовой. Но никто не заговаривал с ним, не предлагал чашечку кофе или чая — девушки побаивались гнева миссис Стивенс.

Фокс удостоверился, что на него никто не смотрит, и достал из картотеки личное дело Джейми Брека. Затем прижал папку к груди — чтобы не было видно надписи, — запер ящик и отправился в кабинет начальницы. Оказавшись за дверью, повернул ключ в замке и сел. Стул под ним был ещё тёплым, ну так и что с того. Внутри тонкой папки обнаружились сведения о недолгой карьере Джейми в полиции, включая краткую сводку об академическом образовании. Бреку было двадцать семь лет, и шесть из них он посвятил службе в полиции. Первые два года — стажёром в униформе, потом — полноправным сотрудником уголовного отдела. От его характеристик веяло непогрешимостью, чтобы не сказать — святостью. В документе не упоминалось ни одного дела, над которым бы работал Джейми, но и отметки о нарушении дисциплины отсутствовали. «Образцовый офицер» — говорилось в тексте. Та же формулировка повторялась ниже. Впрочем, кое-что интересное Фокс всё же узнал. Например, что они с Бреком — почти соседи. Как выяснилось, он жил в новом районе, рядом с супермаркетом Моррисона. Фокс как-то раз ездил туда на разведку, когда подумывал обзавестись домом попросторнее.

— Мир тесен, — пробормотал он.

Компьютерные данные тоже не слишком прояснили картину. Несколько отгулов по болезни, но ничего похожего на стресс. Ни провинностей, ни особых отметок. Начальники в Торфичен-плейс, где он работал последние три года, расхваливали Брека на все лады. Вчитываясь между строк, Фокс догадался, что, скорее всего, его продвинули по службе. Уж больно молод для сержанта. Такими темпами, глядишь, ещё и до тридцати лет получит инспектора. Самому-то Фоксу уже исполнилось тридцать восемь. Брек получил частное образование в колледже Джорджа Уотсона. Игрок в регби. Закончил Эдинбургский университет со степенью бакалавра. Родители ещё здравствуют, оба — практикующие врачи. Старший брат Колин — инженер, живёт и работает в США. Фокс прервался, дабы прочистить нос, для чего достал платок из бокового кармана. Шум при этом раздался такой, что в узком окошке у двери на миг мелькнули ошалелые глаза миссис Стивенс. Гримаса презрения на её лице при этом ещё ужесточилась. Непрошеный гость бесцеремонно нарушал не только приватность, но и гигиену её владений, наводняя их своими вирусами. Нос уже был в порядке, но Фокс высморкался ещё раз, стараясь, чтобы погромче вышло — из чистого хулиганства.

Он закрыл файл базы данных. Миссис Стивенс прекрасно знала, что последует за этим — перезагрузка всей системы. Эта обязательная процедура стирала из памяти компьютера все следы его поисков. Но прежде он набрал на клавиатуре ещё одно имя — Антея Инглис. Это было против правил, но кому какое дело. Пара минут — и он узнал, что девушка не замужем и замужем не была.

Что она родилась и выросла на ферме в Файфе.[11]

Посещала местный колледж, прежде чем переехать в Эдинбург.

До работы в полиции перепробовала ещё ряд профессий.

И что её полное имя — Флоренс Антея Инглис.

Если одно из её имён было позаимствовано родителями из «Игры поколений», второе могло своим происхождением быть обязано «Волшебной карусели».[12] Фокс сдержал улыбку, закрывая все файлы и заканчивая работу. Он покинул кабинет, оставив дверь приоткрытой, и водворил папку на место, позаботившись, чтобы она ничем не выделялась в ряду остальных. После чего закрыл ящик на ключ, который теперь следовало вернуть миссис Стивенс. Та сидела, взгромоздившись на угол стола одной из своих сотрудниц, скрестив руки на груди — ни дать ни взять, окаменевший памятник глубокому презрению. Как и положено памятнику, она никак не отреагировала на его приближение. Пришлось положить ключ рядом.

— До новых встреч, — сказал он и направился к выходу. Одна из девушек проводила его глазами. Фокс подмигнул ей.

В офисе Нейсмит с порога сообщил, что его ждёт записка.

— И где она это делает — на столе или под столом? — поинтересовался Фокс.

Оказалось — наверху, возле телефона. Имя и телефонный номер. Он пробежал их глазами и вопросительно поднял глаза на Нейсмита.

— Элисон Пэттифер?

Тот пожал плечами. Малькольм поднял трубку и набрал номер. Когда на другом конце провода ответили, он представился как инспектор Фокс.

— Ах да. — Голос в трубке стал робким и нерешительным.

— Вы звонили мне, — настойчиво напомнил Фокс.

— Вы — брат Джуд, не так ли?

На мгновение Фокс обмер. Но тут же спросил:

— Что случилось?

— Видите ли, я её соседка, — запинаясь, проговорила женщина, — а она однажды упоминала, что вы работаете в полиции. Вот так я и отыскала ваш номер…

— Что случилось? — повторил Фокс, понимая, что Нейсмит и Кай внимательно прислушиваются к разговору.

— Кажется, у Джуд неприятности… Ничего страшного, не думайте, просто несчастный случай…


Увидев его, она попыталась тут же закрыть дверь, но он подставил плечо, и всю её строптивость как рукой сняло. Перестала упираться, развернулась и пошла обратно по коридору. Его сестра жила в совершенно обычном для Сотонхолла доме. Элисон Пэттифер ничем не выдавала своего соседского присутствия — сетчатые занавески на всех окрестных окнах висели не шелохнувшись. На всех крышах вдоль улицы торчали спутниковые тарелки, и в гостиной Джуд кудахтало какое-то кулинарно-развлекательное шоу. Когда Фокс вошёл в комнату, она его выключила.

— Ну что? — спросил он.

Её лицо было красным и опухшим от слёз. На левой щеке виднелись слабые следы побоев, левая рука — в гипсе.

— Опять старая добрая лестница?

— Я выпила.

— Не сомневаюсь.

Он огляделся по сторонам. В комнате сильно пахло сигаретами и алкоголем. На полу возле дивана валялась бутылка из-под водки. Две пепельницы, обе полные. Пара смятых пачек из-под сигарет. На барной стойке, отделяющей кухню от гостиной, высилась гора немытых тарелок, среди которых пестрели картонные коробки от фастфуда. Коллекция пустых бутылок: пиво, сидр, дешёвое белое вино. Ковёр явно нуждался в чистке. На журнальном столике лежал слой пыли. Одну из его ножек заменяла конструкция из четырёх кирпичей. Так, ясно: значит, Винс работает на стройке.

— Не возражаешь, если я присяду?

Она попыталась пожать плечами, но это оказалось не так-то просто. Фокс выбрал самое безопасное место — подлокотник дивана. Руки он держал в карманах пальто. В комнате не было и намёка на отопление, а сестра стояла перед ним в одной футболке, джинсах и босиком.

— Ну и видок у тебя, — сказал он.

— Спасибо.

— Нет, правда.

— Ты и сам-то не мальчик с обложки.

— Ясное дело, нет. — И он достал платок, чтобы высморкать нос.

— Да ещё и никак от соплей своих не избавишься, — прокомментировала она.

— А ты никак не избавишься от своего ублюдку — яростно парировал Фокс. — Где он?

— На работе.

— Что-то я не припомню, чтобы сейчас в городе что-нибудь строили.

— У них было сокращение. Но его пока не уволили.

Фокс медленно кивнул. Джуд всё ещё стояла посреди комнаты, словно стряхивая с бёдер несуществующие крошки. Он вспомнил, что она делала так в детстве, будучи застигнута врасплох и поставлена перед отцом для объяснений.

— А ты? Нашла работу?

Она помотала головой. Незадолго до Рождества её уволили из агентства по недвижимости. Некоторое время оба молчали.

— Кто тебе сказал? — спросила она наконец. — Соседка?

— Слухами земля полнится, — ответил он.

— Винс тут ни при чём, — внезапно заявила сестра.

— Господи, Джуд, мы не в гребаном полицейском участке. Здесь только ты и я.

— Это не он, — настаивала она.

— А кто тогда?

— Я была на кухне…

Он сделал вид, что нарочито внимательно разглядывает барную стойку.

— Что-то я не очень понимаю, куда здесь можно упасть.

— Я упала, а рукой ударилась об угол стиральной машинки…

— Эту историю ты рассказала в травмпункте?

— Это они тебе позвонили?

— Да какая разница! — Теперь он смотрел на каминную полку. С двух сторон тянулись ряды видео и DVD-дисков — наверное, полное собрание «Секса в большом городе» и «Друзей», «Мамма миа!» и всё в таком роде. Он вздохнул и провёл по лицу руками. — Ты знаешь всё, что я хочу сказать.

— Винс не виноват.

— Ты его спровоцировала?

— Мы спровоцировали друг друга, Мальк.

Что ж, и об этом ему известно. Он мог бы сказать, что соседка часто слышит ругань, крики и грохот шумных ссор, раздающиеся из их дома, но тогда он её выдаст Джуд.

— Давай мы хоть разок его задержим — ну надо же положить этому конец. Поднажмём на него слегка, заставим проконсультироваться со специалистом…

— О да, Винс будет просто счастлив. — И она впервые улыбнулась, сразу сделавшись моложе лет на десять.

— Ты — моя сестра, Джуд…

Она смотрела на него. Моргала, но плакать вроде не собиралась.

— Я знаю, — сказала она. И добавила, указывая на свою руку: — Думаешь, мне стоит появляться с этим у отца?

— Наверное, нет.

— Ты ему не скажешь?

Он покачал головой, потом опять оглядел комнату.

— Хочешь, я наведу тут порядок? Может, приготовить что-нибудь поесть?

— Не волнуйся, я сама справлюсь.

— Он хотя бы извинился?

Она утвердительно кивнула, честно глядя ему в глаза. Фокс не знал, говорит ли она правду, — да и какая, в сущности, разница. Он поднялся, возвышаясь над ней, наклонился, чтобы чмокнуть в щёку на прощание, и шепнул ей на ухо:

— Почему кто-то другой должен это делать?

— Делать что?

— Звонить мне, — ответил он.


Снаружи снова шёл снег. Он сел в машину. Вряд ли Винс Фолкнер вернётся с работы раньше обычного. Фолкнер был родом из Энфилда — одного из северных районов Лондона. Ярый болельщик «Арсенала», он не воспринимал всерьёз ни одной футбольной команды севернее границы. Когда их впервые представили друг другу, он с ходу об этом заявил. Фолкнер не был в восторге от затеянного Джуд переезда в Шотландию — но «чёрт, она меня вообще не слушает». Он надеялся, что она заскучает и её снова потянет на юг. Она. Малькольм по пальцам мог пересчитать случаи, когда бы он называл её по имени. «Она». «Подруга». «Хозяйка». «Цыпочка». Он побарабанил пальцами по рулю, раздумывая, что делать дальше. Фолкнер мог работать на любой из стройплощадок, а их по городу было раскидано штук сорок-пятьдесят, не меньше. Кризис наверняка заморозил новые кварталы в Грантоне, да и в Квотермайле, пожалуй, тоже. Застройщик Келтонгейта, судя по новостям в местной газете, был на грани банкротства, и все работы там, ясное дело, остановились.

— Ну чисто иголка в стоге сена, — сказал он сам себе. — Точнее, заноза.

Мобильник зажужжал: входящее сообщение. От Тони Кая. «Мы в „Минтерсе“.» Уже было больше четырёх. Видимо, Макьюэн, как обычно, ушёл с работы пораньше и отпустил остальных, дав понять, что сегодня делать там больше нечего. Фокс захлопнул телефон и повернул ключ зажигания. «Минтерс» — так называлось одно местечко в новом районе Нью-Таун, но цены там были как в старой части города. Заведение находилось на отшибе, и знали о нём немногие. Но припарковаться там было ох как нелегко. У Тони Кая имелся для этого особый способ — пришлёпнуть изнутри на лобовое стекло бумажку с большими буквами «ПОЛИЦИЯ». Иногда это срабатывало, иногда нет — всё зависело от настроения местного дорожного инспектора. Фокс попытался представить себе, как попасть в центр, объехав пробки из-за ремонта трамвайных путей в Хеймаркете, но сдался. Решение этой задачи тянуло на Нобелевскую премию, не меньше. Прежде чем тронуться с места, он посмотрел направо. Окно гостиной было пустым и тёмным — Джуд не показывалась. В соседних окнах на другой стороне улицы — тоже никого. Что было бы, выйди сейчас из-за угла Винс Фолкнер? Как звали того парня из «Крёстного отца», который пристукнул мужа своей сестры крышкой мусорного бака?

Сонни? Да, кажется, Сонни. Вот молодчина. Отличный ход! С каким удовольствием он сделал бы то же самое! Крышкой по черепу и — не смей прикасаться к моей сестре! Да, это был бы отличный ход. «Минтерс» был довольно тихим местечком. Уже несколько лет. Поначалу хозяин пенял на закон о запрете курения в общественных местах, а теперь — на кризис. Конечно, в чём-то он был прав. В Нью-Тауне жили в основном банковские служащие, а им не слишком свойственно шататься по барам.

— А кто ещё, кроме банкиров, — говорил Тони Кай, ставя на край стола рядом с Фоксом бокал колы со льдом, — может купить здесь жильё?

Нейсмит пил светлое пиво, а Кай — «Гиннесс». Хозяин с закатанными рукавами был увлечён просмотром телевикторины. Двое посетителей вышли покурить на улицу. В противоположном углу сидела какая-то женщина со своим приятелем. Кай заказал для неё бренди с содовой, а потом объяснил Фоксу и Нейсмиту, что это его знакомая.

— А она-то в курсе? — поинтересовался Нейсмит.

Кай наставил на него палец, а затем перевёл его в сторону женщины.

— Её зовут Маргарет Сайм, и когда кто-то из вас окажется здесь без меня, можете угостить её выпивкой.

— Ты припарковался? — спросил Нейсмит, обращаясь к Фоксу.

— Да, на полдороге от чёртова холма, — проворчал Фокс и сказал Каю: — А кое-кому сегодня опять повезло, как я погляжу.

Его «ниссан икс-трейл» стоял прямо у двери паба, на двойной сплошной. Бумажка с надписью «ПОЛИЦИЯ» была вставлена между приборной панелью и лобовым стеклом.

Кай только пожал плечами, устраиваясь поудобнее, и с невинной улыбкой отхлебнул из своей кружки. Вытирая клочки пены с губ, он пристально посмотрел на Фокса и сказал:

— Винс опять набедокурил.

Фокс уставился на него.

— Когда ты уехал, Тони перезвонил по тому же номеру, — пояснил Нейсмит.

— Ага, и мне тоже рассказали про Джуд, — подтвердил Кай.

— Давай не будем об этом, — жёстко оборвал Фокс, но Тони покачал головой.

— Тони нашёл этого Винса Фолкнера, — снова вмешался Нейсмит.

— Нашёл? — Фокс прищурился.

— По НКП, — продолжал Нейсмит, причмокивая над своим напитком.

— Национальный компьютер полиции доступен только к югу от границы, — возразил Фокс.

Тони Кай снова пожал плечами.

— Я знаю одного копа в Англии. Сказал ему имя и место рождения. Энфилд, так? Ты мне как-то раз проболтался.

— Английский полисмен — твой знакомый? Я думал, ты ненавидишь англичан.

— Никого лично, — уточнил Кай. — Так тебе интересно или нет?

— Вряд ли я смогу заставить тебя замолчать, Тони.

Кай насупился. Тем временем Нейсмит едва со стула не падал от нетерпения. Его так и распирало, но Кай суровым взглядом приказывал ему молчать. Двое курильщиков вернулись внутрь. Хозяин заведения возмущался, барабаня по барной стойки и крича в телевизор:

— Да это же любой школьник знает!

— Я не был бы так уверен на твоём месте, Чарли, — возразил один из вновь пришедших, — времена нынче не те…

— За ним кое-что числится, — тоном заговорщика выдал Нейсмит. Кай возмущённо закатил глаза, потянулся за своей кружкой и осушил её в один присест.

— Может, тебе громкоговоритель дать? — проворчал он.

Нейсмит притих, но, опомнившись, взял его пустую кружку и отправился к барной стойке.

— Кое-что? — переспросил Фокс. Тони Кай придвинулся к нему поближе.

— Несколько мелких краж лет десять назад, пара потасовок — ничего серьёзного. Но Джуд может и не знать. Как она?

— У неё рука в гипсе.

— Ты говорил с этим Фолкнером?

Фокс покачал головой:

— Не видел его ещё.

— Надо что-то делать, Малькольм. Пусть она накатает на него заявление.

— Не станет.

— Мы и сами можем.

— Она всё равно от него не уйдёт, Тони.

— Тогда давай просто поговорим с ним.

Нейсмит вернулся за стол, заказав новую порцию выпивки.

— Точно. Так и сделаем, — подтвердил он.

— Вы, ребята, кое о чём забыли, а именно — где мы работаем. Мы же контролёры. Слухи поползут, начнут судачить. Официально это не наше дело.

— Ну никакого в жизни веселья! — возмутился Кай.

Нейсмит сбегал за его выпивкой. Фокс сидел и разглядывал своих сослуживцев. Своих друзей.

— Всё равно спасибо, — заключил он и, понизив голос, добавил: — Кое-что весёленькое у меня всё-таки есть. — Он оглянулся: нужно было удостовериться, что никто не слышит. — Макьюэн подсунул мне нового копа. Брек.

— Джейми Брек? — переспросил Кай.

— Знаешь его?

— Знаю тех, кто его знает.

— Кто это? — влез Нейсмит, устраиваясь за столиком. Пива у него было ещё предостаточно — уровень в кружке понизился всего на дюйм за время беседы.

— Уголовный отдел, работает в Торфичен-плейс, — просветил его Кай. — На нём что-то есть?

— Не исключено.

— Так вот что ты в Глотке делал сегодня.

— Ты — прирождённый детектив, Тони.

— И в отделе кадров?

— Точно. — Фокс сам ещё не знал, зачем делится информацией. Вреда-то от этих ребят точно не будет, но и чем их занять, он пока не придумал. Нужно было выказать своё расположение, благодарность за участие, и лучшего способа Малькольм не нашёл. К тому же он сменил неприятную тему. И вот кстати, как быть с неожиданными новостями о прошлом Винса Фолкнера? Отложить это? Он не мог представить себя в роли разоблачителя. Да и Джуд, скорее всего, сразу заявила бы, что он суёт свой нос в чужие дела. Это моя жизнь, Малькольм… Или так: я уже взрослая, сама разберусь. Что-нибудь в этом духе. Всем полицейским известно, что нет ничего хуже случаев с домашним насилием: счастливой концовки почти никогда не получается, и очень редко удаётся хоть как-то помочь делу. Даже займись этим кто-нибудь другой, не Малькольм, всё равно ничего не выйдет: она будет думать, что это его козни, и в итоге — как рыба об лёд. А тут явно домашнее насилие, в чистом виде. Двое курильщиков всё ещё стояли за баром. Один пил виски. Фокс чуял его аромат и даже почти ощущал вкус на задней стенке горла. Аж слюнки текли.

— Давай выкладывай, — не унимался Тони.

Джо Нейсмит придвинулся поближе.

Перед глазами Малькольма стояло лицо сестры, нос щекотал аромат виски. Он рассказал ребятам всё, что знал о Джейми Бреке.

Вторник, 10 февраля 2009

4

На следующее утро Фокс опять попытался дозвониться до Джуд, но безуспешно. Та же история, что и вчера вечером. Скорее всего, у сестры стоял определитель номера и его попросту игнорировали. Позавтракав, Малькольм поехал на работу. Кай и Нейсмит с порога кинулись выяснять план действий. Фокс решил оставить брифинг за Инглис — пускай узнают всё из первых рук. Но и с этой женщиной связаться сегодня утром оказалось не так-то просто. В комнате 2.24 было пусто. Тогда он написал ей сообщение с просьбой перезвонить.

— Подождём немного, — урезонил он коллег, — спешить некуда.

Те, обескураженные, разошлись по своим местам, и тут на столе у Фокса зазвонил телефон. Он поднял трубку. Незнакомый голос поинтересовался, не он ли Малькольм Фокс.

— А кто его спрашивает? — ответил он вопросом на вопрос.

— Сержант Брек. — У Фокса по спине побежали мурашки, но он себя не выдал. — Вы — Малькольм Фокс?

— Да.

— Мистер Фокс, я звоню от имени вашей сестры…

— Она с вами? Что случилось?

— Ваша сестра в порядке, мистер Фокс. Но… видите ли, мы с ней сейчас едем в морг. Я спросил, есть ли у неё кому позвонить, и… — Голос звучал профессионально, но не слишком холодно.

— Что произошло?

— Убит сожитель вашей сестры, мистер Фокс. Дорогу в морг знаете?


Он прекрасно знал: это в Каугейте. Обыкновенный кирпичный домик: проедешь мимо — и даже не заподозришь, что там внутри делается. Машины ползли невыносимо медленно. Казалось, дорожные работы, раскопки и объезды заполонили весь город. Ремонтировали трамвайные пути, газопровод, клали асфальт на Грассмаркете. Фокс подумал, что по пути ему встретилось больше оранжевых конусов, чем пешеходов. Кай предложил поехать с ним, но Фокс отказался. Винс Фолкнер мёртв — вот и всё, что скажет ему Брек. Скажет тихо и участливо — так, будто ему не всё равно. Брек — ждёт его там, в морге, вместе с Джуд… Фокс припарковал «вольво» у служебного подъезда и вошёл внутрь. Он знал, куда идти. Комната для опознаний располагалась этажом выше. Всем встречным служащим он совал под нос удостоверение — при отсутствии малейшего интереса с их стороны. Персонал здесь щеголял в зелёных галошах и в белых халатах по колено. Все они либо только что вымыли руки, либо собирались это сделать. Джуд услышала его шаги вверх по лестнице и уже бежала навстречу, когда Малькольм увидел её. Она содрогалась от рыданий, заплаканные глаза в кровавых прожилках. Фокс обнял сестру, стараясь не задевать больную руку. На миг он прикрыл веки. А когда снова поднял их, то заметил за спиной сестры сержанта Джейми Брека.

Стоп! — одёрнул себя Фокс. — Ты не знаешь его имени — по телефону он представился просто «сержантом Бреком».

Тем временем Брек подошёл к ним вплотную. Малькольм как можно деликатнее освободился от объятий Джуд и протянул руку. Брек улыбнулся почти застенчиво.

— Прошу прощения, — сказал он, — мне следовало догадаться, что это телефон Фэттс-авеню. — Он жестом указал на Джуд. — Ваша сестра только что сказала мне, что вы — детектив-инспектор.[13]

— Просто инспектор, — поправил его Малькольм. — В ОПК мы отбрасываем детектива.

— ОПК — это отдел контроля?

Фокс кивнул и повернулся к Джуд.

— Какой ужас, сестрёнка, — проговорил он, сжав её ладонь. — Как ты?

Глупый вопрос. Её всю трясло. Он спросил Брека, было ли уже опознание.

— Через две минуты. — Он мимоходом глянул на часы.

Фокс знал, что сейчас происходит в той комнате: они делают так, чтобы было на что смотреть. Открытым оставят одно лицо, если только не понадобится опознать татуировку или другие особые приметы.

— Где его нашли?

— На стройплощадке, около канала.

— Это где сносят старую пивоварню?

— Он там не работал, — дрожащим голосом проговорила Джуд. — Не знаю, как его туда занесло.

— Когда его нашли? — Фокс слегка сжал руку сестры.

— Рано утром. Двое спортсменов пробегали мимо по тропинке, один подвернул ногу. Они остановились, наклонились над забором — делали растяжку или что-то в этом духе… и увидели его.

— И вы уверены, что?..

— Пара кредитных карточек в кармане; к тому же я описал погибшего мисс Фокс — во что он был одет, ну и так далее.

У самого Джейми Брека были светлые волосы, слегка вьющиеся, и веснушки. Светло-голубые глаза. Он был ниже Фокса на дюйм и поуже в талии раза в полтора. В тёмно-коричневом костюме, застёгнутом на все три пуговицы. Фокс изо всех сил старался забыть всё, что узнал о нём: учился в Джордж Уотсон… родители — врачи… живёт у супермаркета… ещё не отослал свои двадцать пять фотографий… Он очнулся и понял, что гладит Джуд по голове.

— Они его избили, — срывающимся голосом произнесла она, — избили и бросили умирать.

Фокс посмотрел на Брека.

— На теле — следы побоев.

Дверь плавно открылась. Тело лежало на носилках. Видно только лицо. Даже волосы и уши были закрыты. Тело раздулось от воды, но узнать можно было и с небольшого расстояния. Фокс быстро взглянул на него — прежде, чем это сделала сестра.

— Джуд, я могу всё сделать сам, если хочешь.

— Мне нужно его увидеть… нужно…


— Вы бы отвезли её домой, — сказал Брек. У обоих в руках был чай в пластиковых стаканчиках. Они стояли в комнате для родственников. На одном стуле лежала стопка детских книжек, на стену кто-то прилепил плакат с подсолнухом. Джуд сидела немного в стороне от них, поникшая, со стаканчиком воды — всё, о чём она попросила. Ей ещё предстояло подписать бумаги. Тело Винса Фолкнера уже направили на вскрытие. Там за него возьмутся два патологоанатома, а их ассистенты будут всё измерять и взвешивать, фасовать и маркировать.

— Когда именно его нашли? — тихо спросил Фокс.

— В начале седьмого утра.

— В начале седьмого ещё темно.

— Там фонари.

— Всё произошло на месте, или его туда подбросили?

— Инспектор Фокс… вам, наверное, хочется сейчас побыть с Джуд. Всё это, ей-богу, можно отложить.

Фокс рассеянно посмотрел на сестру и услышал собственные слова:

— У неё есть соседка, Элисон Пэттифер. Думаю, она сможет забрать её и посидеть с ней дома.

Брек втянул плечи.

— Со всем уважением… Я понимаю, что вы выше меня по рангу, но…

— Я хотел бы осмотреть место преступления. Это же не повредит расследованию, сержант Брек?

Брек, казалось, раздумывал — да или нет. И вдруг:

— Зовите меня Джейми.

Минимум — двадцать пять фотографий…

На все формальности и доставку Элисон Пэттифер ушёл примерно час. Фокс пожал соседке руку и ещё раз поблагодарил за вчерашний звонок.

— Беда не приходит одна, — ответила женщина.

На вид ей было лет пятьдесят или чуть больше. Высокая и подтянутая, она мягко, но решительно взяла Джуд под свою опеку. Говорила ей, что всё будет хорошо.

— Поехали домой, моя милая…

Глаза у Джуд всё ещё были на мокром месте, Фокс ткнулся ей в обе щёки.

— Приеду, как только освобожусь.

Снаружи их ждал офицер в униформе — до того сонный, что Малькольму захотелось схватить его за плечи и как следует встряхнуть. Сдержав порыв, он посмотрел на телефон. Два входящих сообщения от Тони Кая, совершенно одинаковых: «Нужна моя помощь?» Фокс набрал «нет», но, поразмыслив, добавил — «пока».

— Будете присутствовать на вскрытии? — спросил Фокс.

— Результаты будут не раньше чем через час. — Брек посмотрел на часы. — Можем пока осмотреть место преступления, если хотите.

— Я на машине.

— Тогда давайте подъедем…


На четвёртой минуте поездки Брек заметил, что пешком они, пожалуй, добрались бы быстрее. Дорога здесь шла по прямой: Каугейт — Уэст-Порт — Фаунтейнбридж,[14] но машины снова стояли: теперь уже в обратную сторону. Два регулировщика во флуоресцентных жилетах манипулировали табличками «STOP» и «GO».

— Человек в такой ситуации может потерять контроль над собой, — заметил Брек. — Откуда ни возьмись, вдруг такая власть.

Фокс кивнул.

— Не возражаете, если я задам вам пару вопросов?

Фокс ещё как возражал, но только равнодушно пожал плечами.

— При каких обстоятельствах ваша сестра сломала руку?

— Упала на кухне.

Казалось, Брек обдумывает ответ.

— Мистер Фолкнер работал строителем?

— Да.

— Одет он был явно не для работы — твидовые брюки, рубашка поло и кожаный пиджак. Кстати, пиджак был подарком на Рождество от мисс Фокс.

— Правда? Не знал.

— Они собирались пожениться?

— Спросите у неё.

— Вы двое не очень-то близки, так?

Фокс почувствовал, как его пальцы стиснули баранку.

— Мы достаточно близки.

— А мистер Фолкнер?

— Что?

— Он вам нравился?

— Не особенно.

— Почему?

— Трудно сказать. Без особых причин.

— Или их слишком долго перечислять? — задумчиво проговорил Брек. — Парень моего брата… мы с ним тоже не очень-то ладим.

— Парень?

— Мой брат — гей.

— Правда? Я не знал.

Брек посмотрел на Фокса:

— Естественно — откуда вам знать.

…Точно. Как и то, что он — инженер, живёт и работает в Америке…

Фокс смущённо откашлялся.

— Ну, и какие у вас возникают соображения? — спросил он, меняя тему.

Брек помолчал, прежде чем ответить.

— Там в заборе есть дыра — недалеко от места, где нашли тело. Рядом проходит небольшая дорога. На ней могла остановиться машина или фургон.

— Значит, тело выбросили?

Брек пожал плечами.

— Я спросил у мисс Фокс, когда она видела мистера Фолкнера в последний раз.

— И?..

— Она сказала — в субботу вечером. — Брек слегка потянулся, с хрустом расправив плечи и вытянув шею. — Кстати… гипс у вашей сестры выглядит совсем свежим…

— Это как раз в субботу и случилось. — Фокс постарался, чтобы его голос прозвучал ровно, и стал думать о дороге: ещё два светофора, круговой перекрёсток — и они на месте.

— Потом она поехала в травмпункт, а Фолкнер — в город прогуляться. — Брек замолчал. Он подался вперёд, пытаясь поймать взгляд Фокса. — Значит, говорите, упала на кухне?

— Так она говорит.

— А вы повторяете это, чтобы помочь следствию… только как-то это у вас неестественно получается.

— Вы сейчас играете в Коломбо, да? Что-то типа того?

— Просто наблюдаю, что творится вокруг, инспектор Фокс. Следующий поворот налево.

— Знаю.

— И снова неестественность… — вымолвил Брек еле слышно.

Место было всё ещё оцеплено. Рядом околачивались двое журналистов из местной газетёнки — достаточно опытные, чтобы не просить официальных заявлений. Парочка зевак наблюдала за происходящим с бечевника, идущего вдоль канала. Вся обычная работа по месту преступления уже была проделана. Брек взял охапку фотографий и протянул Фоксу. Винс Фолкнер лежал ничком, с вытянутыми вперёд руками. Его череп был явно размозжён чем-то тяжёлым, волосы залиты кровью. Пальцы и ладони покрыты ссадинами. Видимо, он защищался.

— Есть ли внутренние повреждения — вскрытие покажет, — сказал Брек.

Фокс кивнул и осмотрелся. Они стояли на пустыре. Вокруг громоздились кучи земли вперемешку с кирпичом — останки пивоварни. Склады ещё не снесли, но их окна были закрашены. На противоположной стороне дороги уже высилась стройка. Типичный городской муравейник: офисы, магазины и жилые помещения (квартирами их больше никто не называл). Так значилось на рекламном щите. Полицейские бродили туда-сюда в поисках орудия убийства. Это мог быть обломок кирпича, булыжник из мостовой — всё, что угодно.

— Могли и в канал скинуть, — задумчиво пробормотал Фокс.

— Водолазы скоро прибудут.

— Крови на земле, можно сказать, и нет.

— Да.

— И поэтому вы думаете, что его сюда подбросили.

— Возможно.

— А тогда получается, что это не просто разбойное нападение.

— Давайте не будем об этом. — Брек поднял глаза к небу и набрал было воздуха в лёгкие.

— Знаю, — прервал его Фокс, — мне лучше не вмешиваться. Личная заинтересованность и всё такое.

— Именно. — Брек забрал у него фотографии и стал просматривать их. — Может, что-нибудь ещё расскажете о партнёре вашей сестры?

— Вряд ли.

— Это он сломал ей руку?

— Пусть она вам сама расскажет.

Брек пристально посмотрел на него, потом кивнул и поддел ногой камешек.

— Как думаете, долго они здесь будут строить?

— Чёрт его знает.

— Мне кто-то говорил, что здесь планируется новая штаб-квартира HBOS.[15]

— Боюсь, долго им ждать новоселья.

— Надеюсь, вы своих денег сюда не вкладывали.

Фокс фыркнул и протянул молодому человеку ладонь для рукопожатия.

— Спасибо, что позволили мне тут осмотреться. Ценю это.

— Отдыхайте, инспектор, и не беспокойтесь — мы сделаем всё как следует. И не только потому, что вы — известно кто. — Брек отпустил руку и подмигнул Фоксу.

Минимум двадцать пять фотографий, да? Любишь смотреть на детишек, сержант Брек, я тебя выведу на чистую воду…

— Спасибо ещё раз, — повторил Малькольм. — Подвезти вас обратно?

— У меня ещё здесь дела. — Брек помолчал, погрузившись в раздумья. — ОПК… — наконец произнёс он. — Вы как раз недавно сцапали одного моего сослуживца.

— Боюсь, наших усилий недостаточно, чтобы сцапать Глена Хитона.

— Вы занимались этим делом? — спросил Брек.

— Почему вас это интересует?

— Да так, не берите в голову.

— Вы ведь с ним не были лучшими друзьями, верно?

Брек посмотрел на него:

— А почему вас это интересует?

— Я контролёр, сержант Брек. Всё видеть и всё слышать — это моя работа.

— Я это запомню, инспектор, — ответил Джейми Брек.

Из машины Фокс позвонил в офис и сказал Тони Каю, что с Бреком придётся повременить. Кай, естественно, поинтересовался почему.

— Он занимается Фолкнером.

Кай присвистнул в трубку, и Фокс дал отбой. Телефон тут же запиликал снова. Он машинально брякнул:

— Тони, давай потом.

Ответом ему была тишина в трубке, которую внезапно нарушил женский голос:

— Это Энни Инглис. Я не вовремя?

— Честно говоря, Энни… Не самый удачный момент.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Нет, но спасибо за предложение.

— Я получила ваше сообщение…

Машина сзади возмущённо просигналила, когда Фокс свернул на улицу, предназначенную только для автобусов и такси.

— Возникли кое-какие проблемы. Убит парень моей сестры.

— Мне очень жаль.

— Жалеть тут нечего: он был мерзавцем. Но, видите ли, в чём дело, Энни… Я только что виделся с офицером, которому поручено вести расследование. Сержант Джейми Брек.

— О-о…

— Думаю, что вашим заданием должен заняться кто-то другой. Вообще-то двое моих коллег уже в курсе дела.

— Да, похоже на то… Где вы сейчас?

— Еду к сестре.

— Как она?

— Это я и собираюсь выяснить.

— Потом дайте мне знать, хорошо?

Фокс посмотрел в зеркало заднего вида. Патрульная машина была уже тут как тут. Со включённой мигалкой — всё честь по чести.

— Извините, не могу больше говорить, — торопливо сказал он и бросил телефон на сиденье.

Минут пять Малькольм объяснял им, что да как. Он пытался схитрить и старался показывать своё удостоверение так, чтобы стражи закона не заметили пометку «ОПК». Дохлый номер. Знал ли он, что совершил запрещённый маневр? И что за рулём нельзя разговаривать по мобильному, держа его в руке? Малькольм изобразил раскаяние. Он не стал говорить, куда ехал и зачем. Какое им дело, этим козлам. Выписали штраф.

— Перед законом все равны, — поучительно сказал ему на прощание тот, что постарше. Фокс поблагодарил за предупреждение и залез обратно в машину. Дальше всё было как обычно: они ехали за ним какое-то время, потом свернули.

Если работаешь в ОПК, снисхождения от коллег ждать не приходится. Всегда получаешь по полной, как ни крути. Мысли Фокса опять вернулись к Джейми Бреку.

Он нашёл место для парковки — через улицу от дома Джуд. Дверь открыла Элисон Пэттифер. Она сразу задёрнула занавески на кухне и в гостиной — наверное, в знак уважения.

— Где Джуд?

— Наверху. Я сделала ей сладкого чаю.

Фокс кивнул. Похоже было, что Элисон решила немного прибраться в доме. Он поблагодарил её и жестом дал понять, что хочет подняться к сестре. Она слегка сжала его предплечье, не говоря ни слова, но в её глазах он прочёл — «полегче с ней». Малькольм примирительно похлопал женщину по руке и пошёл наверх. Лестница была крутой и узкой. С неё так просто не упадёшь — где-нибудь посередине точно застрянешь. Три двери наверху вели в ванную и две спальни. Одна из них была явно берлогой Фолкнера: кучи всякого мусора, старый проигрыватель, пирамиды рок-дисков и стол с дешёвым компьютером. Дверь была открыта, так что пришлось всё рассмотреть. Жалюзи опущены. На полу пара мужских журналов — Nuts и Zoo. На обложках — блондинки-клоны, прикрывающие руками грудь. Фокс постучал в следующую дверь и повернул ручку. Джуд лежала, завернувшись в пуховое одеяло: торчали только голова и кончики ступнёй. Она не спала. Чай стоял на столике у кровати, рядом с пустым стаканом. В комнате витал слабый водочный дух.

— Ну как ты, сестрёнка?

Малькольм сел на кровать и откинул волосы у неё со лба. Джуд приподнялась, спуская ноги с кровати, и стало видно, что под одеялом она полностью одета.

— Его кто-то убил, — сказала она.

Лучшее, что могло произойти. Но вслух он сказал:

— Чертовски жаль.

— Они правда думают?..

— Что?

— Думают, что я могу быть к этому причастна?

Фокс отрицательно помотал головой.

— Но они всё равно будут задавать вопросы. Это обычная процедура, не бери в голову.

Джуд кивнула. Малькольм снова погладил её по волосам.

— Когда ты в последний раз его видела, Джуд?

— В субботу.

— В тот же день… — Фокс указал на гипс.

— Но когда я вернулась из травмпункта, его уже здесь не было.

— И он никак не сообщил тебе, куда отправился и зачем?

Она со вздохом покачала головой.

— Честно говоря, ничего необычного. Иногда мне везло, если я видела его минут пять за вечер. Он уходил и возвращался только на следующий день. Говорил, что ночевал у друзей.

— Ты ему звонила на этих выходных?

— Отправила пару сообщений.

— Ответа не было?

Она покачала головой.

— Я думала, он придёт в воскресенье, но потом… — Она посмотрела на свою руку. — Может быть, на этот раз он почувствовал себя действительно виноватым.

— А вчера ночью?

Она снова глубоко вздохнула.

— Вчера я уже начала волноваться.

— И приняла успокоительное. — Фокс кивнул в сторону пустого стакана. Она пожала плечами, насколько смогла. — Но почему ты ничего не сказала, когда я заезжал?

— Не хотела, чтобы ты знал.

— Я пытался дозвониться вчера вечером — ты не брала трубку.

— Как ты верно заметил, я приняла успокоительное…

— Утром тоже?

Сестра покосилась на него с недоверием:

— Это они тебя подослали допрашивать?

— Нет, просто я задаю те вопросы, которые будут задавать они.

— Он тебе никогда не нравился, — заметила она.

— Глупо это отрицать.

— Наверное, ты и рад, что он умер, — с горечью прошептала она.

Фокс повернул её лицо так, чтобы она смотрела прямо на него.

— Не рад. Но ты заслуживаешь лучшего.

— Я заслуживала то, что у меня было, Малькольм. И я не жаловалась.

5

Он встретился с Энни за кофе в служебной столовой. Кроме них, посетителей там больше не было — только персонал. Инглис вызвалась сама принести напитки, и он расположился за столиком у окна.

— Я не инвалид, — сострил Фокс, когда она поставила перед ним кружку.

— Сахар? — На столе появилось с полдюжины пакетиков. Фокс покачал головой, наблюдая, как она, придвинув стул, устраивается поудобнее. Горячий шоколад — таков был её выбор. Мгновение она помедлила, потом недоверчиво коснулась содержимого чашки и лизнула палец. Их глаза встретились.

— Значит, ситуация усложнилась, — начала она.

— Да уж, — согласился он.

— И что там произошло?

— Заброшенная стройка возле канала. Кто-то хорошенько его отделал.

— Как себя чувствует ваша сестра?

— Её зовут Джудит, сокращённо — Джуд. Не уверен, что она себя вообще как-то чувствует.

— Но вы же ездили к ней, разве нет?

— Да, ездил. Она валялась в постели в обнимку с бутылкой водки.

— Ну, нельзя винить её за это.

— У Джуд давний роман с алкоголем, — пояснил Фокс, изучая свой кофе. Он был заявлен как капучино, но пена отсутствовала напрочь. Инглис сочувственно поморщилась. Повисла пауза.

— И всё-таки, — произнесла она наконец, — вы встречались с сержантом Бреком?

— Думал, вы никогда не спросите, — пробормотал он, но она пропустила комментарий мимо ушей.

— И как впечатление?

— У него вполне профессиональный подход к делу. Знаете, мы как-то не обсуждали его слабость к детишкам.

Она на мгновение ощетинилась, но вдруг неожиданно мягко произнесла:

— Малькольм, я просто спросила.

— Да-да, конечно. Извините.

— Дело в том, что мы с Гилкристом как раз недавно обсуждали это…

— Он ваш босс, не так ли?

— Гилкрист? Он мой подчинённый — констебль.

— Но он старше вас.

— Из этого вы сделали вывод, что он и по званию должен быть старше?

Звонок её мобильного спас Малькольма от ответа. Энни подняла телефон и взглянула на экран.

— Извините, — сказала она, — это мой сын. — И уже в трубку: — Привет, Дункан!

Примерно минуту она слушала, с отсутствующим видом изучая пейзаж за окном.

— Хорошо, но чтобы к семи ты был дома. Ясно? Пока.

Телефон вернулся на своё место рядом с чашкой, и её пальцы, освободившись, замерли в неподвижности.

— Не знал, что вы были замужем, — заметил Фокс.

— Вовсе нет, — сказала она. — Но почему вы решили, что…

Прежде чем ответить, он сделал глоток кофе. Здесь начиналась та часть её жизни, о которой он предположительно не должен был знать ничего.

— Кольца нет, — нашёлся он. И тут же торопливо спросил: — Сколько лет вашему сыну?

— Пятнадцать.

— Вы, наверное, были совсем юной.

— Последний класс школы. Мои родители пришли в ярость, но всё равно помогали.

Фокс медленно, понимающе кивнул. В личном деле Инглис о сыне не упоминалось. Может, какая-то оплошность, недосмотр? Он снова пригубил свой напиток.

— Собрался в гости к друзьям, — пояснила Энни.

— Вам, наверное, приходится нелегко — одна с сыном, да ещё и подростком…

— У нас всё отлично, — сказала она тоном, дающим понять, что тема закрыта.

Фокс поднёс кружку к губам и подул на поверхность кофе.

— Так, на чём мы там остановились… Вы говорили с этим вашим Гилкристом…

— Совершенно верно. И решили, что можно попробовать извлечь из этого пользу.

— Из чего? Из моего столкновения с Бреком?

— Вы не имеете прямого отношения к убийству, так что явного конфликта интересов нет.

— То есть вы хотите, чтобы я продолжал наблюдать за ним в ходе расследования?

— Ну, посудите сами — во-первых, волей случая, вы уже познакомились… во-вторых, у вас появился великолепный предлог, чтобы продолжать общение.

— И, по-вашему, тут нет конфликта интересов?

— Всё, о чём мы просим, — это пассивное наблюдение, Малькольм. Нам нужна всего лишь информация для отсылки в Лондон. Я не требую, чтобы вы сажали его за решётку.

— И какого же рода информация вас интересует?

Она в замешательстве пожала плечами.

— Гилкрист сейчас на встрече с вашим боссом и заместителем главного констебля…

— Разве это не ваша обязанность? Как старшей по званию.

Она ответила, глядя ему в глаза:

— Да, моя. Но я предпочла прийти сюда.

— Очень мило с вашей стороны. Я тронут.

— Так вы отказываетесь от дальнейшего сотрудничества? Или… нет?

Перед мысленным взором Фокса снова возник пустырь, заброшенная стройка. «Мы сделаем всё как следует…» — Я остаюсь, — сказал он.

Вернувшись наверх, он обнаружил офис пустым. Фокс сел за свой стол и добрых пять минут нервно грыз колпачок шариковой ручки, думая о Винсе Фолкнере, Джуд и Джейми Бреке. Дверь, чуть приоткрытая, вдруг распахнулась настежь, явив Боба Макьюэна. Шеф был одет в короткий плащ, а в руке нёс портфель.

— Ты в порядке, Фокси? — добродушно поинтересовался он и остановился рядом, широко — чуть ли не на метр — расставив ноги.

— В полном.

— Слыхал про твоего деверя… если надо, бери отпуск по семейным обстоятельствам.

— Никакая он не семья, — возразил Фокс. — Просто очередной бойфренд сестры.

— Ясно…

— Придётся теперь какое-то время присматривать за ней… по мере возможности. — Едва слетев с губ, эти слова напомнили ему об отце. Нужно было ещё сообщить обо всём Митчу.

— А как насчёт Глотки? — начал Макьюэн. — Будешь продолжать работать с ними?

— По-вашему, это правильно?

— Трэйнор считает, что да. Я только что от него.

Адам Трэйнор — заместитель главного констебля.

— Значит, так тому и быть, — подытожил Фокс, оставляя ручку в покое.


После работы он поехал в Лаудер-лодж. На входе ему сообщили, что его отец в комнате миссис Сандерсон. Остановившись перед её дверью, Малькольм прислушался. Ни звука. Он постучал. Спустя мгновение женский голос пригласил его войти. Митч и миссис Сандерсон идиллически расположились на двух стульях по обе стороны от камина в глубине комнаты. Камин был бутафорский: за решёткой вместо углей стояла ваза с букетом сухих цветов. Фокс уже бывал здесь раньше — тогда отец впервые познакомил его со своей «новой дамой сердца». Но теперь старик проделал это ещё раз.

— Познакомься, Одри, это мой сын.

Миссис Сандерсон звонко рассмеялась:

— Я знаю, Митч. Мы с Малькольмом уже встречались.

Отец нахмурился, пытаясь вспомнить. Фокс наклонился к миссис Сандерсон и поцеловал её в щёку, вдохнув лёгкий запах талька. Кожа на её лице напоминала пергамент, да и на руках тоже. Наверное, она и прежде была худой, но сейчас контуры её лица в точности повторяли череп. И тем не менее, это была красивая женщина.

— Вам уже лучше? — спросил Фокс.

— Намного лучше, мой дорогой. — Миссис Сандерсон похлопала его по руке, прежде чем отпустить её.

— Второй визит за несколько дней. Наверное, я должен чувствовать себя польщённым, — заявил отец. — А что твоя сестрёнка — она, случаем, не собирается заглянуть?

Кроме кровати, сесть было некуда, и Фокс остался стоять. Ему показалось, что он как башня возвышается над двумя сидящими фигурами. Миссис Сандерсон расправляла складки клетчатого шотландского пледа у себя на коленях.

— У Джуд плохие новости, пап, — сказал Фокс.

— Что?

— Насчёт Винса. Его убили.

Миссис Сандерсон уставилась на него с открытым ртом.

— Убили? — эхом повторил Митч.

— Хотите, я вас… — начала миссис Сандерсон, делая попытку подняться со стула.

— Сиди на месте, — распорядился Митч. — Это твоя комната, Одри.

— Похоже, он ввязался в драку, — продолжил Фокс, — и получил по полной программе.

— Не больше, чем он того заслуживал.

— Митч! — возмутилась миссис Сандерсон. И, обращаясь к Фоксу: — Как Джуд перенесла это, Малькольм?

— Она держится.

— Ей сейчас очень нужны ваши забота и помощь — всё, что только возможно, — сказала она и повернулась к Митчу. — Тебе надо бы съездить к ней.

— Зачем? Какой в этом толк?

— Так она поймёт, что тебе не всё равно. Малькольм отвезёт тебя. — Она посмотрела на Фокса, ища поддержки. Тот изобразил нечто среднее между согласием и недоумением. Её голос стал мягче. — Малькольм отвезёт тебя, — утвердительно повторила она, наклоняясь вперёд и протягивая руку. Мгновение спустя Митч повторил её движение. Их пальцы встретились и переплелись.

— Да, но только не сейчас, — спохватился Фокс, вспомнив про гипс. — Она пока не готова принимать гостей… почти не встаёт с постели.

— Тогда завтра, — постановила миссис Сандерсон.

— Давайте завтра, — сдался Малькольм.

По дороге домой он подумал, не заехать ли к Джуд, но решил вместо этого позвонить ей позже, перед сном. Как выяснилось, она дала Элисон Пэттифер телефоны двух своих самых близких подруг, и соседка пообещала Фоксу, что свяжется с ними, чтобы они по очереди навещали Джуд.

— Одна она не останется, — напоследок заверила его Элисон.

Ещё он вспомнил об Энни Инглис. Как там она сказала своему сыну — явиться домой в семь часов? Сейчас было как раз семь. Фокс помнил её адрес из базы данных. Через десять-пятнадцать минут он мог бы быть у её двери, только вот зачем? Любопытно, конечно, взглянуть на парнишку. Он представил, каково было ей, школьнице, выложить своему отцу-фермеру такую новость. Родители пришли в ярость… но всё равно помогали. Естественно, так и должно быть. В этом и состоит смысл семьи — сплочённость, поддержка, защита…

Но Дункана нет в твоём досье, Энни…

Остановившись у следующего светофора, он принялся задумчиво изучать выставленную в окне заведения лицензию на продажу спиртного. Интересно, эти подруги Джуд — тоже любительницы выпить? С чем они заявятся к ней — с полными сумками бутылок и кипами заезженных историй и воспоминаний?

— А тебе, Фокси, — чаю, — сказал он себе, когда вереница машин перед светофором медленно тронулась с места.

Почта, ожидающая его на коврике в прихожей, была отнюдь не сенсационной: счета, всякий мусор и банковский отчёт. По крайней мере, Королевский банк Шотландии ещё держится на плаву. Конверт отчёта был пуст — никакого письма с раболепными извинениями перед клиентами. Нужно будет заплатить за Лаудер-лодж. Остальные счета — вроде только за бензин и еду. Фокс заглянул в холодильник, ища, чего бы перекусить на скорую руку. Разочаровавшись, он отправился к буфету и вернулся с двумя баночками — чили и халапеньо. На кухонном столе уже стояла миска с длиннозёрным рисом. Фокс перенастроил радиоприёмник с привычного Classic FM на свою недавнюю находку. Станция называлась Birdsong[16] и абсолютно соответствовала своему названию. Достав из холодильника бутылку яблочной газировки, Фокс устроился за столом. Он устало провёл рукой по лицу, неторопливо растёр виски и переносицу. Внезапно подумалось: кто будет платить за дом престарелых, когда настанет его черёд там оказаться? Он надеялся, что в этом последнем приюте ему встретится кто-то, похожий на миссис Сандерсон. Когда еда была готова, он отнёс её в гостиную и включил телевизор. С кухни всё ещё раздавалось птичье щебетанье. Иногда он оставлял его на всю ночь. Щёлкая пультом, Фокс нашёл автомобильный канал. Повторы, конечно, но смотреть можно: «Пятая передача», «Жми на всю», потом ещё одна «Жми на всю»…

— Долго ещё я протяну в таком темпе?

Телефон он положил на кухне, поставив на подзарядку. Когда раздался звонок, решил не брать трубку. Ещё ложка риса и подъём со скрипом: поднос пришлось поставить на пол. Телефон замолчал прежде, чем Малькольм добрался до него. На экране светились два пропущенных вызова: «ТК» — значит, Тони Кай. Фокс отсоединил мобильный от зарядного устройства, набрал номер и плюхнулся обратно на диван.

— Ты где? — с ходу спросил Кай.

— Я сегодня не в тусовочном настроении, — предупредил Фокс. В трубке слышался шум на заднем плане. Наверняка «Минтерс» или что-то в этом духе.

— А по-моему, в самом что ни на есть, — возразил Кай. — У нас проблемы. Через сколько ты будешь?

— Какие ещё проблемы?

— Твой приятель Брек жаждет общения.

— Скажи ему, чтобы позвонил мне.

— Я бы с удовольствием. Только ему нужен не ты, а я.

Фокс воткнул вилку в чили, но после этих слов там она и осталась.

— В каком смысле?

— Вот приезжай и разберись, Фокси. Брек будет здесь к концу часа.

Фокс отнял телефон от уха и взглянул на часы. Семнадцать минут.

— Буду через двадцать, — сказал он, поднимаясь с дивана и выключив телевизор. — Что ему от тебя нужно?

— Ему не терпится узнать, зачем я пробивал Винса Фолкнера по базе НКП.

Фокс выругался про себя.

— Двадцать, — повторил он, хватая пальто и ключи от машины. — Без меня ничего ему не говори. «Минтерс»?

— Так точно.

Повторно выругавшись, Фокс дал отбой и, хлопнув дверью, ринулся на улицу.

За барной стойкой сидели те же самые два посетителя и обсуждали с хозяином какой-то вопрос — видимо, из очередной телевикторины. Джейми Брек узнал Фокса и приветливо кивнул ему. Он сидел за любимым столиком Тони Кая. Сам Кай, с видом суровым и непроницаемым, расположился напротив.

— Заказать вам что-нибудь? — осведомился Брек. Фокс помотал головой и сел. Он заметил, что у Кая в стакане томатный сок, а у Брека — полпинты апельсинового лимонада.

— Как ваша сестра?

Фокс только кивнул и пожал плечами.

— Давайте ближе к делу.

Брек внимательно посмотрел на него.

— Я надеюсь, вы понимаете, — начал он, — что этот разговор — своего рода поблажка с моей стороны.

— Поблажка? — недоверчиво переспросил Тони.

— Ну или предупреждение. Давайте начистоту, сержант Кай. Мы же не полные идиоты. Первая задача следователя — это всесторонняя проверка. НКП содержит архив поисков. Так мы вышли на вашего приятеля в Халле.

— Да уж, хорош приятель, — пробормотал Кай, складывая руки на груди.

— Не спешите с выводами. Он выдал вас весьма неохотно — я понимаю, это слабое утешение, но всё же. Пришлось привлечь его начальника — применить, так сказать, жёсткие меры.

— Каковы результаты вскрытия? — прервал его Фокс.

Брек обернулся к нему.

— Травмы, нанесённые тупым предметом, внутренние повреждения… Можно с уверенностью сказать, что, когда его выбросили, он был уже мёртв.

— И как долго?

— Часов двенадцать-восемнадцать. — Брек помолчал, покручивая свой бокал на подставке. — Поиск по базе был произведён накануне. В тот самый день, когда вы узнали, что ваша сестра сломала руку. Не так ли?

— Да, — подтвердил Фокс.

— После того разговора вы отправились разыскивать Фолкнера?

— Нет.

Брек приподнял бровь, не отрывая взгляда от стоящего перед ним бокала.

— Но этот человек сломал руку вашей сестре — неужели вам не хотелось вызвать его на пару слов?

— Хотелось. Но я не искал его.

— А вы, сержант Кай?

Не успел Кай открыть рот, как Фокс жестом заставил его молчать.

— Сержант Кай здесь ни при чём, — заявил он. — Это я попросил его проверить Фолкнера.

— Зачем?

— Жест отчаяния. Я надеялся, что если бы на него что-то нашлось, это подействовало бы на Джуд отрезвляюще — может, тогда она смогла бы решиться…

— Расстаться с ним?

Фокс кивнул.

— Вы сообщили ей о том, что узнали?

— Не успел — ведь к тому моменту Фолкнер был уже мёртв… так ведь?

Брек не удосужился ответить. Фокс поймал взгляд Тони Кая, посылая ему еле заметный кивок в знак того, что пока всё идёт отлично. Даже если теперь Брек пустит в ход тяжёлую артиллерию, Фокс возьмёт огонь на себя.

— Помните, я спросил вас, не желаете ли вы сообщить мне какие-нибудь сведения об убитом? — Брек в упор смотрел на Малькольма Фокса. — Почему вы не упомянули об этом?

— Даже не знаю. — Фокс смущённо пожал плечами.

— Что вы ещё выяснили?

— Ничего.

— Но вы обнаружили, что у Фолкнера были проблемы с законом?

— С тех пор как он перебрался на север — вроде бы вёл себя прилично.

— Ну, это ничего не значит. Может, он хотел сначала освоиться на новом месте. Давно он переехал сюда?

— Год или полтора назад, — ответил Фокс. Его обоняния коснулся аромат солода: в баре только что разлили две порции свежайшего пива.

— Как он познакомился с вашей сестрой?

— Понятия не имею. Спросите у неё.

— Не премину. — Брек взглянул на часы. — Я говорил, что делаю вам предупреждение, но ваше время подходит к концу.

— Что вы имеете в виду?

Брек сцепился глазами с Фоксом.

— Скажу только одно: ваша главная проблема — это не я, — ответил он.

Все трое повернулись к двери, которая распахнулась так, что едва не слетела с петель. В паб вошёл человек, почти столь же огромный в ширину, как и в высоту. Несмотря на холод снаружи, он был одет всего лишь в спортивную куртку поверх лёгкой рубашки с открытым воротом. Фокс узнал его, разумеется. Это был старший инспектор Уильям Джайлз — «Злобный Билли» Джайлз. Его чёрные волнистые волосы, похоже, не обходились без краски, но никто бы не посмел заикнуться об этом в присутствии их обладателя. Маленькие глазки светились голубоватым льдом.

— Пинту вон того, — заказал Джайлз, подходя к столику. Брек встал, уступая место начальнику, и замешкался в порыве представить их друг другу.

— Я знаю, кто это, — прорычал ему Джайлз через плечо, — они меня три часа мурыжили на допросе — три чёртовых часа моей жизни, которых уже не вернуть.

— Глен Хитон не заслуживал такого упорства, — заметил Фокс.

— Смешивайте людей с грязью, сколько хотите, — процедил Джайлз, — но с некоторыми этот номер не проходит, и Глен Хитон — не из тех, кто будет стелиться перед вами.

Стул, на котором прежде сидел Брек, со скрипом принял вес старшего инспектора. Взгляд ледяных глаз перебегал с Тони Кая на Малькольма Фокса и обратно.

— Но теперь вы — мои, — заключил он с садистским удовлетворением.

Билли Джайлз был главой всего торфиченского департамента, а не просто боссом Брека — и Хитона, кстати, тоже. Кроме того, он был закадычным другом Хитона. Фокс вспомнил трёхчасовой допрос, о котором упомянул Джайлз. И обо всех препонах, которые этот человек чинил по ходу расследования.

— Теперь вы — мои, — повторил Джайлз чуть менее свирепо. Малькольм Фокс поймал взгляд Брека от барной стойки. Ваша главная проблема — это не я… Фокс снова еле заметно кивнул Тони Каю. Потом повернулся к Джайлзу.

— Пока ещё не совсем, — сказал он, чётко выговаривая каждое слово. И решительно поднялся на ноги, подав Каю знак сделать то же самое. — Если мы вам понадобимся — вы знаете, где нас найти.

— А по-моему, сейчас вполне подходящий момент.

Но Фокс покачал головой и стал застёгивать пальто.

— Вы знаете, где нас найти, — повторил он, — только предупреждайте заранее. У нас сейчас много работы.

— Да вы — просто слизняки.

Даже стоя Фокс был не намного выше сидящего Джайлза. Но, несмотря на это, он наклонился вперёд и проговорил:

— Мы — не слизняки. Как вы сами только что сказали, мы — те, кто накрыл вашего приятеля Хитона. В последний раз, когда я его видел, он был всё ещё под следствием.

Выпрямившись, он развернулся и вышел на улицу. Через несколько секунд к нему присоединился Тони Кай. Завязывая на ходу свой шотландский клетчатый шарф, он спросил:

— И какого чёрта нам теперь делать?

— Не надо ничего делать. Пускай всё идёт своим чередом.

— По крайней мере, предупредим Макьюэна.

Фокс кивнул в знак согласия.

— Джайлз вызовет нас на допрос в Торфичен. Будем придерживаться моей версии. Максимум — я получу выговор. Но не думаю, что до этого дойдёт.

Поразмыслив над его словами, Кай медленно покачал головой.

— Джайлз на этом не остановится. Он уверен, что настал час расплаты.

— Всё, что он получит, — немного мелочи, Тони. Кай снова задумался.

— Ох уж мне этот ублюдок в Халле!

— Мы сами виноваты. Следовало быть поосторожнее. Ты же знаешь, что все оставляют следы, даже в компьютере.

Кай презрительно шмыгнул носом.

— Ну и что с того?

Фокс пожал плечами.

— Подбросить тебя? А то я что-то не вижу твоего «ниссана».

— Сегодня я припарковался по всем правилам. Для разнообразия. За две улицы отсюда.

— Испугался, что Торфичен пришьёт тебе ещё и это?

Кай покачал головой:

— Как тебе удаётся сохранять спокойствие, Фокси?

— Просто не выдумываю всяких ужасов — а вдруг то, а вдруг се… Я же сказал — чему быть, того не миновать.

Кай посмотрел на дверь «Минтерса».

— Надо бы убраться отсюда, пока он не вышел.

— Он ещё будет пить свою пинту пива — и, возможно, не единственную. Кстати, что ты думаешь о Джейми Бреке?

Кай за словом в карман не полез:

— Неплохой парень — по крайней мере, на первый взгляд.

Фокс кивнул, соглашаясь. Вот именно — на первый взгляд

Среда, 11 февраля 2009

6

В среду утром Фокс чистил зубы, когда вдруг раздался звонок домашнего телефона. Аппарат на втором этаже был почти разряжен, а до гостиной было слишком далеко идти — вряд ли на том конце провода стали бы столько ждать. Поэтому Малькольм остался на месте. Сегодня он проснулся рано, в голове со вчерашнего вечера вертелись слова Тони Кая: «Неплохой парень — по крайней мере, на первый взгляд». Кай имел в виду, что Брек способен помочь тому, кто попал в трудную ситуацию. Но это не значило, что он не способен на другие вещи… Прополоскав рот, Малькольм вытирался полотенцем, когда до него донеслось пиликанье мобильного. Тот лежал на комоде в спальне, и Фокс двинулся туда, бросив полотенце на только что застеленную кровать.

— Фокс, — представился он, взяв трубку.

— Мистер Фокс, это Элисон Пэттифер, — произнёс взволнованный голос.

У Фокса всё внутри сжалось.

— У Джуд всё в порядке?

— Они её забрали, мистер Фокс.

— Кто? — Можно было и не спрашивать, он и так знал.

— Полиция. Они сказали — из третьего подразделения.

Значит, Торфичен. Фокс взглянул на часы — полседьмого.

— Это обычная процедура, — начал было объяснять Малькольм.

— Да, они так и сказали — ничего особенного. Но всё равно я подумала, что нужно сообщить вам.

— Спасибо, вы так добры.

— Как вы считаете, моё присутствие необходимо? — Он не сразу понял, о чём говорит соседка: неужели она тоже собралась ехать в Торфичен? — Ну, чтобы присматривать за ними.

Фокс отнял телефон от уха и взглянул на дисплей: она звонила из дома Джуд.

— Они что, всё ещё там? — спросил он.

— Кое-кто — да.

— У них что, ордер на обыск?

— Наверное. Джуд подписала какую-то бумагу, — подтвердила соседка.

— Где вы сейчас находитесь, миссис Пэттифер?

— Внизу, на лестнице. — Он услышал, как она извинилась — видимо, кто-то задел её, проходя мимо. Тяжёлые шаги застучали вверх по ступенькам. — Они не очень-то рады, что я здесь торчу.

— А где подруги Джуд — те, что обещали побыть с ней?

— Джойс ночевала здесь, но ей к шести тридцати надо было на работу. А полиция приехала сразу после этого, так что я оделась и…

— Благодарю за беспокойство, миссис Пэттифер. Думаю, вы можете идти домой.

— Тут ещё вчера парочка репортёров приходила — но я дала им от ворот поворот.

— И за это — отдельное спасибо.

— Ну ладно, пойду я тогда, раз вы считаете, что так лучше.

Фокс закончил разговор, достал с полки свежую рубашку и решил, что вчерашний галстук не годится. На полпути вниз по лестнице его вновь застиг звонок домашнего телефона.

— Фокс.

— Это Макьюэн.

— Доброе утро, сэр.

— У тебя странный голос. Что-то случилось?

— Да нет, просто собираюсь, выхожу из дома…

— Значит, сможешь быть здесь через полчасика?

— Честно говоря, я собирался кое-куда заехать по пути…

— Не советую, Малькольм.

— Сэр?

— Торфичен сообщил мне, что у тебя проблемы. Они звонили полчаса назад. Из-за этого вашего фокуса с НКП мы вляпались в порядочное дерьмо, и надо постараться как можно аккуратнее из него выбраться.

— Я хотел сказать вам, сэр… — Фокс замялся. — Они забрали мою сестру на допрос. И… кто-то должен быть с ней рядом.

— Не ты, Малькольм. Ты мне нужен здесь.

— Да, сэр, но они знают, что Джуд — моя сестра. И им очень не нравится, как я обошёлся с их приятелем Хитоном…

— Я знаю ребят из Торфичена, Малькольм. И прослежу, чтобы всё было чисто.

— Хорошо, сэр.

— Всё, у тебя есть полчаса. Ты, я и Тони Кай — сообразим на троих с утра пораньше.

Телефон в руке у Фокса замолчал.

Но поездка заняла больше получаса. Дежурное оправдание — пробки из-за ремонта трамвайных путей. Всегда срабатывает. На самом деле Фокс направился в Сотонхолл, к дому Джуд. Входная дверь была открыта. У обочины возле «места преступления» стоял полицейский фургон. Видимо, кто-то уже сбегал в магазинчик на углу: в кабине хрустели чипсами с печеньем и запивали чем-то из пластиковых стаканчиков. Фокс увидел двоих копов в штатском. Лица казались смутно знакомыми — по визитам в Торфичен. Однако ни Билли Джайлза, ни Джейми Брека. Из окна напротив, скрестив руки на груди, наблюдала соседка. Фокс не стал глушить мотор, понимая, что внутрь заходить смысла нет. За ним образовалась небольшая пробка. В конце концов, он включил поворотник, чтобы отъехать, и машины тут же затормозили, пропуская его. Водители вдруг стали удивительно вежливы — в угоду своему любопытству.


— Там повсюду мои отпечатки, — сообщил Фокс Макьюэну. Они были не у себя в кабинете. Шеф выбрал для разговора пустую комнату для совещаний с овальным столом посередине, вокруг которого стояли восемь или девять стульев. Имелась даже пластиковая трёхногая доска, по которой пишут маркерами. На ней кто-то нацарапал: «ПРОЗРАЧНОСТЬ НАДЁЖНОСТЬ ГИБКОСТЬ».

Тони Кай выбрал себе единственный стул на колёсиках и теперь катался на нём туда-сюда вдоль края стола.

— Это меня раздражает, — предупредил Макьюэн.

— Как быть со Злобным Билли? — спросил Кай, невозмутимо продолжая свои упражнения.

— Для тебя он — старший инспектор Джайлз, сержант Кай. И мы позволим ему сделать его работу. — Макьюэн повернулся к Фоксу. — Правильно я говорю, Малькольм?

Фокс кивнул:

— У нас нет выбора. К тому же они почувствуют себя отмщёнными, дав нам пинка под зад.

Макьюэн вздохнул.

— Сколько раз можно повторять одно и то же? ОПК должен быть выше всех этих склок.

— Как я уже говорил, сэр, проверить Фолкнера по базе была моя идея.

Макьюэн кинул на него быстрый взгляд.

— Полная чушь, и ты это знаешь не хуже меня. Тони сам скажет, чьё имя нам указать в протоколе, верно, сержант?

— Да, сэр, — признался Кай.

— Но вчера вечером мы сообщили Джайлзу совсем другое, — предупредил Фокс.

— Тогда этого и придерживайтесь. Если он найдёт одну дырку в ваших показаниях, то начнёт искать и другие… — Боб сделал многозначительную паузу. — А кстати, есть ли они?

— Нет, сэр! — хором сказали оба.

На мгновение Макьюэн задумался.

— Билли Джайлз — просто напыщенный индюк. Копни чуть глубже — и бояться будет нечего. Но, — он поднял указательный палец, — это не значит, что его можно недооценивать.

Малькольм Фокс достал платок и высморкался.

— Они считают дом Джуд местом преступления?

— Возможным местом преступления.

— Они ничего не найдут.

— Кажется, ты только что сказал, что они найдут там твои отпечатки.

— Я был там в понедельник, а потом ещё раз — вчера.

— Лучше скажи им об этом. И как можно скорее.

Фокс задумчиво кивнул. Внимание Макьюэна переключилось на Кая.

— Богом клянусь, Тони, если ты сейчас же не перестанешь ездить на этом чёртовом стуле…

Кай так резко вскочил на ноги, что стул буквально отлетел назад, к трёхногой доске. Смутившись, он быстро подошёл к окну и принялся изучать машины на стоянке.

— Что-то тут нечисто, — пробормотал он, качая головой, — Фокси берёт на мушку Джейми Брека, и тут оказывается, что третье подразделение уже обнюхивает наши задницы. Что, если Злобный Билли решил, что потерял достаточно гнилых яблок за один сезон?

— И что он сделал, по-твоему? — возразил Макьюэн. — Убил человека? Ты это серьёзно?

— Я же не говорю, что он… — Кай не смог закончить фразу, и она перешла в невразумительное мычание.

— Мне нужно будет явиться к ним на допрос? — спокойно спросил Фокс.

— Они тебя уже ждут не дождутся.

— И когда?

— Как только мы тут закончим, — сказал Макьюэн.

Фокс уставился на него:

— И что?

— А то, что вы — парочка идиотов! Никому не разрешается пользоваться НКП без серьёзной причины!

— Но у нас как раз была такая причина! — с напором возразил Кай.

— Причина личного характера, Тони, а это совсем другое дело.

— Он был уличён в домашнем насилии, — не унимался Кай. — И мы хотели найти доказательства уголовного прошлого…

— Расскажи это своей бабушке, — с усталой улыбкой посоветовал шеф.

— Сэр? — вмешался Фокс, ожидая дальнейших указаний.

— Свободны! — распорядился Боб Макьюэн.


— С моей сестрой всё в порядке?

— Хотите её увидеть? — с лёгкой издёвкой спросил Джайлз. Он был одет так же, как и вчера вечером. Плюс галстук. Воротник рубашки не вмещал его шею, и в проёме галстучного узла виднелась расстёгнутая пуговица.

— Где она сейчас?

— Здесь, недалеко.

Они сидели в одной из многочисленных торфиченских комнат для допроса. Обстановка вокруг напоминала Тринадцатый квартал:[17] ветхий райончик — сплошные пустыри и дорожные работы. Туристы никогда не забредали сюда — к востоку от Принсес-стрит и Лотиан-роуд. По узкой дороге с односторонним движением тащились автобусы, такси и грузовики, но и ходить здесь пешком было делом неблагодарным. Внутри здания витал застарелый запах плесени и отчаяния. Комната носила следы боевого прошлого — исцарапанные стены, обглоданный стол, дверь, сплошь покрытая рисунками и надписями.

Сначала Фоксу довольно долго пришлось ждать в вестибюле, под любопытными взглядами офицеров в штатском и констеблей в униформе. Когда Джайлз наконец-то появился и повёл его на допрос, из-за приоткрытых дверей офисов им вслед летели шёпот и тихая брань.

— Значит, она в порядке? — переспросил Фокс. Впервые после того, как они вошли в комнату, Джайлз посмотрел ему в глаза.

— Пытать её мы ещё не начинали, если вы об этом. Чай с бисквитами и женщина-офицер для компании — так обстояли дела в последний раз, когда я заглядывал. — Джайлз наклонился вперёд, поставив локти на стол. — Дело дрянь, — сообщил он.

Фокс ограничился кивком.

— Когда вы в последний раз видели мистера Фолкнера?

— До Рождества — кажется, в ноябре.

— Вы с ним не очень-то ладили, так ведь?

— Да.

— Трудно вас в этом упрекнуть. Вы знали, что он использует вашу сестру в качестве боксёрской груши?

Фокс молча смотрел на него.

— Знаете ли, если бы такое происходило в моей семье, я бы устроил этому ублюдку весёлую жизнь.

— Я говорил с ней. Она сказала, что это был несчастный случай.

— Только не врите, что поверили. — Джайлз снова откинулся назад, засовывая руки в карманы пиджака. — Так как же вышло, что вы с ним не повстречались?

— Я не успел.

— Или струсил. — Джайлз позволил обвинению повиснуть в воздухе между ними. Не дождавшись реакции Фокса, он ощерился, обнажив зубы. — Рука была сломана в субботу, верно?

— Так она говорит.

— А когда об этом узнали вы?

Внезапно из коридора донёсся шум. Судя по всему, какой-то молодой человек яростно протестовал, когда его вели то ли в камеру, то ли из неё.

— Моллисон, наверное, — объяснил Джайлз, — ссыкун-истеричка, из тех, что работают в одиночку. Сразу после вас займусь им.

— Он как-то связан с?..

Джайлз покачал головой.

— Моллисон может взломать машину или дом, но забить человека дубинкой до смерти — это не по его части. Тут нужна ярость. Та, что черпает силы из ненависти.

— Я не видел Фолкнера с ноября.

— Но вы знали об этом?

— О чём?

— Что он избивал жену.

— Джуд не была его женой.

— И всё-таки? — Маленькие глазки на массивном лице Джайлза буквально сверлили Фокса. Сам того не желая, Малькольм начал ёрзать на стуле.

— Я знал, что у них бурные отношения.

Джайлз возмущённо фыркнул.

— Мы здесь не бульварные романы пишем, чёрт подери!

— Джуд всякий раз говорила, что сама тоже в долгу не осталась.

— Не очень-то складно у вас выходит, инспектор. Сдаётся мне, вы не могли ему и слова сказать поперёк. Вы никогда не делали этому Фолкнеру… так сказать, внушения?

— На этот раз — сделал бы. Но не успел.

— Тогда вернёмся к моему вопросу — когда вы узнали о сломанной руке?

— В понедельник после обеда. Мне позвонила соседка.

Джайлз медленно кивнул.

— Миссис Пэттифер, — уточнил он. Видимо, они уже успели её допросить… — И после этого вы отправились разыскивать его?

— Нет. — Фокс уставился вниз, на свои руки, сцепленные на коленях.

— Нет? — недоверчиво переспросил Джайлз.

— Да какая разница — всё равно он к тому моменту был уже мёртв, ведь так?

— Бросьте, Фокс. Вы же прекрасно знаете, что точное время смерти установить невозможно. Всегда существует вероятность ошибки — плюс-минус несколько часов…

— Он не вышел на работу в понедельник?

Прежде чем ответить, Джайлз сделал паузу. Видимо, прикидывал, что можно сообщить Фоксу, а о чём лучше умолчать. Наконец он покачал головой.

— Тогда где он был? Неужели никто не видел его с субботнего вечера?

— Его видел убийца.

— Но вы же не думаете, что это Джуд!

Джайлз скривил губы и, вынув руки из карманов, сцепил их на затылке. Ткань рубашки натянулась, и в проёмах между пуговицами забелело исподнее.

В комнате было жарко. Скорее всего, они нарочно поддерживали здесь такую температуру — чтобы подозреваемые не расслаблялись. Фокс запарился, кожа на голове зудела от выступившего пота. Но он не мог позволить себе вытереться или почесаться — Джайлз расценил бы это как проявление слабости.

— Я видел Фолкнера на вскрытии, — произнёс следователь, — над ним здорово поработали. Вряд ли это под силу однорукой спиртуозной девушке весом едва ли в пятьдесят кило. — Джайлз помедлил, ожидая реакции. — Но, возможно, у неё был помощник.

— В доме вы ничего не найдёте.

Где-то снаружи хлопнула дверь. С улицы нёсся шум работающего вхолостую мотора — видимо, там стоял под парами грузовик или автобус, отчего замёрзшее стекло гулко вибрировало в оконной раме.

— Мы нашли там все признаки беспорядочного образа жизни, — продолжил Джайлз, — несмотря на то, что кто-то пытался там прибраться.

— Наверное, соседка: она очень добрая женщина.

— Я не утверждаю, что этот человек хотел замести следы, — с холодной улыбкой ответил Джайлз. — Кстати, как там у вас продвигается дело Глена Хитона?

— Думал, вы никогда не спросите.

— Он-то теперь как сыр в масле катается — сидит себе дома на полном пайке, а мы каждое утро мёрзнем и обдираем лёд с ветровых стёкол… — Мясистые пальцы упёрлись в стол, а сам Джайлз навис над ним. — Но в итоге его всё равно оправдают, не так ли, инспектор?

— Я отпускаю Хитона, а вы за это оставляете в покое мою сестру?

Джайлз попытался изобразить фальшивое возмущение.

— Я ничего подобного не говорил. Но согласитесь, трудно не усмотреть в этом… как бы сказать… руку судьбы? Вам это не кажется забавным?

— Убит человек, если вы не забыли.

— Я помню, инспектор, не беспокойтесь. Мои люди подробнейшим образом изучат всю жизнь Фолкнера. Вашей сестре предстоит ответить на много вопросов. Дело вызывает общественный интерес, так что в скором времени она, вероятно, перестанет отвечать на телефонные звонки и открывать дверь…

— Смотрите не переусердствуйте, — тихо произнёс Фокс.

— Или — что? Вы подадите жалобу? — осклабившись, спросил Джайлз. — Это уж точно будет вишенкой на торте.

— Мы закончили? — Фокс поднялся со стула.

— На данный момент да — до тех пор, пока вы не захотите что-нибудь сообщить мне.

Фокс подумал сразу о нескольких вещах, но в итоге просто покачал головой.

Очутившись на воле, он заглянул в несколько соседних комнат. Ни в одной из них Джуд не оказалось. В дальнем конце коридора была дверь, ведущая в тесный вестибюль и дальше — во внешний мир. Едва вынырнув наружу, Малькольм увидел знакомое лицо.

— Прогуляемся? — предложил Джейми Брек, прерывая разговор по мобильному.

— У меня здесь машина. — Фокс кивнул в сторону.

— Вернётесь за ней чуть позже. — Брек сделал приглашающий жест и медленно двинулся под уклон, в сторону трассы. — Как прошла беседа с Джайлзом?

— Угадайте с трёх раз.

Брек сочувственно кивнул.

— Я просто решил, что вам будет интересно узнать, как идёт следствие.

— Это ваш обычный метод — сначала Джайлз устраивает мне взбучку, а потом за дело берётесь вы, в роли «хорошего» копа?

— Он убьёт меня, если узнает, что я говорил с вами, — серьёзно возразил Брек, оглядываясь через плечо. Они свернули на Моррисон-стрит.

— Тогда зачем вы это делаете?

— Я не люблю политику: у вас — свои дела, у нас — свои.

Брек бодро шагал вперёд. У него была молодецкая походка — человека целеустремлённого и сильного, уверенного в своём будущем. Стараясь не отставать, Фокс ощущал холодок под волосами — там, где недавно выступил пот.

— А моя сестра? Где она сейчас? — спросил он.

— Думаю, на пути домой.

— Кстати, не для протокола: какого вы мнения о Глене Хитоне?

Брек наморщил лоб.

— Я понимал, что он, как бы это сказать… срезает углы.

— Он ездил по всем тротуарам, где только мог.

— Но таков был его стиль — и довольно эффективный, кстати.

— Кажется, ваш босс пытался заключить со мной сделку.

— Сделку? Какую?

— Хитон в обмен на мою сестру. — Брек слегка присвистнул. — Но так как Джуд ни в чём не виновата…

— То вы отказались? — предположил Брек.

— Вас не удивляет его предложение, верно?

Брек пожал плечами.

— Скорее меня удивляет, что вы рассказываете об этом мне.

— Если Хитона осудят, в отделе освободится место инспектора.

— Ну и что?

— Вы не ищете выгоду?

— Конечно ищу — кто ж не ищет. А вы сами?

— Не особенно.

Несколько шагов оба молчали.

— И всё-таки — чего вам наговорил Злобный Билли? К чему он клонит? — снова спросил Брек.

— Для него это дело — возможность отомстить мне. Билли заранее празднует победу… независимо от того, на верном он пути или нет.

Брек понимающе кивал.

— Он говорил вам про видеокамеры?

Фокс внимательно посмотрел на своего молодого собеседника:

— Какие видеокамеры?

— Я так и знал. — Брек глубоко вздохнул. — В Горджи есть один паб… Фолкнер был не то чтобы его завсегдатаем, но иногда заглядывал. У них есть система видеонаблюдения — внутри и снаружи.

— Продолжайте.

Брек запнулся и повернулся к Фоксу, недоверчиво глядя ему в глаза.

— Я не уверен, что вправе сообщать вам эту информацию.

— Как называется паб?

— «Марун». Знаете такой? — Брек смотрел, как старший офицер качает головой. — Он всего год как открылся, или около того.

— Винса Фолкнера обнаружили на записи? — спросил Фокс.

— В субботу вечером. Он повздорил с фанатами регби — парнями из Уэльса. Слово за слово, и вся компания переместилась на улицу…

— Была драка?

Брек покачал головой.

— На плёнке видно, что он толкнул одного, а в ответ получил по черепу. Трое против одного… Фолкнер прикинул шансы и счёл за лучшее смыться поскорее, обматерив их на прощание на чём свет стоит…

— Они не преследовали его?

— Нет, но он мог наткнуться на них позже.

— Верно… — Фокс погрузился в раздумья.

— По словам вашей сестры, у него нет никаких родственников на юге. Это правда?

Фокс пожал плечами:

— Ей лучше знать. — Он помедлил. — Но вы ведь понимаете, что она здесь ни при чём?

Брек тихонько кивнул.

— Всё равно… таковы правила игры.

— Теперь ваши весь дом перероют?

— Я просил ребят не перегибать палку.

— Они ничего не найдут.

Двое мужчин снова двинулись вперёд. После поворота налево, на Дювар-плейс, Фокс понял, что их маршрут представляет собой не что иное, как круг. Ещё раз налево, на узкую тропинку вдоль изгороди — и они выйдут обратно к зданию полиции, где стоит его машина.

— Мы с вами почти соседи, — сказал Брек.

Фокс уже открыл рот, но вовремя спохватился и судорожно глотнул. Он чуть было не сболтнул: «Я знаю».

— Неужто? — ответил он наконец.

— Выходит, что так. Я живу в новом районе, за магазином Моррисона.

— Вы женаты?

— Встречаюсь с девушкой.

— Давно?

— Всего два месяца — она пока не переехала ко мне. А вы?

— Был женат, — отозвался Фокс.

— Трудно иметь семью при такой работе, — рассудил Брек.

— Это точно, — согласился Фокс.

Он думал о девушке Брека. Многие извращенцы имеют постоянных партнёров. Для маскировки, так сказать. «Образцовый семейный человек». Лишь малую часть времени они, как правило, отдают своему тайному «я». С другой стороны, есть множество нормальных людей, которые без особой цели блуждают по интернет-сайтам, случайно попадают на страничку, куда и заходить-то не собирались… и задерживаются там — по той или иной причине.

Но у скольких из них дело доходит до кредитной карты?

— И это всё, что вам удалось откопать? «Марун» и валлийские фанаты регби?

— Пока да.

— А как насчёт воскресенья или понедельника?

— Мы только начали, инспектор.

Фокс понимающе кивнул и спросил:

— А где он работал?

— Вы что, не знаете?

— Ну, я в курсе, что он был разнорабочим.

— У него был краткосрочный контракт с Саламандер-пойнт.

— Разве они не обанкротились?

— Не совсем.

Они приближались к концу Дювар-плейс-лейн. Брек тронул плечо Фокса:

— Здесь нам лучше разойтись, инспектор.

Фокс понимающе кивнул:

— Спасибо за информацию.

Брек с улыбкой пожал ему руку.

7

Из машины Фокс позвонил в Лаудер-лодж. На том конце предложили позвать отца к телефону, но он только попросил передать ему, что сегодняшняя поездка к Джуд отменяется. В другой раз. Может быть, завтра. «Марун» был на полпути между Торфичен-плейс и Сотонхоллом, в переулке неподалёку от стадиона Харт-оф-Мидлотиан. Не выходя из машины, Фокс провёл беглую разведку. Кирпичное одноэтажное здание, построенное, скорее всего, годах в семидесятых. Раньше, похоже, это было что-то затрапезное — гараж или времянка. Со всех сторон паб окружали четырёхэтажные жилые дома. Меловая доска слева от входа сулила весёлые ночи, караоке и горячие блюда. Скидки на спиртное — две порции по цене одной. Пресловутая видеокамера была подвешена высоко на стене и защищена стальной решёткой. Можно зайти, предъявить удостоверение и посмотреть запись, но зачем? А если слух о его визите достигнет ушей Билли Джайлза… Лучше об этом не думать. Фокс развернулся в три приёма и выехал на шоссе, ведущее в Сотонхолл.

Дверь ему открыла незнакомка. Он представился как брат Джуд.

— Сандра, — ответила она, — Сандра Хендри. Она была примерно того же возраста, что и Джуд, с тёмными усталыми глазами и пигментными пятнами на лице. Одежда — джинсы, нарочито покрытые заплатками и прорезями, и открывающий живот топ, явно рассчитанный на персону вдвое младше и килограммов на двадцать меньше весом. Её волосы, с виду напоминающие сахарную вату, темнели у корней. В ушах болтались золотые серьги-обручи. Нос и язык были проколоты, из них торчали металлические гвоздики.

— Джуд у себя в комнате, — сообщила она, приглашая его войти. — Хотите подняться к ней?

— Чуть позже.

Они прошли в гостиную. Здесь было относительно чисто.

Женщина, назвавшаяся Сандрой, опустилась в кресло и закинула ногу на ногу. Телевизор работал, но звук был на минимуме. На экране смуглый мужчина школил строптивого пса.

— Люблю эту передачу, — пояснила Сандра. Фокс заметил, что одну из её коленок украшает татуировка в виде скорпиона.

— Как она? — спросил Фокс, начиная неторопливый обход по комнате.

— Только что из гестапо… — Тут она осеклась и уставилась на него. Видимо, вспомнила, чем брат Джуд зарабатывает себе на жизнь.

— Я слыхал и похуже, — успокоил он её.

— Она была совсем никакая. Ну да ничего — отдохнёт, поспит, и всё будет в порядке.

Фокс кивнул в знак согласия. Он нажал на педаль мусорного ведра. Крышка открылась, обнаружив отсутствие пакета внутри. Судебные эксперты в штабе Хоуденхолла, должно быть, сейчас заняты изучением его содержимого.

— Спасибо, что присматриваете за ней.

Сандра пожала плечами.

— Мне всё равно на работу только к четырём.

— Где вы работаете?

— В «Асде»[18] на Чессер-авеню. — Она протянула ему пластинку жвачки, но он отрицательно покачал головой.

Пустые бутылки и банки исчезли. Пепельницы были вымыты до блеска. На барной стойке вместо прежней кучи мусора стояла только пара пустых кружек да коробка из-под пиццы.

— Вы были знакомы с Винсом? — спросил Фокс.

— Да, мы часто гуляли вчетвером.

— Четвёртым был ваш парень?

— Они с Винсом работают вместе, — она запнулась, перестав жевать, — в смысле, работали.

— На стройке?

— Да. Он бригадир — в смысле, начальник Винса.

— Это ваш парень нанял его на работу?

Она пожала плечами:

— Он мне не парень, а муж. Мы уже шестнадцать лет женаты. За убийство столько не дают, как говорит Ронни.

— Возможно, он прав. Значит, вы и Ронни хорошо знали Винса?

— Пожалуй, да.

— Вы бывали в местечке под названием «Марун»?

— В этой жуткой дыре? Только если больше пойти было некуда. Обычно мальчики предпочитали «Гольф-бар». В смысле, погонять в питч-н-патт в Брантсфилд-Линкс.[19]

— Вы с Джуд не участвовали в игре?

— Ужин и несколько партий в рулетку или блек-джек — это мне больше по вкусу.

— В каком казино?

— «Оливер».

— Возле «Оушен Терминал»?[20] — Фокс закончил осматривать комнату и остановился посередине, глядя на свою собеседницу, которая сидела, уставившись в экран телевизора.

— Точно.

— Это недалеко от Саламандер-пойнт.

— Да, можно пешком дойти.

Фокс задумчиво кивнул.

— Каким он был, Сандра?

Услышав своё имя, она посмотрела на него.

— В смысле, Винс? — Она помедлила, прежде чем ответить. — Нормальный парень. Любил повеселиться, когда бывал в настроении.

— То есть иногда он был не в настроении?

— Ну, характер у него был тот ещё — хотя они с Джуд друг друга стоили.

— Он сломал ей руку — как вам это?

— Она говорит, что упала.

— Но вы же понимаете, что это не так.

— Я предпочитаю не лезть в чужие дела. Меньше знаешь — крепче спишь.

Она явно потеряла к нему интерес. Дрессировщик на экране делал впечатляющие успехи.

— Но вы же — её подруга… Вы же могли как-то… — Фокс запнулся, подумав про себя: «А ты — её брат, и что?..» Вместо продолжения он сказал: — Я поднимусь к ней.

Сандра рассеянно кивнула.

— Я бы предложила вам кофе или чаю, но у нас всё закончилось.

Дверь в берлогу Винса была распахнута настежь, и Фокс увидел, что компьютер забрали при обыске. Дверь спальни, где отдыхала Джуд, оказалась приоткрытой. Он постучал и заглянул в комнату. Сестра сидела, окружённая кучей вещей. Встроенный платяной шкаф был наполовину выпотрошен, комод тоже. Их содержимое валялось на кровати: одежда Фолкнера — джинсы и футболки, носки и трусы. Джуд, хлюпая носом, гладила пальцами рубашку с короткими рукавами, лежащую у неё на коленях.

— Его запах всё ещё здесь, — произнесла она. — На подушках, простынях… Он всё ещё со мной.

Она умолкла и посмотрела на брата.

— Знаешь, что они сказали, Малькольм? Что его нельзя похоронить. Им нужно тело. Неизвестно, сколько это продлится — неделю или больше… так они сказали.

Выбрав свободный угол кровати, Фокс молча сел.

— Сандра говорит, надо подать апелляцию и обратиться в какой-то комитет… Но что от него останется после всего этого? — Джуд снова захлюпала носом и уткнулась лицом в своё запястье. — Они задавали мне такие ужасные вопросы. Как будто думают, что это я сделала.

— Нет, ну что ты, они так не думают, — заверил её Фокс, протянув руку и легонько сжав её плечо.

— Тот человек… Джайлз его зовут… так наседал на меня. Он говорил, что Винс был подонком… представляешь, он так и сказал — «подонок»… Что у него были судимости… за насилие. И что меня не осудят, если это была самооборона. Что за бред, Малькольм!

— Джайлз прекрасно знает, что это бред, Джуд.

— Тогда зачем он так говорит?

— Потому что он урод, сестрёнка.

Она мимолётно улыбнулась. Его рука всё ещё покоилась на её плече, но она посмотрела на его ладонь и сказала:

— Больно.

Тут только он сообразил, что держит её за сломанную руку.

— О господи, прости, я забыл.

Ещё улыбка.

— Там был другой следователь — гораздо симпатичнее. Брек, кажется. Да, помнишь, у нас ещё в детстве была такая книжка…

— Точно, «Похищенный», — подтвердил Фокс. — Одного из главных героев звали Алан Брек Стюарт. Ты всё время требовала, чтобы я тебе её читал.

— Да, перед сном, — вспомнила она и кивнула. — Каждый вечер. Наверное, целых две недели подряд. А сейчас — посмотри, что с нами стало…

Джуд повернулась к нему. По её щекам струились слёзы.

— Я любила его, Малькольм.

— Я знаю.

Она уткнулась лицом в рубашку, которую держала в руках.

— Я не смогу без него жить.

— Ты справишься, сестрёнка, верь мне. Тебе раздобыть чего-нибудь?

— Как насчёт машины времени?

— Запросто. Только придётся подождать — её, наверное, долго строить. Сандра сказала, у тебя кончился кофе и чай — давай я схожу, куплю.

Джуд помотала головой:

— Не надо. Она сама принесёт из «Асды» — там скидки для персонала.

— Сандра говорила, что вы вчетвером ходили в казино. Я не знал, что тебе нравится играть.

Она набрала воздуха и шумно выдохнула.

— Да я и не играла. Это они играли, а я ходила туда просто поесть и немного выпить. Там всегда бывало весело. — Джуд помолчала и сменила тему: — Тут всё вверх дном перевернули. Весь дом, все наши вещи… Меня заставили расписаться за то, что они забрали. Видишь… — Она указала на окружавшую её кучу одежды. — Все ящики были открыты, и я тоже решила посмотреть…

Фокс кивнул.

— Если ты уверена, что ничего не нужно, я тебя, наверное, оставлю.

— Митч уже знает?

— Да. Он хотел приехать — я его отговорил.

— Я сама к нему схожу. Так будет проще, да?

— Отвезти тебя? Как насчёт после обеда — в три или в четыре?

— Разве ты не работаешь в это время?

Фокс безразлично пожал плечами.

— Ну давай, — сказала Джуд. Её брат поднялся на ноги. Когда он уже собирался выйти из комнаты, она вдруг вспомнила: — В понедельник, поздно вечером, кто-то приходил к нам домой.

Фокс взялся за ручку двери, но при этих словах остановился.

— И спрашивал Винса, — продолжала Джуд. — Я сказала, что не знаю, где он. Закрыла дверь… и всё.

— Ты когда-нибудь раньше его встречала?

Джуд покачала головой.

— Высокий парень, чёрные волосы. Я потом подошла к окну, но увидела только его спину.

— Он был на машине?

— Возможно.

— Ты сказала Джайлзу?

Она снова помотала головой.

— Я знаю, что совершила глупость, но я была в таком состоянии… Может, ты скажешь ему вместо меня?

— Конечно скажу. И ещё кое-что, Джуд…

— Что?

— У Винса были неприятности? Может, он переживал из-за чего-то, злился?

Она некоторое время обдумывала его слова и наконец ответила:

— Он был просто Винс. Такой, каким он был всегда — и навсегда останется… Подожди минутку, Малькольм.

— Я слушаю.

— Ты знал про его судимость? — Она выжидательно смотрела на него. Он кивнул. — Почему ты мне не сказал?

— Он был уже мёртв, когда я это выяснил.

— Всё равно. Лучше бы я от тебя услышала, чем от этих ужасных людей.

— Да, — согласился Фокс, — прости, сестрёнка. Но ты-то почему об этом не знала?

Настала её очередь смутиться.

— Теперь уже не важно, — сказала она, снова возвращаясь к рубашке своего мёртвого любимого. — Теперь ничто уже не важно.

На Фэттс-авеню его ждало сообщение от сержанта Инглис. Она просила о встрече.

— Сама, лично приходила, — поддразнил Кай. — Фигура у неё вполне…

— Где босс? — перебил Фокс.

— Уже отвалил. Сказал, ему надо составить речь. — Он пожал плечами в ответ на недоумевающий взгляд Фокса. — Какая-то конференция в Глазго.

— «Методы борьбы с прогнозируемым ростом уличных беспорядков», — встрял Джо Нейсмит. — Видимо, из-за сокращения кредитных программ.

Кай чертыхнулся.

— Скоро они пойдут линчевать банкиров.

— А при чём здесь контролёры? — спросил Фокс.

— Если копы будут слишком усердно прессовать митингующих, — пояснил Кай, — то дело коснётся и нас.

Он встал из-за стола и направился к Фоксу.

— Хорошо, что ты выбрался от них цел и невредим. Долго же они тебя мурыжили.

— Злобный Билли Джайлз корчил из себя Торквемаду.

— Ничего удивительного. Как твоя сестра?

— Пока вроде нормально. Я к ней заезжал после Торфичена.

— Удалось что-нибудь узнать?

— Фолкнер устроил потасовку с фанатами регби в субботу вечером.

— Ого!

— Но дело вроде как закончилось ничем.

— Всё равно, хоть что-то… Это последние новости?

Фокс кивнул.

— А Джуд уже допрашивали?

— Да, причём оба — и Джайлз, и Джейми Брек.

— Ну и как? Она им что-нибудь рассказала полезное?

— Вряд ли. — Фокс пощипывал себя за переносицу. Ему вдруг захотелось выдернуть весь этот чёртов насморк наружу, из головы, или сжечь его там, внутри. Потому что в данный момент он ужасно мешал сосредоточиться.

— Ты пойдёшь к красотке?

— Что? — Фокс рассеянно посмотрел на Кая.

— К гламурной кисуле из Глотки. — Кай указал на листок с сообщением. — Хочешь, я сам сбегаю, отнесу ей от тебя записочку?

— Не буду тебя утруждать, — ответил Фокс, поднимаясь на ноги.

Кай пожал плечами и отвернулся.

— Эй, Старбакс, — окликнул он Нейсмита, — сделай-ка кофе…

Фокс одолел короткое расстояние до офиса ГЛОД и нажал на звонок. Там его встретила Энни Инглис собственной персоной. Вначале она лишь чуть-чуть приоткрыла дверь и заглянула в узкую щель, проверяя, кто это. И лишь потом с улыбкой впустила его в кабинет. Констебль Гилкрист кивнул в знак приветствия. Шторы были задёрнуты. Сквозь них еле пробивались лучи низкого послеполуденного солнца.

— У меня мало времени, — предупредил Фокс.

— Просто расскажите в двух словах, как движется дело. — Инглис сделала гостеприимный жест в направлении стула, на котором он сидел в прошлый раз. Малькольм сел напротив неё, так что их колени на мгновение соприкоснулись. На ней была юбка, чёрные колготки и белая блузка с открытым воротом. Шею охватывала нитка антикварного жемчуга. Должно быть, фамильная драгоценность.

— Всё идёт отлично, — сказал он.

Гилкрист стоял к ним спиной, занятый делом. Он только что снял корпус с жёсткого диска и теперь с любопытством заглядывал внутрь.

— Наши коллеги в Мельбурне вот-вот рванут с места в карьер, — сказала Инглис.

— Что вы имеете в виду?

— Тамошний коп — ну, которого я вам показывала… — Она махнула на свой монитор. — Они думают, что у него есть друзья в полиции, которые могут предупредить его об опасности.

— Они собираются арестовать его?

Инглис кивнула:

— Тогда мы потеряем номера всех его клиентов в СК.

— Тех, что уже раскошелились, — поддакнул Гилкрист, не оборачиваясь. — Но пока не прошли вторую часть вступительной процедуры. Таких придётся отпустить с предупреждением.

— А Брек всё ещё не отправил фотографии?

Инглис покачала головой:

— Он вообще в последнее время ничего не отсылал на адрес клуба. Даже сообщений. — Она помолчала. — У нас это не первый случай утечки информации. Преступники получают уйму времени на то, чтобы уничтожить доказательства и замести следы.

— Но ведь у вас уже есть доказательства, — возразил Фокс, в свою очередь указывая на монитор.

— Это ничтожная часть, Малькольм.

— Верхушка айсберга, — уточнил Гилкрист, который уже взялся за сам жёсткий диск и теперь разбирал его. — Лучшее, что мы можем предпринять, — казалось, он разговаривает сам с собой, — это взломать домашний компьютер подозреваемого.

Фокс посмотрел на Инглис и наткнулся на весьма выразительный взгляд.

— Дела обстоят так, — сказала она, — что мы вынуждены прибегнуть к обыску. У Брека наверняка есть знакомые в сети, которые могут попытаться предупредить его.

— С другой стороны, вы, — продолжал Гилкрист, не отвлекаясь от своего занятия, — можете нам помочь по части проникновения и взлома. Ведь вы, контролёры, имеете в этой области куда больше полномочий, чем мы, простые смертные.

— Это и есть то «стороннее наблюдение», о котором вы меня просили?

— Улики были бы очень кстати, — задумчиво произнесла Инглис.

— Может, нам пришлют из Лондона золотую звезду, — добавил её коллега.

— Так вот вы чего хотите? — спросил Фокс. — Произвести впечатление на взрослых?

— А вы хотите, чтобы они продолжали считать недотёпами всех и каждого к северу от границы? — парировала Инглис. Она ждала ответа, но её собеседник молчал. Тогда она продолжила, спокойно и решительно: — У него дома должны быть фотографии — на жёстком диске или на карте памяти. Даже если он их переписал куда-то или удалил — там остались следы.

— Следы? — переспросил Фокс.

Она многозначительно кивнула.

— Это как в криминалистике, Малькольм, — все оставляют хоть какие-то, но следы.

— И на след из юрких бит свой найдётся следопыт, — вставил Гилкрист и хихикнул. Видимо, это была какая-то специфическая шутка. Инглис одарила коллегу улыбкой. Фокс откинулся назад на своём стуле, думая о тех следах, что Тони Кай оставил в НКП.

— Как ловко вы двое ведёте дела. Это ваша обычная практика, или просто мне так повезло?

— Думайте что хотите, — сказала Инглис.

— Только вот что я вам скажу, — продолжал Фокс, — даже мы не можем влезать в чужие дома и компьютеры без предварительного согласования с начальством.

— Но разрешение можно оформить задним числом, — возразила Инглис.

— Это должно быть одобрено Комиссией по надзору, — напомнил Фокс.

— Конечно, но позже, — не уступала Инглис. — Насколько мне известно, в случае крайней необходимости вам разрешается сначала действовать, а потом отчитываться.

— Это не тот случай, — спокойно сказал Фокс. — Не я занимаюсь Джейми Бреком. На самом деле, если вы не забыли, это он занимается мной. И как всё это будет выглядеть, по-вашему?

Мгновение все молчали.

— Не очень здорово, — наконец признала Инглис. В её взгляде погасла искорка надежды. Она посмотрела на Гилкриста, но тот в ответ лишь пожал плечами. — По крайней мере, мы попытались, — сказала она.

— Чертовски не хочется его упускать, — добавил Гилкрист, с досадой бросая на стол отвёртку.

— Может, есть какой-то другой способ, — предположил Фокс. — Для взлома нам нужно разрешение Комиссии по надзору. Но если Брек использует свой домашний компьютер, мы можем поставить снаружи фургон, направить камеру крупным планом на его клавиатуру и выяснить, что он там делает.

— Для этого не нужно официальное разрешение? — спросила Инглис, снова оживляясь.

Фокс покачал головой.

— Разве что согласие заместителя главного констебля, но это уж точно можно сделать задним числом, уже после самой операции.

— То, что нужно! Заместитель главного констебля на нашей стороне, — обрадовалась Инглис. Она слегка толкнула мышку, лежащую на её столе. Экран компьютера ожил, демонстрируя ту же самую фотографию — коп из Мельбурна с азиатским мальчиком. — Вы знаете, как эти люди оправдывают себя? — спросила она. — Они называют это «преступлением без жертв». Просто обмен фотографиями. В большинстве случаев, как они утверждают, дальше дело не идёт.

— Что совершенно не факт, — закончил Гилкрист.

— Послушайте, — сказал Фокс, вздыхая, — я правда понимаю, как важна ваша работа…

— Несмотря на то, что у нас кирпич за пазухой, — подсказала Инглис.

— Чем я реально могу вам помочь, — продолжал Фокс, — так это раздобыть фургон с камерой — если Брек действительно тот, кем вы его считаете…

— Если? — Гилкрист повысил голос. Он неприязненно посмотрел на Фокса, но Инглис жестом велела ему успокоиться.

— Спасибо, Малькольм, — сказала она Фоксу. — Мы оценим любую вашу помощь. Всё, что угодно.

— Вот и отлично, — сказал Фокс, поднимаясь на ноги. — Считайте, что дело сделано.

Она коснулась его запястья. Их взгляды встретились, и она кивнула, при этом её губы беззвучно повторили: «Всё, что угодно». На том они расстались.


Снова оказавшись в офисе, Фокс первым делом поманил к себе Тони Кая. Тот подошёл к его столу и встал, скрестив руки на груди.

— Что скажешь, — спросил Фокс, — насчёт ночного дежурства в фургончике?

Кай фыркнул и состроил гримасу.

— И что она тебе за это пообещала?

Фокс покачал головой и повторил:

— Что скажешь, Тони?

— Скажу, что я устал и буду ворчать. А что, у нас есть шансы увидеть, как Брек пускает слюни над порнухой из интернета?

— Да.

— Но он не наш клиент, Фокси.

— Может им стать — если то, что говорит о нём Глотка, подтвердится.

— Это что — совместная операция?

— Сержант Инглис или её коллега будут с тобой в фургоне.

— А коллега такая же клёвая, как она?

— Не совсем. — Фокс посмотрел в ту сторону, где стояла кофеварка. — Нейсмит тоже понадобится.

Кай явно сник.

— К сожалению, ты прав.

Джо лучше всех умел обращаться с аппаратурой.

— Зато, пока он будет пыхтеть над кнопками и проводами, у тебя освободится куча времени, чтобы очаровать сержанта Инглис.

— И в этом ты прав, — согласился Кай, снова воспрянув духом. — А ты что будешь делать?

— Мне лучше в это не соваться, Тони.

Кай кивнул, признавая его правоту.

— Сегодня? — спросил он.

— Чем скорее, тем лучше. Фургон сейчас не занят?

Кай помотал головой.

— Ночка будет холодной. Придётся прижаться друг к другу покрепче…

— Сержанту Инглис это понравится. Иди предупреди Нейсмита, а я позвоню в Глотку.

Проводив Кая взглядом, он поднял трубку и набрал номер офиса ГЛОД. Ответила Инглис, и он прикрыл микрофон рукой, чтобы Кай не подслушивал.

— Можем провести наблюдение сегодня ночью. Я пришлю двоих людей — Кая и Нейсмита.

— Но ночью мне…

Фокс знал, что она собирается возразить.

— Неудобно? Ну конечно же, у вас сын, я понимаю. Но знаете, сержант Кай будет даже лучше себя чувствовать в мужской компании.

— Значит, я поручу это Гилкристу, — решила она. И потом, настороженно: — А чем Кая не устраивают женщины-офицеры?

— Устраивают, Энни. И не только офицеры, — ответил Фокс, понизив голос.

— О! — сказала она.

Кай и Нейсмит уже подошли, так что он поскорее закончил разговор.

— Готово дело, — сообщил он им.

Тони Кай довольно потирал руки.

8

Вечером, по пути домой, Фокс остановился возле китайского ресторанчика. Он раздумывал, не сесть ли за столик, но в зале было совершенно пусто, а ужин в обществе официантов казался сомнительным удовольствием. Поэтому он просто заказал еды. Через пятнадцать минут Малькольм вернулся к машине и поставил на пассажирское сиденье бумажный пакет, в котором лежали: курица с луком и имбирём, порция лапши и китайская зелень. Хозяин предложил ему порцию креветочных крекеров за счёт заведения, но Фокс отказался. Дома он высыпал всю лапшу в тарелку, но решил, что это перебор, и выложил часть обратно в контейнер. Заправив за воротник салфетку, он сел за обеденный стол и приступил к ужину. Сообщений на автоответчике не было, почтовый ящик тоже пустовал. На соседней улице две собаки устроили перепалку. Мимо, явно превышая скорость, промчался мотоцикл. Фокс включил радио с птичьим щебетом и налил себе стаканчик яблочной газировки. Его мысли вертелись вокруг сегодняшнего визита в Лаудер-лодж.

За сестрой он заехал ровно в четыре, как и было условлено. В дороге они почти не разговаривали. Персонал в доме престарелых нарочито старался не слишком пялиться на Джуд. Дело было не только в сломанной руке — все они наверняка читали местные газеты и смотрели новости по телевизору. Им прекрасно было известно, кто она такая и что с ней произошло.

— Кажется, я забыла надеть траурную вуаль, — шепнула она брату, когда они шли по коридору в комнату отца.

Митч ждал их. Он пожелал встать на ноги, чтобы обнять Джуд. Когда все трое сели, в комнату вошли две медсестры, чтобы предложить им чаю. Митч согласился, что это будет вполне уместно. Когда чай принесли, ещё одна женщина заглянула и поинтересовалась, не желают ли они к чаю бисквитов. Малькольм решил, что хватит с них гостеприимства, и запер дверь. Почти сразу в неё забарабанили. На этот раз мистеру Фоксу сообщили, что после ужина его ждёт партия в вист.

— Да знаю я, — ответил Митч. — И оставьте нас наконец в покое!

Он повернулся к дочери:

— Как ты, Джуд?

— Хорошо.

— По тебе не скажешь. Жуткая беда стряслась с твоим приятелем.

— Его зовут Винс, пап.

— Жуткая беда, — повторил Митч Фокс, глядя на её руку.

— Извини, пап, — сказал Малькольм. — Надо было сказать тебе.

— Что случилось?

— Упала на кухне, — выпалила Джуд.

— Конечно-конечно, — пробормотал отец.

Тем не менее, встречу удалось спасти от полного краха. Митч удержался от выражений вроде «я тебя предупреждал» или «он никогда не подходил тебе». Джуд в свою очередь не стала грубить отцу.

— А ты что молчишь? — проворчал Митч, обращаясь к сыну. Фокс пожал плечами, делая вид, что внимательно разглядывает свой чай.

Потом он отвёз сестру домой. Спросил, не нужна ли ей какая-нибудь помощь, но она покачала головой и сказала, что Элисон собиралась заглянуть. Перед тем как выйти из машины, она чмокнула его в щёку.

Теперь, сидя за столом и вспоминая об этом, Фокс размышлял, почему его так поразил её жест. Может, потому, что, подобно многим другим семьям, они так редко позволяли себе проявления чувств. Поцелуй, объятие — разве что на Рождество. Или на похоронах. Но в это Рождество он не виделся с Джуд, а последние похороны в их семье случились прошлым летом, когда умерла одна из тёток.

— Спасибо, — сказала Джуд и захлопнула дверцу машины. Он проводил её взглядом, но она не обернулась, чтобы помахать ему рукой. И когда входная дверь закрылась, а в гостиной зажёгся свет — не подошла к окну, чтобы взглянуть на него ещё раз.

Он вспомнил, как там, в Лаудер-лодж, Митч спросил, можно ли позвать Одри Сандерсон.

— Я думаю, она будет рада вас увидеть.

Но Джуд попросила этого не делать. Да и у Фокса было такое чувство, что на самом деле миссис Сандерсон вовсе не горит желанием вмешиваться в их семейные дела. Скидывая остатки ужина в мусорную корзину, Фокс гадал, какого мнения о нём отец. Митч мог бы жить в его доме — места более чем достаточно. Только лестница представляла проблему — этим в основном и руководствовался Фокс, выбирая для отца будущее.

К тому же в Лаудер-лодж у старика появились друзья. Правда, в Оксгенгсе это тоже было бы возможно — пожилые люди устраивали ежедневные собрания в местной церкви. Но — стоп! Лаудер-лодж лучше по всем статьям. И хватит об этом.

Фокс собрался было заварить себе чаю, но передумал — вкус напитка из Лаудер-лодж всё ещё чувствовался во рту, и повторения не хотелось. В холодильнике оставалась газировка, но и это его не привлекало. Он не знал, чего хочет. Отправившись в гостиную, Малькольм перещёлкал все телевизионные каналы, но так и не смог ни на чём остановиться. Подумал, не лечь ли сегодня пораньше, почитать перед сном, но ещё даже девяти не было. До начала наблюдения за Бреком оставалось два часа. Джо Нейсмит, как обычно, спросил:

— Надеюсь, бумаги в порядке?

В смысле, получил ли он разрешение начальства. Соответствующие подписи на документах. Это в духе Нейсмита: дотошность и осмотрительность. Фокс заверил его, что дело движется — иными словами, всё будет оформлено задним числом. Кай посоветовал малышу не волноваться, фамильярно потрепав шевелюру Нейсмита. У них есть оправдание — отсутствие Макьюэна. Плюс заявление Глотки, что дело срочное и не терпит отлагательств.

— Всё будет отлично, — заключил Фокс.

Всё будет отлично.

DVD… Может, кино посмотреть? Но ни одно из названий не сулило ничего интересного. Он подумал о видеоколлекции в доме Джуд. Винс Фолкнер явно не имел к ней отношения. В основном романтические комедии — грёзы о другой, лучшей жизни. Фокс попытался вспомнить, кем в детстве мечтала стать его сестра, но не смог. А как насчёт него самого? Хотел ли он работать в полиции? Да, и даже очень. Тем более что все места в футбольной команде «Хартс» были уже заняты, а профессия кинозвезды казалась не слишком доступной. А так он мог говорить друзьям: «Когда я вырасту — стану копом», и с удовольствием наблюдать за их реакцией.

Коп, фараон, мусор, свинья.

Да, его называли так, называли и похуже, все эти годы. Зачастую — его собственные сослуживцы. Те самые, переступившие черту, нарушившие закон и пойманные с поличным. Он представил Джейми Брека — ухоженного, с сияющей улыбкой на лице, входящим в свой дом и запирающим двери. Вот он опускает шторы на окнах. Кроме него, в доме никого нет. Ни один глаз не видит, как он включает компьютер и обращается к своему тайному «я», — даже не подозревая о том, что снаружи припаркован фургон, где фиксируется каждая клавиша, которую он нажимает, каждый сайт, всплывающий на его экране…

Фокс не однажды видел, как это происходит. И всякий раз у него по спине бегали мурашки, когда подтверждались очередные преступные контакты, любовная связь, раскрывался заговор или мошенничество.

Так вот как ты развлекаешься? Вуайерист, долбаный извращенец…

Да, его ещё и не так величали. Изворотливый ублюдок… Своих насаживаешь… Хуже слизняка…

Хуже всех. Но всё-таки лучше тебя — всё, что можно было на это ответить.

Всё-таки лучше тебя. Он почти произнёс эти слова вслух, когда в его дверь позвонили. Фокс посмотрел на часы. Была половина десятого. На мгновение он задержался в коридоре, прислушиваясь и недоумевая. Когда раздался повторный звонок, Малькольм приоткрыл входную дверь примерно на дюйм и заглянул в образовавшуюся щель.

— Привет, — сказал Джейми Брек.

Фокс распахнул дверь и бегло осмотрелся по сторонам.

— Вот так сюрприз. — Лучшее, что он смог придумать.

Брек слегка усмехнулся.

— Я мог бы сказать, что просто проходил мимо, хотя это не совсем правда… Но в общем-то так оно и было. Видите ли, я иногда люблю прогуляться по вечерам — проветрить мозги, так сказать. Увидел указатель на вашу улицу, и тут меня осенило. Выходит, я не случайно выбрал это направление. — Он пожал плечами. — Подсознание — странная штука.

— Неужели? — Фокс раздумывал, что теперь делать. — Ну, так вы зайдёте?

— Только если я вас не побеспокою…

Фокс провёл Брека в гостиную.

— Хотите выпить?

— А вы сами?

— Я не пью.

— Разве? Я не знал.

— Можете внести это в моё досье.

Брек улыбнулся в ответ:

— Вы вообще не держите в доме спиртного? Даже для гостей?

Фокс покачал головой.

— Значит, не слишком доверяете себе, да?

— О чём вы хотели поговорить, сержант Брек?

— Это неофициальный визит. Зовите меня Джейми. Не возражаете?

— Так о чём же вы хотели поговорить со мной, Джейми?

Брек расположился на диване, Фокс — в кресле, справа от него. Брек сидел вполоборота, чтобы видеть своего собеседника. Он переоделся после работы. На нём была джинсовая куртка, чёрные вельветовые бриджи и лиловая водолазка.

— А у вас тут уютно, — сказал он, оглядывая комнату. — Просторнее, чем у меня. Впрочем, оно и понятно — мой дом более новый. У них явная тенденция строить комнаты всё меньше и меньше.

— Да уж, — согласился Фокс, терпеливо ожидая, когда же он перейдёт к цели своего визита.

— Похоже, мы выжали всё что можно из видеозаписи снаружи паба, — сообщил наконец Брек. — Не думаю, что нам удастся найти этих парней. Можно, конечно, задействовать полицию Уэльса… Короче говоря, через несколько минут после той заварушки они вернулись в паб, с хохотом обсуждая произошедшее, и продолжили банкет.

— Как вы это узнали?

— От парочки завсегдатаев «Маруна». Валлийцы потом угостили их выпивкой, да ещё и извинялись за драку с Фолкнером.

Он немного помолчал.

— К тому же внутри паба тоже есть камера, и всё совпадает. Так что, если только они не наткнулись на него позже тем же вечером…

— Вы их отметаете?

— Мы ничего пока не отметаем, Малькольм.

— Но почему вы докладываете мне?

— Потому что для вас это важно. К тому же — ведь всё останется между нами, правда?

— И чего вы хотите взамен?

— Ну… выпить здесь нечего, так что я даже не знаю…

Фокс изобразил улыбку и более свободно устроился в кресле.

— Тогда я вам, пожалуй, тоже кое-что расскажу, — наконец произнёс он. — Джуд не говорила об этом Билли Джайлзу, потому что её смутило его поведение…

— И что же это? — спросил Брек, с интересом подаваясь вперёд.

— В понедельник вечером к ней домой кто-то приходил и спрашивал Фолкнера.

— Но, по данным экспертизы, к тому времени его труп уже остыл.

Фокс кивнул.

— Может, это и несущественно, — согласился он. — Да, и ещё — она ничего о нём не помнит, кроме того, что это был мужчина.

Теперь настала очередь Брека улыбнуться.

— Отличная примета, Малькольм, — сказал он. — Мужчина? Это значительно сужает круг поисков.

Некоторое время оба молчали. Потом Брек медленно покачал головой и сказал:

— Не знаю, зачем вообще нужны эти системы видеонаблюдения.

— Для острастки, — предположил Малькольм.

— Или для душевного комфорта, — подхватил Брек. — Некоторые даже устанавливают камеры дома, представляете? Чтобы чувствовать себя в безопасности. Несколько месяцев назад было ограбление в Мерчистоне. Глен Хитон тогда взял меня с собой — взглянуть, как идёт расследование. Плёнка была настолько жуткого качества, что по ней трудно было вообще разобрать, что это за существа, не то что кого-то опознать. Они унесли на полмиллиона драгоценностей и антиквариата. И знаете, что Хитон сказал хозяевам? Продайте камеру и купите собаку.

Фокс кивнул в знак согласия.

— Лучше — большую, — продолжал Брек. — И держите её на голодном пайке.

— Вы часто работали с ним?

— Нет. Видимо, поэтому мы с вами не встречались раньше… на допросах.

— У нас и без того имелась вся необходимая информация.

— Но Билли Джайлз вам всё-таки понадобился?

— Разве что для пущего веселья.

— Веселья? Не думаю, что это подходящее слово, когда дело касается контролёров. — Мгновение Брек что-то обдумывал. — Осмелюсь предположить, что сейчас вы, наверное, знаете о Глене Хитоне куда больше меня. Как долго вы следили за ним?

— Несколько месяцев. — Фокс переменил позу. Ему снова стало не по себе.

— Тогда, может, оставим эту тему? — продолжал Брек, уловив смысл его движения.

— Пожалуй. Но теперь, когда вы узнали, что он сплошь и рядом нарушал закон — что вы чувствуете по отношению к нему?

— Как говорит Билли Джайлз, Хитон шёл против правил только в интересах следствия. Он вступал в сделки с преступниками, но информация, которую он получал взамен, того стоила.

— И это, по-вашему, оправдание? — Когда Брек пожал плечами в ответ, Малькольм вздохнул. — Ладно, лучше расскажите, есть ли что новенькое о Винсе Фолкнере?

— Мы пока ничего не знаем о событиях воскресенья или понедельника.

— И никаких следов крови на той стройке и поблизости?

Брек покачал головой.

— Билли Джайлз считает, что его могли прикончить в субботу и держать где-то в укромном месте… А в понедельник у убийцы сдали нервы, и он решил избавиться от трупа.

Фокс медленно кивнул, рассматривая ковёр на полу.

— Есть ещё кое-что, — добавил Брек. — На Дэлри-роуд возле автобусной остановки видели, как двое подростков повздорили с подвыпившим парнем. Это случилось недалеко от «Маруна», минут через сорок после того, как Фолкнер ушёл оттуда.

— А точнее?

— Около половины десятого.

— Описание совпадает?

— Да нет вообще никакого описания. Пожилая леди видела их из окна квартиры, по ту стороны улицы. Второй этаж, метров пятьдесят от места. Видимо, ей нечем занять себя, так что она сообщила об этом полиции.

— И что она рассказывает?

— Двое юнцов схлестнулись с мужчиной постарше. Он будто бы ждал автобус, а они проходили мимо. Обменявшись крепкими выражениями, они уже было перешли к делу, но парень прыгнул в проезжающее мимо такси и был таков. Один из подростков вдогонку пнул машину ногой.

— И в каком направлении он поехал?

— К Хеймаркету.

Фокс над чем-то размышлял.

— Какие автобусы идут туда?

Брек покачал головой.

— Иголка в стоге сена, Малькольм, — там проходит полным-полно маршрутов. На запад, в Корсторфайн и Джайл, на север, в Баритон, на восток, к «Оушен Терминал».

— Винс иногда бывал в казино возле «Оушен Терминал», — задумчиво сказал Фокс. — Со своим начальником, его женой и с моей сестрой.

— Вы имеете в виду «Оливер»? — заинтересовался Брек. Фокс кивнул. — И по какому поводу?

— Просто так. Вы когда-нибудь заходили туда?

— Ни разу.

— Я тоже.

Брек думал о чём-то. Он потирал подбородок тыльной стороной ладони.

— Собираетесь разыскать водителя такси? — спросил Фокс, нарушив молчание.

— Да.

— Это, скорее всего, будет нетрудно — наверняка он запомнил пинок по его машине.

— М-м-м… — Брек словно принял какое-то решение и хлопнул руками по коленям. — Я бы всё-таки выпил, Малькольм. Вы как, со мной?

— Я не пью.

— А как насчёт прогуляться до паба?

— Это пожалуйста, — согласился Фокс после минутного колебания. Он посмотрел на часы. Парни уже погрузились в фургон… проверили аппаратуру… сейчас, наверное, обсуждают детали операции. — Но уже довольно поздно, — заметил он.

Брек взглянул на свои часы и поднял брови.

— Да ладно, ещё и десяти нет.

— Просто я хотел сказать, что схожу с вами, но ненадолго.

— Ненадолго, — заверил Брек. — Не возражаете, если мы воспользуемся вашей машиной?

— И куда же мы поедем?

— В «Оливер». У них там должен быть бар.

Фокс прищурился. Он сейчас не думал о возможной пользе — только о последствиях.

— Но почему именно туда?

— Может быть, разузнаем что-нибудь насчёт субботнего визита Винса Фолкнера.

— Но это смахивает на нарушение правил, Джейми. Ваш босс будет недоволен, если узнает.

— Правила существуют для того, чтобы их нарушать, Малькольм.

Фокс погрозил ему пальцем:

— Не забывайте, с кем имеете дело, когда выдаёте такие заявления, сержант.

Брек только улыбнулся в ответ и поднялся с дивана.

— Ну что, вы в игре? — спросил он.

— Стоит ли ехать за выпивкой в такую даль…

Брек не двигался с места и молча ждал. С глубоким вздохом Фокс положил ладони на ручки кресла и встал.

Район вокруг «Оушен Терминал» был причудливым смешением доков, пустырей, складов по переработке сырья и новостроек. Сам «Оушен Терминал» представлял собой торговый центр с кинотеатром. У дальнего конца здания находился причал, где стояла королевская яхта «Британия» — аттракцион для туристов. Рядом высилась огромная сверкающая постройка, служащая прибежищем целой армии офисных работников — или, по крайней мере, нескольким батальонам таковых. Вокруг теснилась горсточка на все лады расхваливаемых ресторанов, отчасти ориентированных на экипажи кораблей, которые заходили в Лит. Здание «Оливера» имело форму ротонды. Похоже, что когда-то в нём располагалась резиденция начальника порта. Фокс было засомневался, что их вообще пропустят внутрь — из-за спортивных штанов Брека, — но тот развеял его сомнения, достав своё удостоверение.

— Пропуск куда угодно — хоть на небеса, — сказал он, помахав им перед носом у Малькольма. Они припарковались на стоянке, между «мерседесом» и спортивной «тойотой». В освещённом дверном проёме их встретил швейцар в ливрее. Брек исподтишка указал Фоксу на камеру системы видеонаблюдения, но тот уже и сам её заметил. Одновременно Малькольм гадал, стоит ли сообщить Каю о том, что сегодняшняя операция под угрозой срыва. С другой стороны, ещё не всё потеряно — если они действительно не станут здесь задерживаться…

— Добрый вечер, — сказал им один из швейцаров. Скорее угроза, чем приветствие.

— Как поживаете? — парировал Брек. — Много работы сегодня, да?

— Всё ещё только начинается, — с апломбом ответил мужчина, нарочито изучая гостя с головы до ног. Его взгляд задержался на джинсовой куртке. — Осматриваете достопримечательности?

Брек похлопал себя по бокам.

— Деньги жгут карманы.

Второй швейцар во все глаза смотрел на Фокса.

— Этот парень — коп, — сообщил он своему коллеге. — Зуб даю.

— А копам что, вход запрещён? — вызывающе спросил Фокс, делая шаг вперёд, так, чтобы оказаться с ним лицом к лицу.

— Нет, если только вы не халявщики, — сказал первый швейцар.

— Мы заплатим… когда нужно, — заверил его Брек.

— Это в ваших интересах, — предупредил его страж.

Они оказались внутри. Брек оставил куртку в раздевалке, чтобы не так сильно выделяться на общем фоне. На первый взгляд место блистало роскошью, но в то же время здесь было по-домашнему уютно. Бизнесмены, играющие в карты, а рядом, за другими столами — их жёны и подружки.

В зале дежурило несколько охранников. Один из них показался Фоксу похожим на официанта из китайского ресторанчика, накануне принимавшего у него заказ. Он окончательно удостоверился в этом, когда тот помахал ему рукой и слегка поклонился.

— Ваш знакомый? — спросил Брек.

Кроме карточных столов и рулетки, в зале располагались игровые автоматы и сияющий огнями бар. За каждым крупье присматривал кто-то ещё из персонала — на всякий случай. Фокс слышал истории о крупье, которые допускали так называемые «закономерности» в своей работе. Проще говоря, клиенты могли вычислить, в каком секторе рулеточного колеса чаще всего останавливался шарик. Не так давно несколько полицейских угодили в неприятную историю из-за карточных долгов и в итоге даже попали в поле зрения контролёров. Фортуна — дама капризная, а хитроумные вычисления не каждому под силу.

Полукруглая лестница с фонарями на каждой ступеньке вела на второй ярус заведения. Фокс поднялся по ней вслед за Бреком. Там находился ещё один бар, а сбоку — ресторан, представляющий собой с полдюжины беседок и ещё четыре столика. Судя по всему, они пустовали весь вечер. Но у барной стойки все стулья были заняты. А те, кому не хватило места там, наблюдали за игрой сверху вниз — опираясь на балконные перила со стаканами в руках.

— Что будете пить? — спросил Брек.

— Томатный сок, — ответил Фокс.

Брек кивнул и протиснулся меж двух высоких стульев к прилавку. Бармен смешивал коктейль в старомодном бокале для шампанского. Фокс присоединился к группе зрителей на балконе и стал рассматривать нижний зал. Отсюда можно было при случае заглянуть в декольте женского платья, но этим развлечение и ограничивалось — столы были расположены и освещены таким образом, что увидеть карты в руках у игроков было совершенно невозможно. Мужчина слева от Фокса дружелюбно кивнул. На вид ему было лет шестьдесят с небольшим. Его лицо было покрыто глубокими морщинами, а глаза слезились.

— Третьему столику сегодня везёт, — сообщил он вполголоса. Фокс состроил гримасу заговорщика, показывая, что принял это к сведению.

— Благодарю, — сказал он. В его кармане лежали три двадцатифунтовые бумажки. Одну из них придётся предложить Бреку в обмен на следующий напиток. Он надеялся, что тот откажется и они поедут домой. Делать ставки Фокс не собирался — даже на счастливый третий столик.

— «Дева Мария», — анонсировал Брек, протягивая ему стакан. Фокс поблагодарил его и отхлебнул немного. Специй под завязку: уорчестерский соус, табаско, чёрный перец. Малькольм почувствовал, как у него онемели губы. — Надеюсь, она придётся вам по вкусу. Ваше здоровье!

У самого Брека в руках был стакан со льдом и тёмной жидкостью.

— Ром с колой? — спросил Фокс, понимающе кивая.

— Бывший любимый напиток моего отца, — пояснил Брек.

— Бывший?

— Он, как и вы, завязал со спиртным. Всю жизнь работал врачом и достаточно насмотрелся на то, как люди разрушают свои жизни.

Их сосед прислушивался к разговору.

— Но к тебе это не относится, верно? — ввязался он, поднимая свой бокал с остатками виски. Кусочки льда звякнули, когда он поднёс его ко рту.

— Этот джентльмен, — сообщил Фокс Бреку, — считает, что третий столик здесь самый лучший.

— Тот, что справа? — спросил Брек, наклоняясь над перилами. На третьем столике шла игра в блек-джек. Джейми повернулся обратно к Фоксу: — А вы как думаете?

— Я просто пью свой сок, — ответил Фокс, делая ещё один осторожный глоток.

— Что ж, оставлю вас с ним наедине.

После того как Фокс купил им по второму — и последнему — напитку, Брек решил, что пора «подёргать удачу за хвост». В следующие пятнадцать минут, пока Фокс наблюдал сверху, он потерял добрых тридцать фунтов.

— Ох, — вздохнул Брек, вернувшись обратно.

— Точнее не скажешь, — согласился Малькольм. Они стояли на свободном пятачке рядом с игральными автоматами.

— Зачем мы пришли сюда, Джейми? — спросил Фокс. Брек оглядывался по сторонам.

— Я и сам точно не знаю, — признался он наконец. И, заметив, что бокал Фокса пуст: — Ну что, на посошок?

Но Фокс покачал головой.

— Домой, — коротко сказал он.

На обратном пути Брек разглагольствовал об удаче и о счастливом случае, сводя к тому, что на самом деле всё это полная чушь.

— Думаю, мы сами заранее решаем, как всё произойдёт, а потом просто вынуждаем обстоятельства сложиться таким образом.

— Вы это серьёзно?

— А разве не так?

Фокс пожал плечами:

— Насколько я могу судить, всё в мире идёт своим чередом, и с этим ничего нельзя поделать.

Брек внимательно посмотрел на него:

— Вы не слышали группу под названием Elbow? У них есть песня про то, как, будучи пьяными или просто счастливыми, мы сами создаём мир вокруг себя.

— Но это всего лишь иллюзия.

— Необязательно, Малькольм. Я думаю, что человек сам формирует каждый момент, каждое событие в своей жизни. Мы просто выбираем их. Поэтому я так люблю игры.

— Игры?

— РИ, ролевые игры онлайн. Особенно мне нравится Quidnunc. Я там играю за парня, который странствует по галактике и попадает в разные переделки.

— Сколько вам лет, Джейми?

Брек в ответ лишь рассмеялся.

— Я не верю, что мы можем как бы то ни было контролировать события в мире, — продолжал Фокс. — Например, мой отец находится в доме престарелых. Он не в состоянии даже контролировать свои ежедневные нужды. Люди приходят, совершают какие-то манипуляции, принимают за него решения. То же самое делают политики и начальники вокруг нас. Они управляют нашими жизнями. Реклама указывает нам, что купить, правительство — как вести себя, инструкции — как действовать, если что-то пошло не так.

В доказательство своих слов Фокс отстегнул ремень безопасности. Немедленно раздался звуковой сигнал, зажглась лампочка. Он снова защёлкнул крепление и взглянул на Брека.

— Компьютер вмешивается в нашу жизнь, даже не спрашивая, нужно ли нам это.

Брек широко улыбнулся.

— Свободная воля против детерминизма, — прокомментировал он.

— Запомню это слово.

— У вас, наверное, нет странички на Фейсбуке?

— Господи, нет, конечно.

— Френдз риюнайтед?

Фокс покачал головой:

— В современном мире так трудно сохранить хоть какую-то приватность.

— Моя девушка пользуется Твиттером — знаете, что это?

— Звучит знакомо и похоже на какую-то чертовщину.

— Вы словно наблюдаете жизнь со стороны, Малькольм.

— Мне это нравится. — Фокс подумал немного и добавил: — Вы ничего не спрашивали про Винса Фолкнера.

— Как-нибудь в другой раз. — Брек пожал плечами.

Фокс понимал, что сейчас нужно сделать выбор. Лучше всего было бы высадить Брека на главной улице, чтобы оставшиеся сто ярдов до своего дома он прошёл пешком. Тогда те, кто сидят в фургоне, не заметят машину Фокса.

Но не покажется ли Бреку подозрительным отказ довезти его до дома? А преисполнившись опасений, Джейми может заметить фургон. Но решение неожиданно принял сам Брек. Сразу после поворота на Оксгенгс-роуд он попросил высадить его здесь.

— Может, подвезти вас поближе к дому?

Брек покачал головой. Фокс включил аварийку и затормозил у обочины.

— Хочу закончить свою прогулку, — пояснил Брек. Потянув за ручной тормоз, Фокс увидел ладонь, протянутую для рукопожатия. — Спасибо, — сказал Брек.

— Что вы, Джейми, это вам спасибо.

Брек улыбнулся и открыл дверцу машины. Но, едва оказавшись снаружи, снова сунул голову в салон:

— Всё это строго между нами, верно? Иначе нам обоим не поздоровится.

Фокс задумчиво кивнул, глядя, как Брек вылезает из машины. Но через секунду его лицо снова нырнуло внутрь.

— Скажу вам ещё одну вещь, — произнёс молодой человек. — Мы в Торфичене не все такие, как Глен Хитон… или Билли Джайлз. Когда вы прижали Хитона, многие из наших были даже рады. Так что — спасибо и за это, Малькольм.

Дверца рядом с пассажирским сиденьем хлопнула. Послышались два лёгких удара ладонью по крыше машины. Фокс включил поворотник, собираясь вернуться в поток машин, и снял ручной тормоз. Всё оставшееся время до дома мысли его бешено скакали и вертелись, неспособные удержаться в едином русле.

Четверг, 12 февраля 2009

9

Фокс уже часа три сидел в офисе, когда наконец явился Тони Кай. Вид у него был измученный.

— Боже, — простонал Кай, — этот кусок моей жизни уже не вернуть.

— Что стряслось? — Фокс перестал набирать текст. Он конспектировал результаты своей встречи с двумя юристами из прокуратуры. Они предупредили его, что случай Глена Хитона «не из тех, что разрешаются быстро». Их было двое, молодые мужчина и женщина. По одежде, манере разговора и поведению — вылитые брат и сестра. Казалось, они всю жизнь прожили вместе — пока Фокс не спросил, не пара ли они.

— Пара? — недоумённо переспросила женщина. Видимо, она не поняла, что он имел в виду.

— Нет, — ответил её коллега, залившись краской по самую шею.

— Что стряслось? — передразнил Тони Кай, стягивая пальто. — Ровным счётом ничего, Малькольм. Этот извращенец вернулся домой в двенадцать ночи. К тому же всё это время у него в спальне горел свет, так что мы вообще не знали, дома он или нет. И вот — хвала небесам! — он заявляется и включает свой чёртов компьютер. Мы, конечно, думаем: ага, вот ты и попался! Но — угадай, что он делает? — Кай повесил пальто на вешалку и пристроил небольшую кожаную сумку на полу возле стола.

— Что?

— Начинает резаться в РИ онлайн! Знаешь, что это такое?

— Ролевая игра.

Не ожидавший такой эрудиции Кай бросил на Фокса озадаченный взгляд.

— А мне рассказал Нейсмит, — признался он. — Ну да ладно. Короче говоря, играет он в эту свою игру больше часа, потом начинает проверять электронную почту — уписаться можно, до чего интересно. Пишет одно письмо своему брату в США, другое — племяннику и племяннице.

— Я думал, его брат — гей.

Кай снова посмотрел на него.

— С чего ты взял?

Он сам мне рассказал, подумал Фокс про себя. Но ему вовсе не хотелось сообщать Тони, насколько далеко зашла их дружба с подозреваемым. Пришлось соврать. Он нервно поёрзал на стуле и сказал, что так написано в личном деле Брека.

— Вот это я понимаю — всестороннее исследование… Парень из Глотки начал вопить, что, возможно, он их клеит, но сдаётся мне, это уже паранойя. — Кай помолчал. — И вот что ещё я скажу тебе, друг мой. — Кай сокрушённо покачал головой. — Не было там сержанта Инглис. У неё дома малолетний сын, так что взамен нам подсунули самого скучного в мире доходягу. И — представь себе — они с Нейсмитом сошлись, как огонь с поленом. Угадай, на чём.

— Им обоим нравятся компьютерные игры?

— Они оба без ума от компьютерных игр. И всех этих гаджетов, и новых технологий, бла-бла-бла! Через десять минут они уже показывали друг другу свои мобильники. Ещё десять минут — и в ход пошли модемы, потоки данных и прочая дребедень. Четыре часа я всё это выслушивал. — Кай вздохнул и посмотрел в направлении безжизненной кофеварки. — Только не говори, что Нейсмит ещё храпит.

Фокс высморкался.

— Я его сегодня не видел, — признался он.

— А Макьюэн до сих пор на конференции, — задумчиво добавил Кай. — Может, мне просто постелить себе одеяло прямо тут, на столе?

— Чувствуй себя как дома.

— Брек отправился спать часа в два ночи. Парни сказали — может, он возьмёт ноутбук в постель, но до этого дело не дошло, так что мы отвалили.

— Глотка ничего не говорила насчёт второй попытки?

Кай пожал плечами.

— Я не удивлюсь. Если это — единственный способ для Гилкриста с Нейсмитом снова встретиться и обсудить какую-нибудь наиновейшую дрянь.

Кай снова вздохнул. Он не спешил садиться на своё место. Вместо этого подошёл к Малькольму на расстояние нескольких шагов и застыл, пристально глядя на него.

— Что такое? — насторожился Фокс;

— Ещё одна вещь, дружище… Он гуглил твоё имя.

Фокс нахмурился:

— Ты это серьёзно?

Кай пожал плечами вместо ответа.

— Брек искал тебя в сети и получил несколько ссылок на медиасайты. Он их быстренько перелистал — наверное, распечатывал материалы, вместо того чтобы читать с экрана.

— Да что он там мог найти?

— Ничего такого, но ещё он смотрел «контроль и жалобы»… И нарыл приличненько. Все результаты нашей работы за последние пару лет — естественно, только то, о чём писали в газетах. — Кай помолчал. — Включая Хитона.

— Но зачем?

Кай снова пожал плечами:

— Может, ты ему нравишься.

Фокс раздумывал, стоит ли рассказывать коллеге о вчерашнем визите Брека и их совместной поездке в «Оливер».

Но Кай даже не предоставил ему такой возможности:

— С другой стороны… Парню, который поколачивал твою сестру, не сильно поздоровилось. Билли Джайлз вышел на тропу войны…

— И натравил Брека на мой след? — Фокс замер на минуту. — Мне кажется, Тони, эти двое не слишком ладят между собой.

— А может, всё как раз наоборот? Просто Бреку выгодно, чтобы ты так думал…

Фокс задумчиво кивнул.

— Ты с ним давно виделся? — подозрительно спросил Кай.

— С кем? С Бреком? — Фокс полез в карман за платком и снова занялся носом, чтобы выиграть время. Но ему повезло — неожиданно дверь распахнулась, и вошёл Джо Нейсмит. В одной руке он нёс ноутбук, в другой — газету.

— Тут пишут, — сказал он, — что следствие делает успехи.

Статья на третьем развороте «Скотсмэна» не представляла собой ничего неожиданного. Убийства в Эдинбурге случались редко, от силы одно в месяц, и, как правило, расследовались по горячим следам. Местная пресса посчитала такие новости за эксклюзив и стремилась поднять вокруг как можно больше шума и толков. Прилагалось панорамное фото места преступления, зернистый снимок улыбающегося Винса Фолкнера и поменьше — Билли Джайлза — по виду не менее свирепого, чем во плоти.

— Глаза — как лазеры, — прокомментировал Нейсмит.

— Откуда у тебя это? — спросил Кай. — Я думал, ты читаешь «Гардиан».

— Хелен сказала, что он ей до смерти надоел.

— Хелен?

— Из отдела кадров… Ближний к двери стол…

Кай закатил глаза.

— Мы с ними едва здороваемся, а ты уже знаешь, как кого зовут. — Он ткнул пальцем в Нейсмита. — Скоро ты начнёшь рассказывать, как закидываешь ноги на стол миссис Стивенс, чтобы она почистила тебе ботинки.

— Нормальная тётка, — тихо пробормотал Нейсмит, возясь с кофеваркой. — И остальные ничего…

— Три сахара! — потребовал Кай.

— Да он помнит, — перебил его Фокс.

— Но всё равно никогда не кладёт, сколько нужно, — проворчал Кай и повернулся к Фоксу. — Что пишут?

— Не слишком много. Упоминают «Марун»… Они просят очевидцев — тех, кто где-нибудь видел убитого, — сообщить об этом в полицию.

— Память — вещь короткая, — посетовал Кай. — Что за «Марун»?

— Один паб в Горджи. Винс устроил там ссору с несколькими таффи.[21] — Фокс вернулся к статье. — Но тут нет ничего про автобусную остановку… — пробормотал он себе под нос, но достаточно громко, чтобы Кай услышал.

— Какую ещё остановку?

— После «Маруна» Винс отправился на Дэлри-роуд. Видимо, собирался сесть в автобус, но дело снова едва не закончилось дракой — на этот раз с парочкой подростков.

Кай прищурился.

— Он поймал такси и смылся, — заключил Фокс.

— И как же вы всё это узнали, инспектор Фокс?

Малькольм нервно облизнул губы.

— У меня свои источники, сержант Кай.

— Брек?

Отрицать это было бессмысленно, так что Фокс промолчал. Кай снова закатил глаза:

— Господи, Фокси, да как так можно? Он развесил у тебя под носом столько наживки, что ты не замечаешь Джайлза, который сидит с крючком за его спиной.

— Лучше и не скажешь, — поддакнул Нейсмит.

— Заткнись, Джо, — через плечо бросил Кай. Он распластал ладони на столе у Фокса и навис над ним. — Ну давай, скажи мне, что я не прав! Скажи, что видишь его насквозь.

— Ясное дело, — небрежно ответил Фокс, вконец запутавшись. Он так сильно надавил на шариковую ручку, которую держал в руках, что пластиковая оболочка хрустнула.


Напротив «Асды» на Чессер-авеню находился фитнес-клуб. Когда он только открылся, Фокс некоторое время ходил туда и поэтому знал дорогу. Но он ни разу прежде не был внутри самого супермаркета, и теперь масштабы торгового зала поразили его. Он взял корзинку для покупок, бросил туда пару каких-то товаров с полки и направился к кассам. Женщина перед ним посоветовала ему расплатиться в соседней кассе, где нет очереди. Она выкладывала на конвейер солидный груз, опустошая свою тележку, в которой, кроме всего прочего, сидел её малолетний сын. Мальчишка сосал леденец и болтал ногами, явно стремясь пнуть корзинку Фокса.

— Я не тороплюсь, — ответил Малькольм. Женщина одарила его недоумённым взглядом и продолжила свой труд. По окончании процедуры она расплатилась; не кредиткой, а банкнотами, которые беспорядочно извлекала из кошелька. Кассирша пересчитала их, положила в лоток и вручила клиентке чек, похожий на длинную ленту серпантина. После этого она не глядя поприветствовала Фокса и с дежурной улыбкой спросила, как он поживает.

— Неплохо, Сандра.

Сандра Хендри уже провела почти все покупки через сканер, но, услышав своё имя, удивлённо подняла глаза на необычного посетителя.

— А, это вы, — сказала она и добавила: — Собираетесь приготовить что-то из индийской кухни?

Малькольм посмотрел на свой выбор: рис басмати и мадрасский соус.

— Вроде того, — сказал он.

— Как там Джуд? — Очереди за Фоксом не было.

Пользуясь свободной минутой, Сандра нырнула под кассу, достала салфетку и принялась протирать ленту конвейера.

— В порядке, — ответил Фокс.

— Я зайду к ней сегодня, попозже.

— Она будет рада. — Фокс помолчал. — Помните, вы говорили мне, что иногда заходили с мужем в «Оливер»? Я хотел спросить, не были ли вы там в прошлую субботу?

— В субботу? — протянула она, пытаясь вспомнить. — В субботу я встречалась с сестрой. Мы целой компанией выезжали в город.

— Но не в «Оливер»?

Сандра Хендри отрицательно покачала головой:

— Для неё это слишком далеко от центра. Мэгги предпочитает Джордж-стрит.

— Ваш муж был вместе с вами?

— Ронни? На женской вечеринке? — фыркнула Сандра. — Даже представить смешно.

— Значит, он остался дома?

Закончив наводить порядок, она в упор посмотрела на него:

— К чему это вы клоните?

Но Фокс не растерялся и выдал уже готовый ответ:

— Возможно, в субботу вечером Винс поехал в «Оливер». Мы пытаемся выяснить, был ли он там один или с кем-то ещё.

Она кивнула, принимая его объяснение.

— Как по-вашему, кто мог бы его сопровождать? — спросил Фокс.

— Понятия не имею. — По тону Сандры ему стало ясно, что он окончательно потерял её расположение. Слишком много вопросов. Из брата Джуд он превратился в её глазах в обычного копа.

— Когда вы бывали там вместе, он не встречал знакомых?

Она равнодушно пожала плечами и указала на нового покупателя за его спиной, который уже начал опустошать свою тележку. Мужчина, небритый и неопрятный, покупал столько выпивки, будто собирался на всю катушку отпраздновать Хогманай.[22] Сандра Хендри выразительно посмотрела на Фокса и наморщила нос. Видимо, это означало — постоянный покупатель, но не из приятных.

— Скажите, Ронни сейчас на работе? — поспешно спросил Фокс.

— Если его ещё не уволили… Это может случиться в любой момент.

Фокс кивнул, сгрёб свои покупки и на прощание вежливо поблагодарил её.


Когда он только въезжал на стоянку возле «Асды», за ним ярдах в тридцати следовала чёрная «воксхолл астра». И вот теперь, выруливая между рядов, он снова заметил тот же автомобиль в зеркале заднего вида. Он был не настолько близко, чтобы Фокс мог разглядеть табличку с номерами. «Вольво» Малькольма ползла со скоростью около десяти миль в час, пробираясь к шоссе, но «астра» сохраняла дистанцию. Зазвонил мобильный. Фокс взял его.

— Ты где? — спросил Тони Кай.

— Я пока занят, — ответил Фокс.

— Хочешь узнать новость?

— Хорошую или плохую?

— Винс Фолкнер точно ехал на такси. Водитель запомнил перебранку и прощальный пинок по бамперу.

— Как ты это выяснил?

— Не у тебя одного есть свои источники. К тому же в Эдинбурге не так уж много таксопарков. Ребята Джайлза опередили меня всего на час.

— Водитель помнит, где он высадил Винса?

— Казино около «Оушен Терминал». Таксист вышел вместе с ним, чтобы осмотреть место удара и оценить ущерб.

— Он видел, как Винс заходил в «Оливер»?

— Тебя послушать, так ты уже в курсе всех дел…

— Это всего лишь догадки, Тони. Подтверждение будет очень кстати.

Они попрощались, и Фокс отключил связь, с лёгкой улыбкой поздравив себя. Он не знал, почему ему показалось, что Винс должен был поехать именно в «Оливер», но предположение обернулось истиной. Фокс никогда не был склонен доверять «нутру», предпочитая во всём опираться на реальные факты. Он считал, что именно в этом крылась причина блестящих результатов работы отдела контроля. Но, судя по всему, интуиция тоже играла свою роль…

Приближаясь к центру, он снова заметил «астру». Но она вроде бы куда-то свернула. Заторы в районе Хеймаркета были ужасны, как обычно. Рекламный щит, надетый на продавца газет, сообщал, что на первой полосе вечерних новостей читателей ждёт диспут местных властей и немецкой компании по реконструкции трамвайных путей. Немцы требовали больше денег — в связи с падением фунта.

— Да пребудет с вами Британская Фортуна, — пробормотал Фокс, ожидая свободного промежутка во встречном потоке машин. Он подумал о том, что следовало выбрать другой маршрут — например, через южные районы. Но скорее всего, там тоже были пробки. Казалось, весь город — с благословения и по инициативе власть имущих — был загнан в безнадёжный и непроходимый ступор. Не найдя лучшего занятия, он поднял с пассажирского сиденья телефон и набрал номер Джейми Брека. Слушая длинные гудки, Малькольм посмотрел в зеркало заднего вида. Знакомая «астра» снова виднелась через три машины позади него.

— Алло?

— Джейми, это Малькольм Фокс.

— Доброе утро, Малькольм. Ещё раз спасибо за вчерашнюю поездку.

— Ну что вы. Я просто хотел узнать, нет ли новостей для меня.

— Водитель такси запомнил Фолкнера. Он высадил его возле «Оливера».

— Значит, теперь вы будете опрашивать персонал казино?

— Этим займётся кто-нибудь из наших. У меня сейчас другое задание.

— Я вас не отвлекаю?

— Нет, но долгого разговора не получится. Чем ещё могу помочь?

Фокс подумал, что, видимо, ничем. Он просто хотел проверить, расскажет ли ему Брек про таксиста, и Джейми прошёл тест. Кроме того, дорога очистилась, и Фокс был уже недалеко от места назначения. «Астра» просигналила, собираясь свернуть, и тут внимание Фокса привлёк зелёный «форд ка». Их разделяла пара машин. Но как давно он следовал за ним?

— Спасибо. Думаю, что пока всё, — ответил Фокс на вопрос Брека. Он дал отбой, а на следующем светофоре включил правый поворотник и остановился у обочины. В зеркале заднего вида он заметил, как зелёный «ка» проехал на перекрёстке прямо.

— Твоя паранойя, Малькольм, ещё не означает… — пробормотал он себе под нос, не потрудившись закончить мысль.

По пути ему встречалось множество табличек, указывающих потенциальным покупателям дорогу к Саламандер-пойнт. Несколько зданий были уже полностью закончены: в окнах виднелись шторы и жалюзи, а на балконах — горшки с комнатными растениями. Но замысел был куда масштабнее, и рядом подводили фундамент ещё под четыре высотных дома. Большие рекламные щиты, приколоченные к забору, изображали предполагаемый вид законченного «города внутри города, на самом берегу моря». В небе из голубой краски парили написанные большими буквами лозунги: «КОМФОРТ», «ПРОСТОР», «КАЧЕСТВО» и тому подобное. Под ними художник изобразил улыбающихся людей, выходящих из кафе, за окнами которого восседали прочие будущие счастливчики со своими эспрессо и капучино. Такую жизнь сулил им проект; но реальность выглядела совсем иначе. Нынешние обитатели Саламандер-пойнт жили посреди огромной стройки, напоминающей поля сражения времён Второй мировой войны. Их окружала грязь, канавы, дым и грохот пыхтящих дизелей. С краю в два этажа громоздился рабочий улей — десять или двенадцать переносных вагончиков, оплетённых паутиной лестниц и строительных лесов. Группа во флуоресцентных жилетах и жёлтых касках изучала какой-то план, тыча в него пальцами. Экскаваторы рыли ямы, краны поднимали трубы и бетонные плиты. Единственный фрагмент тротуара вёл к двери офиса продаж. Через окно Фокс увидел там молодую женщину. Клиентов у неё не было, да и телефон на столе, похоже, молчал. По унылому выражению её лица Фокс заключил, что такой порядок вещей установился уже давно.

Никто не покупал.

В тот миг, когда Малькольм ступил на дорожку и она заметила его, её лицо озарила искорка надежды, обречённая погаснуть, едва он назовёт себя и попросит позвать бригадира. Но прежде он запер машину, оставленную у обочины. Мимо, подымая маленькую пыльную бурю, прополз грузовик. Фокс прикрыл ладонью глаза и рот, выждав, пока всё уляжется, и направился к офису. В кармане внезапно зазвонил мобильный.

— Фокс, — сказал он в трубку.

— Вы ничего не хотите мне сказать, Малькольм? — Это был голос Брека.

— С чего это вдруг, Джейми?

Посмотрите налево, в сторону портокабин.

Держа телефон около уха, Фокс повернул голову, заранее зная, что его ждёт. На строительных лесах стоял Джейми Брек собственной персоной. У него на голове был шлем — такой же, как и у человека рядом с ним. Брек помахал рукой и что-то сказал. Через долю секунды Фокс услышал его слова в трубке:

— Раз уж так — поднимайтесь к нам наверх…

Развернувшись, Фокс поймал взгляд женщины из офиса продаж, которая вышла из-за стола ему навстречу. Он ограничился тем, что пожал плечами и смущённо улыбнулся, после чего стал пробираться по этой жуткой грязище в сторону нагромождения вагончиков. Когда он достиг верхушки лестницы, Брек представил его Говарду Бэйли.

— Мистер Бэйли — владелец всего этого шоу, — объяснил Брек, махнув рукой в сторону стройплощадки. И, уже обращаясь к Бэйли: — Сможете помочь мне и моему коллеге?

— Нужно раздобыть ему каску.

— Думаю, это ни к чему. Он ненадолго.

Бэйли кивнул и вальяжно удалился в сторону двери в дальнем конце платформы. Брек сунул руки в карманы и посмотрел на Фокса:

— Ну как, успели сочинить правдоподобное объяснение?

— Вы знаете, почему я здесь. По той же причине, что и вы.

— Не совсем, Малькольм. Я здесь потому, что мне поручено вести расследование. А вы — чтобы удовлетворить своё любопытство.

— Я просто хотел поболтать с Ронни. Это приятель Винса.

— Вы, наверное, имеете в виду Ронни Хендри — бригадира мистера Фолкнера. Мистер Бэйли уже сообщил мне, что они были не разлей вода: и на стройке, и в жизни.

— Собираетесь поговорить с ним? — спросил Фокс.

Брек кивнул.

— И видимо, задать ему те же вопросы, что и вы. — Брек выдержал паузу, глядя вниз, на свои облепленные грязью ботинки. — А если бы вместо меня здесь оказался Билли Джайлз? Выговор — как минимум. Что бы на это сказал ваш босс?

— Убит парень моей сестры. Я приехал повидать его лучшего друга. Возможно, я собираюсь обсудить с ним детали похорон… попросить Ронни нести гроб во время церемонии, например.

— И вы думаете, что Джайлз на это клюнет?

Фокс пожал плечами:

— Меня не особенно волнует мнение Билли Джайлза.

— А зря — и вы знаете почему.

Фокс отвернулся и положил ладони на деревянные перила. Склады на противоположной стороне улицы, судя по всему, тоже собирались сносить. Окна были заколочены досками; небольшое деревцо изо всех сил стремилось прорасти сквозь замшелую крышу. Мимо проехал автомобиль — чёрная «астра».

— Кстати: за мной случайно нет слежки? — спросил Фокс.

— Нет.

— А может, Билли Джайлз установил её без вашего ведома?

— Вряд ли. У нас сейчас просто нет свободных людей. Да и смысл?

— Чёрная «воксхолл астра»? Зелёный «форд ка»?

Брек покачал головой:

— Странная штука, но…

— Что?

— Когда я возвращался домой прошлой ночью, под моими окнами был припаркован фургон. А стоило мне лечь спать — и он сразу уехал.

— Ну и что? — Фокс всё ещё делал вид, будто внимательно осматривает окрестности. Его пальцы вцепились в перила.

Брек снял свою каску и взъерошил рукой волосы.

— У нас обоих нервы не в порядке, — заключил он. Между тем внизу показался человек в одежде рабочего. Его забрызганные грязью джинсы были заправлены в серые шерстяные носки, а те — в ботинки с металлическими носами. Каску он сдвинул на затылок, а из-под флуоресцентного жилета виднелась джинсовая куртка, похожая на ту, что вчера была на Бреке. Фокс подумал, что это, должно быть, и есть Ронни Хендри. Малькольм повернулся к Бреку.

— Позвольте мне присутствовать.

Брек смотрел на него. Хендри подошёл к лестнице и нацелился на подъём.

— Очень вас прошу, — добавил Фокс.

— Только молчите, — предупредил Брек. — Как рыба. Вы с ним раньше встречались?

Фокс покачал головой.

— Но вы же сами сказали, — продолжал Брек. — Он может увидеть вас на похоронах Винса, а то и раньше. Если он вас узнает… — Джейми в смятении потирал кончик носа. Голова Хендри в каске уже показалась над уровнем лесов, и тогда Брек выдал то самое слово, которое Фокс так хотел услышать: — Ладно…

Фокс сделал шаг назад, пока Брек приветствовал Хендри, называя своё имя и должность. Мужчины обменялись рукопожатием. Хендри был в кожаных рабочих перчатках, но по такому случаю снял их и сунул в карман.

— Мистер Бэйли великодушно позволил нам воспользоваться этим помещением, — сказал Брек, открывая ближайшую к ним дверь, и добавил: — Мой коллега будет присутствовать при нашей беседе.

И быстро провёл их внутрь, не давая Хендри возможности рассмотреть Малькольма Фокса. Комната выглядела аскетично. Посередине стоял стол с развёрнутой картой строительства, прижатой по углам кусками кирпича. Рядом — три складных стула и электрический обогреватель: вот и всё убранство. Хендри сразу подошёл к обогревателю и стал греть над ним руки.

— Не лучшая погода для работы, — посочувствовал Брек. Хендри кивнул и снял каску. Сзади на ней Фокс прочёл его имя. Насколько он мог видеть, перчатки тоже были подписаны. Стройка есть стройка, и вещи здесь любят погулять. Волосы Хендри, коротко остриженные, начинали серебриться у висков. По предположению Фокса, Ронни было лет под сорок. Невысокий и крепкий, телосложением он напоминал Винса Фолкнера. Лицо сплошь в морщинах и оспинах; чёрные густые брови. Хендри сел напротив Брека. Фокс выбрал себе наблюдательную позицию в углу комнаты, скрестив руки на груди, стараясь держаться как можно незаметнее.

— Я хочу задать вам несколько вопросов о Винсе Фолкнере, — сказал Брек, обращаясь к Ронни.

— Чёртова передряга. — Грубый, хриплый голос с сильным местным акцентом.

— Он был вашим другом?

— Вроде того.

— Вы виделись с ним в прошлую субботу?

Хендри покачал головой:

— Он прислал мне эс-эм-эс после обеда.

— Какого содержания?

— Точно не помню. Что-то про футбол — как раз между таймами.

— Вы не разговаривали с ним?

— Нет.

— И после этого ничего о нём не слышали?

— Только то, что он мёртв.

— Это, должно быть, вас потрясло.

— Не то слово, приятель. — Хендри заёрзал на стуле.

— Вы работали вместе?

— Иногда. Зависело от состава бригады. Но Винс был работник что надо, и я всегда старался его не обидеть.

— У него имелась какая-то особая специальность?

— Он мог класть кирпичи, месить цемент. Хороший каменщик, но брался за любую работу.

— Он был англичанином, — осторожно заметил Брек. — У него возникали из-за этого какие-нибудь проблемы?

— В каком смысле?

— Может, другие парни его задирали?

— Хотел бы я посмотреть на таких смельчаков… он бы им живо рты позатыкал.

— Он был довольно вспыльчив, да?

— Мог постоять за себя. Так я это называю.

— Вы знали, что иногда он бил свою девушку?

— Джуд? — Хендри немного подумал, прежде чем ответить. — Сандра сказала мне, что у неё сломана рука.

— И вас это не слишком удивляет?

— Эта парочка всегда буйно выясняла отношения. Частенько Джуд сама первая начинала. Она его пилила и пилила, пока у парня не сдадут нервы.

— Я знаю таких женщин, — подтвердил Брек, понимающе кивая. — Хлебом не корми — дай поскандалить…

Фокс переменил позу и прикусил нижнюю губу. Брек просто исполняет служебный долг, успокоил он сам себя, входит в доверие…

— Значит, вы допускаете, что он мог с кем-то подраться в субботу вечером?

— Не знаю. Почему бы и нет.

— Что вы подумали, когда он не пришёл на работу в понедельник утром?

— У меня дел было по горло… ничего я не подумал, да и что тут думать? Попытался позвонить ему… — Ронни умолк, пытаясь вспомнить. — Или нет? Точно помню, что послал ему сообщение.

Брек кивнул:

— Мы проверили его телефон. Там было это сообщение — в папке непрочитанных. И ещё несколько сообщений вам и от вас.

— Да, точно.

— И ещё там упоминается какой-то «Оливер»…

— Это казино. Недалеко отсюда, за углом. Мы иногда водили туда жён.

— Винс был азартным игроком?

— Он не любил проигрывать, — с кривой улыбкой ответил Хендри.

— Мы думаем, он мог отправиться туда в субботу ночью. Как по-вашему, это похоже на него — пойти туда одному, без компании?

— Если он поругался с Джуд… и выпил к тому же… может быть.

— А вы, мистер Хендри? Чем вы сами были заняты в субботу?

Хендри надул щёки и выдохнул шарик воздуха.

— Долго валялся в постели с утра… потом поехал с Сандрой в Джайл за покупками… смотрел результаты матчей, а вечером — игру… Купил пожрать в индийской забегаловке. — Он снова задумался, что-то припоминая. — A-а, точно, Сандра-то в городе была, на вечеринке у сестры и её подружек… Так что я умял две порции карри за двоих и уснул перед телевизором.

— А в воскресенье?

— Примерно то же самое.

— Значит, вы сейчас не работаете по выходным?

— Раньше бывало, но сейчас никто не покупает, так что всё тут понемногу загибается. Думаю, недели через две у нас начнутся увольнения. А через месяц, глядишь, и вся стройка встанет.

— Не очень-то приятная новость для тех, кто уже купил здесь квартиры.

— Мы подсчитали, что если они продадут их обратно, то смогут получить от половины до двух третей затраченной суммы.

— Будет аукцион?

— Если вам интересно, спросите у Хелены из офиса продаж. Она, наверное, от счастья станцует стриптиз у вас на коленях.

— Я буду иметь это в виду. — Брек улыбнулся.

Сказать по правде, — продолжал Хендри, — хуже всего для наших боссов то, что строить дальше бессмысленно. Городской совет продал им эту землю за шесть миллионов. А теперь — хорошо, если удастся вернуть хотя бы треть.

— Да уж, — посочувствовал Брек.

— Парни говорят, единственный резон строить следующую высотку — чтобы застройщик с неё спрыгнул и наконец-то избавился от своих проблем.

— Как зовут застройщика?

— Чарли Броган. Почему вы спрашиваете? Хотите приставить к нему наблюдателей, чтоб и впрямь не учудил?

— Думаете, стоит?

Это вызвало у Ронни Хендри хриплый смешок.

— Ага, когда он по счетам заплатит.

Брек снова улыбнулся и решил сменить тему:

— Вы знали, что у Винса Фолкнера были проблемы с законом?

— Как и у большинства парней на стройке.

— То есть — вы знали?

— Конечно, а что такого? Это есть в его заявлении о приёме на работу.

— Но его девушка, судя по всему, была не в курсе.

— Джуд? — Хендри пожал плечами и скрестил руки на груди. — Я никогда не лез в их отношения.

— Но он просил вас не говорить об этом в её присутствии?

— Да какая разница? Дело-то прошлое. Кто старое помянет…

Теперь настала очередь Брека пожать плечами.

— Ладно. Допустим, Винс поссорился со своей девушкой. У неё сломана рука, и она уехала в травмпункт. Вместо того чтобы сопровождать её, он отправляется в город на поиски выпивки и приключений. В итоге он попадает в «Оливер» и проигрывает некую сумму денег… Чем, по-вашему, всё это может закончиться, мистер Хендри? Куда он пойдёт дальше?

— Не знаю.

Руки Хендри были по-прежнему скрещены на груди. Он явно занял оборонительную позицию. Фокс решил, что небольшое вмешательство не повредит.

— Его девушка говорит, что Винс иногда ночевал у друзей, — осторожно вставил он.

— Да, такое бывало пару раз.

— Не мог ли он и той ночью отправиться к кому-то в гости? — спросил Брек.

— Точно не ко мне, — заявил Хендри, мотнув головой.

— А куда же?

— Вам лучше знать — у вас-то, поди, мозгов побольше, чем у меня.


Машина Джейми Брека стояла прямо на стройке, возле переносных кабин. Это была красная «мазда RX8» — низкая, спортивного типа. Брек опёрся локтями на её крышу, глядя, как Ронни Хендри удаляется, чтобы продолжить работу.

— Я ничего не упустил?

Фокс покачал головой:

— Да нет вроде.

— Что вы о нём скажете?

— Я понимаю, почему он нравился Фолкнеру. Он из тех, кто прикроет тебя в драке, но в то же время достаточно спокоен и рассудителен, чтобы не начинать её.

— Не похоже, что он убит горем, правда?

— Думаю, все шотландцы таковы.

— Не любят выставлять свои чувства напоказ? — спросил Брек. И сам же кивнул, соглашаясь.

— Простите, что влез-таки.

— Да ладно, это было кстати. Я бы сам не догадался, что он мог ночевать вне дома.

— Джуд никогда не упоминала о других женщинах, — пояснил Фокс. — Между прочим, вам ничего не удалось выяснить по части её таинственного посетителя?

— Я сделал этот факт достоянием следствия, — ответил Брек.

— И куда теперь? — спросил Фокс. — В «Оливер»?

Брек посмотрел на него:

— Вы, как я вижу, собираетесь составить мне компанию?

— Может быть, — сказал Фокс. И добавил: — Кто последний — тот паршивый пёс.

Но пока Малькольм садился в «вольво» и разворачивался, «мазда» была уже в сотнях ярдов впереди. Когда он на всех парах влетел на стоянку возле казино, Брек ждал его у входа с таким видом, будто торчит здесь уже несколько часов.

— Привет, пёсик, — радостно провозгласил он. — Ну что, эти страшные «астры» всё ещё висят у вас на хвосте?

— Нет, — признал Фокс и услужливо толкнул дверь казино: — Прошу вас, сэр.

Игровые залы были открыты, но никакого действа в них пока не происходило. Даже в гардеробной было пусто. Лишь одинокая девушка-крупье стояла около стола для блек-джека и оттачивала своё мастерство в виду трёх пустых стульев. Две маленькие уборщицы-иммигрантки в спецовках с короткими рукавами до блеска натирали медные дорожки и крепления. Внизу бармен за стойкой пересчитывал товар, делая пометки в блокноте. Со второго яруса доносилось жужжание пылесоса.

— Босс на месте? — спросил Брек у юной крупье. Её светлые волосы были собраны сзади в хвост, а униформа состояла из чёрной жилетки, белой блузки и небесно-голубого галстука-бабочки.

— Спросите у Саймона. — Она махнула в направлении барной стойки.

— Благодарю, — сказал Брек и двинулся туда, попутно доставая из кармана удостоверение.

— Саймон, есть разговор.

— Слушаю? — Казалось, бармен ни на секунду не отрывается от своего блокнота, но Фоксу стало ясно, что он заметил удостоверение… и понял, что это такое.

— Вы сейчас сильно заняты? — спросил Брек.

— Босс подъедет минут через пятнадцать.

— Не будете ли вы так любезны смотреть в глаза, когда с вами разговаривают? — Брек говорил вежливо, но в голосе звенела сталь.

Саймон помедлил несколько мгновений, прежде чем подчиниться.

— Большое спасибо, — сказал Брек. — Теперь, наверное, можно убрать удостоверение. Вы поняли, что имеете дело со следователем, а не с соседкой из дома напротив?

Бармен криво ухмыльнулся, но Брек сурово, в упор смотрел на него. Фокс отметил, что Джейми выговаривает слова жёстче, чем обычно, и делает многозначительные паузы между ними.

— Если вы насчёт лицензии и всё такое, — произнёс Саймон, — то эти дела лучше решать с боссом.

— Но сейчас здесь только вы, так что извольте ответить на несколько вопросов.

Брек положил удостоверение обратно в карман и достал оттуда кое-что другое — а именно фотографию Винса Фолкнера. Фокс узнал её. Он видел это фото в доме Джуд.

— Этот парень — ваш постоянный клиент, — сказал Брек, — так что, я подозреваю, его лицо должно быть вам знакомо.

Бармен взглянул на фотокарточку и пожал плечами.

— Точнее сказать, — продолжал Брек, — он был вашим постоянным клиентом. На прошлых выходных беднягу прикончили. Как раз после визита в ваше казино.

— Когда именно?

— В субботу.

Некоторое время бармен молчал. Тогда Брек продолжил:

— Вы сейчас прикидываете шансы, да? Что выгоднее — солгать или сказать правду. Отсюда следует только одно — в прошлую субботу вы находились здесь.

— Тем вечером было много работы, — произнёс наконец Саймон.

— Но этого человека вы должны были запомнить. — Брек помахал фотокарточкой перед его носом. — Он вёл себя необычно. Потому что раньше он всегда приходил сюда с компанией.

— И что?

Фокс осматривал углы потолка.

— Нам понадобятся записи, — сказал он, — ваших систем видеонаблюдения…

Брек слегка напрягся. Он только что поймал волну, а Фокс своим вмешательством, казалось, всё испортил.

— Мой коллега прав, — тем не менее подтвердил он.

— Поговорите с боссом.

— Обязательно, — заверил его Брек. — Но всё-таки: вы помните Винса Фолкнера?

— Впервые слышу это имя.

— Вы не читали об убийстве в газетах?

— Может, и читал. — В голосе Саймона звучала как минимум неприязнь. Он нарочито водил пальцем по записям в блокноте, видимо предполагая, что посетители поймут намёк и оставят его в покое. И не надейся, подумал Фокс про себя.

— Вы видели его в субботу вечером?

— Не знаю… не помню.

— Он пришёл сюда около десяти.

— У нас обычно в это время народу полно.

— Мистер Фолкнер был один и, думаю, вполне мог занять одно из этих мест. — Брек хлопнул по сиденью одного из высоких стульев рядом.

— Наверху есть ещё один бар.

— И всё-таки… — Брек намеренно затянул паузу.

— Он был уже пьян, когда пришёл сюда, — наконец выдал Саймон. — Странно, что его вообще пустили.

— Он вёл себя вызывающе?

Бармен отрицательно покачал головой.

— Но выглядел он как неудачник.

— А это не очень-то здесь приветствуется, да? — с пониманием кивнул Брек.

— И сидел в углу бара, как мешок сами знаете с чем.

— Сколько он выпил?

— Понятия не имею.

— А что заказывал?

— Шоты… больше я о нём ничего не помню.

Мы в тот вечер работали втроём с ребятами.

— Он с кем-нибудь разговаривал? Может, встретил знакомых?

— Не знаю. — Пальцы бармена застучали по блокноту, подражая стуку лошадиных копыт.

— Вы не видели, как он ушёл?

Саймон покачал головой.

— А что насчёт воскресенья или понедельника?

Ещё один отрицательный жест.

— У меня потом было два выходных.

Брек взглянул на свои часы.

— Что-то ваш босс опаздывает.

— Не опаздывает, а задерживается. Может себе позволить.

Брек улыбнулся и впервые обратился к Фоксу:

— Саймон думает, что он умный парень. — Но стоило ему повернуться назад к бармену, как от веселья не осталось и следа. — Так покажите нам, насколько вы умны, Саймон, и попробуйте вспомнить что-нибудь ещё: о том вечере в частности и о Винсе Фолкнере вообще. — На месте фотографии в его руке появилась визитная карточка. — Возьмите это, — скомандовал Брек.

Бармен послушно взял.

— Сколько вам лет, Саймон?

— Двадцать три.

— Давно здесь работаете?

— С университетской скамьи.

— И что вы изучали?

— По сути, ничего — в том-то и проблема.

Брек понимающе кивнул.

— Тут часто случаются заварушки?

— Нет.

— А бывает, что проигравшихся приходится выставлять на улицу? И вечер заканчивается скандалом?

— К тому времени, когда я закрываю бар и считаю выручку, посетители сами расходятся.

— Вы добираетесь домой на такси? — Брек настойчиво смотрел на бармена, который кивнул в ответ. — Это был мой последний вопрос. — Он повернулся к выходу. — Подумайте немного и позвоните мне. И передайте мой номер вашему боссу. Если я сегодня не получу от вас звонка прежде, чем закончится игра, я буду здесь с целым нарядом полицейских на служебных машинах и в униформе. Вы меня поняли?

Саймон изучал надпись на карточке.

— Да, мистер Брек, — сказал он.

После полутьмы казино странно было вновь увидеть солнечный свет. В Эдинбурге всё ещё стоял белый день. Небо, хоть и затянутое облаками, слепило глаза, и Джейми Брек нацепил тёмные очки «Рэй Бэн». Он принял ту же позу, что и после разговора с Ронни Хендри, облокотившись на крышу своей «мазды». Фокс жмурился на свет, сжав пальцами переносицу. Представление явно удалось — Брек был сама естественность. Чётко выверенная смесь властности и душевного участия. Небольшой перевес в ту или иную сторону — и бармен мог либо замкнуться в себе, либо начать хамить.

Ты славный парень, подумал Фокс, ты мне нравишься. Даже несмотря на то, что ведёшь свою игру за моей спиной. И даже если ты не тот, кем кажешься…

— Вы здорово вошли в роль, — сказал он вслух. — Особенно хорош был тон беседы.

— Этому как раз и учат ролевые игры — притворяться не тем, кто ты есть на самом деле.

— Отличный тренинг для следователей. — И кое для кого ещё, добавил он про себя. — Куда теперь?

— На сегодня хватит. Я возвращаюсь на базу — писать рапорт о сегодняшней работе. Правда, некоторые детали придётся опустить, — ответил Брек, многозначительно взглянув на Фокса.

— Ещё раз простите за вмешательство, — извинился Фокс. — Я опять нарушил слово…

— Камерами я обязательно займусь. Просто — всему своё время, Малькольм…

— Не сомневаюсь, что вы сделаете всё как надо.

Оба повернулись на шум мотора подъезжающего автомобиля. Это был шикарный небольшой «бентли», машина класса люкс. Чёрный поблёскивающий кузов и затемнённые стёкла. Машина остановилась. Со стороны водителя распахнулась дверца. Мелькнул угол сиденья в кожаной бордовой обивке. Из «бентли» вынырнула женщина на высоких каблуках, в чёрных колготках и узкой чёрной юбке до колен. В вырезе белой шёлковой блузки поблёскивал кулон. Кремовый жакет щеголял тонкими подплечниками. По нему струились пышные золотисто-каштановые волосы. Порыв ветра взметнул несколько локонов, и она небрежным движением откинула их назад. На губах — красная помада, а когда незнакомка сняла солнечные очки, под ними обнаружился макияж в тёмных тонах. Ресницы слегка подкрашены тушью. Направляясь к двери казино, она посмотрела на них с явным любопытством.

— Саймон вам всё расскажет! — крикнул Брек ей вдогонку. Женщина никак не отреагировала и исчезла за дверью казино. Фокс повернулся к Бреку:

— Может, поговорим с ней?

— Вы что, забыли? Она должна сама мне позвонить.

— Но она здесь хозяйка, разве нет?

— Всё потом.

— Вы даже не хотите выяснить, кто она?

Брек улыбнулся:

— Я знаю, кто она, Малькольм, — и указал на круглую табличку над входом. Там говорилось, что заведение имеет лицензию на продажу алкоголя на имя Дж. Бротон.

— Кто это — Дж. Бротон? — спросил Фокс.

Брек уже открыл дверцу своей «мазды» и начал забираться внутрь.

— Продолжайте выслеживать полицейских, Малькольм, — сказал он. — И оставьте настоящую работу нам, обычным копам.

10

— Знаешь, кто это?

Фокс снова был в офисе контролёров. Он стоял возле стола Тони Кая. Кай про себя несколько раз повторил имя, шевеля губами. По обыкновению, он откинулся назад вместе со стулом и неторопливо раскачивался взад-вперёд.

— А не есть ли это негодяй? — сказал он наконец. — Ну, знаешь, под «негодяями» я подразумеваю наших местных воротил, которые опутали город такой паутиной тёмных делишек, что управлению ни в жизнь не распутать. — Кай помолчал. — Но ему сейчас должно быть под семьдесят, а то и больше… я ничего о нём не слышал уже много лет.

— Может, о нём есть информация в системе? — Фокс кивнул в направлении компьютера Кая.

— Могу проверить — конечно, если ты убедишь меня, что это важно.

— Винс был в «Оливере» в субботу вечером. В лицензии указано имя Дж. Бротон.

— Джек Бротон — вот кто тебе нужен. — Кай рассеянно уставился на коллегу. — Но Винс — это не совсем твоя игра, Фокси. Не лучше ли тебе сосредоточиться на прокуратуре и Глене Хитоне? Или прочесть наш рапорт о Джейми Бреке для Глотки?

— Просто сделай это — и всё, ясно? — Фокс отвернулся и направился к кофеварке. Слова Брека всё ещё сверлили ему мозг: нам, простым копам… настоящую работу… Он знал, что многие в управлении так думают. Сотрудники отдела контроля считались холодными, отстранёнными, чудаковатыми людьми, из которых никогда не получилось бы настоящих, добросовестных полицейских. Такая работа была под стать какому-нибудь трусливому вуайеристу в заляпанных штанах. Джо Нейсмит открывал свежую упаковку кофе. Фокс посмотрел на него. Нейсмит совсем не соответствовал такой характеристике; да и Тони Кай, если уж на то пошло…

— Пахнет обалденно, — сообщил Джо, поднося пакетик к носу.

— Скажи, Джо, почему ты пошёл в контролёры?

Брови Нейсмита удивлённо приподнялись.

— В первый раз за полгода слышу от тебя такой вопрос.

— И всё-таки.

Нейсмит раздумывал несколько мгновений.

— Мне нравится эта работа, — в итоге выдал он. — Но разве не поэтому мы все оказались здесь?

— Бог его знает, — пробормотал Фокс, сжав пальцами переносицу. И спросил, не собирается ли Джо провести ещё одну ночь в фургоне.

— Гилкрист считает, что в этом есть смысл.

— Я другого мнения, — заметил Фокс. — Насколько я могу судить, вы только зря потратите время. Так что ступай вниз и скажи ему об этом.

— Но я варю кофе…

Фокс выхватил у него пакетик.

— Уже не варишь. Шагом марш! — Он красноречивым жестом указал на дверь, чтобы младший коллега не вздумал спорить, и проводил его взглядом, когда тот вышел из кабинета.

Фокс высыпал кофе в фильтр, водрузил его на место, наполнил водой резервуар и поставил стеклянный кувшин на электронагреватель.

— Мне больше нравится, как это делает Джо, — укоризненно сказал ему Кай. Он встал со своего стула и подошёл к принтеру. Принтер был общий — один на всю комнату — и в данный момент как раз извергал последний листок отпечатанного документа. — Обрати внимание на примечание внизу, — заметил он. — Там говорится, что дополнительная информация находится в АУДе.

АУД — архив утилизированных досье. Время от времени в полицейских управлениях проводились информационные чистки. Папкам устраивали ревизию, их существование документировалось для потомков, а сами они отправлялись мотать пожизненный срок на одной из бессчётных полок необъятного хранилища в промышленной зоне Дамбрайден. Фоксу несколько раз доводилось там побывать. Постановлением предыдущего главного констебля всё содержимое АУДа подлежало переводу в цифровой формат — но, как обычно, возникли проблемы с финансированием. Получив от Кая три листа формата А4, Фокс первым делом посмотрел на примечание внизу последней страницы. Там было несколько ссылок на АУД. Они были датированы 1968, 1973 и 1978 годами. Далее, как следовало из распечатки, трения с законом имели место в 1984 и 1988 годах. Первое — по делу о пособничестве и укрывательстве. До суда не дошло. Второе — скупка краденого. Процесс, судя по всему, опять замяли. Годом рождения Джека Бротона был указан 1937-й, то есть ему сейчас должно быть семьдесят один. Почти семьдесят два.

— Прошло больше двадцати лет со времени его последней проделки, — прокомментировал Фокс. — А теперь он того же возраста, что и мой отец.

Кай читал рапорт, заглядывая ему через плечо.

— Помню, когда я ещё только стажировался, один коп рассказывал мне о нём. В те времена этот тип был важной персоной.

— Там, в казино, я видел женщину лет тридцати с небольшим — мне кажется, она хозяйка.

— Ты что, туда ездил?

Фокс бросил на него суровый взгляд:

— Давай обойдёмся без расспросов. — И продолжил читать страницу. У Джека Бротона было двое сыновей и дочь. Но оба сына попали на тот свет, как говорится, поперёд батьки — один погиб в автокатастрофе, другого прикончили в ресторанной потасовке. — Неужели это его дочь?

— В отделе лицензий должны знать, — ответил Кай. — Хочешь, чтобы я занялся этим?

— У тебя там есть знакомые?

— Может, и есть. — Кай удалился к своему столу. — Будь так добр, принеси мне чашечку, когда кофе будет готов.

— Три сахара? — саркастически осведомился Фокс.

— Три в одном, — подтвердил Кай.

Но Джо Нейсмит вернулся прежде, чем кофеварка справилась с делом. У него был такой вид, будто он очень обеспокоен, что в его отсутствие с ситечком могло произойти что-то ужасное.

— Ну, как успехи? — спросил его Фокс.

— Сержант Инглис хочет поговорить с вами, — ответил Нейсмит, избегая его взгляда.

— Зачем? По какому поводу?

— Она просто сказала, что хочет поговорить.

— Скорее беги к ней, Фокси, — сказал Кай, зажимая ладонью динамик телефонной трубки. — И не забудь одеколон…

Но Фокс уже смотрел на порог, где, скрестив руки на груди, стояла Энни Инглис. Она мотнула головой — дескать, ждёт в коридоре. Фокс сунул Нейсмиту пустую кружку, которую держал в руках, и вышел, затворив за собой дверь.

— Почему? — с ходу спросила она.

— Что почему?

— Почему прекращено наблюдение за Бреком?

— Это бессмысленно. Прошлой ночью парни ничего не обнаружили.

Её глаза сузились.

— Вы видитесь с ним, не так ли?

— Вы следите за мной, сержант Инглис?

— Ответьте на мой вопрос.

— Сначала вы ответьте на мой.

— Нет, я не слежу за вами.

— Он расследует убийство, имеющее непосредственное отношение к моей семье, — напоминаю, на тот случай, если вы забыли. Я заинтересован в результатах и поэтому поддерживаю с ним контакт.

— По моим данным, он производит хорошее впечатление — симпатичный, честный, благородный…

— И что?

— А то, что все они таковы, Малькольм! Именно так они завоёвывают расположение детей и даже их родителей. И здесь кроется причина того, что иногда мы не можем поймать их, — они великолепно умеют притворяться. Будто они такие же, как мы.

— Он не такой, как я, — заявил Фокс.

— И этим он вас подкупил?

— Он меня ничем не подкупил, — рассвирепел Фокс.

Инглис уставилась в пол и вздохнула:

— Он провёл час вчера ночью, играя онлайн в ролевую игру, Quidnunc. Знаете, в чём там принцип?

— Да.

— Маскировать свою истинную суть. Играя, он будто бы становится другой личностью.

— Он и ещё несколько миллионов людей по всему миру.

Инглис посмотрела на Фокса:

— Это Брек рассказал вам о РИ?

— Да.

Она размышляла несколько мгновений. Потом откинула волосы со лба.

— Есть ли вероятность, что он что-то заподозрил?

Фокс вспомнил слова Брека насчёт фургона, который уехал, как только он лёг спать.

— Не думаю, — ответил он.

— Если он настороже, то будет избегать открытых действий.

— Не думаю, что он что-то заподозрил, — повторил Фокс.

Некоторое время Энни обдумывала его ответ.

— Типичное поведение для нашего типа преступников, — сказала она наконец, смягчая тон. — Они обычно пишут в сети, что им четырнадцать-пятнадцать лет, организуют группы по интересам и просят других членов присылать им фотографии…

— Понятно, — вставил Фокс.

— Они мастерски вживаются в любую роль. Оттачивают своё искусство, играя в РИ, как подростки. А потом устраивают встречи с партнёрами по играм…

— Вы хотите, чтобы Гилкрист и Нейсмит снова дежурили сегодня ночью?

— Они готовы.

Фокс еле заметно кивнул.

— Только пусть выберут другое место для парковки — подальше от дома. Одна и та же позиция две ночи подряд может вызвать подозрения.

Инглис в ответ кивнула и, протянув руку, коснулась его ладони.

— Спасибо, — сказала она, поворачиваясь, чтобы уйти. Но задержалась. — Есть ли новости о парне вашей сестры?

Фокс покачал головой и смотрел, как она удаляется. Потом достал телефон и набрал номер Джуд, сожалея, что не сделал этого до сих пор. Ответа не последовало. Тогда он оставил ей сообщение и вернулся в офис.

— Готовься, сегодня тебе опять предстоит ночь на колёсах, — сообщил он Нейсмиту.

— Скажи, что я не нужен, — взмолился Кай. Он только что положил трубку и держал в руках листок бумаги.

— Это по моему запросу? — спросил Фокс.

— То самое имя. — Кай помахал листком.

— Принимается, — сказал ему Фокс. — Сегодня вечером тебе не придётся развлекать Джо.

— У тебя же для этого есть Гилкрист, верно, Джо? — съязвил Кай, попутно складывая бумагу в самолётик, который по готовности был тут же отправлен в полёт в сторону стола Фокса. Листок приземлился на пол. Малькольм наклонился и поднял его. Там было напечатано имя. Инициал «Дж.» над входом в «Оливер» означал вовсе не «Джек».

Имелась в виду Джоанна, его дочь.

Фокс вспомнил женщину, остановившуюся возле «Оливера» на роскошном «бентли» и проследовавшую в казино. Она не стала спрашивать их с Бреком, что они делают на её стоянке. Потому что была истинной дочерью своего отца и чуяла копа за версту.

Значит, Джоанна Бротон. Фокс набрал номер Джейми Брека.

— «Дж.» значит «Джоанна», верно? — спросил он, не тратя время на приветствия.

В ответной реплике Брека послышалась ирония:

— Быстро вы.

— И, я так подозреваю, вам известно, кто это?

— Неужто дочь Джека Бротона? — притворно удивился Брек.

— Значит, она управляет заведением от его имени? Или как?

— Стоп. Вы решили, что женщина, которую мы с вами сегодня видели, — это мисс Бротон?

— Я ничего не решил, — поправил его Фокс. — Но вы-то явно знаете, кто она. Что там такое, с ней и с «Оливером»? Вы что-то недоговариваете, Джейми?

— Я расследую убийство, Малькольм. Есть вещи, о которых я не вправе рассказывать.

— И эта — одна из них?

— Возможно, я смогу объяснить вам всё позже, Малькольм. А сейчас извините, мне нужно работать.

Брек повесил трубку. Малькольм положил телефон на стол и опустился на своё место. Подтяжки резали ему плечи, и он поправил лямки. В голове звучали слова Инглис: симпатичный… честный… благородный… Этим он вас подкупил? Зазвонил мобильный. Фокс взглянул на дисплей и прочёл имя — «Джуд».

— Привет, сестрёнка! Молодец, что перезвонила…

В трубке стояла тишина. Было только слышно какое-то сопение и хлюпанье.

— Джуд! — позвал он.

— Маль-кольм… — Её голос сорвался на середине.

— Что такое?

— Они копают в саду…

— Кто?

— Полиция — твоя полиция — они… — Она снова задохнулась от слёз.

— Еду, — сказал Фокс. Нажимая «отбой», он уже натягивал пиджак. Кай спросил, что произошло.

— Надо отлучиться, — лаконично ответил Фокс. Выйдя на стоянку, он обнаружил, что машина ещё не успела остыть — в салоне было тепло.

Парочка соседей Джуд до сих пор маячила в окнах. Ещё бы — три патрульных машины и два белых фургона. Входная дверь была открыта. В палисаднике Фокс не заметил никаких следов раскопок. Сад находился с обратной стороны, и туда можно было попасть только одним способом — через заднюю дверь на кухне. Это, в сущности, и садом-то не назовёшь — клочок земли метров шесть на двадцать от силы, где куски тротуарной плитки перемежались зарослями бурьяна. На входе дежурил полицейский в униформе. Но Фокс показал удостоверение и проник внутрь. В доме стоял жуткий холод — обе двери настежь, парадная и задняя: против такого сквозняка батареи бессильны.

— Кто вас впустил? — прорычал Билли Джайлз, завидев его. Он стоял на кухне, в одной руке держа дымящуюся кружку чаю, а в другой — надкушенный шоколадный батончик «Марс».

— Где моя сестра?

— У соседки, — ответил Джайлз, продолжая работать челюстями. Фокс сделал несколько шагов в глубь помещения, чтобы увидеть, что творится за окном кухни, выходящим в сад. Там работала целая команда с кирками и лопатами. Они копали сразу в нескольких местах, кое-где даже поднимали плиты. Пол кухни, так тщательно вымытый Элисон Пэттифер, был сплошь покрыт грязными следами. Кто-то из экспертов сканировал стены специальным прибором — в поисках микроскопических пятен крови.

— Вы всё ещё здесь? — рявкнул Джайлз, бросая на пол обёртку.

— Решили поковыряться в песочнице, Джайлз?

— К вашему сведению, я — не молокосос, а настоящий коп. В отличие от некоторых. — Он злобно пялился на Фокса. — Похоже, вы мне просто завидуете.

— Не пойму, чего больше в вашем усердии — злобы или отчаяния.

— Нам позвонили соседи, — ядовито сказал Джайлз. Его голос дрожал от гнева, дыхание прерывалось, глаза яростно сверлили Фокса. — Они слышали, как кто-то копал здесь ночью, в воскресенье. Это ваш семейный обычай — заниматься садоводством при луне?

— Вы узнали имена этих соседей? — Ответа не последовало, и у Фокса вырвался хриплый смешок. — Или вы готовы поверить любому психу, который балуется с телефоном? Вы не пробовали посылать их к чёрту? — Фокс помолчал. — Надеюсь, номер хотя бы отследили…

— Паб в Корсторфайне, — выдал Джайлз. И, обращаясь к одному из своих людей, вошедшему с улицы: — Нашли что-нибудь?

— Несколько костей… видимо, они уже много лет там лежат. Фил говорит, это домашняя кошка или щенок.

Повисла пауза.

— А чего вы ожидали? — прервав молчание, спросил Фокс. — Вы отлично знаете, чьи это кости. Не кошки и не щенка, а белого бычка из той сказки, которую вам наплели по телефону.

Джайлз ткнул в его сторону толстым пальцем:

— Этот человек мешает работе следствия на месте преступления. Уберите его отсюда.

Кто-то сзади схватил Фокса за локоть. Он дёрнул рукой, но, оглянувшись, увидел Джейми Брека.

— Ну, всё, пойдёмте, — сурово сказал Брек, увлекая Фокса к выходу.

Оказавшись на лестнице, оба перешли на шёпот.

— Это просто дерьмо собачье! — прошипел Фокс.

— Может, и так, но мы не вправе пренебрегать ни малейшим шансом. Вы же понимаете, Малькольм.

— Просто Джайлз хочет досадить мне любым способом. У него на меня зуб. Это же очевидно. Вы должны его унять, Джейми.

Брек поднял брови:

— Я?

— А кто ещё сможет с ним справиться? Я сам видел, вы — отличный работник…

С противоположной стороны улицы раздался стук. В окне дома напротив кто-то барабанил по стеклу изнутри.

— Вас зовут, — коротко ответил Брек. Обернувшись, Фокс увидел в окне Элисон Пэттифер, которая жестами приглашала его войти. Фокс помахал ей — дескать, сейчас — и снова взглянул на Брека.

— Уймите его, — настойчиво повторил он и зашагал к двери соседнего дома.

Он провёл там почти час и выпил две кружки чаю. Обе женщины сидели на диване. Пэттифер то и дело брала Джуд за руку и поглаживала её, успокаивая. Фокс попросил соседку открыть заднюю дверь, чтобы через забор видеть, как идёт работа в саду. Старатели подняли ещё одну плиту. Джайлз бросал на него злобные взгляды, но тем и ограничивался.

— Ты не можешь сделать так, чтобы они ушли? — то и дело спрашивала Джуд. — Наверняка можешь!

— Вряд ли, — отвечал он, понимая, насколько беспомощно звучат его слова. Он мог бы добавить, что в происходящем есть и доля его вины. Будучи не в силах подобраться к самому Фоксу, Джайлз обрушил свою месть на ту, кого он любил. Ещё Фокс подумал, что можно подать жалобу Макьюэну, но тут же понял, как глупо это будет выглядеть. Злобному Билли не составит труда отразить обвинение: мы расследуем убийство… должны обыскать каждый дюйм… странно, что офицер полиции этого не понимает…

Нет, беспокоить Макьюэна не имело смысла. Оставалось одно — посоветовать Джуд обратиться к юристу, но это тоже не лучший вариант: среди копов давно и глубоко укоренилась привычка не доверять юристам. Получалось, что он бессилен помочь сестре. И Джайлз прекрасно это знал. Фокс со смущённым и виноватым видом распрощался с женщинами, напоследок чмокнув Джуд и пожав руку Пэттифер. Минут пять он сидел в машине, размышляя, стоит ли возвращаться на Фэттс-авеню. Приняв решение, Малькольм поехал в супермаркет в Оксгенгсе, набрал там кучу еды и потратил дома добрых полчаса на то, чтобы распаковать и рассортировать её. Он расставлял банки и коробки в холодильнике соответственно сроку годности продуктов: то, что следовало съесть поскорее, — ближе к дверце, остальное — на галёрку. Свежая паста с соусом песто предназначалась на ужин. В супермаркете Фокс забрёл в отдел спиртного, подумывая о баночке безалкогольного пива. Прошёл мимо полок с вином и крепкими напитками, отметив, что с тех пор, как он в последний раз покупал виски, цены на некоторые сорта сильно упали. На горлышках бутылок с дорогим алкоголем красовались специальные магнитные ярлычки — дополнительная мера защиты, чтобы отпугнуть воров. В итоге он прихватил коробку сока в холодильном отделении — манго и груша. Во всяком случае, это куда полезнее, дружок, сказал он сам себе.

После ужина он включил телевизор, но не увидел там ничего стоящего. Тогда в его уме начали заново проплывать события прошедшего дня. Телефон пиликнул — входящее сообщение. Тони Кай приглашал его в «Минтерс». На принятие решения у Фокса ушло примерно пять секунд.


— Похоже, мы здесь, потому что нам больше некуда пойти, — констатировал Фокс, оказавшись в пабе, на своём обычном месте. Сегодня дежурил другой бармен — более молодой, но столь же увлечённый телевикториной. У стойки сидели два незнакомых посетителя. Маргарет Сайм, знакомая Кая, кивнула Фоксу из-за соседнего столика. Направляясь обратно в город, он сделал небольшой крюк, чтобы проехать мимо дома Джейми Брека. Никаких признаков жизни, и фургона пока не видно.

— Ваше здоровье, — сказал Кай, забирая с подноса официанта свежую пинту пива и ставя её рядом с предыдущей, уже наполовину пустой. Фокс поставил свой томатный сок на картонную подставочку и скинул с плеч спортивную куртку. Галстук он оставил дома, но рубашку, брюки и подтяжки менять не стал.

— Что там творится у Джуд? — поинтересовался Кай.

— Злобный Билли привёл своих людей, и они перерыли весь сад. Им накануне позвонил анонимный доброжелатель — якобы там что-то творилось в воскресенье ночью.

— Для Билли это, конечно, отличное оправдание, — сочувственно сказал Кай, качнув головой. — Надеюсь, ты там не наследил, Фокси. Иначе — жди его в гости с оскаленной пастью и когтями навыпуск.

— Знаю, Тони.

— Уж больно этот ублюдок любит Глена Хитона… И ведь, вспомни, защищал его до последнего!

Фокс внимательно посмотрел на коллегу:

— Ты думаешь, Джайлз не понимал, чем занимается Хитон?

Кай пожал плечами:

— Кто его знает. Ясно одно — от него одни проблемы.

— Если он не перестанет мучить мою сестру, то узнает, что такое настоящие проблемы.

Кай хихикнул в кружку. Фокс знал, о чём он подумал.

У тебя кишка тонка, Фокси, что ты можешь ему сделать…

Чёрт, возможно. Пусть так. Но кто знает… Он сделал небольшой глоток из своего стакана.

— Ты ведь не помрёшь, если добавишь туда маленькую рюмочку водки? — сердито проворчал Кай. — А то я сижу тут с тобой и чувствую себя последним пьяницей.

— Ты сам меня позвал.

— Да знаю, знаю… Я просто так спросил.

— От одной рюмочки я не помру, — объяснил Фокс после недолгого раздумья. — Но беда в том, что это будет только начало. А таким, как я, Тони, стоит только начать…

Тони наморщил нос:

— Ты же не алкоголик, Малькольм. Я видел настоящих алкоголиков, когда был стажёром, — это натуральные самоубийцы.

— Я не дружу с выпивкой, Тони. Зато это… — он снова поднял свой томатный сок, — всё ещё способно придать мне бодрости.

Некоторое время они сидели молча, попивая свои напитки. Дверь открылась, и в паб вошла новая группа из трёх посетителей.

Фокс, сидя спиной ко входу, увидел по лицу Кая, что тот быстро оценил ситуацию. У всех колов есть эта привычка — следить за входной дверью на всякий случай. «Случаем» мог оказаться парень, которого ты когда-то повязал или под давлением убедил выдать тебе некую информацию — пусть даже ради спасения его собственной шкуры; родственник преступника, против которого тебе приходилось давать показания, и тому подобное. В городе такого масштаба, как Эдинбург, нелегко избежать встреч со своим прошлым. Но Кай безмятежно вернулся к своей кружке — значит, беспокоиться не о чем. И всё же Фокс обернулся, чтобы взглянуть на вошедших. Костюмы и галстуки — бизнесмены в конце рабочего дня, возможно, по пути в ресторан. Но когда дверь хлопнула ещё раз, Фокс увидел, как брови Кая удивлённо поднялись. Он посмотрел назад. Это был Джо Нейсмит, одетый для долгого ночного дежурства в фургоне. Тёплая рубашка под шетландским свитером, свитер под курткой, куртка под шерстяным пальто. Он стаскивал все эти одёжки, одну за другой, по пути к столику.

— Ну и жарища тут у вас, — пожаловался Джо. Он расстегнул рубашку, под которой оказалась чёрная футболка.

— Поссорился с бойфрендом? — ехидно поинтересовался Кай.

Нейсмит пропустил его слова мимо ушей и спросил, что они будут пить.

— Мне — как всегда, — бодро ответил Тони. Фокс отрицательно покачал головой и поймал взгляд Джо.

— И всё-таки — что случилось? — спросил он.

— Мы уже собирались выезжать, в последний раз проверяли аппаратуру. Тут у Гилкриста звонит телефон. Он берёт трубку, что-то отвечает, а потом говорит — отбой. — Нейсмит пожал плечами и начал вылезать из-за стола.

— А кто звонил? — продолжал Фокс. Нейсмит опять пожал плечами и пошёл делать заказ.

— Думаешь, что-то произошло? — спросил Кай.

— Откуда мне знать? Я же не гадалка, Тони.

— Как бы то ни было, это славный предлог, чтобы позвонить домой сержанту Инглис и пригласить её на полуночное пау-вау[23] с распитием огненной воды…

— У неё ребёнок.

— Тогда поезжай к ней в гости. И прихвати с собой бутылочку. — Кай запнулся и скорчил досадливую гримасу. — Ох, да ты же не пьёшь.

— Точно.

— Придётся взять что-нибудь лёгкое для тебя и несколько порций «Баккарди» для леди.

Нейсмит уже возвращался, держа в каждой руке по кружке пива.

— Я уже и бутерброды приготовил, — сокрушался он, — и закачал в телефон видео, которое хотел ему показать…

— И он не объяснил, кто звонил и что случилось? — спросил Фокс. Нейсмит покачал головой. — И ты ничего не слышал — даже его слова во время разговора?

— Я был далеко позади, с аппаратурой, а он — спереди, в кабине.

— Это было в гараже, на Фэттс-авеню?

Кивнув, Нейсмит сделал первый глоток, отчего уровень пива в его кружке разом опустился на добрых полтора дюйма. Он удовлетворённо выдохнул и утёр губы большим и указательным пальцами.

— Но совсем недавно, днём, Инглис была настроена весьма решительно, — сообщил Фокс.

— Может, она взвесила ваши аргументы и передумала, — предположил Нейсмит.

— Возможно, — согласился Фокс. — А где сейчас Гилкрист?

— Он не захотел идти в паб.

Трое мужчин некоторое время сидели в тишине. Потом разговор, возобновившись, потёк в другое русло. Дошло и до Макьюэна и его нынешнего «увеселительного путешествия».

— Сначала они часок пьют чай с бисквитами и беседуют, а потом часа четыре играют в гольф, — фантазировал Тони Кай.

— Разве Макьюэн играет в гольф? — спросил Фокс, поднимаясь со своего места, чтобы заказать всем ещё по порции. Он колебался, стоит ли оставаться дольше. Сейчас он напоследок угостит Кая и Нейсмита и скажет, что ему пора. Но пока он сидел возле стойки, ожидая внимания бармена, по телевизору закончилась викторина и начались местные новости. Миловидный, холёный мужчина на экране делал какое-то публичное заявление. Дело происходило в комнате, похожей на офис. Докладчика окружала толпа репортёров с пёстрыми микрофонами. Потом в кадре появилась фотография — одетая с иголочки пара в обнимку на борту дорогой яхты. Лицо женщины показалось Фоксу знакомым.

— Сделайте погромче, — попросил он бармена. Но пока тот искал пульт, сюжет закончился и в новостях уже обсуждали другую тему. Фокс жестом попросил пульт и стал щёлкать каналами, пока не нашёл «Региональные новости». Выбрав в меню строчку «Шотландия», подождал, пока на экране появились строчки. Третий сверху заголовок касался того, что его интересовало. «Крупный торговец недвижимостью пропал без вести во время морской прогулки».

Фокс нажал кнопку и развернул колонку с текстом. «Чарльз Броган, миллионер, 43 года, владелец городской недвижимости… отправился в море на личной яхте, с причала в Эдинбурге… Пустая яхта обнаружена дрейфующей в устье Ферт-оф-Форт».[24]

— Что там такое? — спросил Кай. Он подошёл и воззрился на экран из-за плеча Фокса.

— Владелец Саламандер-пойнт. Я слыхал, он на грани банкротства. И вот тебе раз — парень исчезает с собственной яхты.

— Харакири? — предположил Кай.

Фокс положил пульт на барную стойку и оплатил заказ. Не говоря ни слова, бармен налил ему ещё один стакан томатного сока. Прихватив напитки, они вернулись к столику.

— Что-нибудь интересное в новостях? — спросил Нейсмит.

— Ничего такого, из-за чего бы стоило напрягать твой очаровательный чердачок, — ответил Кай, потрепав его за волосы. — Кстати, ты не надумал познакомить его с ножницами к приезду нашего Джека Никласа?[25]

— Я был в парикмахерской месяц назад.

Фокс снова поднялся со своего места.

— Я на минутку, — сказал он. — Надо сделать один звонок.

Он вышел на улицу. Холодный ветер ударил в грудь. Подавив желание вернуться в паб за пиджаком, он остался. Его грело другое желание. Малькольм вынул мобильный и набрал номер Джейми Брека.

— Так и знал, что вы позвоните, — сказал Брек.

— Я только что смотрел новости…

— Я тоже.

— Вам не сообщили об этом раньше?

— Видимо, жена первым делом связалась со своим пиар-агентом.

— Это тот человек, который делал заявление для СМИ?

— Его зовут Гордон Ловатт. Он из «Ловатт, Мэйкл, Мэлдрам».

— Никогда о них не слышал.

— Крупная фирма по связям с общественностью. Они и лоббированием занимаются.

— О, вы уже в курсе дела. Отличная работа, Джейми.

— Я вышел на них случайно… — Голос Брека прервался. Фокс услышал вой сирены. Он слегка отодвинул телефон от уха, чтобы удостовериться, что звук идёт оттуда.

— Вы не дома, — констатировал он.

— Еду в Торфичен.

— Зачем?

— Без особых причин.

— Это как-то связано с Джоанной Бротон? Она позвонила вам по поводу видеозаписей системы наблюдения?

Из паба вышли двое посетителей — покурить. Оба разразились громким кашлем и лишь потом продолжили свою беседу. Фокс отошёл подальше.

— Что за паб? — спросил Брек. — «Минтерс»?

— Я спросил вас насчёт Джоанны Бротон. Как вышло, что её тоже показали в новостях?

— Она замужем за Чарли Броганом. Не стала менять фамилию, но их брак длится уже три или четыре года.

— Тело нашли?

— Сейчас уже темно — как вы, должно быть, заметили. Служба береговой охраны прекратила поиски до завтрашнего утра.

— Но всё-таки вы едете в управление. — Это было скорее утверждение, чем вопрос.

— Да, — ответил Джейми Брек.

— Вы дадите мне знать, если появится что-то новое?

— Зависит от того, что именно. Я уверен, что завтра нам с вами предстоит беседа — независимо от моего желания. А пока, инспектор, проведите остаток вечера с пользой.

— Спасибо, не премину.

— По крайней мере, постарайтесь. — Брек повесил трубку.

Фокс вернулся в паб, потирая озябшие руки.

— Хорошие новости, — сказал он Нейсмиту. — Вы бы только зря потратили время в фургоне.

— Брек не дома? — догадался Кай.

— На работе, — подтвердил Фокс.

— Поэтому Гилкристу дали отбой? — спросил Нейсмит. — Могли они как-то узнать?

— Вряд ли, — ответил Фокс после недолгого раздумья.

Пятница, 13 февраля 2009

11

На следующее утро Малькольм очутился в офисе, как оказалось, раньше всех. Не найдя никого на рабочем месте, он спустился в столовую. Там он обнаружил Энни Инглис, склонившуюся над чашкой кофе и тарелкой с наполовину приконченной яичницей.

— Выглядите не ахти, — сказал Малькольм, садясь к ней за столик.

— Всё Дункан.

— Что натворил?

Инглис потёрла лицо руками.

— Да в общем-то ничего особенного… Такой возраст…

— Восстаёт против мамочки?

Она улыбнулась — как показалось, из последних сил.

— Поздно возвращается домой — позднее, чем мне хотелось бы. Хорошо, что вообще приходит.

— Ждали его допоздна?

Она кивнула.

— А если ему с утра в школу — легче мертвеца поднять.

— Думаете, он попал в плохую компанию?

— Для матери любая компания — плохая. — Она снова улыбнулась.

— Ясное дело.

— Кажется, они немного попивают. А может, и ещё чего.

— Деньги не таскает?

— До этого, кажется, пока не дошло. Он иногда бывает слегка, — она искала правильное слово, — подшофе. Да и в школе говорят, что он подотстал, не сдаёт домашние работы.

— У него выпускные экзамены в следующем году, да?

— Да. — Пытаясь взбодриться, она снова поднесла к губам кружку с кофе. — Третья за сегодня.

— Хотите четвёртую?

Инглис помотала головой и осушила кружку большим глотком.

— Он с отцом видится? — спросил Фокс, но вместо ответа услышал:

— Вы хотели мне что-то сообщить, инспектор?

— Вообще-то да, но это может подождать.

— Рассказывайте. Надо же мне как-то начать работать.

— Вы знаете, что вчерашний сеанс в последний момент свернули?

Она посмотрела на него:

— Нет.

— Просто вы так настойчиво убеждали меня вчера… вот я и решил спросить, почему планы изменились.

— Я сегодня ещё не виделась с Гилкристом.

— Всё уже было готово, но неожиданно Гилкристу кто-то позвонил, и после разговора он сообщил моему человеку, что всё отменяется.

— При встрече расспрошу его. Может быть, нашлись дела поважнее?

— Может быть, — согласился Фокс.

— Узнаю у него, — повторила Инглис.

— Уверены, что не хотите ещё чашечку? У нас, наверху, кофеёк понаваристее — четыре звёздочки.

— Да уж, знаю. Запах стоит на весь коридор.

— Будете поблизости — милости прошу.

— Спасибо. И вот ещё, Малькольм: то, что я говорила насчёт Дункана…

— Я нем как могила.


В кабинете уже сидел Макьюэн.

— Привезли нам сувениры? — спросил Фокс.

Шеф только фыркнул в ответ и спросил, что творилось в его отсутствие.

— Тихо, как на рыбалке, — ответил Малькольм. Кофейный аппарат притягивал его, но кофе там не оказалось. Фокс подумал о том, чтобы снова спуститься в столовую, но заметил пакетики с чаем и решил повременить. Он вскипятил воду, но обнаружил, что нет молока. Малькольм посмотрел на часы. У Нейсмита на сегодня нет оправданий: ни ночных бдений, ни снежных бурь. Приедет через четверть часа как миленький.

— А у них там, в RBS,[26] есть свой «Старбакс», — сообщил Макьюэн.

— Но мы-то не RBS.

— Бог миловал.

— Как конференция?

— Скука смертная.

— Уличные беспорядки этим летом запланированы?

— Парочка святейших пророчит, что да. Безработица… смятение… страх перед будущим… недовольство растёт, а выхода пока не видно… Плюс кучка экстремистов в качестве взрывателя.

— Погромы в Эдинбурге. Интересно на это посмотреть.

— Раньше такое часто бывало. Они толпой вываливали на улицы и вели себя как звери.

Малькольм покачал головой:

— Сейчас другие времена, Боб. Даже когда они пикетируют дом главы банка, то стараются ничего не запачкать и приходят с готовыми плакатами. Ни тебе драк, ни разрушений, ни лестных граффити. Вот они — нынешние эдинбургские экстремисты.

— Дай бог, чтобы ты оказался прав. — Макьюэн трижды чихнул и потянулся за телефоном. — Всё же эта твоя простуда и до меня добралась.

— Счастлив поделиться, — съехидничал Малькольм. — Правда, меня уже понемногу отпускает.

Явился Нейсмит. С пакетом, полным молока и кофе. При виде покупок Фокс восторженно показал ему два больших пальца. В ответ Джо протянул открытую ладонь — для получения денежных средств. Была пятница — день расплаты за кофейные поставки. Малькольм сделал вид, что ничего не заметил, и занялся бумажной рутиной. От адвокатов поступили документы по делу Хитона: копии свидетельских показаний с кучей дополнительных запросов и заметок на каждом листе. Часть достанется Каю с Нейсмитом, а самые лакомые кусочки он оставит себе. Ещё через полчаса в офис неспешной походкой вошёл Кай: правда, при виде босса он несколько оторопел и разом утратил всю свою беспечность.

— Часы отстают, что ли? — рявкнул Макьюэн.

— Прошу прощения, сэр, — ляпнул тот. И потянулся за кружкой: Нейсмит уже наливал ему кофе. Кай откуда-то извлёк газетку и положил перед Фоксом. — Третья страница. Фото топлес, кажется, нет, но взглянуть всё равно стоит.

Так, посмотрим, о чём тут повествует утренний «Скотсмэн»… Статья на целый разворот. Фотографии самого Брогана, роковой яхты, Джоанны Бротон и отца её Джека. Все снимки довольно старые, кроме одного: Гордон Ловатт на пресс-конференции. Написано много, а дело нехитрое. Компания Брогана владела кучей земли и другой собственности в городе. Но долги росли. Броган по уикендам превращался в отважного морехода: его яхта, стоимостью в целый миллион фунтов, стояла на причале в Саут-Куинсферри. Жена Брогана — владелица процветающего казино «Оливер», а тесть — весьма состоятельный «местный бизнесмен в отставке, известный своим благородством». Прочитав это, Фокс улыбнулся и поднял взгляд от газеты. Кай наблюдал за ним.

— Ничего нового, — прокомментировал Фокс.

— А может, нового ничего и нет. Телик утром смотрел?

Фокс помотал головой.

— Тело так и не нашли. На палубе валялась бутылка дорогущего вина и таблетки: снотворное, прописанное жене… — Кай прервался на осмотр фото. — Вот это, я понимаю, жена! Только что же она нашла в лысеющем пузатом магнатике, интересно знать…

— Тут пишут, что парочка жила в пентхаусе одного из домов, принадлежащих компании.

— Три последних этажа в новом доме у парка Инверлейт, — отозвался Кай. — Тогда об этом во всех газетах трубили: самая дорогая квартира в Шотландии.

— Была самой дорогой — до этого чёртова кризиса.

— Не думаю, что леди от этого сильно пострадала, — папочка ведь под рукой.

— Но вот вопрос: почему он своего зятька не выкупил?

Тут Нейсмита прорвало:

— Вы — как две старые сплетницы со свежим выпуском «Хита».[27]

Телефон Фокса зазвонил. Это была Инглис:

— В коридоре в два.

Фокс повесил трубку и торжественно похлопал рукой по куче бумаг.

— Что тут мне? — спросил Кай, и Фокс подвинул к нему одну стопку.

— И мне давай. — Ещё одну стопку Нейсмиту.

— Ты себя-то не обделил, Малькольм? — ухмыльнулся Кай.

— И снова нам — всё самое интересное, — подхватил Нейсмит.

— Такова жизнь, — ответил Малькольм и вышел вон.

Энни уже ждала его в коридоре. Она стояла, облокотившись о стену, спрятав руки за спину и скрестив ноги.

— Их отозвали.

— Неужто?

— Дело Брека закрывают. — Каменный голос и такое же выражение лица.

— Причина?

— Приказ сверху.

— От кого?

— Малькольм. — Она посмотрела на него в упор. — Всё, что мне позволено вам сказать, — мы больше не нуждаемся в помощи вашего отдела.

— Именно так вам велели это преподнести.

— Малькольм…

Он сделал шаг к ней навстречу, но Инглис уже развернулась и пошла к себе в кабинет, чуть опустив голову. Она знала, что Фокс смотрит ей вслед, и рассчитывала, что он поймёт этот жест. Женщина, которая только что по чужой воле совершила не самый приятный поступок.


В обед он отлучился из офиса. Сделал крюк через столовую, надеясь встретить там Энни, но безуспешно. Фокс с неохотой покидал парковку. У него теплилась надежда, что его место никто не займёт, но ясно было, что шансы фактически равны нулю.

Малькольм ехал, посматривая в зеркало заднего вида, — это уже вошло у него в привычку. Никаких чёрных «астр» или зелёных «ка». Минут через десять он остановился возле казино. Саймон снова стоял за барной стойкой, болтая с миловидной крупье, пока её коллега несла вахту за столом с блек-джеком, оккупированным двумя завсегдатаями. Сегодня казино жило только за их счёт.

— Я же сказал — нужно разрешение босса. — Саймон узнал Фокса.

— Вообще-то вы это сказали моему коллеге. Мы с мисс Бротон уже обо всём договорились. Кстати, я опасался, что вы сегодня закрыты — в знак траура…

— Это же не ядерная война.

— Вот и славно — значит, не зря ехал…

Саймон взглянул на него:

— И что, она разрешила вам просмотреть записи?

— Совершенно верно, субботнего вечера. Позвоните ей сами, если не верите.

Оба знали, что никаких звонков не будет. С одной стороны, у мисс Бротон сейчас и без того забот по горло; с другой, бармен — слишком мелкая сошка, чтобы беспокоить хозяйку когда вздумается. Но ведь Саймон не хотел, чтобы стройная блондинка по ту сторону барной стойки об этом узнала. И вот уже Малькольм, довольный собой, в сопровождении бармена шёл в специальную комнату, поздравляя себя с заслуженной победой. Он заверил парня, что не отнимет у него много времени.

Штаб видеонаблюдения оказался тесной каморкой. Саймон уселся за стол и стал искать запись. Видео отображалось на экране компьютера, стоящего перед ним на столе.

Тут всё записывается на жёсткий диск, — пояснил Саймон.

Фокс тем временем изучал обстановку: пара стульев, стол с тремя ящиками и несколько мониторов, на которые транслировались изображения с разных камер. Ничего лишнего.

— Помогают эти камеры против жуликов?

— Несколько человек в зале следят за ходом игры. Иногда мы сажаем за стол своего под видом обычного посетителя, плюс весь персонал казино всегда начеку.

— Удавалось какому-нибудь умельцу вас облапошить?

— Было дело. Один или два раза. — Саймон ловко орудовал мышкой. Отыскав нужные файлы, он уступил место Фоксу.

— Есть новости о мистере Брогане? — поинтересовался бармен.

— Вы знали его?

— Он частенько к нам заглядывал. Играть не играл, просто навещал Джоанну.

Саймон, судя по всему, уходить не собирался, так что Фокс намекнул, что дальше он справится сам. Бармен помешкал немного, но, видимо вспомнив о девушке возле барной стойки, был таков. Фокс придвинулся к экрану и нажал Play. В углу экрана светились время и дата: девять часов вечера, суббота. Нужно было десять. Он нажал перемотку вперёд. Камера иногда брала крупным планом какого-нибудь одного игрока, вернее даже, его руки. Запись была без звука, что, вкупе с холодной цветовой гаммой, придавало ей несколько потусторонний, сюрреалистический оттенок. В основном фокусировались на столах. Дверям, фойе и барным стойкам особого внимания не уделялось. Винса Фолкнера нигде не было видно. Саймон в прошлый раз сказал Бреку, что Фолкнер был пьян и сидел в углу в нижнем баре. Но что за чёрт — Фоксу никак не удавалось его найти. В дверь постучали, и он с досадой присвистнул.

— Эй, подождите! — крикнул он. — Я ещё не закончил.

Дверь медленно отворилась.

— А вот и закончил, — прогудел низкий бас. На пороге, заполняя собой весь дверной проём, стоял старший инспектор Уильям «Злобный Билли» Джайлз. — Попался, — сказал он.


Полицейский участок в Торфичене. Комната для допросов — уже другая, настоящая. Настоящая комната для настоящих допросов. В углу с потолка свисала видеокамера. Красный огонёк, загораясь, оповещал, что идёт запись. Вдобавок на столе стоял двухкассетный магнитофон с микрофоном. Стены были выкрашены в белый. Единственное яркое пятно — табличка, информирующая о штрафе за курение. Видимо, у посетителей этой комнаты часто возникала такая потребность. Омерзительный запах свидетельствовал о том, что помещение освободили совсем недавно.

Здесь Фокс теперь и сидел. Его оставили на некоторое время одного — повариться в этом соку. Ни чаю, ни воды не предложили. Джайлз даже хотел забрать у него мобильный, но получил отпор.

— Откуда я знаю, что вы не засядете в какой-нибудь чат за мой счёт? — отшутился Фокс.

К нему приставили полицейского в униформе. Тому должность явно дали за красноречие. Фокс начал было набирать сообщение, но кому?.. Кто мог вытащить его из зловонной дыры, в которую он так резко спикировал?.. Поэтому он просто тыкал в кнопки, надеясь подразнить цербера… Минут через десять дверь отворилась. Явился Джайлз с двумя помощниками. Смутно знакомая дама лет тридцати — Фоксу показалось, что он видел её, когда занимался Хитоном, но имени не помнил. Вторым был Брек. Леди, видимо, отвечала за техническую сторону дела: чтобы записывались звук и видео. Проверив аппаратуру, она кивнула Джайлзу. Тот положил на стол папку и большой конверт и уселся напротив Фокса. Малькольм старался на них не смотреть.

— Сержант Брек. — Джайлз кивком пригласил Джейми устроиться рядом с Фоксом.

Брек молча сел, не глядя на Малькольма, и Фокс понял, что они очутились по одну сторону баррикад. Оба сидели перед Джайлзом, как два злостных прогульщика перед директором школы. Цербера в униформе отослали.

— С чего же начать, — прошипел Джайлз, перебирая свои свитки, потом, будто его вдруг осенило: — Может, с этих фотографий? Камерам-то можно верить…

Он достал содержимое конверта. Стопка фотографий, отпечатанных на принтере: качество хоть и не ахти, но кто на них запечатлён — понятно.

— На каждой есть время и дата, — сообщил Джайлз. — Вот здесь — вы, сержант Брек, наносите визит инспектору Фоксу у него дома. А вот вы уже вместе едете в казино. — Джайлз сделал эффектную паузу. — То самое, куда накануне своего исчезновения заходил Винс Фолкнер.

Джайлз протянул им зернистую фотографию, явно сделанную с приличного расстояния на телефон. На ней Фокс и Брек общались со швейцарами у входа в «Оливер».

— Та-ак, что тут у нас ещё? — Джайлз снова просмотрел свои бумаги, всем своим видом изображая то ли Коломбо, то ли Пуаро. — Вот вы снова, на этот раз — в Саламандер-пойнт. Сержант Брек там занимался расследованием убийства…

Пауза.

— А вот чем вы там занимались, инспектор Фокс? Не припоминаю, чтобы ваш отдел был уполномочен вести расследование этого дела. — Джайлз фыркнул. Он наслаждался каждой секундой своего шоу: работал и на видеокамеру, и на микрофон.

Теперь у Фокса не осталось сомнений по поводу тех двух навязчивых попутчиков. Даже если ты склонен к паранойе, подумал он, это не значит, что за тобой и в самом деле не следят.

— Хотите повлиять на ход расследования, инспектор Фокс? Вмешиваетесь в работу моих сотрудников на месте преступления?

— Дом моей сестры — не место преступления.

— Определения здесь раздаю я, и дом вашей сестры будет местом преступления, пока я не решу иначе. — Здоровяк говорил так умиротворённо и весомо, что казалось, вдыхал не кислород, а церковный ладан.

— Ваш идиотизм может сравниться только с вашим апломбом, — заметил Фокс, решив, что теперь его очередь внести свою лепту в концепцию допроса. И добавил: — Думаю, это тоже стоит записать в протокол.

Джайлзу потребовалось несколько мгновений, чтобы справиться с приступом гнева.

— Что вы делали перед тем, как вас задержали?

— Исполнял свой долг.

— Вы были в техническом помещении казино «Оливер» и просматривали там записи системы видеонаблюдения, сделанные в ту ночь, когда Винс Фолкнер пропал без вести.

Фокс почувствовал, что Брека неприятно взволновали эти новости.

— Кто наделил вас соответствующими полномочиями?

— Никто.

— А может, сержант Брек сказал вам, что это не повредит делу? Вы ведь уже дважды были в этом заведении вместе.

Джайлз вытащил ещё один снимок: Фокс и Брек возле машины последнего, под полуденным солнцем, за несколько секунд до появления Джоанны Бротон.

— Сержант Брек здесь ни при чём. Мы случайно оказались в Саламандер-пойнт в одно и то же время.

Джайлз переключился на Брека:

— Вы разрешили инспектору Фоксу присутствовать при вашей беседе с мистером Рональдом Хендри?

— Да, — подтвердил Брек.

— Будучи старше по званию, я приказал сержанту… — вступился Фокс.

— Приказали или нет — не важно. — Джайлз извлёк из своей папки бумажку. — А вот почему сержант ни словом не упомянул об этом в своём рапорте? Кстати, нанести вам вечерний визит вы ему тоже приказали? — Джайлз демонстративно выждал очередную паузу. — Вы двое в последнее время стали необычайно близки, так?

Джайлз метнул взгляд в Брека, тыча при этом пальцем в Малькольма:

— Он — подозреваемый, и вы это знаете! С каких это пор мы панибратствуем с подозреваемыми?

— Глен Хитон частенько этим занимался, — тихо заметил Малькольм.

Глаза Джайлза загорелись, но голос его не дрогнул.

— Вы только послушайте этого лицемера. — Он сел на стул, хрустнув шейными позвонками. — Ну и дела. В старые времена мы бы сами разобрались с такой ситуацией, между собой. — Он изобразил страдальческий вздох. — Но теперь, со всеми этими протоколами и проверками, всё должны быть белее белого. — Джайлз уставился на Фокса. — Вам, инспектор, должно быть об этом известно лучше всех.

Билли пожал плечами, и в тот же миг снаружи постучали. Девушка-офицер открыла дверь, и вошли двое. Первый — старший инспектор Боб Макьюэн. Второй — в форме, с остроконечным шлемом под мышкой.

— Что за чёртово позорище, — сказал он вместо приветствия.

Джайлз поднялся со стула, Джейми и Малькольм последовали его примеру. Так было положено в присутствии заместителя главного констебля. И в данном случае это было более чем уместно. Он всё ещё служил в Лотиане, хотя его и приглашали на более высокие должности в другие районы. Он несколько раз позволил обойти себя по карьерной лестнице, не пожелав становиться главным констеблем. Это был Адам Трэйнор, краснощёкий, внушительный, со стальным взглядом — «коп из копов», по единодушному мнению сослуживцев. Настоящий блюститель порядка, уважаемый всеми как выше, так и ниже его по рангу. Фоксу несколько раз доводилось встречаться с ним. Случаи мелких нарушений из юрисдикции его отдела не передавались в прокуратуру, а решались внутри управления. И слово здесь было как раз за заместителем главного констебля.

— Позорище, — вполголоса повторил Трэйнор. Макьюэн не отрываясь смотрел на Фокса, который утром сказал ему, что в отсутствие шефа всё было тихо, как на рыбалке… Ничего себе улов.

Трэйнор обратился к Джайлзу с Макьюэном:

— Ваших людей отстранят от работы до окончания расследования.

— Да, сэр, — проскрипел Макьюэн.

— Да, — подтвердил Джайлз.

— Не волнуйтесь, — бросил Трэйнор в направлении Фокса и Брека. — Жалованья вас не лишат.

Джайлз тоже не сводил глаз с Фокса, и Малькольм знал, о чём тот думает: так же, как и Глена Хитона…

— Прошу прощения, — перебила их девушка, — запись всё ещё ведётся.

— Так выключите же её, — прогремел Трэйнор. Она повиновалась, объявив в микрофон, что допрос окончен в 14 часов 57 минут.

— Начать следствие, сэр? — спросил Макьюэн.

— Вы опоздали, Боб. Грампиан следит за вашим человеком уже четыре дня. — Трэйнор перебирал фотографии на столе. — Они займутся этим делом. Так же, как и мы бы взялись за расследование, случись что-нибудь подобное у них.

Макьюэн нахмурился:

— Мой офицер был под наблюдением?

Заместитель главного констебля усмирил его одним взглядом:

— Ваш офицер нарушил правила, главный инспектор.

— И мне ничего не сообщили, — проворчал Макьюэн.

— Мы обсудим это позже. — Трэйнор сверкнул глазами в его сторону, но Боб продолжал смотреть на Фокса. В его взгляде застыл вопрос: какого чёрта? — Ну всё. — Трэйнор одёрнул мундир. — Всем ясно, что делать?

— Мой отчёт ещё не закончен, — влез Брек.

— Он и не должен быть закончен. Не хватало ещё, чтобы вы нам тут сказки писали.

Брек вспыхнул:

— При всём уважении, сэр…

Но Трэйнор уже покидал комнату.

— Мы изымаем ваши удостоверения, — выпалил Билли Джайлз, протягивая руку. — Вам запрещено появляться на рабочем месте — даже для того, чтобы забрать пиджак. Отправляйтесь по домам и сидите там, пока с вами не свяжется полиция Грампиана… Впрочем, что говорить — всю эту процедуру, инспектор Фокс, вы знаете, так сказать, изнутри…

Макьюэн вышел за Трэйнором, не желая отставать от него ни на шаг. На Фокса он больше не смотрел. Но Малькольм доверял своему боссу. Макьюэн будет на его стороне, что бы ни случилось.

— Ваши удостоверения, — повторил Джайлз. Его пальцы дрогнули. — После этого вас выведут из здания.

— Вы имеете право на бесплатного адвоката, — напомнила леди.

Джайлз одарил её тяжёлым взглядом.

— Спасибо, Аннабель, — сказал Брек, выпуская из рук своё удостоверение: чуть-чуть мимо протянутой руки Билли Джайлза.

12

Неподалёку, на углу, располагалась бильярдная. Они остановились рядом и зашли, чтобы обсудить всё в спокойной обстановке. Брек был знаком с хозяином. Им предоставили столик у окна и принесли кофе «за счёт заведения».

— Нет, уж лучше мы заплатим, — возразил Брек, доставая горсть монет из кармана, — а то все эти поблажки потом дорого обходятся… — Он встретился глазами с Фоксом, и оба понимающе улыбнулись.

— Это для вас сейчас не самое страшное, — заметил Фокс и продолжал: — Аннабель права. Можно действительно попробовать проконсультироваться с юристом.

Брек пожал плечами:

— По крайней мере, ваши опасения насчёт слежки оправдались. Это, видимо, объясняет и тот фургон под моими окнами…

— Наверное, — неуклюже согласился Фокс.

— Так что же нам теперь делать? Вы, как я полагаю, эксперт в этих делах…

Фокс ответил не сразу. Он прислушался к окружающей обстановке — клацанье бильярдных шаров, ленивая перебранка игроков за столами, приглушённый шум, несущийся с улицы. Теперь мы с тобой в одной лодке, подумал он.

— Есть ещё новости насчёт Брогана?

Брек непонимающе посмотрел на него:

— Какая теперь разница, Малькольм? Мы с вами отстранены от работы.

— Да, конечно, — пожал плечами Фокс, — но у нас есть друзья. Например, Аннабель — верно? Так что мы можем по-прежнему оставаться в курсе происходящего.

— А если об этом узнает Билли Джайлз?

— Он уже напакостил, сколько мог. Теперь нами занимается Грампиан. Мы больше не в его компетенции.

Фокс поднял свою чашку и подул на поверхность напитка. Он знал, что это самый дешёвый из всех возможных сортов растворимого кофе. И чашка не отличалась идеальной чистотой. Но вдруг понял, что запомнит этот вкус, запах и орнамент на блюдце на всю оставшуюся жизнь.

— Мы с вами теперь гражданские, Джейми, — продолжал он. — Но это не ограничивает, а расширяет наши возможности.

— Неужели? Я бы так не сказал.

Фокс в изумлении пожал плечами:

— Я думал, вы любите рисковать, Джейми. Вы же недавно сами говорили мне, что человек — кузнец своего счастья, независимо от ударов, которые готовит ему судьба.

— А вы со мной не соглашались.

Фокс снова пожал плечами. В бильярдную с улицы вошли двое игроков. Из их маленьких дорожных чемоданчиков торчали концы складных киёв. В кармане у одного из новоприбывших лежал скатанный в рулон свежий номер «Ивнинг ньюс». Когда мужчина снял пиджак, собираясь повесить его на вешалку, Фокс подошёл к нему и спросил:

— Не возражаете, если я взгляну?

Тот благосклонно кивнул, и Фокс вернулся за столик с газетой в руках. Имя Чарли Брогана значилось на первой странице — хотя, по большому счёту, ничего нового в статье не сообщалось.

— Помните, что вы сказали мне вчера, Джейми? Джоанна Бротон первым делом позвонила своему пиар-агенту. СМИ узнали о происшествии быстрее нас. Что это означает?

— Что у леди перекос в жизненных ценностях? — Брек задумался. — А вы что скажете?

— Я не уверен… пока ничего.

— Но вы не собираетесь сейчас ехать домой и валяться на диване, я правильно понял?

— Да.

— Вы думаете, они прекратили слежку?

— Дело даже не в этом, Джейми, — гораздо важнее сейчас выяснить, когда они её начали.

— Почему?

— Потому что время — главный фактор, Джейми. — Фокс посмотрел на Брека. — Вы действительно не знали, что за мной установлено наблюдение?

Брек решительно помотал головой.

— Трэйнор сказал — четыре дня. Значит, понедельник.

— А тело Винса было найдено только во вторник.

Фокс кивнул.

— Мне всё ещё не терпится взглянуть на видеозапись из «Оливера».

— Сомневаюсь, что вы там что-нибудь увидите.

Фокс откинулся на спинку стула.

— Может, вы теперь мне расскажете, откуда у вас такие познания о казино?

Брек молчал, размышляя, стоит ли выдавать информацию.

— Это было несколько месяцев назад, — наконец сказал он. — Мы тогда занимались одним парнем…

— Кем именно?

— Депутатом муниципального совета. Возникло подозрение, что он нечист на руку. Прошёл слух о некой встрече в «Оливере», и мы обратились к Джоанне Бротон за записями.

— И что было дальше?

— Их там просто не оказалось. Во всяком случае, они исчезли к тому моменту, как мы приехали.

— Они были стёрты?

— По официальной версии, в системе видеонаблюдения что-то сломалось…

— Но я своими глазами видел запись субботнего вечера.

— Это не значит, что опять что-нибудь не сломается. «Оливер» для Бротон — главная гордость, её способ доказать всем и вся, что она кое на что способна и сама, без чужой помощи.

— Вы хотите сказать — без папочки Джека?

Брек кивнул:

— Она очень боится испортить репутацию места. А все эти тайные встречи или последняя дислокация жертвы убийства… сами понимаете.

— И поэтому она пользуется услугами пиар-компании?

— «Ловатт, Мэйкл, Мэлдрам», — уточнил Брек.

Фокс задумался.

— Той ночью, когда мы с вами отправились в казино… вы сказали, что никогда там раньше не были.

— Я солгал.

— Зачем?

— По наитию, — объяснил Брек и взял газету из рук Фокса. Он перевернул первую страницу и пробежал глазами колонку редактора.

— Как вам это? — спросил он. И начал читать с середины: — «Стоимость различных районов застройки вдоль береговой линии Эдинбурга снизилась за последний год на двести двадцать миллионов фунтов… Земля в городской черте подешевела с двух миллионов фунтов за акр до примерно четверти этой суммы…» Проект перестройки пивоварни Фаунтейн приостановлен… как и Келтонгейт, и новый городок в Шоуфэйре… По мнению экспертов, восемьдесят процентов землевладений в Эдинбурге теперь вообще не имеют никаких перспектив… — Он положил газету и повторил: — Никаких перспектив. Похоже, у Чарли Брогана были причины, чтобы утопиться.

— Да уж, — отозвался Фокс, просматривая статью. — Пивоварня Фаунтейн… — протянул он. — Там ведь нашли Винса.

Брек кивнул.

— Возможно ли, что Броган был одним из застройщиков?

— Вполне, — согласился Брек.

— Сотни миллионов фунтов, которые просто взяли и растворились в воздухе, — задумчиво сказал Фокс.

— Но земля-то осталась, — возразил Брек, — просто люди потеряли доверие. Банки перестали выдавать кредиты, у всех какая-то нервная лихорадка. — Он помолчал. — Куда вы теперь, Малькольм?

— Наверное, съезжу проведаю Джуд. А вы?

— Я уже давно не имел возможности весь день посвятить игре в Quidnunc. — Брек запнулся, глядя в стол, и неожиданно добавил: — Я не жалею о том, что сделал.

— Не беспокойтесь, Джейми. Всё случившееся — целиком моя вина. Вы здесь ни при чём. Просто расскажите им всё как было: я давил на вас, пользуясь своим служебным положением, возможно, даже лгал… — Он чуть было не сказал: «Между прочим, и слежка была не только за мной…», но проглотил эти слова и глубоко вздохнул: — Вы ещё могли рассказать мне про казино и депутата…

Брек пожал плечами:

— Джайлз был прав — мне следовало держать вас на расстоянии пушечного выстрела от этого дела… Наверное, он зол на меня даже сильнее, чем на вас, — вы как были его врагом, так и остались, а я, выходит, предатель, Иуда…

— Я уверен, что Иуда тоже действовал из лучших побуждений…

Оба неуверенно рассмеялись и поднялись из-за столика, так и не допив кофе. Оказавшись лицом к лицу, пожали друг другу руки. Фокс водворил газету обратно в карман пиджака бильярдиста, помахал ему в знак благодарности и зашагал к выходу. Тем временем Джейми Брека уже и след простыл.


Тони Кай вышел из здания полицейского управления с потёртым, увесистым портфелем в руке. Насвистывая себе под нос, он пересёк автомобильную стоянку. Прозвучал сигнал клаксона, и Тони направился в его сторону. Дверца пассажирского сиденья машины гостеприимно распахнулась ему навстречу. Тони сел и вручил портфель законному владельцу.

— Что стряслось? — спросил он.

— Они больше не желают видеть меня за первой партой, — пояснил Малькольм Фокс. — Прошёл слух, что я радиоактивный.

— Макьюэн зол как чёрт.

— И как он это объясняет?

— Да никак. Он уже ходил на одно совещание к заместителю главного констебля и собирается идти снова. — Кай помолчал. — Там у них что-то странное творится…

— Полиция Грампиана, — пояснил Фокс. — Отдел контроля, я так думаю. Они занимаются мной.

Кай сложил губы трубочкой и присвистнул.

— Контролёры из Грампиана? Что ты натворил, Фокси?

— Я сам виноват, Тони. Я, и больше никто.

— Это из-за Брека?

Фокс на мгновение задумался, затем покачал головой:

— Они начали следить за мной ещё до нашего с ним знакомства.

— Ясно. Значит, у них уже что-то на тебя было ещё до заварушки с Бреком? Что за чёрт, с какого перепугу они вдруг за тебя взялись? Может, расскажешь поподробнее?

У Фокса не было ответа ни на один из этих вопросов — даже намёка на ответ. Он расстегнул свой портфель и заглянул внутрь.

— А где бумаги из прокуратуры?

— Макьюэн забрал.

— Он что, собирается взять кого-то на моё место?

— Ну да, временно. Пока ты не будешь готов продолжать работу.

— А кто сказал, что я не готов? — огрызнулся Фокс и поинтересовался: — И кто же это?

— Гилкрист.

Фокс уставился на него, не веря своим ушам:

— Гилкрист из Глотки?

Кай осторожно кивнул:

— Теперь ты видишь, в какой переплёт я попал по твоей милости. Между Нейсмитом и Гилкристом… Целыми днями слушать, как они друг перед другом выеживаются. Знаешь, что это значит?

— Что?

— Что тебе просто необходимо выпутаться из этой истории прежде, чем я сойду с ума…

Фокс устало улыбнулся:

— Спасибо за вотум доверия.

— Я о себе беспокоюсь, Фокси. — Мгновение они сидели в тишине, глядя сквозь лобовое стекло. Потом Кай протяжно вздохнул. — С тобой ведь всё будет в порядке? — спросил он.

— Не знаю, Тони.

— Я могу как-то помочь?

— Держи ухо востро. И каждый день звони, чтобы я тоже оставался в курсе. — Он помолчал и продолжил: — Интересно, чья это была идея — взять на моё место Гилкриста?

— Не сомневаюсь, что Нейсмит замолвил словечко…

— Но, насколько я понял, в Глотке и так дефицит сотрудников. Если ещё и Гилкрист уйдёт, там вообще останется одна Инглис.

Кай пожал плечами:

— Это не нашего ума дело, Фокси. — Он открыл дверцу машины. — Встретимся попозже в «Минтерсе»? Сегодня пятница, ты не забыл?

— Вряд ли я буду в настроении…

Кай уже наполовину вылез из машины, но задержался и снова сунул голову внутрь:

— Да, чуть не забыл — Джо просил передать тебе, что ты ему должен за три недели…

— Скажи ему — пусть перепишет долг на счёт моего преемника.

— Отличный стиль работы, инспектор Фокс, — с усмешкой произнёс Кай. — Впрочем, как всегда…


Вместо того чтобы отправиться в Оксгенгс, Фокс остановил машину возле дома Джуд. Вокруг было тихо — ни полицейских, ни фургонов. Он позвонил в дверь и услышал её голос:

— Кто там?

— Твой брат.

Она открыла и впустила его внутрь.

— Журналисты приходили? — догадался он.

— Они хотели, чтобы я им рассказала, почему твоя полиция разрыла мой сад. — Она подставила Фоксу щёку для поцелуя и повела его в гостиную. Перед его приходом она курила: в пепельнице тлел окурок. Однако никаких следов спиртного. На барной стойке стоял чайник, рядом кружка и почти полная банка растворимого кофе. — Будешь? — спросила она, но Фокс покачал головой.

— У тебя новый гипс, — заметил он.

Она слегка подняла руку.

— Новёхонький. Поменяла сегодня в обед. Он не такой огромный, как тот, и наконец-то я смогла вволю почесаться под ним, пока снимали и надевали.

Он улыбнулся.

— Ты ведь когда-то уже ломала руку, только другую?

— Запястье, — уточнила она. — Не думала, что ты помнишь.

— Мама тогда взяла меня с собой в больницу, чтобы посмотреть, как снимают гипс.

Джуд покивала головой. Она вернулась в своё любимое кресло и взяла из пачки ещё одну сигарету.

— Ты же только что курила, — удивился Фокс.

— Значит, пора курить следующую. Разве ты сам никогда не курил?

— Только в школе. — Он опустился на диван, напротив неё. Телевизор работал с выключенным звуком; на экране мелькали кадры какого-то документального фильма о природе.

— Кажется, с тех пор прошла целая жизнь, — проговорила Джуд.

— Так оно и есть.

Она снова кивнула, делаясь всё печальнее, и Фокс понял, что она думает о Винсе.

— Они всё ещё не говорят, когда можно будет забрать тело, — тихо сказала она.

— Знаешь, я тут вспомнил, — начал Фокс, слегка подавшись вперёд. — Ты ведь ни разу не рассказывала мне, как вы познакомились.

Она посмотрела на него:

— Я думала, тебе всё равно.

— Теперь — нет.

Джуд закурила, щурясь от дыма. Она устроилась в кресле, свесив ноги с подлокотника. Это напомнило Фоксу, что у его сестры хорошая фигура. Джинсы сидели на ней в обтяжку, подчёркивая стройные линии бёдер. На талии лишь едва намечался слой жира. Под футболкой не было бюстгальтера, и сквозь широкие рукава с обеих сторон проглядывали очертания груди. В школе она была яркой девочкой, хоть и немного занудой. Бунтарь проснулся в ней позже, с появлением первой татуировки — алой розы с острыми шипами на левом плече. Малькольм вспомнил, что на коленке у Сандры Хендри тоже была татуировка — скорпион. А руки Винса Фолкнера сплошь покрывали следы типичных забав времён его юности — из серии «иголка-и-чернила».

— Ви-инс, — задумчиво произнесла Джуд, растягивая звуки любимого имени. — Впервые я встретила его в баре в Вест-Энде — они там выпивали с друзьями. Был воскресный вечер. Я гуляла вдвоём с девушкой из моего офиса, Мелиссой. У неё был день рождения, а, сказать по правде, все наши сотрудницы за глаза называли её Лохушкой. Она пригласила ещё человек шесть с нашей работы, и я согласилась, не заметив, что все остальные нашли поводы отказаться. — Джуд вздохнула. — Так вот мы с ней и оказались вдвоём, и, надо сказать, в этом были свои плюсы.

— В смысле?

— На фоне Лохушки я выглядела просто шикарно.

— Красавица и Чудовище?

— Ну, она была не настолько ужасна, Малькольм. — Это было сказано как минимум не от чистого сердца. — Короче говоря, мы с ней зашли в этот паб на Сент-Мартинс-лейн или где-то в тех краях… Ты ведь совсем не знаешь Лондон? — Фокс мотнул головой под её вопросительным взглядом. — Тебе бы там жутко не понравилось. Он такой громадный, такой самодовольный… — Она, казалось, поплыла куда-то по волнам воспоминаний, но спохватилась и вернулась в реальность. — Винс был там с компанией друзей, человек шесть. В тот же день, только раньше, после обеда, их любимая команда выиграла какой-то футбольный матч, и они праздновали победу. Парни стали приставать к нам, совали под нос какую-то выпивку… — Она снова остановилась, поглощённая своими мыслями. — Но Винс был не такой, как остальные. Спокойный, даже немного застенчивый. Он написал свой телефонный номер у меня на руке и сказал, что теперь дело за мной.

— Значит, следующий шаг сделала ты?

— Наверное…

— Судя по всему, так и было.

Но Джуд покачала головой:

— Наутро я приняла душ, и номер стёрся. Я решила, что это обычное знакомство по пьяной лавочке и нечего забивать себе голову. Но Мелисса начала встречаться с одним парнем из той компании. Примерно через неделю он заехал за ней в офис…

— Винс был с ним?

Она улыбнулась:

— Хотел узнать, почему я не позвонила.

— И вы вчетвером поехали в город?

— Мы вчетвером поехали в город, — подтвердила она. — Мелисса рассталась с Гаретом недели через две. — На её глаза навернулись слёзы, отчего они заблестели, как стекло, но она сморгнула и сдержалась. — Я даже представить себе не могла, что это у нас надолго…

Фокс смотрел, как его сестра вытирает лицо рукавами — одним, потом другим. Спереди на её футболке была картинка с надписью. Сувенир из какого-то рок-тура. Малькольм вспомнил, что Винс Фолкнер часто водил Джуд на концерты. Ради некоторых групп они даже летали в Париж или Амстердам.

— Ты толком не знал его, — горько сказала Джуд. — Да и не хотел знать…

Всё, что Фоксу оставалось, — виновато кивнуть.

— Он был не таким уж подарком, Джуд.

— Из-за неприятностей с законом? — Она смело посмотрела ему в глаза. — Конечно, серьёзный аргумент для таких, как ты, — вы просто, кроме этого, ничего не видите. Да с тех пор сто лет прошло! А твой кошмарный Джайлз только об этом и твердит, и газеты ничем не лучше.

— Винс обманывал тебя, Джуд.

— Потому что с тех пор он изменился! — Она повысила голос. — И прекрати говорить, что он избивал меня, — не желаю этого слышать! И кто, спрашивается, накормил газетчиков этой чепухой, как не копы из твоей компании?

— Они больше не из моей компании, — сказал Фокс, задержав дыхание. — Теперь уже нет.


Большую часть вечера он занимался тем, что носил книги с полок в гостиную и раскладывал их на журнальном столике. Он решил выстроить их в алфавитном порядке и, возможно, с разделением на две категории: прочитанные и непрочитанные. Потом задумался: а не сдать ли часть книг в благотворительный магазин? А те, что останутся, можно будет дополнительно рассортировать на документальную литературу и беллетристику. На ужин он приготовил цыплёнка карри, используя ингредиенты, купленные в «Асде», на кассе у Сандры Хендри. Цыплёнок был родом из кооперативного магазина по пути домой. После ужина Фокс почувствовал дискомфорт — он явно переел.

— Сдам-ка я их все, — сказал он сам себе, глядя на штабеля книг. — Тогда и полки можно будет убрать. Сколько места освободится! Только вот для чего? Новый гигантский телевизор или домашний кинотеатр? Но тогда придётся смотреть ещё больше всякого хлама.

Когда завибрировал мобильный, Малькольм с радостью схватил его. Там оказалось сообщение от Энни Инглис. Она приглашала его к себе на обед в воскресенье. Прилагался её домашний адрес. Всё это заканчивалось самым простым в мире вопросом: «ОК?» Фокс запустил руку в волосы и почувствовал, что вспотел, пока таскал книги. Не будучи мастером составления текстов, он лишь с третьей попытки набрал ответ, который показался ему удовлетворительным, и нажал кнопку «Отослать». Сообщение получилось коротким и не отличалось оригинальностью. «ОК». Без вопросительного знака.

Суббота, 14 февраля 2009

13

На следующий день Малькольм проснулся позже обычного. В одиннадцать часов он вышел на кухню и обосновался там в компании «Скотсмэна», «Геральда» и «Ивнинг ньюс». Фокс хотел побольше узнать о Чарли Брогане. Уж чего-чего, а информации такого рода в газетах было полно. Из рабочей семьи, вырос и ходил в школу в Фалкирке, отец — плотник. Чарли начал сам зарабатывать себе на хлеб ещё до того, как с треском загремел со школьной скамьи. Так открывался его обширный послужной список. Он подвизался на многих поприщах, включая отделку полов и коммивояжёрство. Именно эти два дела, объединившись, и заложили основу его будущего процветания. Броган основал компанию по продаже напольных покрытий фабрикам и мелким организациям. К двадцати трём годам его капитал уже позволял более лихие дела. Он покупал квартиры и перепродавал их — с отделкой или просто так. Экономика в то время вся светилась и переливалась, так что вскорости он уже занимался недвижимостью и землёй по-крупному. Броган сделался вхож в богатые дома и обзавёлся множеством полезных связей. Общество банкиров и бизнесменов пришлось ему по душе. Он водил знакомство со многими известными девушками Шотландии и в итоге женился на Джоанне Бротон.

В газетах имелись и фото Джоанны. Она всегда выглядела шикарно, но в то же время в её образе ощущалась некоторая властная жёсткость. Когда она улыбалась фотографу, это была улыбка босса, адресованная подчинённому. Естественно, прилагалась панорама их знаменитого гнёздышка в Инверлейте со стенами, сплошь увешанными живописными полотнами. Боковая колонка содержала интервью с каким-то профессором психологии, рассуждающим на тему изменений в статистике самоубийств, которые могут произойти из-за всей этой финансовой кутерьмы.

Единственным крупным провалом Брогана стала попытка вступить в правление футбольного клуба «Селтик». Один его друг припомнил кое-что о том инциденте для «Геральд»: «Чарли не привык получать отказ. Дело закончилось тем, что он грозился вообще порвать с ними и заняться стадионом „Айброкс“. Таким уж он был — не терпел поражений».

Горячий парень, подумал Фокс. Такой скорее станет тяжело переживать обиду, чем искать ей логичное объяснение. Вполне мог воспринять экономический спад как личное оскорбление. Но вот эта фразочка насчёт «Айброкса»… Не утереться, но расквитаться… Непохоже, чтобы Чарли так легко сдавался, не пытаясь бороться… Психолог почему-то сосредоточился на экономике, не удосужившись рассмотреть главный вопрос: склонен ли в принципе к самоубийству такой человек, как Чарли? Судя по всему, предсмертной записки не нашли, никаких свидетельств того, что он готовил свои дела к самостоятельной жизни, перед тем как ступить в бездну, нет: вышел на своей яхте в открытое море подальше от всех неурядиц, глушил депрессию алкоголем и таблетками. Быть может, неаккуратное движение — споткнулся и уже за бортом. А может быть, наоборот: как раз здесь-то его героизм и взыграл — уйти с блеском, так и не дав никому себя обставить. Не запланированное самоубийство, а внезапный порыв.

Интервью с членами семьи не было, только то старое заявление, состряпанное Гордоном Ловаттом. Фокс рассматривал изображение Джоанны Бротон.

— А ты позаботилась о подобающем освещении в прессе, — сказал он ей. — Сама, первая, и так, как сочла нужным.

Действительно ли она такая холодная? Или это расчёт? Или стратегия умной женщины? По фотографии не определить, сколько ни пялься. Малькольм решил передохнуть и, отложив газеты, потянулся и распрямил затёкшую спину. Журнальный столик в гостиной был завален книгами, на полу их было ещё больше. В воздухе висела пыль. В ходе ревизии Малькольм заставил себя отказаться лишь от нескольких томов. Остальное, как ему казалось, он ещё захочет перечитать. Непонятно откуда раздалось пиликанье телефона. Несколько минут ушли на то, чтобы найти источник звука. Оказалось, трубка завалилась между книгами.

— Малькольм Фокс, — поприветствовал он. Звонили из Лаудер-лодж. Митч спрашивал, не собирается ли он, Малькольм, навестить его на этих выходных. Сначала Фокс хотел отложить визит на воскресенье, но вовремя вспомнил про обед у Инглис. Посмотрел на часы и велел передать отцу, что он уже в пути.

По окружной до кольца Шериффхолла, а там — на Уисп, срезав через улицу Ниддри. Двадцать минут спустя Малькольм остановился у дома престарелых. Митч уже ждал его внизу — в пальто, шляпе и шарфе.

— Хочу погулять, — сказал он сыну.

— Без проблем, — ответил Малькольм. — Сейчас, только подгоню машину поближе.

— Не надо. Ноги у меня ещё не совсем отсохли.

Они дошли до угла, где стояла «вольво» Фокса.

Сели. Малькольм пристегнул отцу ремень безопасности, и они поехали в Портобелло. Припарковались у променада.

— Надо было пригласить миссис Сандерсон.

— Одри сегодня осталась в постели: ей нездоровится. Простуда одолевает, — ответил Митч. Пока Фокс отстёгивал его, он сообщил: — Я просил их позвонить Джуд. Сказали, что она не отвечает.

— Её сейчас допекают журналисты… А может, просто была у соседки.

— Как она?

— Справляется понемногу.

— Скоро поймаешь тех, кто его убил?

— Это дело поручили не мне, пап.

— Но, я надеюсь, ты присматриваешь, чтобы всё шло как надо.

Фокс кивнул:

— Они пока не далеко продвинулись.

Светило солнце, и на побережье было полно народу. Собаки и дети бегали по пляжу. Ребятишки на роликах катались по бетонным дорожкам, в сопровождении родителей. Резкий ветер продувал устье реки Форт. Фокс подумал, не видно ли отсюда яхты Брогана. Газеты писали, что её отбуксировали в Норт-Куинсферри. Значит, возможен спор: Файф против Лотиана в битве за то, кому достанется это дело. Главный констебль, скорее всего, решит вопрос в пользу Лотиана.

— О чём думаешь? — спросил Митч.

Они стояли у парапета, всматриваясь в даль.

— Выходные — не для мыслей.

— Значит, о работе.

Отрицать это было бы лицемерием.

— Дела идут не лучшим образом, — оправдался Фокс.

— Надо тебе в отпуск.

— Я делал приличный перерыв на Рождество.

— И чем ты занимался? Я имею в виду нормальный отпуск — с солнцем, отелем и обедами у бассейна. Ты бы мог себе это позволить, если бы не мои счета.

Фокс посмотрел на отца:

— Не говори так. Лаудер-лодж — настоящий подарок судьбы. Я не жалею ни об одном пенни, потраченном на него.

— Бьюсь об заклад, сестра тебе не помогает.

— Этого и не требуется. Я отлично справляюсь сам.

— Но остаётся не очень-то много, так? Чёрт возьми, я отлично знаю, сколько стоит моя комната. Твоё жалованье тоже могу представить.

Фокс усмехнулся, но ничего не сказал.

— А если ты встретишь милую девушку и захочешь съездить с ней куда-нибудь… что ты будешь делать?

— Откуда такие мысли? — улыбнулся Фокс.

— Я не собираюсь надолго задерживаться на этом свете, Малькольм, — мы с тобой оба это знаем. И мне куда важнее знать, что у моих детей всё хорошо.

— У нас всё отлично, не сомневайся, — он взял старика под руку, — и хватит об этом.

— Имею полное право.

— Так-то оно так, но всё равно.

Фокс прочистил нос и осмотрелся.

— Пошли, найдём чего-нибудь перекусить.

Они сидели на набережной и ели рыбу с жареной картошкой.

— Не мёрзнешь? — спросил Фокс. Старик помотал головой, и Малькольм задумчиво произнёс: — Запах уксуса всегда напоминает мне о выходных и всяких праздниках.

— Например, субботний вечер, — согласился Митч. — Вот только твоя мать не любила рыбу. Предпочитала курицу или мясной пирог.

— Как называлась та кафешка возле нашего дома? — Фокс наморщил лоб, пытаясь вспомнить.

— Нашёл у кого спросить.

— Похоже, мне тоже пора присмотреть себе местечко в Лаудер-лодж.

— Не волнуйся — потом само всплывёт в мозгу.

— Номер комнаты? Или название кафешки?

На это Митч улыбнулся. Целой порции ему сегодня было многовато, и он предложил Малькольму доесть за ним. Тот отказался. Они встали и пошли дальше. Митчу прогулка давалась с трудом, хотя он и старался не показывать виду. Все вокруг смотрели на них благодушно и приветливо. Вокруг стаями носились чайки, но Фокс выкинул остатки еды в контейнер. — «Хартс» нынче дома или на каком-нибудь чемпионате?

— Даже не знаю, с кем они сейчас играют.

— В детстве ты любил футбол.

— Думаю, мне просто нравились ругательства и пьяный угар. В этом сезоне ни на одном матче не был.

Отец Малькольма подошёл к парапету.

— И всё же — как твои дела сейчас, сынок?

— Честно говоря, не очень.

— Не хочешь своему старику рассказать?

Фокс помотал головой.

Они зашли паб. Фокс взял минералки себе и полпинты светлого пива для Митча. Отец поинтересовался, сколько он уже не пьёт, и попутно выдал с потрохами миссис Сандерсон: оказывается, у той в тумбочке возле кровати всегда имелись запасы бренди. Фокс ненадолго замолчал, а потом глубоко вздохнул и спросил:

— Хочешь, расскажу, почему я бросил пить?

— Наверное, понял, что это прикончит тебя рано или поздно? — предположил отец.

Но Фокс покачал головой.

— Когда мы с Элен расстались, я очень сильно переживал. Никак не мог оставить её в покое. Просто проходу ей не давал, как маньяк какой-то. Однажды я приехал к ней вечером, уже набравшись предварительно. Слово за слово — короче говоря, я её ударил. — Фокс замолчал, но отец пока не собирался прерывать его исповедь. — Она могла бы запросто подать на меня в суд. Карьера — к чертям, и так далее, сам понимаешь. Я позвонил, чтобы извиниться. Сначала она вообще не брала трубку, а потом сказала только одно: «Бросай пить». И я понял, что она права.

— Почему ты мне это рассказываешь именно сейчас? — тихо спросил Митч.

— Из-за Винса, — ответил Малькольм. — Я его просто не выносил: не мог смотреть, как он обращается с Джуд. Но теперь, когда он мёртв…

Отец внимательно посмотрел Фоксу в глаза.

— Ты не такой, как он, — решительно произнёс Митч. — Даже не думай.

Они сели перед телевизором и досмотрели футбольный матч. Было около пяти, когда объявили результаты. На улице уже сгустились сумерки. Отец и сын вышли из паба, не говоря ни слова, и молча поехали назад. В Лаудер-лодж их встретили косые взгляды: оказалось, мистер Фокс опоздал к ужину.

— Вам ещё повезло, что вашу порцию не съели.

— С этим можно поспорить.

Митч протянул руку сыну. Они попрощались. По дороге домой Фокс подумал, не купить ли цветов для Энни. Она прислала ему свой адрес, не подозревая о том, что Малькольм его уже знает. Ещё он думал, что надо бы приготовить подарок для её сына, но какой? А цветы — не завянут ли к утру? Поеду лучше домой. Ужин из холодильника, и разбирать книги. Ты не такой, как он. Даже не думай.

В почтовом ящике его ждала записка от Джейми Брека. «Позвоните мне, когда будете дома».

Фокс достал было телефон, но передумал. Вместо этого сел в машину и поехал. Через пять минут он уже был возле дома Брека. Вокруг всех зданий в этом районе имелись парковочные места и гаражи. Фургон наблюдения здесь, наверное, выглядел как белая ворона. Фокс закрыл машину. Из дома Брека, закутавшись в шарф, вышла девушка и направилась к «мазде» Джейми. Увидев Малькольма, она улыбнулась и помахала рукой:

— Я за пиццей. Вам купить чего-нибудь?

Фокс помотал головой.

— Аннабель, если не ошибаюсь?

Девушка кивнула и села в машину.

— Там, дома, есть бутылка вина. — Она ещё раз помахала ему и уехала.

Фокс позвонил в дверь.

— Забыла что-нибудь? — услышал он голос Джейми за дверью. — Это вы, — удивился Брек. Он был в футболке и джинсах. Играла музыка — как показалось Фоксу, бразильская.

— Не хотел вам мешать…

— Аннабель поехала за пиццей, скоро вернётся. Как вы узнали, где я живу?

Хороший вопрос, Малькольм.

— Я запомнил улицу, а тут мне повезло: увидел, как выходит Аннабель, и узнал её — она была с нами в Торфичене.

— Теперь вы в курсе нашей маленькой тайны.

— Ваша девушка, — сказал Фокс.

— Да.

— А Джайлз знает?

— Думаю, догадывается. Не то чтобы мы специально скрывали это, просто стараемся особо не афишировать. А то потом по участку спокойно не пройдёшь: полицейские, они же как дети.

— В каком она звании?

— Констебль. Фамилия — Картрайт, если хотите соблюсти официоз. Входите же.

Квартира была современной, хорошо обставлена, Джейми явно в неё вложился. Музыка не утихала, на стене распластался большой ЖК-телевизор. Свет был приглушён. Когда они вошли, Брек включил его на полную яркость. На полу, возле дивана, стояла бутылка вина и рядом — два стакана. Неподалёку валялись домашние туфли и носки Брека.

— Извините, я, наверное, не вовремя…

— Расслабьтесь, Малькольм, всё в порядке. Я ещё никак не отойду от вчерашнего, а вы?

Фокс кивнул и засунул руки в карманы пальто:

— Вы хотели мне что-то сообщить?

Брек сел и потянулся за стаканом вина.

— Это по поводу вашего друга, Тони Кая.

— Что с ним?

— Сегодня утром Аннабель рассказала мне одну вещь. Я собирался позвонить, но решил — лучше с глазу на глаз. Мы были недалеко от вашего дома и заехали, но не застали вас, и поэтому я оставил записку.

— Так что там с Каем?

Брек поболтал вино в стакане.

— Помните того загадочного посетителя в понедельник вечером? Вы говорили, что к вашей сестре кто-то заходил.

— Что, Кай? — ужаснулся Фокс.

— Похоже, что один «добропорядочный горожанин» сообщил о неправильно припаркованной машине возле дома Джуд: одно переднее и одно заднее колесо на тротуаре. — Брек слегка улыбнулся. — Ох уж эти эдинбуржцы. — Он взял пульт и приглушил музыку. — Этот праведник запомнил модель и часть номера. «Ниссан икс-трейл».

— У Тони такой.

— И номер совпадает.

— Частично, — подчеркнул Фокс.

— Ну да, — согласился Брек, — только вот Джайлзу этого будет вполне достаточно.

— Всё равно, нужны более веские доказательства.

— Может, и так. — Брек пригубил вина. — Но я подумал, вам лучше знать. Он же вам не говорил, правда?

Фоксу оставалось только кивнуть:

— Он уже знает, что его накрыли?

— Завтра его вызовут на допрос в Торфичен.

— У Джайлза что, есть воскресная команда?

— Он считает, что бюджет способен это вместить. Останетесь на пиццу?

— Не могу… Спасибо, что сообщили мне. Главное, чтобы у Аннабель из-за этого не было неприятностей.

— Не беспокойтесь, она умнее и осмотрительнее нас обоих, вместе взятых.

Брек встал с дивана.

— Ещё раз простите, что без приглашения…

Джейми благодушно махнул рукой. Он открыл дверь и, стоя на пороге, смотрел, как его гость спускается с крыльца, направляясь к своей машине.

— Малькольм! — окликнул он Фокса вдогонку. Тот обернулся. — Как вы узнали, где я живу? Не припомню, чтобы я говорил вам название улицы.

Ответа он ждать не стал, а просто закрыл дверь. Музыка снова заиграла с прежней громкостью. Фокс попался.

Вот дерьмо.

Он полез в карман за телефоном.

Тони был в ресторане с женой. Судя по звукам на заднем плане, он вышел из-за стола и сейчас пробирался через толпу клиентов и официантов. Фокс уже сидел в машине, до поры не прикасаясь к ключу зажигания.

— И что, интересно, ты там забыл? Мне не додумался рассказать?

— Меня тоже кое-что интересует — откуда ты узнал, чёрт подери?

— Не важно. Это правда?

— Правда что?

— Ты был у Джуд в понедельник?

— Если и да, то что?

— Что ты там забыл, чёрт подери? — Фокс двумя пальцами массировал переносицу. — Господи, Фокси, он сломал руку твоей сестре.

— Это мои проблемы, а не твои.

— Ты же был не в духе в тот вечер и сам сказал мне, что не собираешься ничего предпринимать. Вот я и решил заехать.

— Зачем? Подержать его за грудки?

— Почему бы и нет. Чтоб неповадно было.

— А они оба, и Джуд, и Винс, решили бы, что это я тебя подослал.

— Да какая разница! Его же всё равно дома не оказалось.

Фокс вздохнул.

— Но почему ты мне ничего не сказал?

— Твоя сестра еле на ногах стояла. Я думал, она утром ничего не вспомнит.

— Теперь готовься — Джайлз тебе яйца открутит.

— Хоть что-то новенькое. Всё же лучше, чем жена.

— Тут не до шуток. Джайлз будет спрашивать обо всём, что ты делал в воскресенье. Запнёшься на секунду, и пиши пропало — угодишь в подозреваемые. Макьюэн и так уже потерял одного человека.

— Да, да, да.

— Джайлз спит и видит, как бы нашу контору в клочья разнести.

— Понял, понял уже.

Фокс замолчал на секунду.

— В каком вы ресторане?

— «Ченто Тре» на Джордж-стрит.

— Хороший повод?

— Празднуем, что не поубивали друг друга на этой неделе. Мы так пару раз в месяц выбираемся. Не знаешь, как «Хартс» сыграли?

— Поосторожнее завтра.

— В Торфичене, что ли? Да воскресенье вне дома — это всё равно что отпуск и выигрыш в лотерею одновременно!

Фоновый шум изменился: хохот подвыпивших дам и сигналы машин. Видимо, Кай вышел на улицу.

— И чего это они так веселятся? — посетовал Кай. — Неужто никто не понимает, что мы находимся в эпицентре взрыва кредитной системы?

— Смотри, поосторожнее там завтра, — повторил Фокс, провожая взглядом Аннабель: она вернулась с пиццей на красной «мазде» Брека. — И позвони, как всё закончится.

Воскресенье, 15 февраля 2009

14

Энни Инглис жила на верхнем этаже викторианского дома в Мерчистоне. Её имя значилось на домофоне. Фокс нажал кнопку и позвонил. В ответ из динамика раздался не женский голос:

— Кто там?

— Это Дункан? Добрый день, меня зовут Малькольм Фокс.

— Заходите.

Фокс толкнул дверь и оказался на лестнице, выложенной керамической плиткой. Рядом, у самого входа, стояли два велосипеда. Он начал осторожно подниматься, глядя вверх, откуда сквозь стеклянный купол струились лучи полуденного солнца. Сегодняшнее утро состояло из кофе, поездки в магазин и чтения свежих газет. В руке он нёс подарочный пакет, в котором лежали: бутылка лёгкого вина и букет нарциссов для хозяйки и подарочная карта iTunes для её сына. Дункан ждал его наверху, выйдя на лестничную клетку. Малькольм попытался взбираться по ступенькам как можно легче и непринуждённее.

— Неплохая у вас тут зарядка, — сказал он.

Дункан только хмыкнул в ответ. Прямые каштановые волосы падали ему на глаза, а сам он оказался высоким, худым и нескладным. Его джинсы и футболка были явно рассчитаны на кого-то вдвое толще. Парень направился в квартиру и сделал Фоксу знак следовать за ним. Они вошли в длинный узкий коридор с полудюжиной дверей. Старинный паркет был отшлифован и блестел свежим лаком. На единственном столике рядом с телефоном Фокс увидел велосипедный шлем. Чуть выше были прибиты крючки, с которых свисали ключи.

— Мамина комната, — показал в никуда Дункан, прежде чем исчезнуть за дверью с наклейкой с призывом легализовать марихуану. На мгновение Фокс услышал жужжание вентилятора работающего компьютера. В дальнем конце коридора был вход в комнату, похожую на художественную мастерскую, — просторную, с большим полукруглым окном, из которого открывался великолепный вид: дымящие трубы северной части города, весь центр и так далее. Фокс двинулся по коридору полюбоваться, но по дороге его внимание привлекли звуки, доносящиеся справа. Дверь была чуть приоткрыта. Заглянув в щёлочку, он увидел Энни Инглис. Она что-то мешала в кастрюле. Её лицо раскраснелось и выражало крайнюю степень озабоченности. Решив её не беспокоить, он двинулся дальше, в большую комнату. Стол у окна был накрыт на три персоны. Фокс поставил пакет на край и огляделся по сторонам. Диван, стулья, телевизор, стереосистема, полки с книгами и аудио- и видеодисками. Фотографии в рамках: Энни, Дункан и ещё какая-то пожилая пара — видимо, её родители. Никаких признаков того, что отец ребёнка играет какую-либо роль в жизни семьи.

— Ты уже здесь. — Она стояла в дверях с тремя винными бокалами на подносе.

— Дункан меня впустил.

— Прости, я ничего не слышала. — Энни поставила стаканы на стол и заметила его пакет.

— Это тебе, — сказал он. — И ещё кое-что для Дункана.

Она заглянула внутрь и улыбнулась:

— Как мило, спасибо.

— Если ты ещё занята, не переживай — я подожду. Или давай помогу, если не возражаешь…

Но хозяйка покачала головой.

— Уже всё готово, — сказала она, забирая пакет. — Мне нужно ещё максимум две минуты.

— Да, конечно.

— Принести что-нибудь выпить?

— Я не большой любитель спиртного.

— А клюквенный сок? Знаешь, это единственный источник витаминов, который признаёт Дункан.

— Клюквенный сок — то, что нужно.

— Две минуты, — повторила Энни, выходя из комнаты.

В ожидании Фокс рассматривал комнату. Из воскресных газет Энни предпочитала «Обсервер». Любила новеллы Иэна Макьюэна и фильмы с субтитрами. Её музыкальные пристрастия распространялись от Алана Стивелла до Эрика Бибба.[28] Всё это мало о чём говорило Фоксу, так что он вернулся к окну, завидуя возможности хозяев квартиры обозревать отсюда весь город и северную часть залива.

— Мама велела сказать спасибо. — Это был Дункан. Стоя на пороге, он помахал карточкой размером с кредитку.

— Я не знал, пользуешься ли ты такими, — сказал Фокс.

Дункан кивнул — видимо, пользуется. Снова помахал карточкой и ретировался. Пятнадцать лет, подумал Фокс. Он попытался вспомнить себя в этом возрасте. Ссоры с Джуд — причём постоянные. Он дразнил её, доводил до слёз, а она кидалась в него всем подряд… Пятнадцать… Примерно в этом возрасте он начал выпивать. Бутылочки сидра в парке с друзьями. Вино с жестяными завинчивающимися крышками и четвертушки виски.

— Вот, держи. — Это была Энни Инглис. Она вернулась с высоким бокалом, полным сока, и окинула взглядом комнату. — Я сказала Дункану…

— Он всё исполнил. Славный парнишка.

Хозяйка вручила ему сок.

— Садись здесь, а я сейчас принесу себе выпить…

Она снова исчезла и появилась со стаканом белого вина. Перелив его в один из бокалов на столе, Энни унесла пустой стакан, вернулась и наконец-то села на диван напротив Фокса.

— Будь здоров, — сказала она, чокаясь с ним.

— И ты тоже. Спасибо за приглашение.

— Мы редко по-настоящему обедаем по воскресеньям… — Вдруг её глаза испуганно расширились. — Только не говори, что ты вегетарианец!

— Боже упаси.

— У меня свинина под яблочным соусом. И гамбургер для Дункана.

— Он не любит свинину?

— Он просто ничего не понимает. — Энни сделала большой глоток вина и выдохнула с облегчением: — Ну вот, так гораздо лучше. — И улыбнулась ему: — Только не подумай, что я любительница выпить.

— Твой секрет я унесу с собой в могилу.

— Ты слышал про Гилкриста? — спросила она. Фокс кивнул.

— Я как раз собирался задать тот же вопрос.

— Не понимаю, чем отдел контроля лучше ГЛОДа.

— Ну, это же временно.

— Он быстро согласился.

— Считаешь, сначала они должны были предложить тебе?

— Я бы отказалась, — быстро ответила она. — И не только потому, что речь идёт о твоём месте… — Она осторожно взглянула на него. — Ничего, что мы говорим об этом?

— Всё отлично, не беспокойся. Но как же теперь быть с надписью на двери ГЛОДа — о том, что во время просмотра видеозаписей в комнате должно находиться как минимум два человека?..

— Работать в одиночку будет непросто, — согласилась она.

— Я вообще не понимаю, как можно выдержать такую работу, — заметил он, слегка качнув головой.

— Главное — не концентрироваться на самом изображении, — пояснила она, — а обращать внимание на детали и обстановку — то, что поможет выяснить, где и когда совершилось преступление.

— Но тебе должно быть вдвойне тяжело — у тебя ведь свой ребёнок.

— Мы ограничиваем время, проводимое за компьютером: не больше двух часов в день плюс обязательные консультации психолога три раза в год. К тому же, возвращаясь домой, я оставляю все профессиональные дела и мысли за дверью.

— Звучит не очень убедительно.

— Это всего лишь работа, — сказала она, делая ещё глоток вина. И потом: — Но как же ты, Малькольм? Что теперь будет с тобой?

Он пожал плечами и поднёс свой напиток к губам.

— А следствие по делу Брека? — спросил он.

— Что я могу сделать?

— Например, поделиться этим со мной.

Она покачала головой.

— Но почему?

В ответ последовал взгляд — столь выразительный, что Фокс смиренно поднял руки вверх.

— Пойду посмотрю, не готово ли мясо, — сказала Энни, вставая с дивана. На ней были чёрные обтягивающие бриджи и шерстяной кремовый свитер. Фокс невольно залюбовался, когда она выходила из комнаты.

Обед был великолепен. Дункан почти всё время молчал, прячась за стеной волос. Свинина оказалась необычайно нежной, а гарниром к ней служила целая гора овощей. Дункан съел две варёных картофелины и одну жареную — в придачу к своему гамбургеру. На десерт были трюфели, и мальчик попросил разрешения взять их в свою комнату. Мать позволила, сопроводив согласие драматическим вздохом. Когда с десертом было покончено, Фокс помог убрать со стола. На кухне царил полный беспорядок, но Энни настояла, что помоет посуду сама.

— Дункан мне поможет, честное слово. Не беспокойся.

Они вернулись и сели на диван, с кофе и маленькими домашними пастилками. Энни налила в вазу воды и поставила в неё нарциссы.

— Ты был женат? — спросила она.

— Да.

— А дети?

— Мы не успели — были вместе совсем недолго.

— Что же произошло?

— Наш брак оказался ошибкой.

— Почему?

— Не стану утомлять тебя подробностями. — Он закинул ногу на ногу. — Как Дункан относится к твоей работе?

— Он знает, что вопросы задавать нельзя.

— Но он же понимает, чем ты занимаешься. И потом, что-то надо говорить друзьям…

— Мы никогда не обсуждаем эту тему. — Она подобрала ноги под себя, предварительно скинув туфли. Фокс услышал, что где-то рядом наигрывают гаммы на каком-то духовом инструменте.

— Это Дункан?

Она отрицательно махнула рукой:

— Соседский паренёк, снизу. Туба — так говорит его мать. А за этой стеной у нас живёт барабанщик. — Она кивнула в сторону книжных полок.

— А что Дункан? Он занимается музыкой?

— На прошлый день рождения я купила ему электрогитару, но он отказывается брать уроки.

— Я был таким же. Когда родители подарили мне клюшки для гольфа, заявил, что сам всему научусь.

— Мальчишки в этом возрасте такие упрямые. Твои родители живы?

— Только отец.

— А как твоя сестра? Готовится к похоронам, да?

— Пока неясно, когда они отдадут тело.

— А следствие движется не очень-то быстро… Есть какие-нибудь новости?

Фокс покачал головой.

— Вот ты и решил сам взяться за дело…

— Что чудесным образом принесло мне внеочередной оплачиваемый отпуск.

— Как планируешь провести его? Куда-нибудь поедешь?

— Мне нельзя далеко уезжать от дома. — Он помедлил. — Как думаешь, я смогу задать Гилкристу несколько вопросов?

Энни посмотрела на него:

— Не думаю, Малькольм. Ты же понимаешь, что значит «временно отстранён»?

— Разумеется.

На её лице заиграла улыбка.

— Никогда бы не подумала, что у тебя бунтарские наклонности.

— Это всё из-за подтяжек.

Она рассмеялась:

— Скорее всего.

Дункан просунул голову в дверь.

— Я пошёл, — сказал он.

— Куда? — спросила его мать, разом напрягаясь.

— Принсес-стрит.

— Ты один или с кем-то?

Мальчик пожал плечами.

— Ладно. Попрощайся с Малькольмом.

— До свидания, — сказал Дункан. — Ещё раз спасибо…

— Может, ещё как-нибудь увидимся, — ответил Фокс.

Они сидели в тишине, пока не хлопнула входная дверь.

— Я думал, он поможет убрать на кухне, — сказал Фокс.

— Поможет, когда вернётся.

— Тяжело ему, наверное. — Фокс остановился, потом продолжил: — В смысле, без отца. Твои родители помогают?

— Мы иногда встречаемся по выходным.

— Они всё ещё живут в Файфе?

Она кинула на него быстрый взгляд:

— Я никогда не говорила тебе, что я из Файфа.

— Не может быть.

Но она продолжала качать головой, не сводя с него глаз.

— Ты это в базе вычитал, так?

— Ты мне очень нравишься, Энни…

— И поэтому ты решил покопаться в моей биографии. Нашли что-нибудь интересное, инспектор?

— Меня удивило, что там нет ни слова о Дункане.

В её голосе послышалась сталь:

— Я не хочу, чтобы ярлык матери-одиночки мешал моей работе в полиции.

— Понимаю.

— Просто не верится, что ты меня проверял!

— Такая у меня работа… — Он осёкся. — Была.

— Так нельзя, Малькольм.

Он лихорадочно пытался изобрести какое-нибудь оправдание, но Энни Инглис уже встала с дивана.

— Думаю, тебе пора.

— Энни, пойми, я просто хотел получше узнать тебя…

— Ещё раз спасибо за вино, цветы и… — Она оглядела комнату, стараясь не смотреть на него, и повернулась к двери. — Извини, но мне нужно прибраться на кухне.

Он проводил Энни взглядом, стоя посреди комнаты с чашкой кофе в руках. Поставив её на стол, он поднял и надел пиджак. Дверь в кухню была закрыта. Из-за неё доносился грохот посуды. Его пальцы слегка коснулись дверной ручки. Так он простоял ещё минуту, мысленно умоляя её выйти. Но она только включила радио на всю катушку: Classic FM — он сам иногда не прочь послушать эту волну.

Так нельзя…

Можно было открыть дверь и ещё раз попросить прощения. Но вместо этого он двинулся дальше по коридору, спустился по ступенькам и вышел вон. Оказавшись на тротуаре, Малькольм поднял голову и посмотрел вверх: в окнах верхнего этажа было пусто. Рядом с тем местом, где припарковался Фокс, какой-то мужчина мыл свою машину.

— Хороший денёк — в кои-то веки, — сказал он.

Фокс ничего не ответил, сел и уехал. На полпути домой у него зазвонил телефон. Он схватил трубку, надеясь услышать голос Энни, но это оказался Тони Кай.

— Чего тебе? — рявкнул Фокс.

— Ты сам сказал позвонить, — возмутился Кай. — Здоровье моё в порядке, спасибо, что спросил.

Фокс вспомнил: Торфичен.

— Прости, Тони, я немного не в себе.

— Злобный Билли очень хочет повесить на меня Фолкнера. Но он знает, что у него ничего не выйдет, и это его жутко злит.

— Хорошо, — сказал Фокс.

— Тогда он пускает в ход другой сценарий — ты шлёпнул Фолкнера, а я был твоим почтовым голубем. Он говорит — может быть, это была не моя идея, и даже не твоя, возможно, Джуд тебя попросила. — Кай помолчал. — Но она же не просила, ведь так?

— А я только что обедал с Энни Инглис у неё дома.

— Молодчина.

— Дело плохо кончилось. Она догадалась, что я просматривал её файл в базе.

— Господи, когда ты успел?

— Когда ходил в отдел кадров по делу Брека…

— И решил заодно взглянуть на Энни? Ну и что здесь такого страшного?

— Она жутко обиделась.

— Смахивает на… неадекватную реакцию.

Фокс думал так же, но это было ещё не всё. У него созрел план.

— Слушай, а ты не мог бы с ней поговорить?

— Я? С ней? О чём?

— Обо мне. Ну, объяснить ей, что я вовсе не маньяк…

— А откуда мне знать, кто ты есть на самом деле?

— Зато, представь, у тебя завтра появится предлог, чтобы оставить Нейсмита с новичком наедине…

Кай задумчиво присвистнул.

— Ох, совсем забыл, у нас же начинаются жаркие денёчки с Гилкристом…

— Пока кибер-близнецы лепечут о том о сём, ты можешь спрятаться от них в Глотке.

— Чтобы петь тебе дифирамбы? Я-то думал, Энни Инглис — самая мелкая из твоих проблем.

— Тони, у меня и так достаточно врагов. Ещё одного я не потяну.

— Ясно, яснее некуда. Считай, что дело сделано. Но учти, если она начнёт вестись на мои чары взамен твоих…

— То я непременно сообщу об этом твоей жене.

— Ах ты, презренный ублюдок! — Кай расхохотался. — С тебя станется.

— С Торфиченом ты разделался?

— Вряд ли. Джайлз наверняка захочет поболтать со мной ещё разок. Да и Грампиан, пожалуй, тоже.

— Отдел контроля?

— Джайлз не стал скрывать от них мой визит к твоей сестре. А они наверняка не смогут заниматься твоим мисдиминором[29] без того, чтобы меня в это не втянуть.

— С каждым днём всё радостнее жить.

— Учись искать плюсы — вчера, например, с нас не взяли за вторую бутылку вина в ресторане.

Фокс слегка улыбнулся и ещё раз напомнил Каю, чтобы тот поговорил с Энни Инглис.

— Будь спокоен, — заверил его Тони. — Как планируешь провести остаток дня? Поедем в «Минтерс»?

— У меня дела.

— Какие?

— Надо привести в порядок библиотеку.

Остаток дороги Фокс проехал молча.

Дома он не мог ни на чём сосредоточиться. Груды книг так и лежали нетронутыми. Несколько свежих газет, которые он не удосужился даже просмотреть. Телевизор немного отвлёк его от унылого зрелища в окне — дом напротив, точная копия его собственного. Около восьми вечера кто-то позвонил в дверь. Он перебрал в уме потенциальных посетителей — Джейми, Тони Кай, Энни Инглис…

Но это оказалась его сестра. Она приехала на такси — машина как раз отъезжала от дома. Рука Джуд была всё ещё в гипсе, а пальто просто накинуто на плечи.

— Привет, сестрёнка. Рад тебя видеть, — сказал Фокс, впуская её в дом и чмокая в щёку.

— Ты что, переезжаешь? — спросила она при виде его гостиной.

Фокс помотал головой.

— Просто ты давно тут не была, — пояснил он.

— Ты никогда нас не приглашал. — Она повела плечами, скидывая пальто ему на руки.

Фокс проследовал в кухню и начал набирать воду в чайник.

— Мне звонил старший инспектор Джайлз, — из коридора сообщила Джуд. — Он сказал, что человек, который приходил ко мне в понедельник, — твой друг.

— Да, мы с ним работаем вместе.

— Джайлз думает, что это ты его подослал.

— Он ошибается.

— Подослал сделать грязное дело, — продолжала она. — Его зовут Кай… Ты, кажется, когда-то упоминал о нём. Но если не от тебя… то как он мог узнать мой адрес, Малькольм?

Фокс обернулся и посмотрел ей в глаза.

— Джуд… Джайлз сейчас пытается мне напакостить. Изо всех сил. Любыми способами.

— Это ты рассказал Каю, где я живу?

— Наверное, да. Но я понятия не имел, что он собирается навестить тебя.

— Он искал Винса. Значит, остаётся одно — ты рассказал ему, что случилось. Ты рассказал ему про мою руку, да?

— Допустим. И что с того?

В её глазах заблестели слёзы. Она несколько раз моргнула.

— Джайлз сказал — возможно, что ты убил Винса.

— Это не так.

— Тогда зачем ты подослал своего друга?

— Я никого не подсылал, Джуд. Он искал Винса — помнишь, ты мне сама это сказала. Но Винс к тому моменту был уже мёртв! Выходит, Тони Кай не имеет к этому отношения.

Боль пульсировала у него в висках. Фокс выдвинул ящик и нашёл там пачку парацетамола. Выдавил из блистера две таблетки и запил водой из-под крана. Джуд подождала, пока он закончит, и снова заговорила:

— Джайлз считает, что, возможно, Винс был убит в понедельник вечером. Он сказал — всегда есть вероятность ошибки во времени.

— Он лжёт. По данным экспертизы, Винс умер в субботу. Максимум — в воскресенье.

По её левой щеке скользнула одинокая слеза.

— Я просто хочу, чтобы всё это поскорее закончилось, — произнесла она срывающимся голосом. Фокс шагнул вперёд и нежно обнял её за плечи.

— Я знаю, — сказал он, когда она спрятала лицо у него на груди.

Следующие полтора часа они спокойно сидели в гостиной и разговаривали. Джуд выпила чай, который он заварил, но от еды отказалась. Она уверяла его, что пообедала, и обещала непременно позавтракать с утра. Малькольм принёс с кухни пачку «Уитабикса»[30] и велел сестре забрать её домой. Когда он предложил молоко, она только рассмеялась и попросила его не слишком усердствовать. Тем не менее Фокс почувствовал, что ей приятна его забота.

Вызвав такси, он сунул ей в руку десятифунтовую бумажку. Затем последовал поцелуй в щёку и трогательное прощание. Он вышел, чтобы открыть перед ней дверцу машины, а когда такси тронулось, помахал вслед. Джуд спросила, навещал ли он отца. Пришлось соврать. Малькольм не хотел, чтобы сестра чувствовала себя обойдённой. В следующий раз, когда он поедет к Митчу, нужно будет взять её с собой. Ведь она тоже член семьи.

Малькольм Фокс заварил себе ещё одну кружку чаю и отошёл ко сну. Ещё не было и десяти, но лучшего занятия он придумать себе не смог.

Понедельник, 16 февраля 2009

15

Фокс, по обыкновению, вскочил в семь утра. И только уже в душе понял, что спешить-то, собственно, некуда. Не было необходимости облачаться в свежую рубашку, выглаженный галстук, костюм и его знаменитые подтяжки. Тем не менее он оделся как обычно. Его завтрак прервал телефонный звонок. Некто Стоддарт, леди из ОПК Грампиана, приглашала его в их штаб-квартиру на Фэттс-авеню.

— Приезжайте в три часа. Подойдёт?

— Три часа — отлично, — согласился Фокс.

Денёк стоял холодный и пасмурный. На лужайке перед домом Фокс обнаружил зачатки подснежников. Он подумал, что где-нибудь в Медоуз и прочих городских парках уже, наверное, вылезли из-под снега первые крокусы. Малькольм решил проложить себе маршрут так, чтобы по пути в Лит проехать через Медоуз. Крюк, конечно, зато можно будет заглянуть ещё и в Холируд-парк. Времени было полно.

Несколько лет назад Фокс расследовал дело одного офицера из полицейского участка в Лите. Тот за дополнительную плату закрывал глаза на некоторые вещи. Его сдал сослуживец — при условии, что его имя не будет фигурировать в деле. Этот тип назначил ему тогда встречу в одной забегаловке, в доках. Сущая дыра. Туда-то Фокс сейчас и направлялся.

Кафе называлось «Марина». Снаружи — ободранная краска, внутри — лоснящиеся от копоти стены, с полдюжины замызганных столиков и длинный прилавок вдоль окна — там при желании можно было поесть стоя. Владелица — внушительных форм розовощёкая женщина — занималась стряпнёй, а девушка восточноевропейской внешности обслуживала столики и кассу. Фокс уже с четверть часа вертел в руках кружку крепчайшего чая, когда в дверях появился Макс Диабон. При виде Фокса он сразу обмяк. С момента их последней встречи Макс набрал ещё килограмма три и обзавёлся вторым подбородком. Нечистая кожа, сальные на вид тёмные волосы, зачёсанные вперёд. Он всё больше и больше походил на «шотландского племянника» Оливера Харди.[31]

— Привет, Макс.

Хрипло дыша, Диабон плюхнулся на стул напротив Фокса.

— Это какое-то дьявольское совпадение?

Фокс покачал головой. Подошла официантка, и он заказал себе бутерброд с ветчиной.

— Тебе как обычно, Макс? — спросила она, и тот кивнул, не сводя глаз с Фокса. Официантка покинула их, и Фокс начал вполголоса:

— Слышал, ты теперь сержант. Поздравляю.

В ответ Диабон слегка скривил рот. Фокс подумал, что он всё тот же — во главе неприступного бастиона принципов и идеалов, но при этом до смерти боится неодобрения сослуживцев.

Тони Кай называл его Серпико.[32]

— Что тебе нужно? — Он осмотрел зал на предмет недоброжелателей с большими ушами.

— Это ты работаешь над делом об утопленнике Чарли Брогане? — Фокс почувствовал, что на спине выступила испарина, а сердцебиение заметно участилось. Похоже, в местном напитке танина было столько, что хватило бы и быку. Он решил повременить с чаепитием и отставил кружку.

— Пока что он ещё не утопленник, — поправил его Диабон. — А что тебе за дело?

— Просто интересуюсь. К тому же не забывай: ты — мой должник.

— Должник?

— Твоё имя ведь так нигде и не всплыло.

— Это что, шантаж?

Фокс помотал головой. Принесли кофе. Диабон, вывалив туда две ложки сахара с горкой, принялся с энтузиазмом размешивать.

— Как я уже говорил, мне просто интересно. Думал, кто-нибудь просветит меня.

— И этот кто-нибудь — я, так? — Диабон уставился на Малькольма. — С чего вдруг такое любопытство?

— Броган может быть замешан ещё в одном расследовании.

— Которым занимается твой отдел? — Диабон неожиданно подобрел: похоже, Малькольм сделал верный ход. Его собеседник явно заинтересовался.

— Возможно. Дело пока что не подлежит разглашению, но если всё выгорит, я готов поделиться почестями. — Фокс выдержал паузу. — Ты же в курсе, что мой босс в прошлый раз замолвил за тебя словечко?

— Я догадывался.

— Кто знает, ведь это может и повториться, Макс… — Фокс дал голосу плавно сойти на нет.

Диабон пару раз отхлебнул свой кофе и стал обдумывать предложение. Малькольм сидел, сложив руки на коленях: у него имелись подозрения насчёт чистоты местных столов. Официантка вернулась с бутербродом Фокса и всякой всячиной для Диабона. Макс, похоже, остался доволен разнообразием и размером порции — он повернулся к девушке и одобрительно кивнул, присовокупив широкую улыбку. Она улыбнулась в ответ. Фокс решил проверить содержимое своего бутерброда: бекон выглядел не слишком свежим. Он вернул всё на свои места и оставил бутерброд на тарелке. Диабон тем временем брызгал соусом на груду бекона, жареных яиц, сосисок, грибов и фасоли.

— Выглядит съедобно, — прокомментировал Фокс.

Диабон только кивнул в ответ, пережёвывая первую партию. Глаз с Фокса он так и не сводил.

— Тело пока не нашли, — начал он.

— Это странно?

— Те, кто в курсе дел, говорят, что в этом нет ничего сверхъестественного. Подводные течения часто меняют направление в канале, так что его могло даже смыть в Северное море. Или он мог попасть под лопасти какого-нибудь большого корабля и превратиться в фарш. Береговая служба начала поиски с первыми лучами солнца; патрулируются и северное, и южное побережья.

— Я слышал, что ребята из Файфа претендовали на это дело.

Диабон потряс головой. В уголках его рта уже виднелись следы яичного желтка.

— У них ничего не выйдет. Хотя мы обращались к ним за помощью, но это абсолютно точно территория нашего подразделения. Всё по-честному.

— А где яхта сейчас?

— В заливе Далджети-Бей.

— Последний раз, когда я слышал о ней, она была в Файфе.

— Сегодня её должны отбуксировать в Лит.

— Ты уже был на борту?

— Я — нет, только криминалисты.

— Следы алкоголя и таблеток, так?

— Ты неплохо информирован. Предсмертной записки, правда, нет, но мне сказали, что и в этом тоже нет ничего странного. Несколько дней назад он связывался со своим адвокатом: проверял детали завещания.

Теперь уже Фокс заинтересовался.

— Когда точно, можешь сказать?

— Вечером, во вторник.

— Он хотел что-то изменить?

Диабон помотал головой.

— И конечно же всё переходит к вдове?

— Зависит от того, найдём ли мы тело. Если не найдём, ей придётся подождать — таков закон. — Диабон какое-то время исследовал свои ботинки. Это вдохновило его на то, чтобы поделиться с Фоксом ещё одним фактом. — Нашли его ботинки. Специальная обувь яхтсменов, с мягкой резиновой подошвой. Точно его. Барахтались в воде у острова Инчколм. — Он прервался. — Предположим, это поможет твоему делу, но каким образом я получу свою долю падали, если мы сохраним нашу беседу в тайне?

— Есть много способов, — успокоил его Малькольм, — доверься мне.

Они собрались уходить, и официантка спросила, что не так с бутербродом Малькольма.

— Нет аппетита, — дипломатично вывернулся Фокс. И потом Диабону: — Я заплачу.

— Твои деньги здесь не нужны.

— Как так?

Диабон пожал плечами.

— Видишь ли, это заведение ограбили несколько месяцев назад, и я проследил, чтобы делу поскорее дали ход…

— Думаешь, о таких вещах можно говорить человеку из моего отдела?

Макс Диабон подмигнул в ответ и с видимым усилием встал из-за стола. Он настоял на том, чтобы выйти первым. Малькольм смотрел Максу вслед, представляя, как тот рано или поздно превратится в диабетика с хронической гипертонией. Около года назад врач пророчил подобное ему самому. С тех пор он сбросил стоун[33] и теперь рассчитывал на более оптимистичный прогноз. Снаружи усыпанные чайками крыши орали на все лады. Местное полицейское управление находилось на Куин-Шарлот-стрит и щеголяло таким же тускло-серым викторианским фасадом, как и Торфичен. Но внутри последний явно проигрывал Литу. Здесь стены являли собой хоть и тень, но всё же величия и роскоши: мраморные полы, резные деревянные перила, внушительные колонны. Диабон, наверное, был уже там. На прощание он пообещал держать Фокса в курсе и получил визитку с номером мобильного.

— Так ты меня скорее найдёшь, — пояснил Малькольм. Он же не хотел, чтобы Диабон позвонил на Фэттс-авеню и узнал, что Фокс вне игры. Это ни к чему. Конечно, слухи вскоре расползутся, уж Билли Джайлз точно об этом позаботится, но пока — Диабон мог принести пользу делу. Он уже подкинул Малькольму кое-что.

Вторник утро — нашли тело Винса Фолкнера.

Вторник вечер — Чарли Броган встречается с адвокатом по вопросам завещания.

Четверг — его яхту нашли в море, но самого его там уже нет. Предположительно мёртв.

Сам того не замечая, Фокс прошёл уже четверть мили по направлению к полицейскому управлению Лита и повернул, дойдя до угла Конститьюшен-стрит. Он поравнялся со входом для гражданских в тот момент, когда оттуда выходила женщина, надвигая на глаза огромные солнечные очки. Она была не то чтобы в чёрном, но в коричневом тёмных оттенков. Достав сигарету из леопардовой сумочки, она безуспешно пыталась прикурить.

— Позвольте вам помочь. — Фокс расстегнул пиджак, оградив сигарету от ветра, так что ей удалось совладать с огнём. Получив кивок благодарности, он вернулся к машине. Сделал разворот и поехал в направлении полицейского участка. Леди была всё ещё там — уехать никак не удавалось. Малькольм остановился и опустил стекло с пассажирской стороны.

— Мисс Бротон, не так ли?

Спустя мгновение женщина узнала своего никотинового спасителя и склонилась к окну.

— Насколько я понимаю, вы только что беседовали с моими коллегами? — спросил он.

— Да. — Её голос оказался совсем не таким жёстким, как предполагал Малькольм.

— Ловите такси? — Она всё ещё продолжала разглядывать улицу на предмет доступных средств передвижения. — Мне в ту же сторону. Могу вас подбросить, если желаете.

— Откуда вы знаете, в какую мне сторону?

Фокс пожал плечами.

— Казино или Инверлейт — и то и другое мне по пути.

— Вы не против курения в машине?

— Ну что вы, — Фокс улыбнулся, — запрыгивайте.

Пару светофоров они проехали в тишине. На третьем Джоанна заметила, что Фокс наполовину приоткрыл своё окно.

— Лучше всё же не курить, да? — Она выбросила остатки сигареты на улицу.

— Куда вас отвезти?

— Я еду домой.

— Инверлейт-парк?

— Да. Дом Си-Би.

— Это инициалы вашего мужа?

Она кивнула в ответ.

— Я тут кое о чём подумала. Вы сказали, что вы полицейский. Наверное, мне нужно было попросить вас предъявить удостоверение.

— Я инспектор. Чего от вас хотели мои коллеги?

— Опять вопросы — всё новые и новые… Почему нельзя сделать всё это по телефону…

— То, как мы себя ведём, — выражение лица, в частности, — о многом говорит. И часто это противоречит нашим словам. Полагаю, с вами беседовал не сержант Диабон?

— Нет.

— Ну да, у меня была с ним встреча почти в то же самое время.

Она кивнула, как если бы он показал ей удостоверение.

У неё в сумке затрещал телефон. Это было сообщение, она проворно набрала ответ.

— Набирать с длинными ногтями куда удобнее, да? Я своими толстыми пальцами всегда попадаю сразу на пару кнопок.

Она ничего не ответила, пока не дописала сообщение. Но только собралась заговорить, как пришло второе — и она снова занялась печатанием. Когда приходило сообщение, раздавался дребезжащий звук, как у звонка в приёмной старого отеля.

— Друзья не дают покоя?

— И кредиторы, — пробормотала она. — Их у Чарли в последнее время было больше, чем друзей.

— Вы знаете, что его ботинки всплыли?

Она сурово посмотрела на него.

— Прошу прощения, наверное, я выразился не лучшим образом…

— Мне сообщили в участке. — Она продолжала строчить сообщения. Тут же у неё зазвонил другой телефон. Пришлось перерыть всю сумку, прежде чем она нашла его. Фокс узнал мелодию из старого вестерна.

— Извините, — сказала Джоанна, а потом в трубку: — Я не могу сейчас говорить, Саймон. Просто скажи мне, что всё в порядке. — Некоторое время она слушала его тираду. — Я буду часов в шесть-семь. Если не разберёшься к этому времени, пиши заявление об увольнении.

Разговор был окончен, и она сунула телефон обратно в сумку.

— Проблемы с персоналом?

— Сама виновата, что не могу найти нормального управляющего.

— Не любите передоверять свои обязанности?

Она посмотрела прямо на него.

— Мы с вами встречались раньше?

— Нет.

— Кажется, я вас где-то уже видела. — Тёмные очки соскользнули на самый кончик её носа, и она принялась изучать Фокса. Вблизи обнаружились некоторые детали: стало заметно, что макияж с утра она нанесла не очень аккуратно. Её волосы были явно окрашены, а загар, похоже, из солярия.

— Я искренне сожалею о том, что случилось с вашим мужем. И это не пустая вежливость, мисс Бротон. Один мой знакомый работал на него… И всегда говорил о нём только хорошее.

— Как его зовут?

— Винс Фолкнер. Я сказал, что он работал на вашего мужа… он работал на стройплощадке в Саламандер-пойнт.

Джоанна Бротон ненадолго замолчала.

— Многим нравился Чарли, — сказала она наконец. — Трудно было его не любить.

— Но настоящий друг познаётся в беде.

— Так говорят… — Она снова повернулась к нему. — Извините, как вас зовут?

Секунду Фокс думал, не солгать ли.

— Инспектор Малькольм Фокс.

— Инспектор Фокс, вы хотите из меня что-то выудить?

Фокс изобразил обиду.

— Я понятия не имела, что задумал Чарли. И уж точно я не подстрекала и не толкала его к этому. Не знаю, как это выглядит со стороны, но на самом деле я в отчаянии. Я всё это уже много раз повторяла таким, как вы.

Она отвернулась к окну.

— Высадите меня здесь.

— Но мы уже почти на месте.

— Я вполне могу дойти сама.

— Вы возненавидите свои каблуки. Послушайте. Я полагаю, вы правы в смысле «таким, как вы». Иногда забываешь выключить полицейского. Я не буду больше вас пытать, обещаю. По крайней мере, позвольте мне довезти вас до дома.

Джоанна задумалась.

— Хорошо, — наконец согласилась она. — Вообще-то это даже удобно: в полиции у меня попросили ежедневник мужа. Вы можете взять его, и мне не нужно будет лишний раз ехать в участок.

— Вот и отлично, — сказал Фокс.

Дом Си-Би был сделан в основном из стали и стекла. Его окружал кирпичный забор со стальными воротами. У мисс Бротон имелся пульт — маленькая чёрная коробочка. Под домом была подземная стоянка, но она велела Малькольму остановиться у входа. Он заглушил мотор, вышел из машины и проследовал за хозяйкой внутрь. Фойе было размером с нижний этаж дома Малькольма. Там было три лифта: два с одной стороны и один, поменьше, — напротив. Джоанна направилась к тому, что поменьше.

— В пентхаус идёт отдельный лифт, — объяснила она.

Мисс Бротон открыла дверь, и они вошли.

— Они называют это триплексом, — сообщила она, снимая пальто и сдвинув тёмные очки на макушку. — Жулики. Один из этажей — всего пара балконов.

— Всё равно потрясающе, — прокомментировал Фокс.

С трёх сторон их окружало стекло: от пола до высоких, в два этажа, потолков. Вид был великолепный — на Ботанические сады и на замок. Слева был виден Лит и океан. Справа — холм Корсторфайн.

— Неплохое развлечение, когда нечем заняться, — согласилась Джоанна.

— Всё выглядит совсем новым.

— Преимущество отсутствия детей.

— Есть и другие…

— Какие, например?

— Если случится что-нибудь такое, не нужно думать, как это объяснить им…

Она кивнула в знак согласия.

— Строитель, который погиб недавно… у него тоже не было детей.

— Какой строитель?

— Мой друг, о котором я вам говорил. Ваш муж никогда не упоминал его имени?

Она проигнорировала его вопрос и попросила подождать, пока найдёт ежедневник. Фокс смотрел, как она поднимается по стеклянной лестнице на второй этаж, а потом переключился на комнату. Всё выглядело как на фотографии в газете: много места, современная мебель и пол из светлого камня. Кухня была за углом. Помещение имело форму буквы «Г», без всяких перегородок. С единственной стены, сделанной из чего-то более основательного, чем стекло, были сняты все картины. Кое-где зияли дырки от крюков, на которых они раньше висели. Фокс вспомнил статью, в которой Брогана называли коллекционером.

Джоанна Бротон медленно спускалась по лестнице. Даже дома она не рассталась со своими каблуками. Потому ли, что они делали её на несколько сантиметров выше…

— Держите. — Фокс получил большой кожаный ежедневник.

— Не знаете, зачем он им?

— Вы же здесь полицейский, не так ли?

Фокс пожал плечами.

— Просто хотят всё проверить, наверное, — предположил он. — Не было ли каких странных записей незадолго до… — Фокс проглотил конец предложения.

— Думаете, у него было не всё в порядке с головой? Я уже говорила и могу повторить: когда он ушёл тогда — я и подумать о таком не могла. Он хорошо выглядел… как всегда…

— Я сказал, что не буду больше задавать вопросов…

— Но?..

— Вас не задело то, что он не оставил вам записки?

Джоанна немного поразмыслила.

— Конечно, я бы хотела знать, почему он это сделал. В последнее время у нас были проблемы… Трудности с деньгами, но всё равно… Ему стоило только попросить моей помощи, и мы бы вместе со всем справились, я уверена.

— Может быть, он был слишком горд, чтобы просить помощи?

Она рассеянно кивнула, беспомощно опустив руки.

— Это он продал все картины?

Снова кивок. Зазвонил домофон, и она взяла трубку.

— Кто там?

— Джоанна, это Гордон. Со мной Джек.

По её лицу было заметно, что она им рада.

— Поднимайтесь. — А потом Фоксу: — Ещё раз спасибо, что подвезли меня. Я бы, наверное, до сих пор там торчала.

— Не стоит благодарности.

Джоанна протянула ему руку, и они попрощались. Дневник оказался слишком велик для карманов Фокса, и его пришлось вынести в прихожую в руках. Двери лифта открылись, и оттуда торопливо выскочил Гордон Ловатт. Он был очень удивлён, встретив незнакомца. Одет он был с иголочки: костюм-тройка в полоску, явно сшитый на заказ. Из жилетного кармана тянулась золотая цепочка часов. Шёлковый галстук был затянут в экстравагантный узел, а стрижка на голове выглядела свежей. Он кивнул в знак приветствия, но, решив, что этого мало, представился:

— Гордон Ловатт.

Они пожали друг другу руки.

— Я знаю, кто вы. — Фокс не собирался продолжать обмен любезностями.

Человек рядом с Ловаттом был гораздо старше, а его костюм выглядел гораздо дороже. Он тоже протянул руку.

— Джек Бротон, — представился он.

Фокс кивнул и, проскользнув мимо них в лифт, нажал кнопку первого этажа. Он повернулся к ним, пока двери закрывались. Джек Бротон уже выкинул его из головы и приветствовал своё последнее оставшееся в живых дитя поцелуем. Ловатт же, напротив, остался в прихожей и смотрел на Фокса всё тем же озадаченным взглядом.

Лифт женским голосом оповестил о том, что сейчас они поедут вниз, двери закрылись, и Фокс наконец-то смог вздохнуть спокойно.


Машины пиар-агента на улице не оказалось. Либо он оставил её внизу, на стоянке, либо приехал на такси. В обоих случаях он каким-то образом открыл ворота и попал во двор… Может, у отца Джоанны была своя маленькая чёрная коробочка…

Фокс сел в машину и бросил ежедневник Чарли Брогана на пассажирское сиденье. Глядя на неожиданное приобретение, он гадал, что об этом подумает грампианский ОПК. Всё утро он был крайне осторожен и не заметил, чтобы кто-то ехал за ним или слонялся без дела неподалёку. Они могли с лёгкостью идти за ним по пятам, когда Фокс не знал о слежке, но отныне он будет начеку. И всё же — если продолжать в том же духе… Ещё несколько мгновений он колебался, но в итоге открыл ежедневник.

Он решил начать с прошлого понедельника. Ничего интересного. Читать было сложновато: Броган сокращал слова. «Дж.» в заметке «8 — Дж. — Китчин», скорее всего, значило «Джоанна». «Китчин» — дорогой ресторан в Лите, названный так по фамилии владельца. Были и другие заметки о встречах, но неделя вовсе не выглядела чересчур загруженной. Перелистав назад на январь, Малькольм обнаружил гораздо более плотный график. Там, по крайней мере, не было ни одной пометки о телепрограммах, которые Чарли не хотел пропустить. Поперебирав страницы с четверть часа, Фокс закрыл ежедневник и повернул ключ зажигания.

На пути в полицейский участок Лита он сделал две остановки. Одну — у канцелярского магазина: купил папку для ежедневника. Вторую — у магазина с телефонами. Там он купил телефон Pay-And-Go[34] оплатив его кредиткой. Если он всё ещё под наблюдением, его анонимность продлится недолго, но, может, этого «недолго» будет как раз достаточно. К тому же это неплохой способ подразнить тех, кто сидит у него на хвосте, — если таковые имеются.

Он припарковался недалеко от участка, чтобы оставить папку в приёмной. На папке он написал, что она для Макса Диабона. Это слегка озадачит парня, ну и пусть. Когда он снова сел в машину, зазвонил телефон. Малькольм посмотрел, кто звонит, но не ответил. На другом конце положили трубку, Фокс взял свой новый телефон и перезвонил Тони Каю.

— Кто это? — спросил Кай, увидев на экране незнакомый номер.

— Это Малькольм. У меня новый номер.

— Телефон сменил?

— А вдруг они за мной всё ещё следят?

— Ты просто параноик. Хотя идея, в общем, неплохая. Думаешь, мне стоит последовать твоему примеру?

— Они тебя уже допрашивали?

Малькольм имел в виду контролёров Грампиана.

— Нет, а тебя?

— Чуть позже, сегодня. Ты зачем звонил?

— Хотел поплакаться. Подожди секунду… — Фокс услышал, как Кай выходит из кабинета. — Эта парочка сведёт меня с ума. Они словно знакомы с детского сада.

— Похоже, что так оно и есть. Как там Гилкрист? Освоился?

— Не нравится мне, что он сидит за твоим столом.

— Тогда предложи ему поменяться.

— За моим столом он мне будет нравиться ещё меньше.

— Тогда это тупик. Макьюэн там?

— Он со мной не разговаривает.

— Мы навалили ему полную тарелку дерьма, — признал Фокс.

— И даже слюнявчик не подвязали. Значит, ты сегодня вечером будешь обмениваться любезностями с леди по фамилии Стоддарт?

— Знаешь к ней подход?

— Асбестовые перчатки, Малькольм. Резину прожжёт.

— Спасибо, дружище. — Фокс задумался на секунду. — Дай-ка мне Нейсмита. Хочу сказать ему пару слов, только чтобы Гилкрист не слышал.

— Сейчас я его позову. Ты ещё не передумал насчёт своей просьбы?

Фокс сразу понял, что имеет в виду Кай.

— Ты с ней уже поговорил?

— С утра ничего не получилось. Гилкристу нужно было забрать что-то из его старого офиса, и я пошёл с ним, но её там не было. Я спросил между делом, не знает ли он, где она. Сказал, что нет.

— Спасибо, что попытался.

— Ещё не всё потеряно. Эй, Джо! — Кай позвал Нейсмита. — Вот и он, — сказал Тони и передал трубку Нейсмиту, сообщив: — Это Фокси.

— Малькольм?

— Доброе утро, Джо. Я слышал, вы с Гилкристом отлично поладили?

— Похоже на то.

— Тогда тебе, по-моему, стоит пригласить его сегодня в паб — пропустить стаканчик-другой.

— Не-ет… — в замешательстве протянул Нейсмит.

— Ты предложишь «Минтерс», и вы будете на месте в полшестого.

— Понял… — так же вяло слетело с его языка.

— Думаю, не стоит говорить ему, что это моя идея.

— Что происходит, Малькольм?

— Ничего особенного, Джо. Просто вытащи его погулять вечерком, — сказал Фокс и нажал отбой.

До встречи на Фэттс-авеню оставалась ещё уйма времени. В газетной лавке он купил «Ивнинг ньюс». Дополнил её бутербродом и бутылочкой воды и поехал в сторону Инверлейта. Припарковался у северного входа в Ботанический сад. Переключив радио на Classic FM, Малькольм принялся за еду и газету. В новостях не было ни следа Чарли Брогана или Винса Фолкнера. Общественность с пеной у рта обсуждала пенсию и льготы бывшего босса Королевского банка Шотландии. Неприятности начались у Данфермлайнской строительной компании. Фокс вспомнил, что нынешний премьер-министр родом из Данфермлайна… или нет — из Киркалди, просто Данфермлайн входит в его избирательный округ. У родителей Фокса был счёт в Данфермлайнском банке. Он задался вопросом, хранит ли всё ещё Митч там свои сбережения. Сам Малькольм держал свои деньги в Кооперативном банке. О нём ничего не писали в новостях, и Фокс понятия не имел, хорошо это или плохо. Музыка затихла, и ведущий объявил, что только что звучал Бах. Фокс узнал мелодию: многое из того, что играло на Classic FM, было ему знакомо, но имён композиторов он не помнил. Малькольм посмотрел на часы, чтобы убедиться, что время всё-таки не остановилось.

Чёрт с ним.

Малькольм отложил газету и повернул ключ: делать было нечего, кроме как пораньше явиться на экзекуцию.

16

Дежурный офицер — Фокс знал его уже несколько лет — был явно смущён тем, что сегодня не может пропустить его вовнутрь. Извинившись, он попросил его присесть и подождать на проходной. Фокс понимающе кивнул:

— Приказ есть приказ. Спасибо, Фрэнк.

Малькольм сел и притворился, будто увлечён чтением газеты. Туда-сюда ходили офицеры и посматривали на него: они знали, кто он такой и зачем пришёл. Некоторые даже останавливались, чтобы подбодрить его.

Вошла Стоддарт в сопровождении двух крепких полицейских. Она оказалась высокой, с длинными светлыми волосами, и вообще выглядела элегантно. Если бы её представили Фоксу как главу какой-нибудь крупной корпорации, он бы ничуть не удивился. У неё на шее висел шнурок с временным пропуском, и она велела Фрэнку снабдить Малькольма таким же. Фокс с видом невозмутимого достоинства встал, закрыл свою газетку, неторопливо сложил её пополам, сунул в карман. Стоддарт не подала ему руки; она даже не сочла нужным поздороваться или представить себя и своих пажей. Вручила ему пропуск и развернулась на каблуках.

— Сюда, — бросила она.

Прогулка была недолгой. Фокс не знал, в чьём кабинете они разместились. Хотя доска с приказами и объявлениями на стене и большой письменный стол наводили на некоторые догадки. Оставшееся место в комнате занимали круглый кофейный столик и несколько стульев, явно позаимствованных из столовой. Трёхногая камера была нацелена в сторону большого стола, где располагались несколько картонных папок и ноутбук. Ещё один лежал на кофейном столике.

— Садитесь, — скомандовала Стоддарт, отойдя к дальнему концу стола. Один её помощник уселся за кофейный столик, в то время как второй занялся видеокамерой, дабы удостовериться, что всё уже подключено и остаётся только нажать кнопку. Потом он подошёл к Фоксу и дал ему маленький микрофон.

— Будьте любезны, прикрепите это к пиджаку.

Фокс так и сделал. Провод тянулся от микрофона к камере. Офицер надел наушники и продолжил проверку оборудования.

— Раз, раз… — сказал Фокс в микрофон. Оператор показал ему большой палец.

— Прежде, чем мы начнём… — сказала Стоддарт. — Вы ведь сами понимаете, как это неловко… Нас вовсе не радует, когда подают жалобу на одного из наших…

— Кто подал жалобу? — перебил её Фокс. Но она проигнорировала его, продолжая смотреть в экран ноутбука.

— Как бы то ни было, правила для всех одни. Так что, инспектор Фокс, не ждите никаких поблажек.

Она кивнула оператору, и тот нажал кнопку, объявив, что запись началась. Стоддарт замолчала на некоторое время, будто собираясь с мыслями, потом объявила время и дату.

— Предварительный допрос, — продолжила она. — Инспектор Кэролайн Стоддарт, сержант Марк Уилсон и констебль Эндрю Мэйсон.

— Кто есть кто? — снова влез Фокс.

Стоддарт неодобрительно глянула на него:

— Констебль Мэйсон ведёт съёмку. Представьтесь, пожалуйста.

— Инспектор Малькольм Фокс.

— Вы работаете в отделе контроля и жалоб в Лотиане, не так ли?

— Верно.

— А именно — в отделе профессионального контроля.

— Точно.

— Как долго вы там работаете?

— Четыре с половиной года.

— А до этого?

— Три года в Сент-Леонард, а ещё раньше — в Ливингстоне.

— Всё это время вы злоупотребляли алкоголем?

— Вот уже пять лет я и капли в рот не беру. Не думал, что следы тех подвигов остались в моём досье.

— Вы что, никогда в него не заглядывали? — недоверчиво спросила она.

— Нет, — беспечно ответил он, закидывая ногу на ногу. Проворачивая этот несложный трюк, он выронил газету из кармана, а потянувшись за ней, натянул микрофонный шнур так, что тот вылетел из разъёма камеры.

— Минутку, — сказал Мэйсон. Фокс извинился и сел прямо, устремив взор на Кэролайн Стоддарт.

— Решили повеселиться?

— Если я отвечу, это будет записано?

Она слегка скривила губы и снова обратилась к экрану.

— Ваша сестра тоже выпивает, так?

— Моя сестра тут ни при чём.

— Готово! — Мэйсон всё наладил.

Ещё пару мгновений Стоддарт собиралась с мыслями.

— Давайте поговорим о Винсе Фолкнере.

— Отличная мысль. Его нашли убитым во вторник утром на прошлой неделе. А вот когда, интересно знать, вам отдали приказ следить за мной?

— Он жил с вашей сестрой? — Стоддарт не обратила внимания на вопрос.

— Да.

— И вы недавно узнали, что у них произошла ссора, в результате которой рука вашей сестры оказалась сломана?

— Это было неделю назад.

— Над чем вы в то время работали?

— Моя команда только что закончила сбор информации по делу инспектора Глена Хитона из третьего подразделения, так что на тот момент я был почти свободен.

Стоддарт листала страницы.

— Вам давали ещё какие-нибудь задания?

— Да, меня попросили проследить кое за кем.

— За сержантом Джейми Бреком?

— В точку.

— Тоже из третьего подразделения?

— Да.

— При каких обстоятельствах вам поручили это дело?

— С моим начальником, старшим инспектором Макьюэном, связался отдел ГЛОД. Они заинтересовались сержантом Бреком и захотели его проверить.

Стоддарт взяла верхнюю папку, в ней были фото — те самые, которыми Джайлз хвастался в Торфичене.

— Похоже на конфликт интересов. — Стоддарт сделала вид, что задумалась. — Вы следите за ним, а он расследует дело об убийстве сожителя вашей сестры.

— Я знал об этом.

— Вы не пытались держаться от этого дела подальше?

— От которого?

— От обоих, я полагаю.

Фокс пожал плечами.

— Как дела в Абердине? — спросил он.

Попытка сменить тему не возымела никакого эффекта.

— Мы сейчас говорим не обо мне, — медленно произнесла Стоддарт, заправляя волосы за уши. — Похоже, вы подружились с сержантом Бреком, причём быстро.

— Наши отношения были чисто профессиональными.

— А как же то, что он пришёл к вам домой в среду вечером? Вы вместе ходили в казино.

— Это было связано с работой. Кроме того, в ГЛОДе меня попросили дать характеристику сержанту Бреку.

— Фургон наблюдения в то время стоял возле его дома. Вы сообщили своим коллегам, что они напрасно тратят время?

— Сразу после казино он отправился домой.

— Но вы предупредили их о вашей поездке?

— Нет, — признался Фокс.

— А двое ваших сослуживцев тем временем мёрзли в фургоне.

— Такая уж у нас работёнка.

Она посмотрела на него, а потом снова на экран компьютера. Фокс на секунду предался фантазиям: он увидел, как его кулак проходит сквозь экран и разносит его вдребезги. Он обернулся к Уилсону. Тот копался в ноутбуке.

— В «сапёра» режетесь? Или в пасьянс? — спросил Фокс.

Уилсон не реагировал.

— Сержант Брек направился в казино, так как думал, что Винс Фолкнер мог зайти туда вечером накануне убийства? — продолжила Стоддарт.

— Он там действительно был, — поправил её Фокс.

— В субботу вечером, после того, как сломал руку вашей сестре?

Фокс кивнул:

— Про руку я узнал только в понедельник.

— Тело мистера Фолкнера нашли во вторник утром?

— Так.

— В понедельник вечером к вашей сестре заезжал ваш сослуживец. Это правда?

— Да, сержант Кай.

— Вы знали об этом?

— Нет.

— Вы говорили ему про руку?

— Да.

Зазвонил телефон. Стоддарт поняла, что это у неё, и дала сигнал Мэйсону приостановить запись, доставая мобильник из кармана жакета.

— Минуту. — Она встала и вышла в коридор.

Фокс потянулся и почувствовал, как хрустнул позвонок.

— Интересно для разнообразия оказаться по эту сторону. И всё-таки, как дела в Абердине? Есть провинившиеся?

Офицеры переглянулись. Заговорил Уилсон:

— Сейчас в Грампиане всё чисто.

— Вот развлеченье вам выпало — командировка в нашу Гоморру, да? Они вам хоть приличный отель дали?

— Неплохой.

— Наверное, захотите затянуть комадировочку подольше…

Мэйсон улыбнулся, но ненадолго: вернулась Стоддарт. Она убрала телефон и села за стол.

— Всё готово, — сообщил Мэйсон.

Стоддарт посмотрела на Фокса взглядом, сулящим следующий вопрос. Видно было, что она старательно подыскивает нужные слова.

— Что, — выговорила она наконец, — вы только что делали дома у женщины по имени Джоанна Бротон?

Настала очередь Фокса призадуматься. Но он быстро собрался с мыслями:

— Я подвёз её. Леди стояла возле полицейского участка в Лите, а я проезжал мимо. Она недавно потеряла мужа и выглядела расстроенной. Ну, я и предложил ей помощь.

В комнате воцарилось молчание.

— И вы думаете, я в это поверю?

Фокс пожал плечами. Ответ, звучавший у него в голове, лучше никому никогда не слышать.

— На Бротон работает пиар-компания, — продолжила Стоддарт. — Они сразу же позвонили в полицию и подняли шум.

— Уверяю вас, я вёл себя более чем прилично. Спросите у неё сами, если хотите. Кроме того, это не имеет никакого отношения к моему делу.

Он знал, что ответит Стоддарт: то же, что он сам ответил бы на её месте.

— Это не вам решать. — И потом: — Вы сказали, что проезжали мимо участка в Лите. Насколько я знаю, это довольно далеко отсюда.

— Разве? Да нет, не особенно.

— Если я опрошу всех офицеров того участка, никто из них не скажет, что встречался с вами утром, так?

Фокс кивнул в ответ, и Стоддарт снова вернулась к своему экрану. Ещё минут через пятнадцать она решила, что на сегодня достаточно.

— Вы не планируете поездок в ближайшее время? В отпуск, на выходные или что-нибудь в этом роде?

— Я не покину пределов страны, — пообещал Малькольм.

Мэйсон снял с него микрофон.

— Завтра в то же время? — спросил Фокс.

— Ждите, мы вам сообщим заранее.

Фокс кивнул, поблагодарил их и направился к двери. Уже взявшись за ручку, он обернулся и сказал:

— Сержант Брек не знает о том, что находится под наблюдением. Если случится утечка информации, подозрение падёт на вас троих… — И закрыл за собой дверь.

Раз уж он всё равно здесь оказался, Малькольм решил подняться наверх. Он прошёл мимо своего отдела и, засунув гостевой пропуск в карман, подошёл к комнате 2.24. Там было пусто. Малькольм осторожно убедился, что Боба Макьюэна нет на месте, и заглянул в свой старый кабинет. Гилкрист сидел рядом с Нейсмитом. Тот показывал ему что-то на экране компьютера. Кай откинулся в кресле, заложив руки за голову. Фокс старался не смотреть на свой стол, но всё же заметил боковым зрением раскиданные по нему Гилкристовы вещички. Кай вскочил со стула.

— Тебя вызывали к директору?

— Ага.

— Задница, поди, огнём горит?

— Не-а.

Кай улыбнулся, хватая пиджак и торопливо пытаясь разместиться в нём.

— Пошли в столовку, — предложил он.

В коридоре он схватил Малькольма за рукав.

— Гилкрист — самый жуткий зануда во всей Шотландии. — Он закатил глаза, изображая крайнюю степень отчаяния. Потом спросил: — Ну как всё прошло?

— В принципе, ничем меня особенно не удивили. Оказалось, что они в курсе моих старинных делишек с зелёным змием.

— Наверное, в досье вычитали.

— Значит, кто-то из бывших боссов всё же заметил…

— Но никогда ничего не говорил, — возразил Кай, прищёлкнув языком. — Решил, что ты сам справишься.

— Так оно и вышло.

— Они что, хотят выставить тебя пьяницей?

— Не знаю. Может, им подсказал кто.

— Как тебе Стоддарт?

— Снежная королева.

— Придётся попотеть, чтобы она растаяла.

Они добрались до столовой: с полдюжины человек сидели за столиками и с отсутствующим видом что-то жевали.

— Уверен, что хочешь показываться на людях в моей компании? — спросил Фокс.

— Погреюсь немножко в лучах твоей бунтарской славы, может, и мне чего перепадёт. — Кай поставил пару кружек на стол. — Кстати, сержанта Инглис как будто и след простыл. Что ты с ней сделал?

Фокс пропустил шпильку мимо ушей. В его кармане зазвонил старый телефон. Малькольм показал Каю, что собирается ответить, и встал из-за стола.

— Малькольм Фокс.

— Это Диабон.

— Вот так сюрприз. Есть новости, Макс?

— У моего босса инсульт намечается. Ему позвонил Гордон Ловатт с жалобой на полицейского из нашего подразделения, некоего Фокса. Кроме тебя, таких в округе больше нет. Да и описание полностью совпадает.

— Понимаешь, Макс, после того, как мы посплетничали утром, — начал оправдываться Фокс, — я увидел Джоанну Бротон, совершенно потерянную, у обочины. Она ловила такси. Я предложил подвезти её. Она, наверное, решила, что я из Лита.

— Значит, это тебе она передала ежедневник мужа.

— Рад был помочь, Макс.

Фокс слышал, как Диабон тяжело вздохнул. Тем временем Кай раздобыл где-то пепельницу и пару шоколадок и сосредоточенно снимал обёртку с одной из них.

— Какие ещё новости? — не унимался Фокс. — Может, что-нибудь о Чарли Брогане?

— Не дави на меня. — Диабон повесил трубку. Малькольм сразу же перезвонил.

— Одна вещь, Макс. С тобой может связаться грампианский отдел контроля, — сообщил он предостерегающим тоном. — Лучше не рассказывай им, как мы трапезничали.

— О господи. От тебя одни неприятности.

— Ага, кто бы говорил. — Фоксу удалось повесить трубку первым.

Он вернулся за столик и сел напротив Кая. Нужно было ещё выяснить, что именно — чай или кофе — было налито у него в чашке: ни запах, ни цвет не позволяли это определить. Вдруг Тони перестал жевать и уставился за спину Фокса. Тот обернулся и увидел Мэйсона и Уилсона.

— Фу-ты, чёрт, — можно было разобрать, несмотря на набитый рот Тони Кая. Малькольм, наоборот, помахал им рукой. Парни всё тщательно взвесили и решили сесть за самый дальний столик. Каждый взял по бутылочке воды и по ломтику каких-то свежих фруктов.

— Донесут Стоддарт, как пить дать.

— Нам пока что не запрещено встречаться, Тони. Если она спросит, скажи, что уже сидел здесь, когда я зашёл.

— Она не поверит.

— Но и поделать ничего не сможет. Поставь себя на её место.

— Я на кучерявый волосок от того, чтобы оказаться на скамейке запасных вместе с тобой.

— За тобой ничего не числится, Тони.

— Но так же, как и ты, я виновен, пока не докажу обратного. По той простой причине, что все вокруг нас ненавидят.

— Хочешь ещё одну? — Фокс протянул Каю шоколадку. Тони сунул её в карман.

— Что это мы такое здесь пьём, Малькольм? — И вперил взгляд в кружку. — Похоже на чай.

— Но ты не уверен?

— Заказывал вроде кофе…


Сдав пропуск Фрэнку, Малькольм вышел на стоянку. Он прошёл мимо своей «вольво» и проследовал дальше — пока не наткнулся на чёрную «астру» и зелёный «ка». Они стояли бок о бок в самом дальнем углу, возле игровых площадок. Наклейки на задних стёклах поведали, что обе машины были куплены в Абердине. На «ка» была свежая царапина, Фокс понадеялся, что причиной тому — эдинбургское движение. Малькольм вернулся к своей машине и вырулил со стоянки. Он долго полз по крутому подъёму обратно в город, пока не оказался на Куинс-стрит. Здесь располагалась штаб-квартира некоей компании по проведению аукционов. Малькольм помнил, что они специализируются как раз на живописи. Места для парковки было предостаточно: водители либо не хотели тратить последний пенни на парковку, либо услышали по радио о ремонте трамвайных путей и решили оставить машины дома. Фокс бросил монетку в парковочный аппарат, сунул чек под щётку стеклоочистителя и вошёл в здание.

Внутри тянулась длинная стойка-прилавок, в конце которой располагались два окна, напоминающие банковские кассы. Возле одного выписывал чек очередной счастливый обладатель какого-то предмета торгов.

— Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросила дама за стойкой.

— Надеюсь, что да. Я офицер полиции. — Вместо удостоверения Малькольм протянул ей свою визитку. Написанное там уже года три как не соответствовало действительности, но выглядела она как новая.

— У меня есть пара вопросов. Может, ваши эксперты меня проконсультируют.

Поизучав его карточку, она пообещала позвать кого-нибудь и удалилась. Спустя какое-то время к Фоксу вышел мужчина в полосатой рубашке и бледно-жёлтом галстуке, протянул руку и представился Альфи Реннисоном. Судя по произношению, он был шотландцем с академическим образованием и оказался гораздо моложе, чем ожидал Малькольм. Альфи тоже досталась одна из визиток Фокса.

— Чем могу помочь?

— Это касается картин…

— Современных или старинных?

— Современных, я полагаю.

— Подделки? — прошептал Реннисон.

— Нет-нет, ничего такого, — уверил его Фокс. Молодой человек явно расслабился.

— К нам тут разные люди заходят, — сказал он, всё ещё вполголоса, — и сбыть пытаются тоже разное… Прошу за мной.

Они прошли в конец здания и спустились вниз. Красная верёвочка поперёк прохода должна была устрашить всех, в чью голову могла закрасться мысль спуститься в подвал.

Реннисон снял один её конец, и они прошли дальше, в самое нутро здания, которое, как и всякое нутро, выглядело совсем не так помпезно, как публичные залы. Кое-как протиснувшись между старыми полотнами, подпиравшими стены с обеих сторон, они теперь маневрировали среди бюстов, статуй и дедушкиных стенных часов.

— Приближаются торги, — пояснил Реннисон. — Смотрины начнутся на следующей неделе.

Наконец они добрались до его офиса. Фокс думал, что они уже глубоко под землёй, но там оказались заиндевевшие окна, снаружи укреплённые решётками.

— Когда-то это был жилой дом, — проинформировал его Реннисон. — Думаю, здесь располагались кухня, прачечная и помещения для слуг. Четыре элегантных георгианских этажа наверху, а подо всем этим великолепием — подвал, как машинное отделение внизу. — Он улыбнулся и жестом пригласил Фокса сесть. Рабочее место Реннисона оказалось до банальности обыкновенным. Стол из «Икеи», ноутбук и принтер. На стене всего одна картина: дюйма четыре на шесть. Она висела прямо над креслом Реннисона.

— Изысканно, вы не находите? «Французский пляж», работы Пепло. Мне кажется, я не переживу разлуки с ней.

Фокс ничего не понимал в живописи, но его увлёк пышный водоворот красок. Он нашёл картину похожей на тающее мороженое.

— Она тоже будет на распродаже?

Реннисон кивнул:

— Уйдёт за пятьдесят-шестьдесят.

— Тысяч? — Фокс ошеломлённо взглянул на маленький пёстрый прямоугольник на стене совсем иначе — глазами человека, столкнувшегося с другим, чуждым и непонятным, миром.

Реннисон сомкнул ладони, упёршись локтями в стол.

— Так что там у вас за картины?

— Вы слышали о человеке по имени Чарли Броган?

— К несчастью, да. Одна из последних жертв нашей безумной эпохи.

— Вы были с ним знакомы?

Реннисон кивнул:

— В городе несколько аукционных домов, инспектор, и мы боремся за клиентов.

— Он что-то покупал у вас?

— Да. Не только у нас, но и в других действующих галереях, — ответил Реннисон.

— Вы видели его коллекцию?

— Большую часть.

— Он начал её распродавать?

Реннисон испытующе посмотрел на Фокса:

— Могу я узнать причину вашего интереса?

— Полиция ищет причину его возможного самоубийства. Вы упомянули финансы, и вероятное решение мистера Брогана продать картины могло бы подтвердить эту версию.

Объяснение, похоже, вполне устроило Реннисона.

— Кое-что он продал в Лондоне, остальное — здесь. Три или четыре его картины, в частности, должны были быть выставлены на следующем аукционе. Конечно, теперь мы не сможем этого сделать, пока не узнаем волю наследников.

— Сколько полотен было в его коллекции?

Реннисон быстро прикинул в уме.

— Четырнадцать-пятнадцать.

— На сумму?..

Реннисон надул щёки.

— Где-то полмиллиона. До этого всеобщего обнищания они стоили раза в полтора больше.

— Надеюсь, он не купил их на пике цен?

— Вообще-то большинство — как раз тогда. Он распродавал в убыток.

— То есть можно предположить, что им двигало отчаяние?

— Боюсь, что да.

Фокс снова ненадолго задумался.

— Вы когда-нибудь встречались с супругой мистера Брогана?

— Она приходила с ним на какой-то аукцион. Не думаю, что леди хотела бы повторить этот опыт.

— Отчего же? Её не пленяет искусство?

— Видимо, нет.

Фокс улыбнулся и встал:

— Большое спасибо, что уделили мне время.

— Рад был помочь, инспектор.

Они обменялись рукопожатием. Фокс бросил прощальный взгляд на Пепло.

— Думаете о тающем мороженом? — спросил Реннисон. И, увидев, что попал в точку, добавил: — Не вы первый…

— На пятьдесят тысяч можно накупить много мороженого, — заметил Фокс.

— Верно. Но вот за сколько его можно будет потом перепродать?

Молодой человек проводил Малькольма наверх.

17

Припарковавшись метрах в пятидесяти от «Минтерса», Фокс наблюдал появление Нейсмита и Гилкриста. Те прибыли на такси, что говорило об их намерении пропустить никак не один стаканчик: садиться за руль нынче вечером парни явно не собирались. Фокс подождал ещё, и минут через двадцать подъехал Тони Кай, остановился на обочине и прилепил на лобовое стекло свою бумажку с надписью «ПОЛИЦИЯ». По дороге к двери паба он читал сообщения на телефоне. Фокс всё сидел в машине и слушал «Радио-2»,[35] постукивая в такт пальцами по рулю. Началась какая-то викторина, и он переключил станцию. На новой частоте передавали новости: скорбь по былой экономике, трамвайные распри, и — о чудо — ожидается хорошая погода. Правда, тут же сообщили о пробках на Форт-роуд-бридж и в восточной части окружной.

— Центр, как всегда, влачится в медленной агонии, — подытожил диктор. Малькольму было уютно сейчас сидеть в припаркованной машине, вне этого бардака, как уютно бывает куриному яйцу. Но появится ли цыплёнок? Пора было уже выключать радио и выходить. Цыплёнок появился. Малькольм собрал всё своё мужество на кончиках пальцев и набрал сообщение Энни Инглис: «Надеюсь, простишь меня. Давай останемся друзьями».

Насчёт «друзей», впрочем, у него имелись некоторые сомнения. Энни нравилась Малькольму, но он плохо умел строить отношения с женщинами. Только с Элен всё до какого-то момента складывалось, но — только до какого-то момента. Малькольм не вполне понимал, почему его так тянуло к Энни — из-за неё самой, или из-за её работы, или дело было в сочетании того и другого. Последние полчаса он отчаянно надеялся, что она позвонит ему или хотя бы напишет. И стоило ему толкнуть дверь «Минтерса», как это произошло. Он выхватил из кармана свой старый мобильный.

— Да?

— Это я. — Тот самый голос.

— Энни… — Малькольм отошёл подальше от паба, на самый край тротуара. — Слушай, мне ужасно стыдно за вчерашнее. Я вёл себя как идиот…

— А мне стыдно, что я так вспылила. Это было слишком, просто у меня в тот момент нервы были на пределе: Дункан постарался, как обычно. — Фокс ждал продолжения, но его не последовало.

— Всё равно я был не прав с самого начала. И мне очень понравились и еда, и твоя компания. Разрешишь мне загладить вину и угостить тебя в ответ?

— Хочешь что-нибудь приготовить?

— Приготовить — это, конечно, сильно сказано… — Энни рассмеялась, и петля на шее Малькольма немного ослабла, — но я знаток местных закусочных.

— Ладно, — согласилась она, — посмотрим.

— Когда тебе будет удобно? На этой неделе я полностью свободен.

— Я дам тебе знать заранее… — Энни замолчала. — Кажется, Дункан пришёл.

— Я заходил к тебе в офис, хотел извиниться.

— На Фэттс? Тебя разве не отстранили?

— Грампианские контролёры вызывали меня в участок.

— У тебя сейчас столько проблем, Малькольм. Может, отложим на недельку?

— Как раз поэтому и не хочется откладывать. Прошу тебя, Энни.

— Хорошо, я подумаю. Только дай мне немного времени. Нужно идти.

— Передавай привет Дункану. Скажи — я спрашивал, что за музыку он там накупил в iTunes.

— Поверь, лучше тебе этого не слышать.

Телефон умолк. Малькольм с улыбкой смотрел на маленький светящийся экранчик. Он погас, и Фокс глубоко вздохнул, перестраиваясь совсем на другую волну, перед тем как войти в паб.

Кай первым заметил Малькольма. Он сидел не там, где обычно, а за соседним столиком. На прежнем месте расположились Гилкрист с Нейсмитом, и Тони демонстративно не хотел им мешать. Компанию ему составляла газета, но он был явно уже сыт ею. При виде Фокса Кай вскинул брови и поднялся навстречу коллеге. Вместе они подошли к бару.

— Дай-ка я тебя угощу. — Тони полез за бумажником.

— Так рад меня видеть, что ли?

— Ещё бы. В последнее время я — как лишний член на оргии: ни туда ни сюда. — Он покосился на столик в углу. — Половину того, о чём они говорят, я не понимаю, а от второй половины меня мутит. — Кай уставился на Фокса: — А ты, значит, просто мимо проходил, так?

— Открою тебе секрет: хочу этого милягу Гилкриста на пару слов.

— Так вот зачем тебе понадобился Нейсмит? Загнать добычу в ловушку?

Фокс пожал плечами и заказал томатный сок. Хозяин заведения взял бутылку из холодильника, неистово потряс ею перед лицом Фокса и перелил содержимое в стакан.

— Видали, что творится? — спросил он, не особенно рассчитывая на ответ. — Последний не стал рисковать и забрал деньги — семнадцать с половиной вместо сотни. — Он с негодованием покачал головой, поражаясь людскому идиотизму.

— Обожаю, когда у них сдают нервы, — прокомментировал Кай, отдавая деньги за сок и своё пиво.

— Не забудь, что ты за рулём, — выдал Малькольм назидательным тоном.

— Полторы пинты — и больше ни-ни.

— Нашему отделу не хватает только, чтобы ты в трубочку подышал. Макьюэн свихнётся. К тому же — ты уверен, что Гилкрист на тебя не настучит?

Кай презрительно фыркнул, но всё же сменил пиво на апельсиновый лимонад. Они вернулись к столику. Нейсмит и Гилкрист проводили их взглядами. Кай отложил газету и сел. Фокс придвинул стул поближе к Гилкристу.

— Здорово, парни. — Малькольм заметил, что Гилкрист уже почти прикончил свой первый джин с тоником. — Как дела на новом месте?

— Слушай, дурацкая получилась ситуация…

Фокс прервал его, махнув рукой:

— Я всё прекрасно понимаю, это же не твоя вина, правда? — Это вполне тянуло на риторический вопрос.

Гилкрист посмотрел на него:

— Не моя.

— Нет, конечно, — немного зловеще повторил Фокс. — Тогда ничего страшного. Хотя у сержанта Инглис работы прибавилось.

Малькольм отпил сок.

— Да, — согласился Гилкрист.

— Неожиданно как-то тебя перевели из Глотки.

— Начальство знало, что я хотел перевестись. — Гилкрист запнулся. — Так или иначе, это всё равно временно.

— Конечно временно, — подчеркнул Тони Кай.

Нейсмит кивнул.

Фокс улыбнулся такой поддержке, не сводя глаз с Гилкриста.

— А что теперь будет с Джейми Бреком?

Тот пожал плечами в ответ.

— Австралийцы уже рванули в атаку?

— Насколько я понимаю, дело закрывают.

— Главного злодея-то они, конечно, засудят, — кивнул Фокс. — Но как же его клиенты?

Гилкрист пожал плечами:

— Могу попытаться узнать, если хочешь.

Фокс перетянулся через стол и похлопал его по плечу.

— Нет, спасибо. Ты теперь в ОПК, тут другие дела творятся. Как насчёт повторить? Я угощаю. — И посмотрел на стаканы.

— Да, давай, — отозвался Нейсмит, но Гилкрист помотал головой.

— Спасибо, но я пас. — Казалось, это удивило Нейсмита. — Надо ещё кое с кем встретиться в городе.

Гилкрист встал:

— Увидимся завтра.

— Не со мной, — напомнил Фокс.

— Да, но… Удачи.

— Думаешь, она мне понадобится?

Гилкрист не ответил. Он натягивал куртку. Фокс потянулся и схватил его за руку.

— Кто отменил наблюдение за Бреком? Это же тебе позвонили. Кто отдал приказ?

Гилкрист высвободил руку. Помахал Нейсмиту и вышел.

— Получил, что хотел? — спросил Кай.

— Не уверен.

Нейсмит посмотрел в свою пустую кружку. — «Кроненберг», пожалуйста.

— Сам себе купишь, предатель.


— Ничего, если я зайду на минутку? — спросил Фокс.

Было девять вечера. Малькольм стоял на пороге дома Джейми Брека. Хозяин встретил его в рубашке поло, в слаксах и в носках, без обуви.

— Я вас не отвлекаю?

— Нет, ничего такого, — сдался Брек после небольшой паузы. — Аннабель сегодня у себя.

Он повернулся и пошёл по короткому коридорчику в гостиную. Когда Малькольм добрался туда, Брек уже включил пару светильников. Телевизор тихо чернел, стереосистема тоже безмолвствовала.

— Я сидел в интернете. — Брек, видимо, считал, что такая обстановка требует объяснений. — И мне это уже порядком надоело, честно говоря.

— Играли в Quidnunc?

— Откуда вы знаете? Часов пять, наверное. А то и дольше.

Фокс покачал головой и разместился на диване. Дома он успел перекусить, но полпорции ужина из полуфабрикатов хватило сегодня, чтобы стать у него поперёк горла.

— У меня была беседа с грампианскими контролёрами, — сообщил он.

— Как прошла?

— Прошла.

— Они мне тоже назначили встречу завтра утром… некто Стоддарт.

— Вы справитесь.

Брек плюхнулся в одно из кресел.

— Думаете?

— У Аннабель есть что-нибудь новенькое?

— В смысле, насчёт Винса Фолкнера? Дело застопорилось. Вместо того чтобы копать дальше, Джайлз решил проверить всё с самого начала: думает, они что-то пропустили.

— Стратегия для ленивых, — прокомментировал Фокс.

— У них есть записи из казино.

— И?..

— Ни следа Фолкнера. Но, внимание, сюрприз: в записи есть пробелы.

— Кто-то занимался редактированием?

— Они это называют «сбой в системе».

— То самое, о чём вы говорили. А Джоанна Бротон как это объясняет?

Брек помотал головой:

— Её не так-то просто достать. Они говорили с барменом — кстати, его явно повысили — и с кем-то из «Ловатт, Мэйкл, Мэлдрам».

— Они-то здесь при чём?

— Клиент попросил их присутствовать. Я же говорил, Малькольм, — она не позволит запятнать репутацию казино. Простите, я не предложил ничего выпить…

— Не надо, спасибо, — остановил его Фокс. Двое мужчин некоторое время слушали тишину.

— Можете мне рассказать. — Брек слегка улыбнулся.

— В смысле?

— Что-то не даёт вам покоя.

Фокс посмотрел на него:

— Откуда я знаю, можно ли вам доверять?

Брек пожал плечами:

— Мне просто кажется, что вам сейчас необходимо хоть кому-то довериться.

Фокс потёр лоб кончиками пальцев. Последние полтора часа он думал как раз об этом.

— Наверное, я бы всё-таки выпил чего-нибудь, — он решил потянуть время, — воды, например.

Брек вылез из кресла и пошёл в комнату. Малькольм разглядывал обстановку, но ничто вокруг не радовало его: денёк выдался тот ещё. Диабон и Бротон, Стоддарт и Гилкрист… Брек вернулся со стаканом. Фокс принял его и благодарно кивнул. В животе у него всё горело и плавилось, глаза обжигало болью, когда он моргал, к тому же что-то настойчиво колотило в виски.

— Может, таблетку аспирина?

Малькольм помотал головой.

— Неважно выглядите. Видимо, со Стоддарт всё прошло не так уж и гладко, да?

— Пожалуй, я кое-что расскажу, — выдохнул Фокс, — но вряд ли вам это понравится.

Брек присел на ручку кресла.

— Давайте, выкладывайте всё по порядку, — сказал он. Фокс сделал глоток. Вода напомнила ему какой-то вкус из детства: со слегка сладковатым послевкусием. Это был вкус воды из-под крана, после того как в жаркий день много бегал на улице.

— Вы были под наблюдением, — начал он. — До нынешнего момента. Включая слежку.

Брек на секунду задумался и кивнул:

— Фургон той ночью?

— Именно. Так получилось, что я знал об этом. И ещё кое о чём…

Их глаза встретились.

— И ещё много о чём, да? Помните, когда я сказал, что мой брат — гей, вы ответили, что не знали этого. Но то, что у меня есть брат, вас, похоже, не удивило. И потом, когда вы приходили сюда в последний раз, то так и не смогли внятно объяснить, откуда у вас мой адрес. — Он сделал паузу. — Я надеялся, что рано или поздно это всплывёт…

— И вот — я здесь…

— Я думал, что вы хотите привязать меня к делу Хитона.

— Нет.

— А что тогда? — В голосе Брека прозвучало искреннее удивление.

— Ваше имя всплыло в списке посетителей одного сайта…

— Какого сайта?

Фокс откинул голову назад и вперился в потолок.

— Я не должен этого говорить, — прохрипел он.

— Уже поздно, — возразил Брек. — Так какого сайта?

— Скажем так: Аннабель бы это не понравилось.

— Порно? — Брек слегка повысил голос. — Садо-мазо? Насилие? Господи, что?

— Несовершеннолетние.

Брек молчал. Через мгновение у него вырвалась усмешка недоверия.

— Вы расплатились карточкой, — продолжал Малькольм, — и Глотка села вам на хвост.

— Когда всё это началось?

— На прошлой неделе. После того как мы познакомились, я, можно сказать, уже не занимался вашим делом.

Брек съехал с ручки кресла на сиденье.

— Значит, кредитка моя всплыла. — Брек вскочил с кресла и вышел.

Вернулся он с папкой, где лежали договоры, документы по ипотеке, выписки со счетов и прочие такого рода бумаги. Вытряхнув всё это на письменный стол, он принялся рыться в них. Наблюдая эту кучу, Фокс не мог не заметить, что сумма банковского счёта Брека уже некоторое время была пятизначной. Сам Брек в это время просматривал выписки баланса своей кредитной карты.

— Ищите австралийские доллары.

— И близко ничего такого нет. — Брек вёл пальцем вниз по колонке с цифрами. Супермаркеты, заправки, рестораны, магазины одежды, телевидение и интернет: он явно часто пользовался кредиткой.

— Ага, — он что-то нашёл, — есть доллары, но американские. Десять долларов — это где-то восемь фунтов.

Фокс посмотрел на название компании. SEIL Ents.

— Я никогда внимательно не просматривал. — Казалось, Джейми говорил сам с собой. — Иногда я скачиваю что-нибудь с платных американских серверов… думаете, это оно?

— Посвежее что-нибудь есть? Этим переводам уже пять недель.

— Малькольм, я клянусь вам… — Зрачки у Брека были как две полные луны. Он бросил бумаги и встал. — Пойдёмте, хочу вам кое-что показать.

Они пошли в другую комнату, где Брек обустроил себе рабочий кабинет. Компьютер был включён. Джейми двинул мышкой, и заставку сменил рабочий стол с фотографией Аннабель.

— Садитесь, — скомандовал Джейми и указал на стул. — Сами посмотрите. Не думаю, что я изучал порно онлайн больше полудюжины раз в жизни, и никогда ничего… я имею в виду, только адекватные вещи.

— Джейми, послушайте…

Молодой человек повернулся к Фоксу:

— Я не понимаю, как такое вообще могло произойти!

— Я верю вам.

Брек не сводил с него глаз:

— Ну да, фургон же был снаружи. — Он прошёлся рукой по волосам. — И вы залезли в мою систему… но нет, не вы, мы ведь были в «Оливере». Ваши парни, так? И с ними кто-нибудь из ГЛОДа.

— Да, некто Гилкрист. Теперь он сидит за моим столом в ОПК.

Глаза Брека расширились ещё больше, и он выдавил:

— Нужно с ним хорошенько поговорить и узнать, откуда ноги растут.

— Я уже пытался, только он, похоже, не настроен сотрудничать.

— Значит, нужен кто-то ещё. — Вдруг он впился глазами в Фокса. Главная мысль наконец пробилась в его сознание. — Господи, Малькольм, и всё это время вы думали, что я — педофил?

Фокс не нашёл, что сказать на это. Джейми отошёл к окну и заглянул за край шторы.

— Мы вели наблюдение только одну ночь. Планировали и вторую, но ГЛОД всё отменил.

Брек повернулся:

— Почему?

— Понятия не имею.

— Поняли, что ошиблись?

Фокс пожал плечами. Брек снова взъерошил волосы.

— Срань господня, Малькольм. Вы же видели Аннабель. У меня есть девушка, понимаете?

— Иногда они так делают.

— Педофилов имеете в виду? — Брек был совершенно ошеломлён. — Вы следили за мной из фургона… Прям гестапо какое-то…

— В ходе наблюдения они выяснили только одну интересную вещь…

— Какую?!

— Вы искали в сети меня.

Брек замолчал.

— Да… — И уставился в экран. — Какой адрес у этого сайта? — наконец спросил он. — Нужно с ними связаться.

— Это последнее, что нужно сделать.

— Но они узнали номер моей карточки. Откуда?

— Вы же сами говорили, что покупаете всякое в сети… Вы платите за Quidnunc? Тогда номер карточки — не проблема.

— Кошмар, — пробормотал Брек. — Надо выпить. — И вышел из комнаты.

Фокс немного поколебался и принялся изучать содержимое рабочего стола: ничего особенного. Окошко с игрой было свёрнуто. Малькольм развернул его на весь экран. Он увидел аватара Джейми — мускулистого блондина, сжимающего обеими руками некое замысловатое орудие убийства. Он стоял в долине, со всех сторон окружённой горами. За её пределами периодически проносились боевые самолёты или космические корабли. Повсеместно рвались бомбы. Но герой хранил полную невозмутимость — лишь волосы его развевались в монотонном ветре, — терпеливо ожидая, когда Джейми вернётся к игре. Фокс свернул окошко и вышел из комнаты.

Джейми Брек был на кухне. Она блестела, как новая, но у Фокса сложилось впечатление, что здесь обычно много чего происходило. Ваза на столе была завалена сливами и апельсинами, на разделочной доске сохла половинка хлеба. Брек достал лёд и стал наливать виски в стакан.

— В некоторых случаях помогает только местная анестезия, — выдал он дрожащим голосом. Он маняще помахал бутылкой перед Фоксом, но Малькольм покачал головой.

Это был Highland, Park: раньше он частенько имел с ним дело. Морские брызги и лёгкий аромат торфа. Брек выпил залпом, зажмурился и резко выдохнул. Ноздри Фокса затрепетали. Да, тот самый аромат…

— Это всё происходит не со мной, — убеждал себя Брек. — Я всё ещё быстро продвигаюсь по карьерной лестнице, скоро буду инспектором.

— Да-да, всё как написано в досье.

— Так вот откуда такие познания. — Его взгляд остановился на Фоксе. — Но почему ты раскрыл карты, Малькольм?

— Ты сам сказал — нужно же кому-то доверять.

— Думаешь, мне? — Брек подождал, пока Фокс кивнул. — Спасибо и на том. А может, просто я — твоя последняя надежда?

— Дело в том, Джейми, что в последнее время вокруг меня творится слишком много вещей, которые не поддаются никакому объяснению. И почему-то мне кажется, что ты способен помочь мне разобраться в этом.

— Иными словами — то, что меня подозревают в педофилии, тебя не слишком волнует. Но вот моя девушка может пригодиться, так?

Фокс улыбнулся:

— Почти.

Брек ухмыльнулся в стакан:

— Что ж, по крайней мере, есть с чего начать. Как думаешь, стоит связаться с моим банком и попросить их проследить перевод?

— Можно попробовать.

— А я пока что проверю этих SEIL Ents.

— Будь осторожнее: владелец сайта — австралийский полицейский. Он у них на мушке, и больше всего на свете они боятся его спугнуть. Как только он что-нибудь заподозрит — мигом свернёт свои делишки.

— И найдётся кто-нибудь, кто решит во всём обвинить меня? — Брек понуро кивнул. — Насколько близко они к нему подобрались?

— Точно не знаю.

— Можешь узнать?

Фокс кивнул.

— А я взамен попрошу Аннабель присматривать за Билли Джайлзом. Так будет по-честному?

Фокс снова кивнул. Брек поднял указательный палец:

— Но я не хочу, чтобы Аннабель узнала об этом.

— Только не от меня, — пообещал Малькольм.

— А Стоддарт в курсе? — спросил Брек.

— Да.

— Но мне нужно прикидываться дурачком, да?

— Решай сам, Джейми.

— Они поймут, что ты мне рассказал. Будет хуже нам обоим.

— Это уж точно.

Брек повернулся, опираясь на столешницу. Стакан был всё ещё у него в руке.

— Только полюбуйся на нас — ну и парочка. — Джейми попытался улыбнуться. — И всё же — спасибо за доверие, Малькольм. Лучше поздно, чем слишком поздно. — С этими словами он прикончил виски. — Итак, — продолжал Брек, причмокнув, — у тебя уже есть какой-нибудь план действий?

— Я считаю, что вещи просто случаются сами собой, помнишь? Это ты у нас держишь всё под контролем.

— Однако, похоже, ты начинаешь меняться.

— Если уж речь зашла о переменах… — Фокс протянул Джейми свою визитку: старый телефонный номер был зачёркнут, а новый подписан ручкой.

— Думаешь, мне лучше последовать твоему примеру? ОПК может прослушивать мои разговоры?

— Прослушка — дело непростое, а вот проверить список звонков им ничего не стоит.

— Ты сказал — «им», а не «нам»…

Фокс не ответил. Брек помолчал ещё несколько секунд.

— Почему меня подставили, Малькольм? — тихо спросил он. — Кому это могло понадобиться? Австралийскому порносайту? — Он покачал головой. — Зачем? Бред какой-то.

— Мы это выясним, — пообещал Фокс, расправляя плечи. — Просто придётся поработать как следует.

Вторник, 17 февраля 2009

18

Утром во вторник Фокс ждал Энни Инглис у её дома. Первым вышел Дункан и потопал в школу. Знания не просто тяготили его, а явно портили осанку, сосредоточившись в рюкзаке за спиной. Минут через десять настала очередь Инглис. Фокс всё это время сидел в машине на другой стороне дороги и, завидев её, приветственно загудел и помахал рукой. Машины между ними лились нескончаемым ручьём, тут и там выходившим из берегов: людей несло на работу или ещё чёрт знает куда. Некоторые по пути успевали высадить детей у ворот школы. Инспекторский скутер хотел было пришвартоваться сбоку от Малькольма и сделать своё чёрное дело, но, увидев, что в машине кто-то есть и этот кто-то уже включил поворотник, поплыл дальше в поисках другой добычи. Энни пришлось немного поглазеть по сторонам, прежде чем ей удалось перейти улицу. Подойдя к машине, она, вместо того чтобы сесть рядом с Фоксом, наклонилась к боковому стеклу. Малькольм открыл окно.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

Он протянул ей свою визитку с новым номером.

— На случай, если захочешь меня найти, — объяснил он. — Но это строго между нами. Мне нужна твоя помощь, Энни.

— Малькольм, понимаешь…

— Давай поговорим в машине. Я тебя подброшу.

— Я сама собиралась себя подбросить.

Не дождавшись ответа, она со вздохом открыла дверь. На сиденье валялись обёртки от конфет, но Малькольм быстренько их убрал. Энни достала откуда-то из-под ног и вручила ему карту, которая сразу же полетела на заднее сиденье.

— Это насчёт Джейми Брека? — спросила она.

— Да. А то с этим Гилкристом каши не сваришь.

— Ты же отстранён, Малькольм. Он не вправе предоставлять тебе такую информацию.

— Тем не менее…

Она снова вздохнула:

— Ладно. Что тебе нужно?

— Контакт с австралийскими копами. Имя, телефон, адрес почтового ящика — всё сгодится.

— Могу я узнать зачем?

— Рановато.

Энни посмотрела на него. Её «служебное» лицо отличалось от домашнего: макияжа было чуть больше, и это придавало ей более суровый вид.

— Они поймут, что это я. — Она имела в виду не австралийцев, а Фэттс-авеню.

— А я скажу, что не ты.

— Тогда порядок. Они же верят каждому твоему слову, не так ли?

— Ясное дело, — улыбнулся Малькольм.

Энни открыла дверь, собираясь выйти.

— А что с твоим старым номером? Впрочем, я не уверена, что хочу знать.

Она вышла и направилась к своей машине. Фоксу потребовалось пять минут, чтобы доехать до кафе на Монингсайд-роуд, чтобы припарковаться — ещё пять. Он прикинул, как долго пробудет в кафе и во сколько ему обойдётся парковка, сунул монет в парковочный счётчик на час и зашёл.

Джейми Брек уже ждал его. Он пристроился за дальним столиком, возле розетки в углу, и раскрывал ноутбук.

— Только что приехал.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Как самочувствие?

— Всю ночь не мог уснуть — все твои откровения.

Фокса слегка передёрнуло от его слов. Он снял пиджак и спросил, что Брек будет пить.

— Американо с каплей молока.

Фокс озвучил заказ, прибавив капучино для себя.

— Что-нибудь из еды?

— Разве что круассан?

— Две штуки, — заключил Фокс. Официант ушёл.

Когда прибыл их заказ, Джейми уже наклонил экран так, чтобы солнце не затемняло картинку, а Фокс придвинул свой стул и сел рядом с ним. Малькольму немного полегчало. Даже если снаружи стоял фургон наблюдения — хотя Малькольм осмотрел каждую машину и не обнаружил ничего подозрительного — но даже если бы он там всё-таки стоял, в кафе было ещё минимум полдюжины ноутбуков, подключённых к сети: бесплатный wifi как-никак. В основном студенты и фрилансеры. Нейсмит как-то рассказывал Фоксу, что в таком клубке очень трудно отделить одного пользователя от другого.

— Так, что мы ищем? — Голос Джейми звучал бодро и деловито. Вчерашние его шок и апатия сегодня были уже заключены где-то глубоко внутри.

— Ты как-то говорил, что уже имел дело с тем пиар-агентством.

Брек кивнул:

— Помимо прочего, не брезгуют политикой. У них есть связи.

Он ввёл в браузере название компании и вышел на их сайт. Потрещав мышью ещё немного, он явил Фоксу портреты всей троицы и указал на человека с маленькой круглой головой.

— Пол Мэлдрам. Их политический виртуоз. Я имел в виду дело одного местного депутата.

У меня тогда чуть уши не завяли от этого Пола. Он всё говорил, что представляет интересы городского совета.

— Как звали депутата?

— Эрни Уишоу.

— Не слышал о таком.

— У него свой бизнес — грузоперевозки. Офис находится в Джайле.

— И что он натворил?

— Его водитель вёз несколько лишних пакетиков…

— Наркотики?

Брек кивнул:

— Его взяли парни из управления по борьбе с наркотиками. Дело было — лет на пять. Но они захотели посмотреть, как далеко тянется ниточка, и продолжали разнюхивать. Тогда Уишоу устроил встречу в «Оливере» с братом жены того водителя. Ребята из управления по борьбе с наркотиками думали, что он хотел дать денег жене, чтобы она уговорила водителя не болтать лишнего.

— А ты-то как там оказался?

— Им нужна была помощь местных, а их босс знал Билли Джайлза.

Фокс нахмурился:

— Глен Хитон тоже был в команде?

— Да. Причём до того момента он не вызывал у меня никаких подозрений.

— Но именно тогда что-то произошло, так?

Брек пожал плечами:

— Мне вдруг показалось, что они предвидят каждый наш шаг. Не спрашивай почему — просто у меня возникло такое чувство.

— И когда видеозапись из «Оливера» ничего не дала, это не было для тебя неожиданностью?

— Да.

Фокс отхлебнул кофе.

— Когда, говоришь, это было?

— Полгода назад.

— Странно, что это так и не всплыло. — В ответ на недоумённый взгляд Джейми он пояснил: — Мы следили за Хитоном целый год, но я впервые слышу об этом эпизоде.

Брек пожал плечами:

— Он тогда не делал ничего такого…

— Но всё же у тебя возникли сомнения. Ты мог бы прийти к нам.

— Вы, по-моему, и без меня неплохо справились. К тому же, как я уже сказал, явных зацепок у меня не было — только подозрения.

Брек потянулся за кофе, но передумал и взял круассан. Тем временем Фокс всматривался в фото Мэлдрама.

— Контрабанда наркотиков как-то не вяжется с делами городского совета. Почему вообще вмешались эти ЛММ?

— Хороший вопрос.

— А ты его тогда никому не задавал?

— Несколькими годами ранее Уишоу выкупил дело у своего конкурента. Сделка была с душком, и он нанял ЛММ, чтобы утихомирить журналистов.

В кафе зашёл новый посетитель, и они одновременно оглянулись. Это оказалась девушка с ребёнком в коляске. Ложная тревога. Джейми и Малькольм посмотрели друг на друга и улыбнулись: уж лучше перебдеть…

— Значит, они работали лично на Уишоу, а не на городской совет? — спросил Фокс.

Джейми только пожал плечами:

— Как бы то ни было, дело кончилось ничем. Управление по борьбе с наркотиками смотало удочки, так ничего и не раскопав, а нас просто поблагодарили за содействие.

Фокс сосредоточился на завтраке, пока не придумал, что говорить дальше.

— Ты — не единственный, за кем следили, Джейми. Заместитель главного констебля сболтнул, что меня пасли всю прошлую неделю. А тело Винса нашли только во вторник. Никто просто так не станет следить за полицейским: должно пройти какое-то время, пока всё проверят и решат, что пора вмешаться.

— Как долго ты думал, прежде чем прислать мне фургончик?

— Недолго, но тут другое дело. Понимаешь, за мной начали следить ещё до того, как я провинился.

— Значит, что-то всё же было.

— Ничего. Готов клясться от рассвета до заката, сержант Брек.

— Сейчас зима, инспектор Фокс, и дни довольно короткие.

Малькольм пропустил это мимо ушей и продолжал:

— На допросе в Торфичене, когда Трэйнор меня клеймил подонком, а Билли Джайлз еле держался, чтобы не пуститься в пляс, мой босс как-то странно на меня посмотрел…

— Макьюэн?

Фокс кивнул:

— Не думаю, что он знал о слежке. То есть, понятно, он знал, но, похоже, ему сообщили совсем недавно. У него был такой вид, будто он вообще не понимает, что происходит.

— Может, он сумеет что-то разузнать для тебя?

— Не знаю, Джейми.

— Ты ему не доверяешь?

— Сам не знаю. Но вот в чём штука: за мной начали следить, когда я получил новое задание.

— Новое задание — это я?

— Да.

Кофеин наконец пробился в сознание Фокса, и он явственно ощутил его действие. Зазвонил телефон. Малькольм не сразу понял, что это у него: он ещё не слышал мелодии своего нового аппарата.

— Да?

— У меня кое-что есть для тебя. — Это была Энни. Она говорила так тихо, что Малькольм едва разбирал слова. Он сильнее прижал телефон и заткнул второе ухо пальцем.

— У тебя там кто-то рядом?

— Нет.

— Тогда почему ты шепчешь?

— Тебе интересно или нет? — Она не скрывала раздражения. Не дожидаясь ответа, Энни протараторила телефонный номер.

— Подожди секунду. — Фокс засуетился в поисках ручки, стряхнул ошмётки круассана с салфетки и нацарапал ряд цифр.

— Её зовут Доулиш. Сесилия Доулиш. — Инглис повесила трубку прежде, чем Малькольм успел поблагодарить её.

— Какой код Австралии?

Бреку потребовалось секунд тридцать, чтобы найти его в сети.

— Ноль-ноль-шесть-один. Там сейчас на десять часов позднее, чем у нас.

— Значит, там вечер. К тому же чертовски дорогой для телефонных разговоров вечер. Не могу уходить в минус, — объяснил он.

— Я угощаю. — Брек протянул свою «Моторолу».

— Они же могут проследить звонок.

— Ну и что? Не я же буду говорить.

Это оказался номер мобильного. Доулиш была за рулём, когда Фокс позвонил ей.

— Говорит констебль Гилкрист.

— Да.

— Отдел ГЛОД Эдинбурга. Вы обращались к нам по поводу местного офицера Брека.

— Да.

— Вам сейчас удобно говорить?

— Я еду домой, констебль. Что вы хотите?

— Мне нужно заполнить кое-какие бумаги.

— Только помните, о чём мы говорили в самом начале: чем больше людей об этом узнает, тем труднее будет сохранить тайну.

— Ясно. — Фокс сделал паузу. — Вы его ещё не арестовали?

— Когда соберёмся, дадим вам знать.

— Конечно. — Фокс повернулся к Бреку. — А как нам быть с Бреком?

— Любая информация будет полезна. Так что там с вашими проклятыми бумажками?

— Вас можно обозначить как основное контактное лицо?

— Конечно.

— И этот номер?

— Насколько я знаю, у вас другого нет.

— Похоже, что так. — Фокс подумал, что бы ещё спросить. — Мы взломали компьютер Брека.

— И?..

— Всё чисто. Но с его кредитной карты недавно было перечисление на SEIL Ents.

— Оно и есть.

— Что значит эта аббревиатура?

— Инициалы подонка — Симеон Эдвард Иэн Лэтам. Друзья зовут его Сим.

— Оплата была в долларах США.

— У него есть счёт в банке на Карибских островах. Лэтам уже давно этим занимается. Он знает все классические трюки и добавил к ним кое-что собственного производства. — Доулиш остановилась. — Это ведь безопасная линия, не так ли?

— Абсолютно, — заверил её Фокс. — Спасибо за помощь.

— Бумажная волокита превращает нашу работу в кошмар, — припечатала Доулиш и повесила трубку.

Фокс уставился на Джейми:

— Австралийцы говорят — ты всё ещё в свете прожекторов.

— Спасибо, что не развеял их заблуждения.

— Видишь ли, Джейми, вот что странно: мы следили за тобой только одну ночь. На второй день слежку отозвали. Первое, что могло бы прийти в голову, — это что ты больше не интересен австралийцам. А Гилкрист вчера вообще сказал мне, что Сим Лэтам пошёл под суд.

— Это не так?

— Доулиш сказала, что расследование продолжается.

— Но почему Гилкрист соврал тебе?

— Хорошо бы спросить его.

— Я могу сам разобраться с этим, если ты предпочитаешь оставаться в тени.

Но Фокс помотал головой и порешил последний кусочек круассана.

— Мы здесь закончили? — спросил Брек, прикрывая свой лэптоп. Часы Фокса показывали, что у него ещё пятнадцать минут оплаченной стоянки.

— Есть ещё кое-что, в чём твой компьютер может нам помочь. — Фокс вытер остатки круассана с уголков рта. — Был ли Чарли Броган одним из застройщиков?

— Сейчас посмотрим.

Через пару минут Джейми обнаружил аббревиатуру ЧББД в списке застройщиков.

— ЧБ это, конечно, Чарли Броган, а БД?

— Бротон, Джоанна.

— Возможно. — Фокс вперился в экран. — Я видел его ежедневник.

— Что?

— Ежедневник Брогана. Джоанна попросила меня отвезти его в участок Лита. — Фокс запнулся. — Долгая история.

Брек оживился:

— У меня есть свободное время, напарник.

— Она стояла возле выхода из участка, я узнал её и предложил подвезти.

— В её пентхаус?

— Вообще-то это триплекс.

— Ты был внутри? Она знала, что ты полицейский?

Фокс кивнул:

— Ребята из Лита хотели посмотреть на ежедневник Брогана, и она отдала его мне.

Брек чуть не подавился:

— И как только это сошло тебе с рук?

— Не сошло. На обратном пути я встретил Ловатта. Она рассказала ему обо мне, и он позвонил в участок Лита. А те позвонили Стоддарт и её мальчикам в трико.

Брек присвистнул.

— Дело того стоило?

— Скорее нет, чем да. У Брогана в последнее время было мало работы. Там было больше списков телепередач, которые он хотел посмотреть, чем расписаний деловых встреч. — Фокс задумался. — Смотри, Фолкнер работает на стройке Брогана, последний раз его видели в казино, владелица которого — жена Брогана. Он погибает, тело находят на другой стройке, тоже принадлежащей Брогану. И на десерт: Броган выходит в открытое море поплавать и забывает, что не умеет дышать под водой.

Брек задумчиво потёр щетину на подбородке.

— Ты бы рассказал это Джайлзу.

— Конечно, Джайлз так и ждёт моей поддержки. — Брек было открыл рот, но Фокс продолжал: — Он и тебя слушать не станет, ты же Иуда в его священном писании. Так, о чём нам говорят все эти детали? — Брек не нашёл что ответить, и Малькольм посмотрел на часы. — Нужно засунуть денег в парковочный счётчик.

— Подожди. Соберу комп и пойдём вместе.

Брек выключил ноутбук. Его кофе остался почти нетронутым.

— Куда поедем?

— В Саламандер-пойнт.


На стройке им выделили ту же самую времянку. Брек спросил у начальника, как будут идти дела после смерти застройщика.

— Будем работать, пока не получим приказа о прекращении… или пока деньги не закончатся, — ответил он.

Фокс уже заметил некоторые перемены: офис продаж был наглухо закрыт, без признаков жизни внутри. Они поднялись на второй этаж, но там тоже никого не было. Зато оттуда было видно, как играют в футбол строители. Они даже сложили некое подобие ворот из кирпичей. Ронни Хендри был весь в поту, когда поднялся к визитёрам.

— Ждём, когда привезут цемент, — объяснил Ронни, сняв каску и вытирая пот со лба.

Трое сидели на тех же местах, что и в прошлый раз, Фокс молчал.

— Нужно задать вам ещё пару вопросов, — сказал Брек. — Как идут дела теперь, когда капитан покинул корабль?

Хендри не понял, как реагировать на юмор Джейми, и попытался найти ответ в его выражении лица. Брек выглядел очень серьёзным.

— Парни беспокоятся, как пройдёт день выдачи зарплаты.

— Ваш начальник сказал мне то же самое.

— У него тоже тяжёлая работа: целый день выгуливать свои причиндалы на стройке, не зная, чем заняться.

— Вы не очень-то им довольны.

Хендри прошёлся рукой по волосам.

— Да нет, ничего такого. — Он скрестил руки на груди: оборонительная поза, как показалось Малькольму. — Нашли убийцу Винса?

— Нет пока. Нам нужно сначала выяснить причину убийства. Я хотел спросить вас о Чарли Брогане.

— Он-то здесь при чём?

— Он тоже плохо кончил.

— Но какая связь? — Хендри переводил взгляд с одного на другого. — Связи-то нет.

— Точно сказать нельзя. Я полагаю, Броган приезжал на стройку?

— Да, похоже, он любил быть в курсе дел.

— Как часто вы его видели?

— Раз или два в неделю. Спросите начальника — он точно знает, когда приезжал Броган.

— Я сейчас разговариваю с вами. Он сидел в офисе с чашечкой чаю и просто рассматривал планы?

Хендри помотал головой:

— Нет, он любил пройтись по всей стройке.

— Значит, вы знали его?

— Мы говорили пару раз. Он спрашивал, как идут дела. Показался мне неплохим парнем, не все застройщики такие.

— Что вы имеете в виду?

Хендри поёрзал на стуле.

— На других объектах, где я работал, приезжали костюмы в полосочку и начищенные туфли. В ЧББД тоже была парочка таких — но не мистер Броган. Он всегда приезжал в джинсах и рабочих ботинках и никогда не вытирал руку, после того как пожмёт её тебе. — Ронни увлёкся воспоминаниями. — Хороший был человек.

— А Винс Фолкнер так же к нему относился?

— Ничего плохого о нём не говорил. По крайней мере — мне.

— Он был знаком с Броганом?

Хендри кивнул:

— Мистер Броган знал почти всех ребят по имени. И он помнил, с кем говорил раньше и о чём, спрашивал про семью.

— Читал личные дела, наверное, — перебил его Фокс.

Хендри взглянул в его сторону.

— Может, и так, — ответил он.

— Насколько часто он встречался с Фолкнером? — Брек держал Ронни в тонусе.

Хендри задумался на несколько мгновений.

— Не знаю, — выдал он наконец.

— Вы понимаете, к чему мы ведём?

— Честно говоря, нет.

— Если они были знакомы… прибавьте смерть Винса Фолкнера ко всем прочим несчастьям мистера Брогана…

— И он пошёл и утопился с горя? — Казалось, Хендри всерьёз раздумывал над этим. Потом пожал плечами, по-прежнему храня неприступный вид.

— Когда мы в прошлый раз беседовали, вы говорили, что иногда выбирались по вечерам поужинать и пропустить стананчик-другой в казино «Оливер».

— Верно.

— Вы знали, что его владелица — жена мистера Брогана?

— Конечно.

— А его самого там видели?

— Возможно.

— Но вы не уверены?

Хендри упёрся руками в колени, собравшись встать.

— Мне нужно идти работать.

— В чём дело? Вы торопитесь?

— Я не знаю ничего о Чарли Брогане и не знаю, почему он покончил с собой.

Хендри уже стоял, держа наготове свой жёлтый шлем. Брек тоже встал.

— Вообще-то мы ещё не закончили.

— Вы занимаетесь ерундой, — заявил Хендри. — Упёрлись в тупик с Винсом и переключились на Брогана. Между ними нет никакой связи.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Похоже, вы всё очень хорошо знаете, Ронни. Вы, случаем, не математик?

Хендри уставился на Джейми, подбирая в уме достойный ответ. Так и не сказав ничего, он холодно ухмыльнулся и вышел. Малькольм закрыл за ним дверь и сел напротив неё, глядя на Брека.

— Ну что? — спросил тот.

— Мы его почти дожали. Примерно на три четверти.

— Он и в прошлый раз был неразговорчив.

— А сейчас вообще сбежал. Почему это?

— В Торфичене он бы заговорил по-другому. Может, ему нужно время на подготовку речи. Но мы не можем вызвать его на допрос…

Фокс кивком выразил согласие. Они вышли наружу. Хендри уже пробирался внизу через бетонные блоки и хитросплетения трубопровода на свой матч. Показалось солнце, и некоторые игроки даже сняли майки.

— Прямо гордость берёт: температура едва ли десять градусов, а стоит солнышку блеснуть…

— Шотландия ликует, — согласился Брек и полез вниз по ступенькам.

Они уже вышли со стройки, когда ко входу подъехала машина и из неё вылезли двое.

— Диксон и Холл, — пробормотал Брек.

— Лица знакомые, — подтвердил Малькольм.

Он видел их в Торфичене, это были люди Злобного Билли Джайлза. Выйдя из машины, они улыбались, но улыбки эти не обещали ничего весёлого. Брек тихо выругался.

— Вот так встреча, — начал Диксон. Он был потяжелее и постарше своего напарника, сверкавшего отполированным черепом, на котором красовались тёмные очки.

— Что вы здесь забыли? — спросил Брек. Фокс понял, что своей стратегией Джейми выбрал наглый выпендрёж.

Диксон выдавил из себя смешок и засунул руки в карманы брюк.

— Ты не очень-то дружелюбен, Джейми. Но если правда хочешь знать…

— Билли Джайлз дал нам задание проверить твою работу, — подхватил Холл, — на случай, если ты что-нибудь не дописал в отчётах, — Холл покосился на Малькольма, — по просьбе инспектора Фокса.

— Зря тратите время.

— Может, и так, зато мы встретили вас. — Диксон подался вперёд. Он напомнил Фоксу болтающегося на пружине клоуна, выскакивающего из коробки.

— И вы конечно же напишете об этом в своём отчёте.

— Думаешь, не стоит? — Холл изобразил изумление. — Но я слышал, что вас отстранили.

— И что теперь?

— Теперь напрашивается вопрос: а вы-то здесь что забыли?

— Присматриваю себе квартирку, — ответил Фокс. — По телику говорили, что лучше ездить с другом: один можешь чего-нибудь не заметить.

— Билли Джайлз говорил нам, что ты умник. Диксон ещё сильнее наклонился вперёд.

— Помнишь меня, Фокс? Ты задавал мне вопросы про Глена Хитона.

— А ты думал, что оказываешь ему услугу, не отвечая на них.

Диксон расплылся в хищной улыбке:

— Точно.

— Но вышло наоборот. Когда мы поняли, что у Хитона полно дружков вроде тебя, стало ясно, что и сам он нечист.

Малькольм повернулся к Бреку:

— Здесь нам больше нечего делать.

Малькольм хотел пройти мимо Диксона, но тот остановил его, уперевшись рукой в грудь. Малькольм схватил руку и дёрнул вниз. Остальное тело последовало в том же направлении. Земля была покрыта тонкой коркой, но под ней грязь была ещё мокрой. Холл помог напарнику подняться, пока тот, ругаясь, вытирал грязь с лица.

— Теперь нам здесь точно нечего делать, — повторил Фокс. Он не обернулся, зная, что Брек идёт за ним, и направился к машине.

19

С полмили они ехали молча. Фокс был за рулём. Слова в голове Брека никак не складывались в вопрос, который он хотел задать. Наконец это произошло.

— Зачем ты это сделал?

— Что именно?

— С Диксоном… на стройке…

— Просто хотел проверить, где у него центр тяжести. Не думал, что его так легко завалить. — Фокс встретился глазами с Джейми и подмигнул. Брек улыбнулся в ответ, но покачал головой:

— С Диксоном и Холлом так нельзя — получишь врагов на всю жизнь.

— Дело того стоит.

— Не ожидал от тебя такой прыти.

— Я же не играю в компьютерные игры, Джейми. Приходится делать всё наяву.

Брек переключился на мир за окном:

— Куда мы едем?

— К моей сестре.

— Надеюсь, она живёт в бомбоубежище.

— Нет, она живёт в Сотонхолле.

— Хотелось бы оказаться в более безопасном месте. Чует моё сердце, скоро Билли Джайлз захочет нас видеть.

— Вернее, захочет нас покарать?

— Ну да. Боюсь, если мы сами к нему не придём, нас притащат силком.

— А я-то думал, ты из тех, кто любит рисковать и действовать по своему усмотрению…

— И ты решил пойти по моим стопам?

— А раньше я что, вёл себя слишком нерешительно?

— Ну, не то чтобы… — Брек коротко усмехнулся. — Так зачем мы едем к твоей сестре?

— Увидишь.

Джуд дома не оказалось. Фокс позвонил в дверь Элисон Пэттифер. Она открыла в фартуке и вытирая руки полотенцем.

— Извините за беспокойство, а Джуд не у вас?

— Она вроде пошла в магазин. — Пэттифер выглянула на улицу. — Вон, возвращается…

Джуд заметила Малькольма ещё издалека, но не могла помахать рукой: одна была в гипсе, в другой она несла пакет с покупками.

Поблагодарив соседку, Фокс пошёл навстречу сестре, чтобы взять у неё ношу.

— Ты что, углём запасаешься?

— Да так, всякая всячина. — Джуд улыбнулась. — Решила, что пора уже купить немного еды.

Фокс задумался в нерешительности.

— Как у тебя с деньгами?

Джуд посмотрела на него:

— Не надо, ты ведь и так платишь за папу…

— Ну, кое-что у меня остаётся. Если нужно — только скажи.

— Сейчас всё нормально, спасибо. — И легонько ткнулась головой ему в плечо — милый способ изъявить благодарность. Они направились к Джейми Бреку, который ждал возле двери.

— Я его уже где-то видела.

— Сержант Брек, — пояснил Фокс. — Он занимался делом Винса.

— Занимался?

— Это долгая история.

Брек поприветствовал Джуд дружелюбным кивком.

— Вам повезло, у меня есть кофе.

Они вошли в дом.

— Фокс предложил сестре помочь разобрать покупки, но она отогнала его от пакетов:

— Сейчас я сама всё сделаю.

Она включила чайник и, пока вода нагревалась, запихала свежекупленное в холодильник. Потом заварила кофе, добавила в него молока, и все трое разместились в гостиной. Фокс спросил, как она.

— Справляюсь, Малькольм, ты же видишь.

Фокс кивнул. Он знал, что каждый топит горе по-своему. Правда, ещё он знал, что, сосредоточившись на мелких заботах и делая вид, будто ничего не случилось, можно загнать проблему внутрь и в итоге получить нервный срыв. Но в доме было чисто, и никаких пустых бутылок на полу: а это, похоже, добрый знак.

— Ты не против, если мы немного поговорим о Винсе?

— Зависит от темы. — Она зажгла сигарету. — Как идёт расследование?

— Медленно, но, кажется, мы на верном пути. — Джейми хотел её обнадёжить.

— А, я тебя вспомнила. — Она выдохнула дым через нос. — Ты был здесь, когда начались раскопки.

Брек потупил взгляд. Фокс кашлянул, пытаясь отвести от бедняги огонь, и это сработало — Джуд повернулась к нему.

— Ты слышала что-нибудь о Чарльзе Брогане? — начал Малькольм.

— Да, читала в новостях. Вроде бы он свалился с яхты.

— Знаешь, что он был женат на Джоанне Бротон?

— Из газет.

— Она — владелица «Оливера».

Джуд кивнула и стряхнула пепел.

— Я узнала её на фотографии.

— Ты встречала её в казино?

— Да, иногда. Такая гламурная дамочка.

— А мужа её видела?

— Раз или два. Он однажды угостил нас бутылкой шампанского в казино.

— Чарльз Броган угощал вас шампанским? — Джейми не поверил своим ушам.

— По-моему, именно так я и сказала. — Джуд отпила кофе. — На следующей неделе должны снять гипс, — поведала она брату.

— Но почему?

— Современная медицина тормозит. Оказалось, только трещина, а не перелом.

— Я имею в виду шампанское. С чего это вдруг он стал вас угощать?

Джуд посмотрела на него:

— Винс и Ронни работали у него, разве нет?

— Не совсем.

— Может, и не совсем… но они же встречались на стройке. Вот он и узнал их.

— Это было хорошее шампанское? — спросил Брек.

Джуд повернулась к нему.

— Фунтов тридцать в «Асде». Сандра сказала.

— В баре оно, наверное, стоило миллион.

— Это же казино его жены. Не думаю, что он платил накрутку.

Фокс решил присоединиться к беседе:

— Всё равно очень галантно с его стороны. Он подошёл к вам поздороваться?

Джуд помотала головой:

— Нет. В тот раз — нет.

— А когда-нибудь ещё?

Она кивнула.

А дружок Винса ничего нам об этом не говорил.

— Он как-то дал мне и Сандре фишек — на двадцать фунтов каждой. Думаю, он просто выпендривался.

— А Винс что говорил?

— Говорил, что Броган — клёвый мужик. Он пошёл поблагодарить его, когда принесли шампанское, хотел пожать руку, а Броган похлопал его по плечу как ни в чём не бывало.

У Брека зазвонил телефон. Он вытащил его из кармана и посмотрел на экран. Бросив на Малькольма затравленный взгляд, он только подтвердил его худшие ожидания: это был Билли Джайлз.

— Не отвечай.

Но Брек уже поднёс телефон к уху.

— Добрый день, сэр. — Некоторое время он слушал. — Да, он со мной, — замолчал, — да… понял… да, я был там, это просто недораз… — Его перебили, и Брек продолжал слушать. Малькольм не разбирал слов, но разъярённый тон не оставлял сомнений: дело плохо. Брек теперь держал телефон на небольшом расстоянии от уха, пока поток обвинений не иссяк.

— Кажется, он зол как чёрт, — сказала Джуд брату. Фокс кивнул. К концу разговора всё лицо Брека залил здоровый румянец, как будто ему только что надавали пощёчин.

— Итак? — спросил Фокс.

— Мы должны немедля явиться в Торфичен. Если не приедем в течение получаса, за нами вышлют патрульные машины.

Джуд в изумлении уставилась на брата:

— Что вы натворили? Это из-за Винса?

— Ничего страшного, — ответил Фокс, не отрывая глаз от Брека.

— Ты никогда не умел лгать, Малькольм, — заметила его сестра.


В Торфичене их ждала не обычная комната для допросов, но само логово Билли Джайлза. С виду кабинет ничем не выдавал привычек его обитателя. Люди обычно украшают свои рабочие места всякой всячиной вроде фотографий семьи, каких-нибудь грамот на стенах или листов А4 с напечатанными на них цитатами, но Билли Джайлзу это было несвойственно. Хотя, пожалуй, одно можно было сказать наверняка: Джайлз терпеть не мог бумажную работу: кипы отчётов лежали на столе, в ящиках вокруг и наверху единственного в комнате шкафа.

— Уютно тут у вас, — съязвил Фокс, пробираясь к столу.

В комнате было людно — народ собрался на судилище. Сам Джайлз сидел за столом, нервно ёрзая в кресле. В руке он держал карандаш — так, будто это был не карандаш, а нож. Боб Макьюэн сидел возле шкафа. Рядом, скрестив руки на груди, застыла Стоддарт. Подоспели и пострадавшие — Диксон и Холл. Диксон уже умылся и даже переоделся. Брюки были явно не его размера и никак не шли к розовой футболке поло, которая, в свою очередь, не подходила к зелёной куртке. Обут он был в теннисные туфли. Похоже, это был сборный наряд из запасов нескольких офицеров в участке. Диксон с ненавистью, не отрываясь, смотрел на Фокса. Брек протиснулся в комнату и стал у Малькольма за спиной. Когда все собрались, Джайлз бросил карандаш на стол и обратился к Макьюэну:

— С твоего позволения, Боб.

Макьюэн кивнул, и Джайлз повернулся к Фоксу:

— Один из моих офицеров хочет написать жалобу. Говорит, что его повалили на землю.

— Случилось недоразумение, сэр, — вступился Брек. — Мы приносим свои извинения и оплатим химчистку и всё необходимое.

— Заткнись, Брек, — рявкнул Джайлз. — Не тебе тут надо распинаться.

Фокс расправил плечи:

— Диксон первый распустил руки. И я не собираюсь перед ним извиняться. Откуда мне было знать, что он повалится на землю, как мешок с… картошкой.

— Вот урод! — Диксон шагнул в направлении Фокса.

— Молчать, Диксон. Ты не у себя в кабинете, — предупредил Джайлз. Потом Фоксу: — Для начала расскажите мне, что вы с этим вундеркиндом делали на стройке.

— Я уже всё объяснил Диксону и Холлу, когда мы встретились. — Голос Фокса звучал ровно. — Я уже бывал на этой площадке, и мне понравилось место. У них там рядом офис продаж. Делать мне сейчас особо нечего — вот я и решил присмотреть себе квартирку, обсудить цену, узнать, что да как.

— И позвали с собой сержанта Брека, так?

— Так, да не так, — влез Холл. — Вы говорили с мистером Рональдом Хендри. Он был недоволен, что его оторвали от футбольного матча во второй раз. Потому что за десять минут до этого он беседовал с вами.

Повисла пауза. Холл скалился на Фокса. Внезапно заговорила Стоддарт:

— Думаю, мне лучше перенести встречу с сержантом Бреком.

— На когда? — спросил Брек.

— Сразу после того, как мы закончим здесь.

Он пожал плечами:

— Я не против.

— Против ты или нет, здесь никого не интересует, — опять рявкнул на него Джайлз. — Я приказываю вам двоим прекратить общение.

— И как вы собираетесь это провернуть? — спросил Фокс. — Повесите на нас маячки или просто установите слежку?

Малькольм посмотрел на Макьюэна.

— Как я посчитаю нужным! — проревел Джайлз. Потом Бреку: — А тебе, сынок, пора уже взяться за ум, а не то будешь патрулировать улицы до конца дней своих.

— Да, сэр. Спасибо, сэр.

Фокс взглянул на Брека, но тот послушно внимал Джайлзу. Джейми стоял, скрестив руки за спиной, немного расставив ноги и потупившись с видом глубокого раскаяния.

— Хочу повторить, сэр, — продолжил он, — я полностью оплачу компенсацию за урон, причинённый одежде сержанта Диксона.

Он обошёл Фокса и протянул пострадавшему руку. Тот уставился на неё, как на капкан.

— Вот и молодец, — сказал Джайлз, давая тем Диксону понять, что руку нужно пожать. Но сам при этом продолжал сверлить Фокса испепеляющим взглядом.

— Итак, — Джайлз встал, — если главный инспектор Макьюэн ничего не желает добавить…

Макьюэн не желал, Стоддарт тоже. Только сообщила Бреку, что на улице их ждёт машина: разговор состоится на Фэттс-авеню.

Диксону и Холлу Джайлз велел вернуться к работе, напомнив, что на них висит нераскрытое дело. Фокс ждал ещё какого-нибудь гневного напутствия, но обошлось. Джайлз всем своим видом показывал, что не желает больше тратить на него время. Брек, уходя, коротко кивнул Малькольму на прощание.

Фокс поскорее вышел из участка. Он гадал, будут ли новоиспечённые враги Диксон и Холл караулить его снаружи, чтобы отомстить. Но на улице он увидел Макьюэна. Тот стоял и заматывал свой кофейного цвета шарф.

— Чёртов идиот, — выдал Боб вместо приветствия.

— Ваша правда, сэр, — подтвердил Фокс и засунул руки в карманы. — Но дело здесь нечисто. Только не говорите, что сами не понимаете.

Макьюэн внимательно посмотрел на него и задумчиво кивнул.

— Это стало ясно ещё тогда, на допросе. — Фокс указал рукой на участок. — Помните, когда заместитель главного констебля сказал, что я был под лупой всю неделю? Значит, они установили наблюдение заранее — до того, как всё произошло. Я очень прошу вас, сэр, — Фокс стал прямо напротив своего босса, — если вы располагаете какой-то информацией, расскажите мне.

Макьюэн снова взглянул на него.

— Много я тебе не расскажу, потому что сам не знаю. — Он завязал шарф на узел.

— Осторожнее с шарфом, Боб, — предостерёг его Малькольм. — Если вы случайно себя задушите, они найдут способ и это повесить на меня.

— Ты сам виноват, Малькольм. Вмешиваешься в их расследование. Тебе велят прекратить, а ты лезешь ещё глубже.

— ОПК Грампиана установил за мной слежку до начала этого расследования и до того, как я нарушил приказ, — с напором повторил Фокс. — Вы можете узнать что-нибудь? — Он помолчал. — Учитывая сложившуюся ситуацию, я понимаю, что прошу о многом…

— Я уже надавил на пару рычагов…

Фокс посмотрел на него.

— Точно, а я и забыл, — сказал он, — у вас же есть друзья в грампианском уголовном отделе…

— Я, кажется, не раз говорил тебе, что друзей у меня нет нигде.

Фокс задумался:

— Предположим, в Абердине запахло палёным. Могли они пойти на упреждающий удар?

— Сомневаюсь. То дело ушло в Стратклайд, а не к нам. К тому же непонятно, почему тогда они взялись именно за тебя. Будь я на их месте, выбрал бы Тони Кая: у него более пёстрое прошлое.

Макьюэн помолчал:

— Ты будешь держаться от Брека подальше?

— Предпочёл бы не отвечать на этот вопрос, сэр.

Лицо Макьюэна потемнело.

— Похоже, его подставили. У парня нет и намёка на подобные наклонности.

— Как же тогда всплыло его имя?

— Кто-то воспользовался его кредиткой. — Фокс пожал плечами. — Поинтересуйтесь у сержанта Инглис, не мог ли кто-нибудь расплатиться карточкой Брека без его ведома. Только не посвящайте в это Гилкриста.

Макьюэн выпучил глаза:

— Почему?

— Чем меньше людей втянуто в это, тем лучше.

Макьюэн шаркнул ногой по асфальту.

— Можешь назвать хотя бы одну причину, чтобы мне так рисковать из-за тебя?

— Честно говоря — нет, сэр.

Макьюэн кивнул:

— Наконец-то я от тебя услышал это слово.

— Какое именно, сэр?

— «Честно». — Макьюэн развернулся и пошёл к машине.


Дома он чувствовал себя как в клетке. В поисках жучков Фокс перевернул всё вверх дном — разве что только газон не отодрал от земли. Но это могло помочь лишь против методов времён «Досье „Ипкресс“». Сейчас всё делается иначе — наука не стоит на месте. Несколько месяцев назад все сотрудники отдела контроля и жалоб проходили курс семинаров в Туллиаланском полицейском колледже. Там их ознакомили с новейшими технологиями подсматривания и подслушивания. За телефоном подозреваемого теперь следила специальная программа; запись разговора начиналась только после того, как он произнесёт определённые ключевые слова. То же с компьютерами: специальное устройство может получить полный доступ к жёсткому диску ноутбука или домашнего компьютера. И провернуть всё это можно из фургона, припаркованного неподалёку. Помня об этом, Фокс внимательно осматривал окрестности. Услышав звук мотора, он вновь и вновь оказывался у окна. Его новый телефон был под рукой, но Малькольм не мог придумать, кому позвонить. Он приготовил тостов, но они так и остались лежать на тарелке нетронутыми. Когда он в последний раз ел? Утром за завтраком? С тех пор прошло много времени, но Малькольму кусок в горло не лез. Он попытался вернуться к ревизии своих книг, но терпения хватило всего на пять минут. Даже птичий щебет теперь раздражал его — пришлось выключить радио. Уже стемнело, но Фокс не стал зажигать свет. За окном остановилось авто. Мужчина приехал забрать своего сына из гостей. Он приезжал и раньше, так что Фокс вычеркнул его из списка подозреваемых. Малькольм пытался вспомнить, не вывешивал ли кто-нибудь из соседей объявление о сдаче дома. Нехорошо, если все эти штуки из Туллиалана стоят за соседней стеной.

— Давай только без этой чёртовой истерики, — предостерёг он сам себя.

Заварив на кухне чай, Малькольм добавил слишком много молока, и всё содержимое кружки отправилось в раковину. Напитки… он подумал о них. Супермаркет открыт допоздна. В его памяти всплыла полка с бутылками виски, во всём великолепии ассортимента: Bowmore, Talisker, Highland Park… Macallan, Glenmorangie, Glenlivet… Laphroaig, Lagavulin, Glenfiddich… В половине девятого телефон пиликнул. Входящее сообщение: «В „Хантерс Трист“ через 10 мин». То есть его пригласили в паб неподалёку. С неизвестного номера. Людей, знавших новый телефон Малькольма, было по пальцам пересчитать. Паб находился в десяти минутах ходьбы от дома, зато там имелась парковка. К тому же не помешает прибыть на место заранее: рекогносцировка и всё такое.

Загадочное приглашение, и почему он вообще должен тащиться куда-то?

Но надо же чем-то себя занять.

Подойдя к своей «вольво», Фокс проверил улицу в обе стороны. Он отъехал от дома и сделал небольшой круг по району, притормаживая на каждом перекрёстке: нужно было убедиться в отсутствии слежки.

Малькольм вошёл в паб и осмотрелся. Февраль, вечер рабочего дня посреди недели — в «Тристе» было тихо. Всего трое посетителей: пара средних лет, которая, судя по выражению лиц, разругалась ещё полгода назад, но никто не желал первым просить прощения, и пожилой мужчина, чьё лицо показалось Фоксу знакомым. Он раньше часто видел, как тот выгуливал собаку — раза по три в день. Но не так давно они куда-то пропали. Фокс решил тогда, что старик сыграл в ящик, но, видимо, слабым звеном оказалась собака. За баром стояла молодая девушка. Одарив Фокса улыбкой, она спросила, что он будет пить.

— Томатный сок.

— Со льдом?

— Нет, спасибо.

— Он тёплый, — предупредила она.

— Ничего страшного.

Только Фокс полез в карман за деньгами, как дверь отворилась и зашли ещё двое. Они шли в обнимку, и надутая пара воззрилась на них с неодобрением.

— Вы только посмотрите, какие люди! — воскликнула сильная половина новой пары. Брек протянул Малькольму руку.

— Вот так сюрприз. — Тон Аннабель Картрайт выдал в ней плохую актрису. А может, она просто не видела смысла устраивать представление.

— Что будете пить? — спросил Фокс.

— Мне красное, Аннабель — белое, — заказал Брек. Барменша воспряла духом при виде новых посетителей и налила им, как показалось Фоксу, по щедрой порции.

— Давайте сядем за столик, — предложил Брек. Сняв верхнюю одежду, они разместились в дальнем углу и звякнули бокалами.

— Как всё прошло? — без лишних разговоров начал Фокс.

Брек сразу понял, что он имеет в виду, но решил изобразить лёгкое недоумение — видимо, для приличия.

— Инспектор Стоддарт, конечно, молодец, но вот о двоих её олухах этого не скажешь. Хотя она сама их тоже явно не считает вундеркопами…

Фокс отпил соку. Девушка за барной стойкой была права: напиток больше напоминал суп, который оставили на пару минут охладиться.

— Что это за таинственное послание? — спросил он. — Ты сменил номер?

— Веришь или нет, взял в аренду телефон. — Брек покрутил перед лицом Малькольма новой трубкой. — Так делают приезжие — американцы, и не только. Я и понятия не имел, что есть подобные штуки, пока не потребовалось что-нибудь новенькое в плане связи.

— Он хочет сказать, что спросил меня, и я ему рассказала. — Аннабель шутливо пихнула Джейми.

— Итак, по какому поводу у нас сегодня пау-вау?

— Это была идея Аннабель, — сообщил Брек.

— Я бы, конечно, так не сказала…

Брек повернулся к ней:

— Может, и нет, но всё равно — новости-то у тебя.

— Какие новости? — спросил Фокс.

Картрайт перевела взгляд на него, а потом — обратно на Брека.

— У меня из-за этого могут быть ох какие неприятности…

— Это правда, — согласился Фокс, — так что, Джейми, почему бы тебе не взять слово? Тогда мы сможем поклясться на Библии, что Аннабель рассказала об этом только одному человеку — своему парню.

Брек, поразмыслив, согласился и спросил, не хочет ли Аннабель, чтобы они с Фоксом поговорили наедине, но она сказала, что будет сидеть здесь, пока не выпьет своё вино. Тогда он склонился вперёд, опираясь на локти, и начал:

— Во-первых, есть свежая информация о Винсе. Всплыло ещё одно такси. Машина стояла у входа в «Оливер». Водитель говорит, что подобрал его около часа ночи.

— Он уверен, что это был Винс?

Брек кивнул:

— Узнал его по фотографии, плюс описание одежды совпадает.

— И куда они поехали?

— В Каугейт. Где же ещё можно купить спиртное в такое время?

— Странно…

— Почему? В смысле — контингент не тот? Студенты и модники?

Но Фокс думал о другом.

— Разве ночью там не перекрывают движение?

— Они пробирались в объезд — через дворы и тихие улочки. Винс вышел из машины возле клуба «Рондо». Знаешь такой?

— Я что, похож на того, кто знает?

Брек улыбнулся.

— А вот меня Аннабель как-то раз туда затащила…

Девушка с притворным негодованием ткнула Джейми в рёбра, причём, судя по выражению его лица, весьма болезненно.

— Там два зала. В одном — живая музыка, в другом — заляпанные ковры и пластиковые стаканчики.

— Винс направлялся именно в этот клуб?

— Водитель не уверен, но там он вышел из машины.

— Значит, в первые часы понедельника он был ещё жив.

Брек кивнул.

— В Каугейт направят следственную группу. В том районе примерно дюжина пабов и клубов — не считая тех, что на Грассмаркете. Они распечатали листовки с фотографией, хотят распространить их по всем местным заведениям.

— Охранник на входе вполне мог его запомнить, — размышлял Фокс. — Винс отличался от их обычных посетителей. Таксист не сказал, в каком он был состоянии?

— Немного на взводе, говорил неразборчиво — видать, язык у него заплетался. И чаевых не оставил.

— На взводе? Почему?

— Может, из-за того, что ждало его дома, — предположил Брек. — А может, выпивка на него всегда так действовала…

— Интересно бы взглянуть на показания таксиста.

— Может, я сумею достать стенограмму, — вставила Картрайт.

Фокс поблагодарил её.

— Винс приехал в «Оливер» около десяти. Выходит, он провёл там часа три.

— Достаточно долго, — согласился Брек.

— Это явный прогресс, — резюмировал Фокс и поднял свой стакан. — За тебя, Аннабель.

Девушка пожала плечами.

— Рассказывай остальное, — скомандовала она Бреку.

— Аннабель говорила кое с кем из четвёртого подразделения.

— Ты имеешь в виду Лит? Что-нибудь о Чарли Брогане?

— Полицейские недоумевают, почему тело до сих пор не вынесло на берег. Это наводит на определённые соображения, и они начинают копать глубже.

— И что?

— Недавно Броган распродал большую часть своей коллекции живописи. Почти на полмиллиона.

Фокс кивнул. Историю подхватила Аннабель:

— Никто не знает, где эти деньги. Джоанна Бротон совершенно не желает сотрудничать с полицией. Она окружила себя целой армией адвокатов, да ещё этот Гордон Ловатт, который всем пеняет, как нехорошо таскать по допросам «фотогеничную вдову», — прямо так и сказал, представляете?

— Лит считает, что самоубийство было инсценировано?

— Как говорит Джейми, они окончательно запутались.

— Есть ли сведения о ещё каких-нибудь деньгах, пропавших без вести?

— Трудно сказать — адвокаты связывают нам руки. Нужно распоряжение судьи, а это значит, что его самого придётся убедить, что это действительно необходимо.

— Выходит, мы не можем узнать, пользуется ли ещё кто-нибудь кредитками Брогана и снимает ли деньги с его счетов? — Ответа Фокс и не ожидал. Он понёс было свой стакан ко рту, но рука замерла на полпути. — У неё дома я видел пустые места на стене — там, где раньше висели картины.

— Ты заходил к ней домой? — изумилась Картрайт.

— Я не видел там никаких документов, хотя ежедневник Брогана она принесла из другой комнаты. Должно быть, у него был личный кабинет.

— Он в любой момент мог взять денег из ЧББД, — добавил Брек. — Впрочем, это легко проверить — у нас есть специалисты по финансовым отчётам.

— Но и на это нужно разрешение судьи, — возразила Картрайт.

Фокс пожал плечами.

— Джоанна Бротон препятствует расследованию, — рассуждал он. — Не достаточное ли это основание…

— Уверен, они будут сражаться до последнего, — сказал Брек, водя пальцем по запотевшей стенке бокала.

— Ещё будут откровения на сегодня? — Фокс посмотрел на Аннабель.

— Больше никаких, — ответила она.

— Я очень ценю твою помощь. Так что придётся угостить вас ещё разок.

Брек начал было протестовать, но Малькольм и слышать ничего не хотел.

Официантка улыбнулась им:

— Хорошо неожиданно встретить друзей, правда?

— Да, — согласился Малькольм. — Лучше не бывает.

20

В полночь он стоял на углу Блэр-стрит, перед освещённой дверью «Рондо». Сегодня на входе дежурил всего один охранник, хотя обычно они работали попарно — чтобы можно было отлучиться, не оставляя дверь без присмотра. Сейчас, среди недели, ночная улица была пустынна, но по субботам тут кипела жизнь. Да и воинственные валлийские фанаты регби бродили по городу в ту ночь, когда умер Винс. Кто-то из них вполне мог быть в курсе, что Каугейт — единственный из окрестных районов, где по ночам продают спиртное. Фокс в задумчивости стоял на тротуаре, сунув руки в карманы. Значит, вот здесь Винс вышел из такси. Выезд на главную дорогу был перекрыт с десяти вечера до пяти утра. А всё потому, что Каугейт славился узкими тротуарами — чересчур узкими для прихотливой траектории подвыпивших граждан, которых то и дело заносило на проезжую часть. Вот так-то: машины запретили из-за пьяных придурков. Да разве кто в трезвом уме в глухую полночь стал бы разгуливать по этой сырой и тёмной клоаке? Основу местного колорита составляли приюты для бездомных и кучи мусора в тесных переулках. В воздухе витала вонь крысиных испражнений. Но встречались и неоновые оазисы — такие, как «Рондо». Переливаясь всеми цветами радуги и излучая тепло (благодаря нагревателям у входа), они заманивали страждущих в свои недра.

Фокс перешёл дорогу, и охранник, мигом окинув его оценивающим взглядом, с облегчением расправил плечи под коротким шерстяным пальто.

— Доброго вам вечера, мистер Фокс, — произнёс он. Малькольм уставился на него. В уголках рта мужчины заиграла улыбка. Лицо, заросшее щетиной, было покрыто шрамами, бритая голова блестела бы на солнце, свети оно там. Охранник пронизывал Фокса взглядом голубых глаз.

— Пит Скотт, — напомнил он, выждав немного и решив, что без подсказки не обойтись.

— Ты сбрил волосы, — откликнулся Фокс.

Скотт провёл рукой по макушке.

— Они всё равно уже начинали выпадать. Сколько лет, сколько зим. — Он протянул Фоксу руку.

— Давно на свободе, Пит? — Теперь Фокс узнал Скотта. Шесть лет назад, ещё до того, как стать контролёром, Малькольм приложил руку к тому, чтобы упрятать его за решётку. На нём висело ограбление плюс пёстрый шлейф самых разных провинностей, начиная с ранней юности.

— Почти два года.

— Значит, тебе дали четыре?

— Просто не с первого раза понял свои ошибки…

— Отделал кого-то в драке?

— Ещё одно ограбление.

— Но теперь завязал?

Скотт сделал несколько шагов по улице, делая вид, что внимательно следит за обстановкой. В его левом ухе виднелся наушник Bluetooth.

— Не лезу на рожон, — ответил он наконец.

— У тебя хорошая память на лица.

Скотт кивнул, принимая комплимент.

— Приехали отдохнуть? — спросил он.

— Наоборот, поработать, — возразил Фокс. — В прошлые выходные произошло убийство.

— Ваши уже здесь побывали. — Скотт полез в карман своего пальто и достал сложенный вчетверо листок: фото Винса Фолкнера, список особых примет и номер телефона.

— Внутри их целая куча: по одному на каждом столике и целая стопка — на барной стойке. Только зря это всё.

Фокс снова сложил листок.

— Почему?

— Этого парня здесь не было. Я дежурил в прошлую субботу. Я бы его запомнил.

— А ты, случайно, не видел, как он выходил из такси?

— Такси — другое дело… Тут их столько останавливается…

— Не помнишь кого-нибудь похожего?

Скотт безразлично пожал плечами. Тот девятнадцатилетний подросток, которого когда-то допрашивал Фокс, безусловно, возмужал. Однако взгляд его явно стал мягче.

— Был один парень… Пошёл, кажется, в ту сторону. — Скотт кивком указал на восток. — Он нетвёрдо стоял на ногах, так что я обрадовался, когда он прошёл мимо.

— Ты бы не пустил его в клуб?

Скотт кивнул.

— Что-то в нём было такое… Даже не знаю, как сказать. Я подумал — он как будто хочет нарваться.

— Нарваться?

— Ну… ищет повода.

— Повода для драки?

— На душе у него было неладно, мистер Фокс. Вот что я хочу сказать.

— А ты рассказывал об этом другим полицейским, Пит?

Скотт отрицательно потряс головой.

— Почему?

— Они не спрашивали.

Скотта отвлекло внезапное появление двух девушек-подростков. Они были в туфлях на высокой платформе, в мини-юбках, и от них немилосердно разило духами. Одна — высокая и худая, другая, наоборот — маленькая и пухленькая. Фоксу показалось, что они отчаянно мёрзнут, но стараются не подавать вида.

— Привет, Пит, — сказала коротышка. — Есть там сегодня модные чуваки?

— Полно.

— Ты каждый раз так говоришь. — Она потрепала его по щеке, пока он держал дверь открытой, впуская их внутрь.

— Во всякой работе есть свои прелести, мистер Фокс, — прокомментировал Пит.

Двигаясь на восток по Каугейту, Фокс думал о том, каким неприметным стал он сам. Ни одна из девушек не обратила на него ни малейшего внимания. Хотя, с другой стороны, это плюс: у Скотта не возникло повода для ревности. Хорошо и то, что он, Малькольм, несмотря ни на что, продолжает работать — хоть как-то работать. На прощание Пит сообщил, что у него недавно родилась дочь Хлоя. Ей сейчас полтора года. Они с матерью девочки продолжают встречаться, но совместная жизнь не задалась. Малькольм понимающе кивнул, и мужчины снова обменялись рукопожатием. После этой встречи Фокс слегка приободрился, хотя точно не знал почему.

Впереди маячил перекрёсток с Сент-Мэрис-стрит, за которым находились научный центр и здание шотландского парламента. Здесь заканчивалась зона баров и ночных клубов и начинались магазины. В этот час их витрины были пусты или закрыты пластиковыми ставнями. До городского морга было рукой подать, но Фокс отнюдь не горел желанием там очутиться. Он подумал, что тело Винса, должно быть, всё ещё лежит в морозильнике. Напротив, через дорогу, стояла церковь. Судя по всему, её хозяева решили, что лучший способ увеличить приходские сборы — построить на прилегающей территории отель. Вид у него был вполне процветающий, в отличие от самой церкви. Фокс повернул обратно и решил пересмотреть свой маршрут. Во все стороны разбегались узкие улочки с пролётами ступенек. Кто знает — Винс мог свернуть на любую из них и отправиться в сторону Чемберс-стрит или Ройял-майл. Или снять комнату в каком-нибудь отеле, чтобы проспаться. Фокс пытался понять, что привело Винса именно сюда. Ясное дело, тут полно баров — но то же самое можно сказать и о Лотиан-роуд. Такси из Лита должно было влететь ему в копеечку. И он проехал мимо множества мест, которые ещё открыты в этот час. Видимо, у Винса была вполне определённая цель. Может, показания таксиста прольют немного света… если Аннабель сумеет раздобыть стенограмму.

— Может быть… — пробормотал он себе под нос.

Холодало. Фокс поднял воротник пальто, пытаясь согреть озябшие уши. На Грассмаркете было местечко, где торговали горячей едой, но это довольно далеко отсюда. К тому же неизвестно, во сколько они закрываются. Да ещё этот дурацкий комендантский час — никуда не проедешь. Фокс вспомнил, что оставил машину у начала Блэр-стрит. Пять минут ходьбы — и он окажется в тепле. Здесь больше делать нечего.

Но его внимание привлёк слабый неоновый свет. Одинокая вывеска в конце переулка — точнее, тупика. Фокс не заметил её прежде, но теперь его взгляд упал на кирпичную стену с нарисованной стрелкой, повёрнутой в сторону освещённой двери. Над указателем значилось лишь одно слово — «САУНА». Интересно, полицейские с листовками были здесь? Он углубился во тьму аллеи, чтобы получше рассмотреть дверь. Деревянная, выкрашенная в блестящий чёрный, с тусклой медной ручкой и тематическими граффити. Сбоку висела камера. Эдинбургская секс-индустрия сама заботилась о своей безопасности, что вполне устраивало полицию. Фокс уже собрался было развернуться и пойти дальше, как вдруг что-то взорвалось у него между лопаток, да так, что он полетел вперёд и упал вниз лицом. Он едва успел повернуть голову, чтобы спасти нос от катастрофического столкновения с асфальтом. Сверху навалилась тяжесть: чьи-то колени упёрлись ему в спину, выдавливая весь воздух из лёгких. Ошеломлённый Фокс попытался было освободиться, но почувствовал подошву ботинка у себя на щеке. Обыкновенный чёрный ботинок, совершенно непримечательный.

Ботинок отодвинулся чуть назад, удар — и Малькольм покатился во тьму…


Когда он снова открыл глаза, ботинок был тут как тут. Теперь он пихал его в бок. Фокс резким движением выбросил вперёд руку, чтобы схватить его.

— Подъём, — сказал чей-то голос. — Здесь не комната отдыха.

Фокс поднялся — сначала на четвереньки, а затем на ноги. Спина ныла. Так же, как шея и челюсть. Перед ним стоял старик. Его лицо в какой-то момент показалось Фоксу знакомым.

— Перебрал ты, приятель, — произнёс старик, делая шаг назад. Фокс походя оценивал ущерб. Крови нет, и все зубы вроде на месте.

— Что произошло? — спросил он.

— Ступай домой и проспись хорошенько.

— Я не пьяный — я вообще не пью.

— Тогда, вероятно, ты болен?

Фокс пытался унять боль. Звуки окружающего мира слышались как будто издалека, и он подумал, что, возможно, это из-за крови, пульсирующей в ушах. Зрение тоже было затуманено.

— Вы его видели? — спросил он.

— Кого его?

— Того, кто приложил меня… Я потерял сознание. — Он снова ощупал свою челюсть.

— Тебя ограбили?

Фокс проверил карманы и покачал головой. При этом его чуть не стошнило.

— Это нехороший район, парень.

Фокс попытался сфокусировать взгляд на своём собеседнике. На вид тому было лет семьдесят — коротко остриженные серебристые волосы, кожа в морщинах и пятнах.

— Вы — Джек Бротон.

Старик прищурился:

— Разве мы знакомы?

— Нет.

Бротон сунул руки в карманы и шагнул к Фоксу поближе.

— Оно и к лучшему, — сказал он и отвернулся, на прощание одарив Фокса бесценным советом: — Ступай-ка подобру-поздорову.

Малькольм постоял ещё немного и двинулся в сторону главной дороги. Дойдя до ближайшего фонаря, он посмотрел на часы. Двенадцать сорок. Значит, он провалялся без сознания всего несколько минут. По пути к «Рондо» он шёл, держась за стенку, чтобы не упасть. Спина горела от каждого вздоха. Пит издали заметил Фокса и напустил на себя неприступный вид, ошибочно приняв его за очередной источник неприятностей. Но Фокс поднял руку, и Скотт подошёл к нему.

— Вы что, с лестницы упали? — спросил он.

— Ты кого-нибудь видел, Пит? Судя по всему, это крепкие ребята.

— Было несколько таких, — подтвердил Скотт.

— После того, как мы с тобой расстались?

Скотт кивнул:

— Некоторые из них ещё внутри.

Фокс махнул на дверь:

— Зайду, взгляну на них, пожалуй, — сказал он.

— Милости прошу…

Бар был забит до отказа. Музыка, видимо, стремилась это исправить, изгоняя лишних посетителей. Очередь за напитками выстроилась в три ряда. Мужчины в рубашках с короткими рукавами; женщины, потягивающие коктейли через соломинку. Голова Фокса получила дополнительную серию ударов низкими частотами, пока он пробирался сквозь толпу. Во втором зале располагалась сцена. Музыканты отсутствовали, но освещение было вполне концертное. Ещё больше людей, шума и мерцания стробоскопов. И ни одного знакомого лица. Фокс отыскал мужской туалет, чтобы хоть ненадолго спастись от адского веселья снаружи. Множество бумажных полотенец было разбросано по полу, чистых уже не осталось. Фокс смочил руки в холодной воде и осторожно приложил их к лицу, попутно разглядывая своё отражение в грязном зеркале. Подбородок содран, щека распухла. Скоро выступят синяки — к гадалке не ходи. Ладони горели в местах удара об асфальт. Один из лацканов был оторван по шву. Фокс снял пальто и проверил его на предмет следов той неведомой силы, что швырнула его оземь, но ничего не обнаружил.

Нападавший не притронулся к содержимому его карманов. Кредитные карточки, деньги, оба мобильника — всё было на месте. Также ничто не наводило на мысль, что его продолжали избивать, когда он уже потерял сознание. Фокс тщательно осмотрел зубы и пощупал нижнюю челюсть.

— Вроде всё цело, — сообщил он своему отражению. Потом обнаружилось, что на брюках не хватает одной пуговицы. Придётся пришить новую, иначе и подтяжки не помогут. Фокс сделал несколько глубоких вздохов, снова намочил руки под краном и насухо вытерся носовым платком. Один из посетителей влетел в распахнувшуюся дверь, не удостоив его даже взглядом в неудержимом стремлении поскорее отлить. Фокс снова натянул пальто и покинул бар.

Оказавшись снаружи, он кивнул охраннику. Пит Скотт был увлечён беседой с давешними девушками. Они вышли на улицу покурить и шумно жаловались на «этих паршивых скряг». Если раньше они не замечали Фокса, то теперь и подавно. Скотт ещё раз спросил, как он себя чувствует. Фокс сообщил, что всё в порядке, и стал переходить дорогу туда, где стояла его машина. На крыше «вольво» он заметил клочок бумаги — рекламу шашлычной. Фокс смахнул её и сел за руль.

Обратный путь был долгим, с остановками на каждом светофоре. Таксисты назойливо предлагали свои услуги, но люди по большей части отказывались, предпочитая пешие прогулки. Фокс включил Classic FM и подумал, что Джек Бротон, скорее всего, не узнал его. Да и с чего, собственно? Их встреча в трёхэтажном пентхаусе длилась едва ли десять секунд. Лишь минутами позже у папаши Бротона появилась бы возможность выяснить, что незнакомец у лифта — полицейский. Мог ли он сам напасть на него? Вряд ли. Стал бы он тогда приводить его в чувство. Кроме того, ботинки Джека были коричневыми — совсем не похожими на те, что Фокс видел так близко от своего лица. С другой стороны, Пит Скотт… Пит был обут в чёрные «мартинсы», да и сил ему не занимать… Но мог ли он покинуть свой пост ради запоздалой мести? Непохоже…

Хотя кто его знает… И всё же Фокс был склонен считать Пита скорее «возможным», чем «вероятным» нападавшим.

Дома он влез под душ и добрых десять минут лил воду на свою несчастную спину. Вытираться было больно, и он поискал в зеркале следы видимых повреждений. Безрезультатно. Может, к утру что-то проявится. Он осторожно надел пижаму и спустился в кухню. Нашёл в морозилке пакет зелёного горошка, обернул его чайным полотенцем, приложил к щеке и стал ждать, пока закипит чайник. В одном из ящиков комода Фокс нашёл аспирин, проглотил разом три таблетки и запил водой из фильтра.

К тому времени, как он сел за стол, было уже почти два часа ночи. Несколько минут попялившись в стену, Малькольм встал и отправился в столовую. Компьютер стоял в углу, на столе. Включив его, Фокс набрал в поисковике три имени: Джоанна Бротон, Чарли Броган и Джек Бротон. О последнем информации оказалось немного — дни его расцвета пришлись на времена до эры интернета и каналов круглосуточных новостей. Фокс при встрече не решился спросить его, что он делает в Каугейте в столь поздний час. Но ясно, что Джек Бротон был отнюдь не обычным семидесятилетним стариком. Возможно, кое в чём он не уступал громилам Каугейта.

Фокс никак не мог отыскать удобное положение. Стоило наклониться вперёд — спина болела. Откинуться назад — боль становилась ещё сильнее. Он порадовался, что в доме нет спиртного — это избавляло его от соблазна предаться этому вернейшему из анестетиков. Приложив пакет с горошком к щеке, он старательно сосредоточился на Чарли Брогане. Нашёл несколько интервью — из журналов и деловых разделов разных газет. Один из репортёров спрашивал Брогана, почему тот решил заняться недвижимостью.

Я хочу воздвигнуть себе памятник, — ответил Броган, — нечто такое, что переживёт меня самого.

Это важно для вас?

Все мы хотим изменить мир, ведь правда же? Но при этом большинство оставляет после себя только некролог да, может, ещё нескольких детей.

Вам бы хотелось, чтобы люди вас запомнили?

По мне, так лучше пускай обращают на меня побольше внимания, пока я здесь! Видите ли, производить впечатление — неотъемлемая часть моей работы.

Фокс задумался. На кого это, интересно? На Джоанну Бротон? Или, может быть, на её ловкого отца-дельца? Мужчины всегда хотят нравиться родителям своей невесты. Малькольм вспомнил, как он нервничал перед встречей с семейством Элен — несмотря на то, что знал их ещё со школы. В те годы он бывал у них дома на вечеринках в честь дня её рождения. Но вот прошло двадцать лет — и он предстал перед ними в ином качестве — как жених их дочери. «Элен говорит, ты служишь в полиции, — сказала тогда её мать. — Я и не подозревала, что у тебя такие наклонности». При этом в её тоне отчётливо слышалось: наша красивая, талантливая девочка заслуживает лучшего… причём гораздо лучшего.

Фокс попытался представить себе первую встречу Брогана и папаши Бротона. Оба сына магната уже мертвы, значит, вся его надежда — на Джоанну. Она не спешила с замужеством. Фокс подозревал, что могущественный и заботливый папаша отвадил многих претендентов до появления Брогана. Но Чарли твёрдо знал, чего хотел, — он хотел Джоанну. Она была хороша собой и из богатой семьи. Более того, её отец был окружён ореолом власти. Женившись на дочери, ты получаешь имя тестя в придачу: как страховку на случай непредвиденных обстоятельств. Или как веский аргумент в любом споре.

Вряд ли Джеку Бротону это было по нутру.

Поэтому, когда ЧББД начала терять фонды, ни о какой помощи и речи быть не могло. Вероятно, Броган обращался к старику втайне от всех, и, конечно, в первую очередь — от Джоанны. Но тем самым он просто предоставил Джеку лишний шанс поиздеваться над собой. Так ты говоришь, что потерял все свои деньги, Чарли? Я и не подозревал, что у тебя такие наклонности…

И, кстати сказать, моя красивая и талантливая девочка заслуживает гораздо лучшего.

— Бедняга, вот уж попал так попал, — пробормотал Фокс.

Полчаса спустя он покончил со всеми тремя. Нашёл ссылку на Quidnunc, но не смог установить игру без соответствующего программного обеспечения. Оставалось лишь поглазеть на яркую заставку, где с полдюжины мускулистых воинов отправляли на тот свет какого-то монстра, а внизу строкой бежала надпись: «Твой внутренний герой». Фокс подумал о Джейми Бреке. Служба под началом Билли Джайлза не особенно располагала к героизму. Вот он и уходил в этот иллюзорный мир, пока его реальная жизнь с Аннабель находилась в подвешенном состоянии. Фокс задумался о том, какую же роль он сам играет в спектакле собственной жизни? Был ли для него алкоголь тем же, чем игра — для Брека: способом погрузиться в мир фантазий, чтобы только не смотреть фактам в лицо? Он задал себе ещё один вопрос: доверяет ли он Бреку? Поначалу решил, что да, но с другой стороны, как там сказал сам Брек: «просто я — твоя последняя надежда…» Отчаявшись найти ответ, он перевёл компьютер в режим «сна» и сам тоже отправился отдыхать. Оказалось, единственное положение, в котором он не испытывает боли, — лёжа на боку. Шторы слегка флуоресцировали в неоновом свете уличных фонарей. Горошины в пакете продолжали таять. Радио баюкало его заливистыми птичьими голосами…

Среда, 18 февраля 2009

21

В семь утра мобильный — старый — чирикнул, оповестив о новом сообщении. От инспектора Кэролайн Стоддарт. Она вызывала его на Фэттс-авеню к девяти, на очередной допрос. Фокс ответил: «Извините, приболел — нельзя ли отложить?» Но уместно ли здесь слово «приболел»? Фокс много раз страдал простудой, гриппом, мигренью и отитами, но всё это ни в какое сравнение не шло с тем, что он испытывал сейчас. Будто накануне его три раунда подряд мутузил разъярённый медведь гризли. До ванной комнаты он добирался больше минуты. Лицо опухло, ссадина на подбородке хоть и покрылась корочкой, но продолжала болезненно реагировать на прикосновения. И, насколько он мог разглядеть спину, на ней проступили синяки, по форме в точности повторяющие отпечатки подошв.

Вернувшись в спальню через двадцать минут, он обнаружил ещё одно сообщение от Стоддарт. «Тогда завтра», — говорилось там.

Фокс понял, что сегодняшний день придётся провести дома. Он поел хлеба с молоком — больше ничего и не хотелось. В девять часов он лежал на диване, потягивая вторую за утро кружку кофе, и смотрел новости по Би-би-си.

Когда раздался звонок в дверь, Фокс решил не открывать. Это могла оказаться Стоддарт, проверяющая правдивость его истории. Но любопытство взяло верх, и он выглянул в окно. Джейми Брек отошёл на несколько шагов от двери и заметил его. Улыбнувшись, он поднял и показал пакет с продуктами. Фокс заковылял в прихожую, чтобы впустить гостя.

— У меня тут круассаны — свежачок, прямо из супермаркета, — весело сообщил Брек. Но когда он взглянул на Фокса вблизи, улыбка исчезла с его лица. — О господи! Что стряслось?

Фокс повёл его в гостиную. На нём был домашний халат, накинутый поверх пижамы.

— Встретил знакомых, — ответил он.

— Вчера вечером? Между твоим домом и «Хантерс Трист»? — не поверил Брек.

— Каугейт, — пояснил Фокс. Он включил чайник и нашёл чистую кружку. — Что будешь пить? Чай, кофе?

— По следам Винса Фолкнера? Значит, после нашей встречи ты отправился на разведку? Ну и кто это сделал?

— Они напали сзади, я не успел ничего рассмотреть. Но когда я очнулся, надо мной стоял Джек Бротон собственной персоной.

— Что? Ты это серьёзно?

— Поверь, мне было не до смеха. Так чай или кофе?

— Чай, если можно. Но каким ветром туда Бротона занесло?

— Этим он со мной не поделился.

— Так, может, это он?..

— Вряд ли.

Они молчали, слушая, как закипает чайник. Потом, прихватив с собой кружки, переместились в гостиную. Фокс принёс две тарелки, и круассаны были освобождены от полиэтиленовой упаковки. Брек сидел на краешке стула, чуть подавшись вперёд.

— А я-то думал — сейчас позавтракаем спокойненько…

— Нам ничто не мешает это сделать.

— Затеял генеральную уборку? — Брек указал на горы книг, заполонивших гостиную.

— Найдёшь что-нибудь интересное — забирай. — Фокс поднял тарелку и постарался не зашипеть от боли, распрямляя спину. — Можно один вопрос? — Он укусил круассан.

— Валяй.

— Почему ты не хочешь рассказать Аннабель?

Брек задумчиво дожевал и проглотил.

— В смысле — насчёт SEIL Ents и моей кредитной карточки? Ещё не решился.

— Будет хуже, если она узнает об этом от кого-то со стороны, — предупредил Фокс. — А она, между прочим, ценный член нашей команды…

— Выходит, это не просто забота обо мне?

— Боже упаси.

Брек стряхнул крошки с колен.

— Она постоянно спрашивает, почему я не обращусь за помощью к адвокату.

— Резонно — и почему же?

Брек промолчал и вместо ответа задал встречный вопрос:

— Ради всего святого, как тебя занесло в Каугейт?

— Между прочим, Торфичен меня опередил — листовки лежат во всех барах.

— Что ж, по крайней мере, они не сидят сложа руки. Где именно на тебя напали?

— Там внизу есть аллея с сауной… — Фокс заметил, как Брек внезапно переменился в лице. — Ты что, знаешь это место?

— Там просто стрелка с надписью «САУНА», да? И такой аппендикс, а в конце — дверь?

— Так-так-так, с этого места, пожалуйста, поподробнее… Карты на стол, Джейми!

Но сначала Брек потребовал ещё чаю. Тарелку с недоеденным круассаном он пристроил на верхушке одной из книжных башен, оккупировавших журнальный столик.

— Я был там однажды с Гленом Хитоном, — сообщил он.

— Что?

— Мы не заходили внутрь, — поспешно уточнил Брек. — В тот вечер мы были в Джокс-лодж — допрашивали свидетеля. А на обратном пути Хитон велел мне заехать в Каугейт. Он отослал кому-то сообщение и сказал, чтобы я ждал его в машине. Мы остановились возле сауны, и из той самой двери к нему вышла женщина. На ней был плащ, но у меня возникло чувство, что под ним почти ничего нет. Они поговорили, потом она чмокнула его в щёку. Не хочу врать, но, возможно, он даже дал ей денег. — Брек наморщил лоб, пытаясь вспомнить. — Да, она была маленького роста — встала на цыпочки, чтобы дотянуться до его лица. Моложе его — думаю, меньше тридцати. Потом он вернулся в машину, а она ушла обратно.

— Хитон не упоминал её имени?

— Нет. Я спросил его, что всё это значит, а он подмигнул и ответил, что она — так сказать, полезный контакт.

— Осведомительница?

Брек пожал плечами.

— Я понял, что вопросы задавать нельзя. Хитон умел поставить человека на место без лишних слов.

— Давно это было?

— Прошлой осенью.

Фокс задумался.

— Маленького роста, говоришь?

— Меньше пяти футов.

— Кучерявая блондинка? — Теперь Брек уставился на него с изумлением, пришлось объяснить: — Мы наблюдали за Хитоном несколько месяцев. Проверяли его электронную почту, прослушивали телефон, следили за ним и так далее. У него была подружка, с которой он встречался втайне от жены. Танцовщица с Лотиан-роуд. Кажется, эту штучку звали… — Но Фокс так и не смог извлечь из памяти имя.

— Похоже, она работает в двух местах, — заключил Брек. И, многозначительно глядя на Фокса: — Ты же не думаешь, что…

Фокс пожал плечами.

— Кто бы то ни был, они навесили мне аккурат по счетам — ни больше ни меньше, — ровно столько, сколько я, по их мнению, заслужил.

— У Глена Хитона, безусловно, был резон, — согласился Брек.

Фокс уже набирал номер Тони Кая.

— И снова здравствуйте, — сказал Кай. — Подожди секунду.

Фокс слышал в трубке, как Кай выбирается из-за стола и выходит в коридор.

— Решил не мешать Гилкристу? Парня, поди, завалили работой?

— Да так, Макьюэн подкинул кое-какой мелочовки, — подтвердил Кай. — Полагаю, этот звонок — дань вежливости? Хочешь узнать, как я поживаю?

— Мне нужно, чтобы ты раскопал для меня одну вещь, Тони. Возможно, придётся съездить в прокуратуру, если все бумаги уже там.

— А нельзя им просто позвонить?

— Чем меньше народу об этом знает, тем лучше, — возразил Фокс.

— Ясно как день. Как ясный день. Так что ты там задумал?

— Мне нужна информация о подружке Хитона.

— Танцовщице, что ли?

— Ты, кстати, не помнишь, как её зовут?

— Мы же её ни разу не допрашивали. Она всегда служила «наживкой», помнишь? Когда нам нужно было немного взбодрить Хитона.

— Просто раздобудь всё, что сможешь, Тони.

— Тебя не затруднит сказать зачем?

— Потом. — Фокс закончил звонок и, задумавшись, машинально похлопал себя трубкой по щеке, не успев сообразить, что сегодня это будет больно.

— Что, интересно, там делал Джек Бротон? — спросил Брек как бы про себя.

— Может, он их клиент — жена умерла, и старый прохвост не прочь полакомиться клубничкой. — Фокс сделал паузу. — Хотя мне думается, он скорее владелец.

— Сутенёр?

Фокс мотнул головой.

— Нет, не в этом смысле. Владелец помещения. Собственник или арендатор. — Он посмотрел на Брека. — Может, попросим Аннабель выяснить это?

— Под каким предлогом?

— Следствие сейчас занимается Каугейтом — она, к примеру, скажет, что исследует обстановку в районе…

Брек надул щёки и со свистом выпустил воздух.

— Пожалуй, должно прокатить, — сказал он. — Хочешь, чтобы я ей позвонил? — В его руке появился телефон.

— Почему бы и нет? — ответил Малькольм.

Брек начал набирать номер.

— И всё-таки странно…

— Что?

— Зачем Хитону это понадобилось — при мне встречаться со своей любовницей?

— Чтобы похвастать, — объяснил Фокс. — Ежу понятно.

Брек обдумал его ответ и кивнул.

Тем временем на другом конце провода взяли трубку.

— Привет, Аннабель, — произнёс Брек, расплываясь в улыбке. — Угадай, зачем я звоню…


Миновал полдень, и Фокс стал счастливым обладателем нескольких фактов.

Благодаря Тони Каю он узнал, что танцовщицу зовут Соня Мичи, она в одиночку воспитывает двоих детей и живёт на квартире в Сайтхилле.

Дети посещают местную школу. Сауна в её досье не упоминалась, и никаких правонарушений за ней не числилось.

Информация, добытая Аннабель Картрайт, оказалась более интригующей. Здание, в котором располагалась сауна, принадлежало компании из Данди под названием Wauchope Leisure Holdings Limited. Они владели множеством злачных мест в городе: в основном — сауны и стрип-клубы, включая и тот бар, где официально работала Соня Мичи. Картрайт удалось достать список совета директоров компании. Как и ожидалось, там фигурировало имя «Дж. Бротон». Для верности Джейми Брек попросил девушку расшифровать инициалы. В течение следующего часа пришло подтверждение: Джон Эдвард Алан Бротон.

— Более известный как Джек, — подытожил Фокс.

— Значит, вот как он туда попал, — добавил Брек.

— Не развлечения, а бизнес.

— В такой час, посреди ночи?

Но Картрайт сообщила кое-что ещё. Компания получила своё название по имени Брюса Вочопа, который ныне отбывал пятнадцатилетний срок, трудясь на благо её величества за контрабанду наркотиков на северо-восточном побережье.

— Рыбацкие лодки. Работали под прикрытием Абердина, — пояснила Аннабель. Она принесла с собой в дом Фокса не только пачку фотокопий — в основном статей о Вочопе, но также стенограмму интервью с таксистом, подвозившим Винса в Каугейт. В основном Фокс уже всё это знал. Но нашлось и кое-что новенькое. «Он долго не выходил из машины, когда мы приехали, — говорил водитель. — Я уже было решил, что он передумал…» Картрайт предложили чего-нибудь выпить, и она выбрала воду. Брек поцеловал её. Щёки девушки пылали, она так и лучилась энергией и гордостью от успешно выполненного задания. Аннабель заметила следы побоев на лице Фокса, но ничего не спросила — видимо, решила, что он сам расскажет, если сочтёт нужным. Неустойчивые конструкции из книг, уже переместившиеся с журнального столика на пол, она также оставила без комментариев.

— Надеюсь, никто ничего не заподозрил? — спросил её Фокс, получив отрицательный жест в ответ.

— Траулеры встречались в Северном море с другими лодками, — пояснила Аннабель, сделав глоток из стакана с водой. — Так наркотики попадали на побережье, где у них был готовый рынок сбыта — рыбаки, нефтяники…

Фокс изучал зернистую фотографию хмурого Брюса Вочопа. На вид ему было за пятьдесят.

— Выглядит как отпетый маньяк-убийца, — заметил Брек.

— Погоди, ты ещё его сынка не видел, — бросила Картрайт из-за листов распечаток. Она нашла небольшое изображение, сопровождавшее репортаж из зала суда. — Его тоже зовут Брюс — видать, папаша недолго думал, когда имя выбирал, — сказала она. — Брюс Вочоп-младший. Но в своих кругах он больше известен под кличкой Бык.

Брек с Фоксом склонились над статьёй, а Картрайт тем временем продолжала рассказывать:

— В Данди его именем пугают детей. К пятнадцати годам исключён из нескольких школ. Организовал местную банду. Короче говоря, у старшего Вочопа есть все основания гордиться отпрыском. Сейчас, когда он оказался вне игры, всеми делами занимается Бык.

— И что же это за дела, интересно знать?

— Тут, пожалуй, придётся связаться с управлением уголовных расследований в Тэйсайде. У кого-нибудь из вас там есть связи?

— Кажется, у меня были, — вспомнил Брек.

— Владеет ли Вочоп ещё какой-нибудь собственностью в Эдинбурге? — спросил Фокс, не отрываясь от чтения.

— Тут тоже придётся поработать. — Картрайт умолкла и поинтересовалась: — А это действительно важно? — Вопрос был адресован Бреку. Тот ничего не ответил, глядя на Фокса, который лишь пожал плечами. В комнате стало тихо — было слышно только, как Фокс шелестит страницами распечаток. Брек подошёл к окну.

— Я не вижу твоей машины, — сказал он.

— Она дальше, на углу, — пояснила Картрайт. — Ни к чему, чтобы её здесь видели.

— Разумно. — Фокс глянул на неё из-за страниц.

Она посмотрела на часы:

— Думаю, мне пора. Уж слишком долго я покупаю сэндвичи.

— Огромное спасибо, — сказал Фокс.

— Надеюсь, это вам поможет. — Она перекинула сумку через плечо. Джейми уже вышел в коридор, чтобы проводить её. Фокс не слышал их слов — только звонкий поцелуй на прощание. Дверь захлопнулась.

Брек вернулся в комнату, подошёл к окну и стал смотреть ей вслед.

— Она слишком хороша для тебя, — сказал ему Фокс.

— Думаешь, сам не знаю? — улыбнулся Брек и вернулся к столику.

— Она ведь горой за тебя стоит, это точно, — продолжал Фокс. — Можешь смело ей рассказать, она ни на секунду не поверит, что ты виновен.

— Я непременно так и сделаю. Когда наступит подходящий момент. Если не возражаете, инспектор.

Фокс понял намёк и поднял руки вверх, отказываясь от дальнейших уговоров.

Брек потёр ладони.

— Так-так, — сказал он, присаживаясь на ручку кресла. — Что мы имеем?

— Мы с тобой в одинаковом дерьме. — Фокс помедлил и продолжал: — Ты ещё не связывался со своей кредитной компанией насчёт расходов по карте?

Брек уставился на него:

— Что это ты вдруг?

— Да так, взбрело в голову.

— Я говорил с ними. Платёж в SEIL был произведён онлайн, так что у них нет о нём практически никакой информации.

— Это мог сделать кто-то, кроме тебя? Кто-то, у кого был доступ к твоему счёту?

— Только если они знали пин-код карты плюс мой адрес и пароль почтового ящика.

— Да уж, нерадостные новости…

— Я не могу доказать, что это не я, если ты об этом. — Брек поднялся на ноги. — Ещё сомневаешься во мне, Малькольм?

— Нет.

— Звучит не очень убедительно.

Фокс не успел ответить — раздалось пиликанье мобильного. Звонила Энни Инглис.

— Энни. Чем могу помочь?

— Да в общем-то ничем.

Брек жестами показал, что готов покинуть комнату. Не дожидаясь реакции хозяина, он тактично направился к выходу. Фокс откинулся в кресле, прижимая телефон к уху, но боль заставила его вернуться в прежнее положение. Спина теперь пульсировала с новой силой.

— Как дела в Глотке? — спросил он сквозь зубы. — Нашла замену Гилкристу?

— Пока работаю одна.

— Это плохо.

— И не говори.

— Как Дункан?

— В порядке. А как ты, Малькольм?

— Валяюсь, задрав тормашки.

— Неужели?

— Ну или кверху лапами — как тебе больше нравится. — Он услышал её смех.

— Когда вернёшься к работе?

— Это решит Грампиан.

— Я познакомилась с инспектором Стоддарт. Она показалась мне такой… ответственной.

— Она спрашивала обо мне?

— Так, между делом.

— Я должен был сегодня явиться к ней на очередную пытку.

— Да, она говорила.

— Но я сказался больным.

— А на самом деле с тобой всё в порядке, Малькольм?

— Ну, как тебе сказать… Имеется несколько симптомов…

— В это время года — у кого их нет?

— Немного сострадания в голосе не помешало бы…

Она снова рассмеялась.

— Хочешь, я заеду к тебе после работы? Привезу бутылочку вина и витаминок.

Фокс в задумчивости потрогал синяки на своём опухшем и исцарапанном лице.

— Звучит ужасно соблазнительно, но я вынужден отказаться.

— Потом не говори, что я не предлагала.

— Дай мне всего несколько дней, и я буду как новенький, Энни. Кстати, у меня к тебе дело. Помнишь, ты говорила, что австралийская полиция готовится арестовать Симеона Лэтама? И Гилкрист, когда я его спрашивал, сказал то же самое.

— Ну?

— Так вот, я позвонил в Австралию — по номеру, который ты мне дала… И выяснилось, что тамошние копы впервые слышат об этом!

— Знаешь, Малькольм, я не вправе обсуждать с тобой подобные вещи. — В голосе Инглис зазвучали металлические нотки.

— Просто непонятно, кто из вас солгал мне, Энни.

Брек просунул голову в дверь и сделал знак, будто собирается уйти. Фокс торопливо помотал головой. В трубке тем временем раздались короткие гудки — Инглис повесила трубку. Фокс захлопнул телефон и жестом пригласил Брека обратно в комнату.

— Инспектор Стоддарт имела беседу с Энни Инглис, — сообщил он.

— Да уж, в дотошности ей не откажешь… мягко говоря, — посетовал Брек.

Фокс погрузился в раздумья, ощупывая пальцами пострадавшую щёку.

— Тебе не нужно в это соваться, Джейми. Для тебя сейчас главное — очистить своё имя от подозрений.

— Но кто мне поможет, если не ты? — возразил Брек, качая головой. — Так что первым делом нам нужно тебя вытянуть из этой передряги. Какие планы на остаток дня?

Фокс посмотрел на дисплей телефона — уже больше трёх. Время пролетело незаметно.

— Ланч? — предложил он.

— Ещё один набег на супермаркет? — уточнил Брек.

Фокс кивнул, извлекая из кармана деньги.

— Моя очередь, — сказал он, — ты покупал завтрак…

Брек взял десятифунтовую бумажку, но не двинулся с места.

— А что потом?

— Данди как вариант. Но опять же, повторяю — я вполне могу обойтись без помощи.

Брек указал на его лицо.

— Да уж, видели мы результаты твоих сольных выступлений. Не возражаешь, если на этот раз я тоже поучаствую?

После ухода Брека Фокс поднялся на ноги и подошёл к окну. Постоял некоторое время, глядя на улицу. В голове плавал туман, мысли путались. Тогда он вернулся на кухню и выпил ещё несколько таблеток обезболивающего. В мойке, ожидая своей очереди, стоял стакан Аннабель. На краю виднелся бледный отпечаток губной помады. Был ли её бойфренд для неё воплощением мечты? А она — для него? Могла ли она информировать следствие об их шагах? Сдать Малькольма Фокса Билли Джайлзу в обмен на послабление для её любимого? Список людей, которым Фокс доверял, был весьма коротким, и на его полях пестрели заметки и вопросительные знаки.

Вернувшись к журнальному столику, он извлёк из груды фотокопий допрос таксиста. Тот факт, что Винс колебался, прежде чем выйти из машины, поразил его. Видимо, у него были какие-то серьёзные сомнения. Он приехал с некой определённой целью, но думал о ней с неохотой. Два раза он чудом избежал драки — сначала в «Маруне», потом — на автобусной остановке. Охранники у входа в «Оливер» не остановили его. Почему? Джейми Брек говорил, что Джоанна Бротон очень боится испортить репутацию казино. И тем не менее изрядно пьяного Фолкнера пропускают внутрь, где он продолжает пить до полуобморочного состояния… Он провёл там два или три часа… В кармане убитого Винса нашли лишь несколько банкнот и мелочь. Что привело его в Каугейт? Возможно, он собирался занять деньги? Или наоборот — внезапно разбогател?

По мере того как Фокс вчитывался в материалы дела, его осенила одна мысль. Раздобыв эти бумаги, Аннабель Картрайт оказала ему огромную услугу — ему, почти незнакомому человеку. Просто потому, что он — друг Джейми…

— Я доверяю тебе, Аннабель, — сказал он вслух. И тут же добавил: — Ну, процентов так на восемьдесят.

Фокс отправился было на кухню — за новым стаканом воды, как вдруг услышал звонок своего старого мобильного. Он вернулся в гостиную, но пока искал трубку, телефон умолк. Фокс проверил номер — звонили тоже с мобильного — и набрал его.

— Извините, я не успел подойти, — сказал он вместо приветствия.

— Это Макс Диабон.

— Как дела, Макс?

— Работы по горло.

— Никаких следов пропавшего магната?

— В точку.

— Но я угадал слово, да? Похоже, что «пропавший» звучит уместнее, чем «погибший»?

— Не исключено. Вариантов масса.

— Лично мне на ум приходят всего пять, Макс. Он стал жертвой несчастного случая; нарочно утопился сам; кто-то ему помог.

— Ты назвал только три…

— Остальные два: самоубийство инсценировано им самим или кем-то другим — в таком случае его где-то держат взаперти.

— Но тогда они прислали бы жене письмо с требованием выкупа.

— Может, они так и сделали, просто она тебе не говорит. Насколько я могу судить о Джоанне Бротон, леди предпочитает решать свои проблемы без вмешательства посторонних.

— Это точно, — признал Диабон. — Кстати, этот её пиар-менеджер, похоже, снова откопал топор войны.

— С чего вдруг? Я её после того раза ничем не беспокоил.

— Дело не в тебе, а в одной журналистке. — В голосе Макса послышалась усталость.

Фоксу показалось, что он понял причину звонка Диабона — никакого коварного умысла, просто потребность выговориться, поболтать с кем-то вне этого замкнутого круга. Он представил себе Диабона, сидящего в полупустом офисе, среди злых и усталых сотрудников после первых утомительных дней следствия. Он ждёт перерыва, впав в прострацию от бесконечной череды сэндвичей и шоколадных батончиков. Возможно, Диабон отодвинул своё кресло подальше, ослабил галстук, закинул ноги в ботинках на стол…

— И что она натворила, эта журналистка?

— Да, собственно, ничего особенного. Пустила слух, что Броган пытался провернуть одно дельце.

— Ну?

— Дать взятку кому-то из городского совета. Это всё из-за квартир, которые никто не покупает. Он надеялся впарить их властям.

— Интересно, под каким соусом?

— Для социальных программ. В городе несколько тысяч бездомных, если ты не заметил.

— Звучит интригующе. Значит, Броган всё-таки нашёл выход…

— Похоже на то — если бы его устроила цена…

— И каким образом они собирались это провернуть?

— Депутат входит в комиссию по распределению жилья…

— Ах вот как, — сказал Фокс и, помедлив, добавил: — Что ж, не вижу тут ничего противозаконного.

— Честно говоря, я тоже.

— А кто тебе рассказал об этом? Случайно, не Гордон Ловатт?

— Сама журналистка.

— А при чём тут я?

— У тебя талант вынюхивать и наводить справки — тебе и карты в руки. Прошу тебя, в следующий раз, когда встретишь Джоанну Бротон или Гордона Ловатта, упомяни об этом… так, между делом.

— И какая будет реакция?

— Может, и никакой… просто проверим.

— Сдаётся мне, что ты хочешь оказать этой журналистке услугу, но не желаешь рисковать своей шкурой. Предпочитаешь подставить мою…

— Я просто предложил. Кстати, журналистку зовут Линда Диабон.

— Удивительное совпадение, Макс.

— Клянусь, ты прав, не будь она мне родной сестрой… Запиши её номер…

Фокс так и сделал. В трубке он услышал, как у Диабона звонит другой телефон.

— Ну всё, мне пора.

— Если что-то выяснится насчёт Брогана, дашь мне знать? — напомнил Фокс, но в трубке уже раздались короткие гудки. Малькольм почесал в затылке, пытаясь привести мысли в порядок, и обнаружил, что упустил кое-что важное. Он отправил Диабону сообщение: «Имя депутата?» Прошло пять минут, прежде чем пришёл ответ: «Эрни Уишоу».

Фокс всё ещё сидел и пялился на экранчик с именем, когда вернулся Брек с провизией. Тот поначалу не заметил ничего странного в поведении Малькольма. Он деловито распаковывал сумки с бутербродами и печеньем и выкладывал всё это вкупе с двумя бутылками лимонада на журнальный столик. Но, начав выяснять у Фокса, что тот предпочитает — салат из креветок или окорок с горчицей, он обернулся и затих на полуслове.

— Кто-нибудь умер? — спросил он.

Фокс медленно покачал головой:

— Всплыл тот депутат…

— Который?

— Владелец компании грузовых перевозок.

— И что? — Лицо Брека выражало глубокую озадаченность.

— Возможно, он был связан с Чарли Броганом.

Брек ненадолго задумался.

— Через казино?

— Некая журналистка утверждает, что Броган хотел подкупить Эрни Уишоу.

Брек сосредоточенно высвободил сэндвич из упаковки и водрузил его на ту же тарелку, где недавно лежал его круассан.

— Броган, — продолжал Фокс, — хотел продать часть своих воздушных замков городскому совету. Уишоу должен был служить резидентом.

Джейми пожал плечами:

— Звучит вполне складно. Кто эта журналистка?

— Сестра Макса Диабона.

— А кто такой Макс Диабон?

— Сержант полиции из Лита. Он входит в команду по расследованию мистического исчезновения Брогана.

Брек посмотрел на Фокса:

— Так значит, это не самоубийство?

Фокс пожал плечами.

— Если окажется, что журналистка права, можно смело браться за Уишоу. — Фокс сделал паузу. — Кто на месте Брогана не поступил бы так же? Прежде чем предложить кому-то сделку, не лучше ли задобрить его хорошенько?

— В казино своей жены?

— Подарить ему стопку фишек для игры, например…

— Не думаю, что Уишоу мог клюнуть на такое.

— Это зависит от дальнейших условий сделки.

Брек продолжал смотреть на собеседника.

В руке он держал сэндвич, но, казалось, начисто позабыл о нём. Креветки под шумок вываливались из салата и падали обратно в тарелку.

— Но это же просто слух, да? Точно-то пока ничего не известно?

Фокс снова пожал плечами. Он тоже распаковал свой сэндвич с окороком, но аппетита не было совершенно. Малькольм потянулся за лимонадом. Отвинтил крышку, бутылка зашипела в его руках, и часть пены пролилась на стол. Пришлось вставать и идти на кухню за тряпкой. Брек всё никак не мог подступиться к своему сэндвичу.

— Там не очень-то много креветок осталось, — предупредил Фокс.

Брек посмотрел вниз и стал запихивать беглянок обратно между треугольными ломтиками чёрного хлеба.

— Линда Диабон, — выдал он, окончив свой труд. — Так её зовут, да?

— Вы знакомы? — удивился Фокс, продолжая вытирать брызги маленького лимонадного потопа.

— Да, я только что вспомнил. Когда всплыло это дело с наркотиками и водителем Уишоу, она всё вертелась вокруг да около и что-то вынюхивала. Упорно пыталась доказать, что Уишоу в этом замешан…

— Что-то мне подсказывает, это был и твой главный аргумент.

Брек улыбнулся в ответ.

— Я общался с ней только однажды… — проговорил он и затих.

— Видимо, с тех пор она держала Уишоу на мушке.

— Но дело-то стоящее, верно? Может, устроим с ней беседу?

— Только инкогнито. Нельзя впутывать сюда наши имена. Но проблема в том, что тогда мы станем для неё «анонимными полицейскими источниками».

— Ну и что в этом плохого?

— А то, что её брат расследует исчезновение Брогана.

Брек понимающе кивнул:

— И всё подумают, что это он.

— Так что вряд ли нам позволят остаться анонимными.

— Тогда зачем Диабон тебе всё это выложил?

— Он хочет, чтобы я проверил Джоанну Бротон.

— В смысле?

— Может, она всполошится и выдаст какую-нибудь информацию.

— Сомнительно, зная её.

— А как насчёт Эрни Уишоу?

— Ну кто же станет обвинять сам себя.

— Ты занимался им какое-то время… У него есть слабые места?

— Это сложный вопрос. Надо подумать.

— А если так: мы скажем ему, что замнём историю с женой водителя, если он расскажет нам о своих делишках с Броганом?

— Шутишь? Да у нас даже удостоверений нет.

— Чёрт, ты прав.

В комнате воцарилась тишина. Её нарушил Джейми Брек:

— Ты всё равно хочешь попробовать, да?

— Возможно, — признал Фокс.

— Почему?

— Потому что Броган — это ключ ко всему.

— Откуда такая уверенность?

Фокс ненадолго задумался.

— Не знаю. Может, это и не уверенность вовсе.


Вечером Фокс снова оказался в Каугейте. Сидя в машине, он вглядывался в лица проходящих мимо людей, надеясь встретить кого-нибудь знакомого. Вскоре ему это удалось: Аннабель Картрайт и Билли Джайлз. Фокс упал и вжался в сиденье. Это оказалось ужасно больно. В спине запульсировали мучительные спазмы. Картрайт появилась первой. Она шла рядом с другим полицейским. Судя по всему, Аннабель объясняла ему задание, так как он покорно кивал в ответ на её слова. В руке у него была свежая пачка листовок. Парочка прошла мимо и исчезла из вида. Потом, минут через десять, настал черёд Билли Джайлза. В зубах — толстенная сигара, руки в карманах, размашистая поступь — ни дать ни взять хозяин, обходящий свои владения. Вечер выдался туманным и безветренным. Когда Джайлз миновал его и скрылся в том же направлении, что и Картрайт, Фокс позволил себе сесть прямо. Прошло три четверти часа. Мимо проехала машина, в которой сидела вся команда. Джайлз о чём-то говорил, возбуждённо жестикулируя, остальные его слушали. Вид у всех троих был усталый. Фокс выждал ещё с полчаса и вышел из машины. Пита Скотта возле «Рондо» не оказалось. Сегодня работали два других охранника, причём один из них — чернокожий. Они не обратили на Фокса никакого внимания, увлечённые чем-то на экране телефона.

— Жуть какая! — сказал один, тоном, подразумевающим обратное.

Фокс пошёл дальше. Ещё не было и десяти, и он сам не знал, зачем сюда приехал. Если он хотел в точности воссоздать вчерашние события, нужно было приехать позже. Аллея была пустынна. Неоновые буквы «САУНА» по-прежнему горели ровным, зловещим светом. Фокс огляделся по сторонам — вроде бы всё спокойно. Однако на всякий случай, подходя к двери, он продолжал посматривать назад. Оказавшись у входа, Малькольм нажал на кнопку звонка и стал вглядываться в объектив камеры. Ответа не последовало. Он снова позвонил. За дверью стояла мёртвая тишина. Глазок отсутствовал. Ничего, кроме блестящего ока видеокамеры. Он помахал рукой, стал делать знаки, нагнулся поближе, даже похлопал по нему. Потом потянул за ручку, но дверь не поддавалась. Сжав кулак, Малькольм громко постучал — три удара, затем ещё три. Бесполезно.

Фокс развернулся, чтобы уйти, и задержался на том месте, где прошлой ночью лежал без сознания. Его внимание привлёк маленький круглый предмет на земле. Нагнувшись, он увидел оторванную пуговицу от своих брюк. Положил её в карман и отправился восвояси.

Но сначала ему предстоял путь, и довольно долгий. Насколько он помнил, при свете дня трасса А198 была просто заглядение: извилистое шоссе вдоль берега, с постоянно обновляющимися роскошными видами. Фокс вспомнил, что часто выбирал этот маршрут по выходным, выбираясь за город со своей бывшей женой. Они останавливались в Эберледи, обедали и ехали дальше в Гуллан, чтобы прогуляться там, где кончаются поля для гольфа. Вниз к морю тянулись автостоянки, а для любителей приключений имелся крутой подъём на Бервик-Лоу. Замок Танталлон по ту сторону Норт-Бервика был самой дальней точкой их загородных поездок. Иногда они ели мясной рулет в Музее полётов или рыбу с жареной картошкой в Хэддингтоне. Но больше всего Элен любила Норт-Бервик. Ей нравилось смотреть в телескоп в Центре исследования подводного мира или резвиться на побережье, стремясь всеми правдами и неправдами запрыгнуть Малькольму на спину — чтобы он покатал её верхом. Да, Норт-Бервик — туда-то Фокс и направлялся. Он знал дорогу, но ехал не спеша — повороты были крутыми и внезапными. Его обгоняли мигающие огнями, ревущие форсированными двигателями скоростные машины. В основном молодёжь — улюлюкающие компании друзей, которые набивались в салон, как сельди в бочку. Возможно, городские, но скорее всего — местные. Кто и зачем в такое время поедет в Восточный Лотиан?

В Норт-Бервике Фокс отыскал узкую улицу недалеко от побережья. На ней стоял дом, возле которого он обычно оставлял машину — правда, не свою. Дом был одноэтажным, с балконом на крыше, откуда открывался вид на близлежащие острова — Фидра, Крейглит, Басс-рок. Но сегодня вечером эти красоты были скрыты туманной мглой. Поднялся ветер, но температура держалась около нуля. Элен всегда мечтала жить у моря. Мнение Фокса в этом вопросе было столь же простым, сколь эгоистичным — слишком далеко от города. Но это неудобство, видимо, ничуть не смущало Глена Хитона. Он жил здесь уже больше восьми лет. Контролёры исследовали детали покупки дома. Сейчас он стоит на добрых полмиллиона больше, чем тогда. Откуда Хитон взял такие деньги? Этот вопрос не раз звучал в ходе следствия. Почти на каждом допросе. Вместо ответа Хитон советовал им ещё раз проверить документы. «Всё честно», — повторял он.

И ещё: «Да вы, ребята, просто завидуете».

И ещё: «Не можете смириться с тем, что кто-то устроился в жизни лучше, чем вы».

Вот он, этот дом. Фокс остановился и заглушил мотор, не желая привлекать внимание лишними звуками. По соседству располагался дешёвый мотель. Через сад шла подъездная дорожка к парковочной площадке, где стояли три машины. Вряд ли они принадлежали постояльцам — туристический сезон ещё не начался. Машина самого Хитона, «альфа-ромео», скорее всего, находилась в гараже, позади дома. Этой машине было всего два года, и она обошлась своему владельцу почти в двадцать тысяч долларов. Примерно такую же сумму Хитон потратил за свой вынужденный отпуск, длящийся уже почти год. Поездки на Барбадос, в Майами и на Сейшельские острова. Только в одно из этих путешествий они с женой летели бизнес-классом, во все остальные — эконом-плюсом. Жили они в четырёх- и пятизвёздочных отелях. К сожалению, бюджет контролёров не позволял продолжать наблюдение во время таких отлучек. В дороге Фокс слышал по радио обзор новостей. Обсуждались полномочия членов парламента. Конечно, журналисты не утверждали, что правительство насквозь коррумпировано, но то, что депутаты используют своё положение в личных целях, — это факт, бесспорный и достойный сожаления. Фокс решил, что тема всплыла в связи с увеличением социальных льгот банковским служащим. Все вокруг вопили, что это нечестно, но только впустую сотрясали воздух. Изменить они ничего не могли. Поэтому внимание общественности переключилось на политиков — тех, чьи рыла ближе всего к кормушке.

Просто завидуете…

Дело Хитона потому так и мозолило глаза, что обвинение основывалось на строгой арифметике. Тони Кай, например, просто рвал и метал, читая список его приобретений. «Как он ухитряется позволить себе всё это при такой зарплате?» — спрашивал он всех и каждого.

Ответ был очевиден: никак. Большинство покупок оплачивалось наличными, и Хитон не мог объяснить, откуда они взялись. Фокс посмотрел на дом и попытался представить себе Хитона в постели с женой. Потом он подумал о его сыне, о существовании которого жена и не подозревает — если, конечно, Хитон не признался ей за это время. Ему уже восемнадцать лет, живёт с матерью в Глазго. Кроме того, была Соня Мичи — ещё один секрет. Но возможно, жена Хитона и не хочет ничего знать. Жёны часто так делают — интуитивно обо всём догадываясь, предпочитают не портить отношения и продолжают жить прежней жизнью, как ни в чём не бывало.

— Зачем ты приехал сюда, Малькольм? — пробормотал Фокс себе под нос. Он представил, что Хитон внезапно появляется на крыльце, в ночном халате, спускается по ступенькам и подходит к его машине. Садится внутрь, и они беседуют. Фокс сказал Бреку, что Чарли Броган — ключ ко всей этой истории, но здесь крылось что-то ещё. Его не покидало странное, сверлящее чувство. Дело Глена Хитона явно далеко от завершения. Как будто в этом человеке таился какой-то яд, успевший заразить многих из его окружения. Эти люди бродили совсем рядом, причём некоторые из них и сами не догадывались о своём положении. Соня Мичи — одна из них, это точно. Ещё Фокс подумал о Джеке Бротоне и Быке Вочопе. Он опустил стекло. Сразу запахло морем, стал слышен шум прибоя. Вокруг не было ни души. Фокс задумался: почему его вообще волнует то, что в мире существуют зло и обман? Что справедливость редко когда удаётся восстановить? Всегда будут люди, готовые прикарманить пачку банкнот в обмен на услугу. Всегда будут те, кто готов вывернуть всю систему наизнанку, чтобы повысить свои доходы. И некоторым — очень многим — это будет сходить с рук.

— Но ты — не из таких, — шепнул он сам себе.

И вдруг что-то изменилось — дверь жилища Хитона пришла в движение и медленно отворилась будто сама собой. На фоне освещённого прямоугольника обозначился силуэт мужчины. Он был в пижаме и — да, никаких сомнений! — завязывал пояс белого махрового халата. Глен Хитон вглядывался в темноту — туда, где стояла «вольво» Фокса. Малькольм тихо выругался и, затаив дыхание, повернул ключ зажигания.

Места для маневра было немного — пришлось попотеть, чтобы не чиркнуть стоящие рядом машины. Впрочем, никто его не торопил. Хитон так и застыл в неподвижности, держа руки в карманах. Фокс отъехал назад и включил дальний свет, стараясь ослепить человека в халате. Направо, ещё раз направо — и вот он уже мчится обратно в Эдинбург, унося перед глазами образ.

Глен Хитон на крыльце своего дома — словно поданный по его мысленному заказу.

И он, Малькольм Фокс, не в силах ничего сделать.

Четверг, 19 февраля 2009

22

Утро четверга. Проснувшись, Фокс прочёл сообщение от Кэролайн Стоддарт: «Вам лучше?» Что ж, в принципе — да. Опухоль на лице начала спадать, и ладони лишь тихонько взвыли, когда он потёр ими друг о дружку. Подбородок тоже был в полном порядке. Малькольм подумал, что эту часть лица ещё день-другой не стоит тревожить бритвой. Что до спины, то она отзывалась болью только в том случае, если он наклонялся далеко вперёд или резко поворачивал туловище. Но всё это было вполне терпимо, так что он набрал ответ: «Да».

Следующее и окончательное сообщение призывало его быть на Фэттс-авеню к десяти. Фокс отослал ещё одну эс-эм-эс — Джейми Бреку, оповестив его, что будет занят до обеда. Брек сразу же перезвонил.

— Стоддарт?

— Единственная и неповторимая.

— И что ты ей расскажешь?

— Просто повторю ещё раз, что не имею никакого отношения к смерти Винса. А ты — тем более.

— Отличный план. А потом?

— Наверное, поеду поболтаю с Эрни Уишоу.

— Это ещё зачем?

— Он же городской советник, не так ли? Может быть, у меня какая-то проблема и мне как раз нужен совет? — Фокс помолчал. — Тебе там делать нечего, Джейми.

Брек фыркнул:

— Тогда попробуй меня остановить.

— Разве тебе не хочется немножко поиграть в Quidnunc?

— Я имею некоторое отношение к делу Уишоу — или ты забыл об этом?

— А вы встречались лично?

— Нет.

— Это опасно, Джейми, — а вдруг Стоддарт или Джайлз…

— Если ты едешь — я с тобой, — прервал его Брек. — Разговор окончен.

Но сначала Малькольма ждала Фэттс-авеню и встреча с грампианскими контролёрами. Трое полицейских — Стоддарт, Уилсон и Мэйсон — заняли те же позиции, что и в прошлый раз. Когда Стоддарт увидела его лицо, то в изумлении бросила свои дела.

— Что с вами произошло?

— Упал с лестницы.

Она прищурилась:

— Что это значит? Дежурное объяснение вашей сестры?

— Это значит только то, что вчера я вам не наврал, — объяснил Фокс, принимая из рук Мэйсона микрофон-прищепку и прилаживая его к рубашке, прежде чем занять своё место.

— Надеюсь, что так, — ответила Стоддарт. — А я было собиралась вас поздравить…

— Интересно, с чем?

— С хорошим поведением в период отстранения от должности… но теперь я в этом уже не уверена.

Фокс слегка наклонился вперёд, хотя это причинило его спине ощутимый дискомфорт, и укоризненно спросил:

— Вы хотите обвинить меня во лжи, инспектор Стоддарт?

— Нет, — ответила она, шелестя страницами протокола.

Фокс провёл рукой по ламинированной верёвочке, охватившей его шею, на которой висел временный пропуск.

— Какие новости по делу Фолкнера? — с видом полной невинности поинтересовался Малькольм.

— Не знаю. — Она взглянула на него из-за кипы бумаг. — Почему вы напали на сержанта Диксона?

— Я был эмоционально неуравновешен.

— Поподробнее, если не возражаете.

— Моя сестра потеряла близкого человека, — с готовностью пояснил он. — Что очень сильно повлияло на меня. Я недооценил это и лишь позже понял, что моё начальство совершило ошибку.

— Ваше начальство? Какую же?

— Не отстранило меня от работы сразу же после трагедии. Мне необходимо было отдохнуть несколько дней, чтобы справиться со своими чувствами.

Стоддарт вернулась на своё место за столом.

— Перекладываете ответственность на других?

Фокс пожал плечами:

— Просто озвучиваю свои мысли. Но вы-то почему взялись за меня, инспектор Стоддарт? Кто отдал приказ установить наблюдение и по какому поводу?

В ответ он получил лишь холодную улыбку.

— Это конфиденциальная информация.

— Приятно слышать. Слишком уж много лишней болтовни в последнее время… — Он откинулся назад, копируя её позу.

— Ну что, начнём? — спросила она.

— Я готов, — сказал Фокс.

Спустя полтора часа он уже сдавал свой пропуск Фрэнку, благодаря судьбу за то, что по пути не встретил никого из знакомых. Пришлось бы выдумывать объяснения по поводу синяков. С другой стороны, Тони Кай, Энни Инглис и прочие всё равно узнают — так или иначе. Фэттс есть Фэттс. На пути к машине его застал звонок мобильного. Это была Джуд.

— Как ты, сестрёнка? — спросил он.

— Нормально.

— Твои подружки всё ещё нянчатся с тобой?

— Они — просто чудо.

— Хорошо, если так.

— Ты ездил к отцу?

— Похоже, я у него уже в чёрном списке…

— Но у меня-то — нет, — упрекнула она его.

— Прости, Джуд. Я постараюсь заехать на выходных. Может, вытащим старика куда-нибудь прогуляться. — Фокс сел за руль. — Есть новости из полиции? Когда они собираются отдать тело?

— Не знаю — я думала, может, ты с ними поговоришь?

— Отличная мысль — эти ребята во мне просто души не чают.

— Ты шутишь, Малькольм?

— Разве что самую малость. — Он завёл двигатель. — У тебя точно всё в порядке?

— Судя по голосу — лучше, чем у тебя.

— Возможно, ты права. Позвоню завтра, если смогу.

Он закончил разговор и включил первую передачу. Но тронуться с места не успел — запиликал новый телефон. Шумно выдохнув, он снова поднял трубку.

— Ты где? — произнёс задыхающийся голос.

— Тони?

— Какого чёрта! Где ты есть? — прорычал Кай.

— На Лотиан-роуд. — Он вырулил со стоянки.

— Это срань господня, Фокси. Я вру своей жене с того самого дня, как окончился медовый месяц…

— Что-то я не совсем понял. — Фокс чуть не выронил телефон — наперерез «вольво» бросилось чьё-то тело. Он ударил по тормозам. — Чёртов идиот!

Тони Кай отошёл вправо и стоял, высунув язык, прижав ладони к груди и пытаясь отдышаться. В руке он сжимал телефон. Фокс не стал глушить двигатель и вышел из машины.

— Не помню, когда я в последний раз так бегал, — еле выговорил его друг. — Наверное, в начальной школе, на эстафете «яйцо в ложке»… — Кай попытался сплюнуть, но длинная нить слюны лишь повисла в воздухе, так что он смахнул её носовым платком и продолжал жадно глотать воздух. — Помню, я хитрил — прилеплял яйцо к ложке жвачкой…

— Не может быть, чтобы тебе уже донесли, — сказал Фокс.

— Учуял дым от пожара. — Кай всё не мог отдышаться. — Так, выкладывай. Кто это сделал и почему я не в курсе?

— Только после тебя. Откуда ты узнал?

— Наткнулся в туалете на парней Стоддарт. — Кай умолк. Фокс понял, что увиливать поздно.

— Ну да, я попал в заварушку, — с неохотой признался он.

— Когда?

— Прошлой ночью.

— И где?

— Возле сауны в Каугейте. Следствие выяснило, что таксист высадил Винса Фолкнера где-то в тех краях. Я шёл по его следам.

Кай тем временем изучал его травмы.

— Надо сказать, ты легко отделался, — заметил он.

Фокс согласился, кивнув головой.

— Всё равно… спасибо за заботу. Я тронут.

— Я ожидал чего-нибудь гораздо более ужасного. — Кай попытался изобразить досаду. — Такого, что и на YouTube не стыдно выложить.

— Вы — само сострадание, сержант Кай. Что новенького?

Кай пожал плечами:

— Макьюэн говорил, что может наклюнуться какая-то работа на северо-востоке…

— Я слышал об этом ещё пару недель назад. Всё отдали Стратклайду, так?

Кай уставился на него:

— Откуда ты знаешь?

— Макьюэн рассказал. Жаль, что сорвалось, — а то было бы чем подразнить Стоддарт и её ребятишек… — Фокс прервался. Кай понял, что он над чем-то размышляет.

— Что? — спросил Тони.

— Нет, ничего, — отмахнулся Фокс.

— Не ври.

— Почему ты был против того, чтобы дело ушло в Стратклайд?

— Да потому, что они лопухи, Фокси! Это же всем известно. Последний раз, когда я смотрел рейтинги раскрытых дел, их показатель был вдвое меньше нашего.

Фокс задумчиво кивнул.

— Ты прав, — произнёс он.

Оба замолчали. Кай прислонился спиной к левому крылу «вольво».

— Случайность? — спросил он.

— Ты про нападение? — переспросил Фокс, и Кай кивнул. — Нет, это были не обычные хулиганы. Они ничего не забрали.

— Может, их кто-нибудь спугнул…

Фокс закусил губу. Он вспомнил Джека Бротона. Старик ничего не говорил о том, видел ли он кого-нибудь или нет. «Это нехороший район» — всё, что он сказал.

— Помнишь тот вечер, когда мы сидели в баре, а какой-то придурок стал размахивать перед нами пистолетом с перцовым порошком? — тихонько хихикнул Кай.

— Ты его выследил?

Кай немного напрягся:

— Лучше тебе не знать об этом.

— То же самое ты собирался проделать с Винсом Фолкнером — вытрясти из него дурь?

— Разве мир бы что-то потерял от этого?

Фокс знал, что он сейчас ответит: «Да». Тогда Кай спросит: «И что же это?» И тут уж ему нечего будет возразить…

— Мне пора, — сказал он вместо этого.

— Больше ничего не хочешь мне поведать?

Фокс покачал головой, но потом кое-что вспомнил и спросил:

— Ты сказал, что врёшь своей жене с того самого дня, как окончился медовый месяц…

— Бог свидетель, так оно и есть.

— И в чём состоит ложь?

— Говорю ей, что она чертовски хороша в постели…


Во времена детства Малькольма Фокса ещё не существовало такого района, как Джайл. Там была земля, конечно, но без всяких построек, и к ней не вели никакие дороги. Он вспомнил, как ездил на велосипеде с друзьями в аэропорт — поглазеть на самолёты. Вдоль канала, до восточного Хейлза и ещё дальше. Может, Джайл в те времена был полем или пустырём — в памяти у Фокса ничего не осталось. Теперь же это был город внутри города, со своей собственной железнодорожной станцией, бескрайними корпоративными зданиями и торговым центром. Главный офис компании грузовых перевозок Эрни Уишоу располагался в большом промышленном здании, рядом со службой по доставке бандеролей. На обширной бетонной площадке перед входом выстроилась ровная цепочка грузовиков. Пустые трейлеры были отцеплены и стояли невдалеке. Рядом высились штабеля грузовых поддонов; пара топливных насосов примостилась возле кучи пакетов с мусором, ожидающих своей участи. Всё было очень аккуратно: в отличие от соседних территорий, никаких пустых коробок или развевающихся кусков полиэтилена на заборе. В глубине площадки располагался хорошо оснащённый гараж, возле которого двое механиков возились с чем-то, по звуку напоминающим пневматический тормоз. В гараже играло радио, и один из рабочих громко подпевал ему.

Джейми Брек прибыл первым. Он ждал в машине снаружи комплекса. Когда появился Фокс, они гуськом въехали в ворота и припарковались возле гаража. Справа над дверью была надпись «ОФИС». Выйдя из машин, мужчины поприветствовали друг друга кивком.

— Как будем действовать? — спросил Брек, разминая шею.

— Я буду плохим полицейским, — предложил Фокс. — А ты — тоже плохим полицейским. Что-то вроде того. — Он улыбнулся и подмигнул. — Посмотрим, что нам удастся из него выжать.

Он толкнул дверь, ожидая увидеть за ней тесную комнату, но внутри оказалось светло и просторно. За отдельными столами сидели четверо — двое мужчин и две женщины. Они отвечали на телефонные звонки и работали на компьютерах. Жужжал ксерокс, скрипел лазерный принтер, факс жевал какой-то документ. Сбоку находились два кабинета поменьше. Один из них пустовал, а в другом сидела женщина. Завидев Фокса и Брека, она сняла очки, чтобы лучше рассмотреть новоприбывших. Затем встала из-за своего стола и одёрнула юбку, прежде чем выйти им навстречу.

— Инспектор Фокс, — сказал Малькольм, протягивая ей визитную карточку. — У нас есть шанс побеседовать с мистером Уишоу?

Очки свисали с её шеи на тонком шнурочке. Женщина надела их, чтобы прочитать надпись на карточке.

— А в чём проблема? — спросила она.

— Никаких проблем, нам просто нужно поговорить с ним.

— Я — миссис Уишоу. Уверена, что смогу вам помочь.

— Боюсь, мэм, что не сможете, — ответил Фокс, оглядывая офис. — Но мой коллега звонил пятнадцать минут назад, и ему сказали, что мистер Уишоу здесь.

Женщина посмотрела на Брека.

— Разве это не его «мазерати» стоит во дворе? — вмешался тот.

Миссис Уишоу переводила взгляд с одного на другого.

— У него очень напряжённый график, — возразила она. — Возможно, вы знаете, что, помимо управления этой компанией, он выполняет обязанности депутата городского совета?

— Мы отнимем у него пять минут, не больше, — заверил Фокс, подняв правую руку с растопыренными пальцами.

Миссис Уишоу заметила, что в офисе повисло молчание. Служащие по-прежнему держали телефонные трубки в руках, но все разговоры прекратились. Пальцы оторвались от клавиатур.

— Он в соседнем здании, — сдалась она.

— Вы имеете в виду — в гараже?

Миссис Уишоу кивнула: да, она имела в виду именно это.

Когда они оказались на улице, Брек сообщил Фоксу кое-что ещё:

— Это его вторая жена. Бывшая секретарша…

— Ясно, — ответил Фокс.

Механики уже заканчивали работу. Один был повыше, молодой и смуглый. Он собирал и складывал в ящик разбросанные инструменты. Другой — гораздо старше, с серебряными волнами волос, отступающими у висков. Этот был меньше пяти с половиной футов ростом. Ремень его синего комбинезона заметно выдавался вперёд. Он сосредоточенно оттирал руки, запачканные маслом, ещё более грязной тряпкой.

— Мистер Уишоу, — сказал Брек, узнав его.

— Вы двое похожи на копов.

— Это потому, что мы и есть копы, — сообщил Фокс.

Уишоу сердито глянул на него из-под густых, тёмных бровей и бросил механику:

— Али, ступай выпей кофе, или чего ты там обычно пьёшь.

Все трое подождали, пока Али последует указанию.

Уишоу сунул тряпку в карман комбинезона и подошёл к верстаку. Там стоял складной сундучок-гармошка с инструментами. Он открыл его.

— Вот, видите? — спросил он.

— Всё лежит строго на своих местах, — догадался Фокс после недолгого раздумья.

— Верно. И что это значит?

— Что вы — зануда? — предположил Брек.

Уишоу одарил его хмурым взглядом, но, видимо, решил, что из этой парочки один только Фокс заслуживает внимания.

— Бизнес держится на доверии. Почему банковская система зашаталась? Потому что люди теряют доверие. Допустим, кто-то приходит сюда и собирается заключить со мной контракт. Что он видит? Во-первых — что перед ним человек, который не боится тяжёлого труда. Во вторых — хозяин, у которого в фирме всё работает чётко и аккуратно, как часы.

— Так вот зачем грузовики стоят там, как на параде?

— К тому же они вымыты до блеска. То же относится к их водителям…

— Вы их сами купаете? — не удержался Брек. Уишоу и это проигнорировал.

— Если они опаздывают с доставкой, то заранее звонят с объяснениями. И лучше для них, если причина будет веской, как бриллиант в двадцать два карата, потому что первым делом они звонят мне. И знаете, что я тогда делаю?

— Связываетесь с клиентом и приносите свои извинения? — предположил Фокс.

Уишоу сдержанно кивнул:

— Вот так я веду свои дела.

— Но в городском совете не так просто навести порядок, — возразил Фокс.

Уишоу вскинул голову и выкрикнул:

— Думаете, я не знаю?! Настоящее болото — сколько я ни борюсь с этой волокитой… Вечера напролёт сижу в этой проклятой каморке и спорю с ними до хрипоты.

— Вы — член комиссии по распределению жилья, — сказал Фокс. — Верно?

Уишоу не ответил.

— Что вам нужно? — спросил он.

— Мы хотели поговорить с вами о человеке по имени Чарли Броган.

— Чарли. — Уишоу склонил голову и медленно покачал ею. — Жуткая история.

— Вы хорошо его знали?

— Мы встречались несколько раз по делам администрации. Кроме того, он бывал на приёмах и деловых встречах.

— Вы были хорошо знакомы?

— Достаточно, чтобы беседовать о том о сём.

— Когда состоялась ваша последняя беседа?

Уишоу встретился глазами с Фоксом:

— У вас, поди, имеются записи его телефонных переговоров — вот и ответьте себе сами.

Фокс проглотил это и попытался сохранить невозмутимый тон.

— Я бы хотел услышать от вас подтверждение, сэр.

Уишоу помолчал.

— За пару дней до его смерти, — ответил он. — Мы говорили минут пять, не больше.

— Интересно… у вас были акции ЧББД? — Фокс смотрел на Уишоу. Тот опять покачал головой. — Значит, вы не занимали ему денег?

— К счастью, нет. — Советник снова достал из кармана тряпку и принялся ещё тщательнее оттирать пальцы.

— Но тот звонок — он был по делу? — мягко продолжал Фокс.

— Наверное.

— Он вам взятку предлагал? — влез Брек. — Небось умолял её принять…

— Что вы сказали? — Кровь мгновенно бросилась в лицо Уишоу. — Не соблаговолите ли повторить это в присутствии адвоката?

— Просто мой коллега имел в виду, что… — Фокс примирительно поднял руки вверх.

— Я знаю, чёрт возьми, что он имел в виду! — Уишоу сделался цвета спелой свёклы. В уголках его рта проступили белые клочья пены.

— Выкладывайте нам всё о Брогане, — произнёс Брек, — и мы забудем о той взятке, которую вы дали семье водителя. Помните? Который возил шмаль в топливном баке.

Фокс отвернулся от изрыгающего проклятия Уишоу и потащил Брека к выходу из гаража. Когда они оказались на приличном расстоянии, Брек незаметно подмигнул Фоксу.

— Круто было, — шепнул он.

— Роли переменились, — так же шёпотом ответил Фокс. — Ты стой здесь; а я буду хорошим копом…

Он отпустил Брека и быстрыми шагами вернулся обратно к Уишоу.

— Простите ради бога, — извинился он. — Молодые офицеры часто выходят за рамки… — он искал слово, — приличий.

Уишоу яростно тёр ладони тряпкой.

— Возмутительно! — выговорил он. — Такое обвинение… совершенно безосновательное…

— Ну не совсем уж безосновательное, — как можно ласковее промолвил Фокс. — Вы ведь действительно дали семейству водителя некую сумму денег, а вот как это понимать — вопрос точки зрения. И тут как раз мой коллега не прав, верно?

Похоже, молчание Уишоу следовало воспринимать как знак неохотного согласия.

— Возмутительно, — повторил советник, но уже с меньшим напором.

— Мы с вами говорили о Чарли Брогане, — напомнил Фокс.

Уишоу вздохнул:

— Проблема с такими, как Чарли… со всем его поколением… в том, что… — Он снова умолк, и Фокс понял, что придётся ещё попотеть. Он притворился, что с интересом осматривает гараж.

— Вы — счастливый человек, мистер Уишоу. Но ваше счастье не имеет ничего общего с удачей — ни этот парад грузовиков, ни «мазерати»… Всё это — честно заслуженные плоды неустанного труда. На самом деле счастье или несчастье — результат нашего мнения о самих себе…

— Верно, — согласился Уишоу. Тема явно пришлась ему по вкусу. — Делать деньги — тяжёлая работа. Я бы сказал — грязная, но боюсь, вы неправильно меня поймёте.

Фокс решил, что самое время для громкого, искреннего смеха.

— Многие люди этого даже представить себе не могут, — продолжал Уишоу, вдохновлённый произведённым эффектом. — Я себе всю задницу стёр на работе и делаю то же самое в городском совете — для разнообразия. Но в наши дни всё больше людей предпочитают сидеть сложа руки и ждать, пока денежки сами упадут с неба к ним в карманы. Это просто смешно! Знаете, сейчас появились такие дельцы… — Уишоу ткнул пальцем в воздух, — которые думают, что можно получить прибыль без всяких усилий.

— Делать деньги из воздуха? — подсказал Фокс.

— Вроде того, — согласился Уишоу. — Покупаешь клочок земли, сидишь на нём целый год, а потом продаёшь. Или дом, или район — всё, что угодно. А если, к примеру, у тебя приличный счёт в банке — тогда ты просто получаешь проценты, и тебя вообще не волнует, откуда эти деньги берутся. Волшебство, да и только. И никто не задаёт вопросов — иначе чары могут разрушиться.

— Но ваша компания пока держится на плаву?

— Это даётся нелегко.

— Но вы умеете бороться с трудностями?

Уишоу энергично кивнул:

— Потому я и рассердился, когда вы… когда ваш… — Он махнул рукой в сторону Джейми Брека.

— Он не хотел вас обидеть, сэр. Мы просто пытаемся понять причины поступка Чарли Брогана.

— Чарли… — Уишоу опять сник, уставившись в пустоту — словно перед его внутренним взором возник тот, о ком он говорил. — Чарли был прекрасным человеком. Душа любой компании. Но он стал жертвой нынешнего времени. Проще говоря, его погубила жадность. Жажда лёгкой наживы… Он решил, что деньги можно заработать без труда, и первое время ему это и впрямь удавалось. Но он стал мягким, доверчивым, самодовольным… — Уишоу сделал паузу. — И глупым. Кроме всего прочего, очень глупым… Какое-то время деньги действительно приходили… — Он упреждающе поднял руку. — Только не подумайте, я не говорю, что Чарли был худшим — нет, даже не в последней сотне. По крайней мере, он хоть что-то создавал — строил дома…

Фокс вспомнил, что Броган говорил нечто подобное в одном из своих последних интервью.

— Но когда они оказались никому не нужны, начались проблемы, — вставил он.

Уишоу презрительно скривил губы:

— Проблемы начинаются, если твои инвесторы требуют отдать долги немедля. Пустые дома могут оказаться хорошим вложением, если выждать достаточно долго. Так же и с землёй. То, что сегодня ничего не стоит, через год может превратиться в золотую жилу. Но вся схема рушится, если ты пообещал своим инвесторам быструю прибыль.

Фокс очень внимательно слушал Уишоу.

— И кто же они — инвесторы мистера Брогана?

Уишоу думал почти минуту и в конце концов заявил, что не знает.

— Хвала небесам, я не в их числе, — добавил он. — И мне не надо ждать, когда Саламандер-пойнт начнёт приносить доход.

Уишоу стремился говорить беззаботно, но делал это слишком усердно: Фокс понял, что ему только что солгали.

— В тот последний раз, когда вы говорили с ним, он звонил вам или вы ему?

Уишоу моргнул пару раз и упёрся в него недоверчивым взглядом.

— Вы должны бы знать и без меня. По его списку контактов.

— Я просто собираю доказательства.

Но в глазах Уишоу уже замерцал новый огонёк.

— Может, позвать моего адвоката?

— В этом нет необходимости.

— Вы меня удивляете. У человека были проблемы с деньгами. Он покончил с собой. Всё, конец. Что тут ещё можно выяснять?

— У полиции всё иначе, мистер Уишоу. Когда кто-то умирает или исчезает — это только начало.

— Вы правы, — согласился Уишоу. — Но я уже сообщил вам всё, что мог.

— Пожалуй, да… кроме подробностей вашей последней беседы.

Уишоу раздумывал над его словами секунд десять-пятнадцать.

— Это была какая-то мелочь, — решился он наконец. — Так, ни о чём. — И стал осматривать свой комбинезон. — Мне нужно переодеться. Сегодня в городском совете назначена встреча — новые переговоры с компанией по ремонту трамвайных путей. — Он сдержанно кивнул и направился мимо Фокса к выходу.

— Вы уверены, что никогда не заключали сделок с Чарли Броганом? Даже тендера на грузоперевозки?

— Уверен.

— И он не уговаривал вас помочь ему с продажей части квартир городскому совету? — В ответ Уишоу метнул в него такой взгляд, что Фокс невольно улыбнулся. — Вы знаете человека по имени Пол Мэлдрам, мистер Уишоу?

Вопрос явно попал в цель.

— Да.

— Он работает в компании «Ловатт, Мэйкл, Мэлдрам», — продолжал Фокс. — Они занимаются связями с общественностью, но мистер Мэлдрам — специалист по лоббированию.

— Не очень понимаю, к чему вы клоните…

— Я просто подумал: кто вам их рекомендовал? Случайно, не Чарли Броган?

— Может быть, — признал Уишоу. — А какое это имеет значение?

— Да в общем-то никакого, сэр. Спасибо ещё раз, что уделили нам время. — Фокс помолчал и, наклонившись к нему, добавил вполголоса: — Возможно, в следующий раз мистер Мэлдрам тоже будет присутствовать — в качестве адвоката.

— Клевета влетит вам в кругленькую сумму… — Уишоу собирался назвать Фокса по имени, но понял, что сказать ему нечего. — Простите, но мне кажется, что вы не представились…

— Я дал свою визитную карточку вашей дочери, — возразил Фокс.

— Моей?.. — не понял Уишоу. И тут до него дошло: — Это была моя жена.

— В таком случае, сэр, вам должно быть стыдно, — сказал Фокс, решив, что это вполне сойдёт за прощальный выстрел.

23

— Кажется, мне следовало тебя кое о чём предупредить, — сказал Джейми Брек. Они оставили машину Фокса у дома и теперь ехали на север из города. Малькольм всегда был нервным пассажиром. К тому же ему не нравилась RX8. Он чувствовал себя слишком близко к земле, а спортивное сиденье стесняло движения. Брек, будучи на несколько дюймов ниже ростом и, наверное, вдвое тоньше, чувствовал себя отлично, но Фокс ужасно страдал. Подобные машины явно были созданы для людей меньших размеров — и уж точно не для ушибленных спин.

— В самом деле? — спросил Фокс. Ещё одна пикантная деталь: временами ему казалось, что «мазда» вот-вот зацепит бордюр или вылетит на встречную полосу. Брек каждый раз спасал положение, как нарочно, в последнюю секунду.

— Честно говоря, следствие по делу Эрни Уишоу не совсем закрыто.

Фокс колебался — продолжать беседу или попросить Брека заткнуться и следить за дорогой. Но любопытство взяло верх над страхом.

— В каком смысле — не совсем?

— Я продолжал собирать информацию в свободное от работы время. Я на сто процентов уверен, что Уишоу приторговывал из-под полы. Его грузовики каждую неделю ездили в Европу и обратно.

При таком раскладе трудно не заняться контрабандой. Уж очень велик соблазн.

— Алкоголь и сигареты?

Брек кивнул. В салоне возникла вибрация — левое колесо «мазды» наехало на «кошачий глаз», разделяющий полосы движения. Выровняв ход, Брек продолжал:

— Алкоголь и сигареты — само собой, плюс порнография и всё остальное, что даёт прибыль. Если ты уверен в своей безнаказанности — почему бы не поднять ставки? — Он помолчал и добавил: — Или появляется какой-нибудь доброхот с интересным предложением…

Фокс поразмышлял над его словами и сказал:

— Брюса Вочопа посадили за торговлю наркотиками.

— Верно.

— Думаешь, его сын…

— У нас нет доказательств, — прервал Брек.

— И всё же, по-твоему, он мог пользоваться услугами Эрни Уишоу?

— Уишоу только что проделал смертельный трюк — один из его парней загремел за решётку, и он сам едва не разделил его судьбу.

— То есть Уишоу не стал бы перевозить наркотики для Быка Вочопа?

— По своей воле — вряд ли. Но его могли прижать к стенке.

Фокс подумал — ну да, достаточно одной угрозы в адрес его драгоценной жены или ещё более драгоценной флотилии грузовиков…

— Думаешь, нам удастся найти разгадку в Данди?

— По крайней мере, мы наконец-то сподобились туда поехать.

Так оно и было. Они миновали Барнтон и оказались в сельской местности. Дорога превратилась в широкую скоростную трассу. Справа остались Далмени и Саут-Куинсферри. Мелькнули и исчезли мосты через залив Ферт-оф-Форт.

— Почему ты так долго молчал об этом? — спросил Фокс.

— Наверное, не был в тебе полностью уверен. Или ты забыл, как долго не мог рассказать мне, что я прохожу по делу как педофил?

— Это не одно и то же — ты же был под следствием.

— А ты, друг мой, — подозреваемый в убийстве Винса Фолкнера. Хотя я довольно быстро понял, что версия Билли Джайлза просто нелепа…

Фоксу понадобилось несколько мгновений, чтобы переварить это.

— Ладно. И что тебе удалось выяснить?

— Я говорил с женой водителя и её братом. Смотрел, нет ли в доме признаков дополнительных доходов — новый телевизор, машина или что-нибудь в этом духе.

— И что?

Брек пожал плечами:

— Даже в Сотон ездил. В качестве посетителя.

— Говорил с дальнобойщиком?

— Мне ничего не удалось из него выудить — всё отрицает.

— Но ты называл ему своё имя? — Фокс посмотрел на Брека. Тот кивнул. — Тогда это могло дойти до Уишоу — или кого-нибудь ещё из этой компании.

— Наверняка.

Фокс задумался.

— Есть ли вероятность, что водитель Уишоу работал на Быка Вочопа? Папаша мотает срок за морскую торговлю наркотиками. Может, межконтинентальные перевозки показались его сыну более безопасными?

— Не исключено, — признал Брек. — Всем известно, что руководство порта иногда не прочь «подмаслить пятки».

— Берут взятку и не слишком пристрастно осматривают груз?

Брек кивал головой. Фокс извлёк из кармана телефон и клочок бумаги — номер сестры Макса Диабона.

— Кому ты звонишь? — спросил Брек.

— Надеюсь, что другу. — В трубке раздался гудок, и через мгновение ему ответил женский голос. — Это Линда Диабон?

— Я слушаю.

— Меня зовут Малькольм Фокс. Я коллега Макса.

— Как же, наслышана. Вы отстранены от должности, так?

— Забавно, что эта новость уже просочилась в газеты…

— Давным-давно, Малькольм. — В её голосе послышались дразнящие нотки.

Это её метод, подумал Малькольм. Быть дружелюбной, словоохотливой, как лучшая подруга… а потом ты обнаруживаешь все свои секреты на первой полосе.

— Макс говорил, что вы расследуете дело об исчезновении Чарльза Брогана.

— Не совсем так, — поправила она его. — Скорее меня интересуют способы, которыми Броган вёл свои дела.

— В частности, не пытался ли он подкупить городской совет?

— Именно.

— И кончилось тем, что Джоанна Бротон натравила на вас Гордона Ловатта?

— Хм-м… Ну, это довольно интригующая парочка — Броган и Бротон.

— Вы имеете в виду Джоанну?

На мгновение в трубке повисло молчание.

— Вы правы, для полноты картины следует добавить папу Джека, — наконец признала Линда.

— По-вашему, Броган сыграл с нами в Реджи Перрена?[36]

— Или чем-то разозлил папочку.

— И как вы думаете, чем же?

— Малькольм… — Она почти пропела его имя. — Это вы следователь, а не я. Моя роль — подбирать крошки с вашего стола. Считайте меня уборщицей…

— Это непросто, зная вашу суть, Линда.

— И какова же она, интересно?

— Напористый, умный и ловкий журналист. И это именно то, что мне от вас сейчас нужно.

— Ты меня заинтриговал, красавчик.

— Хотелось бы знать, какую структуру имела компания Брогана? Имелись ли у неё совладельцы? Мы ничего не знаем о размерах его империи. У него были инвесторы — те, кто давал ему деньги. Кто эти люди?

— Обратитесь в Регистрационную палату. У меня уже есть кое-какая информация, и довольно много. В том числе имена его бухгалтеров. Но я не уверена, что они станут говорить со мной… в смысле — как с журналисткой. А вот полиция — другое дело…

— К сожалению, как вы любезно напомнили, я временно отстранён от должности…

— Отсюда вопрос — зачем вам всё это нужно?

— Чтобы хоть немного скомпенсировать отстранение, — объяснил Фокс.

Они только что въехали на мост через Форт. Вид отсюда был, как всегда, потрясающий. Справа поплыла сложная конструкция переплетающихся линий железнодорожного моста. Ходили слухи о строительстве нового автомобильного моста, чтобы немного разгрузить этот. Кое-где на стальных канатах уже проступили следы времени. Но… вечный вопрос: кто будет финансировать проект?

Линда Диабон сказала, что подумает, чем тут можно помочь.

— Вы от этого только выиграете, — добавил Фокс.

— Продолжайте.

— Сможете заодно прощупать фирму Ловатта — насколько законопослушно они орудуют своими щупальцами. — Фокс закончил разговор, и Брек снова прибавил громкость радио.

— Думаешь, ей можно доверять? — спросил он.

— Я не так глуп, Джейми.

— Рад это слышать.

Через сорок минут они уже подъезжали к Данди. Инициатором вылазки был Брек. Он сам никогда раньше не бывал в этом городе, но коллега, с которым они стажировались вместе, работал в управлении уголовных расследований Тэйсайда. Один телефонный звонок — и его приятель согласился побеседовать с ними «с глазу на глаз».

— Да сколько же в одном городе может быть кольцевых? — возмутился Джейми, пробираясь к набережной по стрелкам дорожных указателей. По договорённости, он должен был припарковаться у вокзала и перейти дорогу — туда, где в доках стоял «Дискавери».[37] Фокс спросил, почему корабль находится именно здесь.

— Думаю, его построили в Данди.

Фокс кивнул.

— Шеклтон[38] плавал на нём в Арктику, так?

— Арктика… Антарктика… чёрт его знает.

Если кто-то и мог их просветить в этом вопросе, то уж точно не Марк Келли. Сержант Келли ждал у металлической ограды перед входом на корабль. Фокс с интересом разглядывал мачты и оснастку, пока старые приятели приветствовали друг друга крепкими объятиями и комментариями насчёт потерянных волос и новоприобретённой массы тела. Когда Фокс поинтересовался историей корабля, Келли сказал, что понятия о ней не имеет.

— Поднимемся на борт, или как? — спросил Брек.

— Это просто ориентир, Джейми. Я помню, что ты не очень-то хорошо ориентируешься, а в Данди новичку потеряться — как раз плюнуть. Пойдёмте…

Он повёл их обратно через дорогу, в кафе. Тамошние посетители, судя по виду, просто коротали время в ожидании возможности отправиться куда-то ещё. Официантка принесла кофе, и это послужило сигналом к началу настоящей беседы.

— Я просматривал личное дело Быка, — сообщил Келли, понизив голос.

— Но с собой ты его не принёс, — критически заметил Брек.

— Я не мог, Джейми, — они бы сразу подняли шум.

— Тогда остаётся надеяться, что твоя память стала лучше с момента нашей последней встречи.

Келли воспринял это с улыбкой.

— Бык необычайно удачлив — пули от него просто отскакивают… образно говоря.

— А в прямом смысле никто не пробовал? — вмешался Фокс.

— Бывало и такое… Но похоже, он унаследовал живучесть своего старика. Здоровье у него бычье — если вы понимаете, о чём я.

— А что теперь?

— Сейчас он предпочитает скорее строить мосты, чем их сжигать.

— Как-то всё это звучит слишком уж по-шпионски, — пожаловался Брек. — Может, нам стоит перейти в более укромное местечко, чтобы ты мог говорить яснее?

Келли перегнулся через стол.

— Бык в сопровождении своего телохранителя ездит по всей Шотландии и встречается с другими участниками игры. Сегодня — Абердин, завтра — Ланаркшир и так далее.

— И как долго он этим промышляет?

— Несколько месяцев… а может, и дольше. Мы не сразу поняли, что он задумал.

— Но рискнули сделать предположение… — подсказал Фокс.

Келли глубоко вздохнул.

— Возможно, он выбрал роль голубя мира ради спасения отца. Или испугался, что, лишившись родительской поддержки, в одиночку не справится с конкуренцией.

— И поэтому пытается расширить сферу своего влияния, — добавил Фокс. — Распускает щупальца…

Келли кивнул:

— Конечно, с виду он — добропорядочный бизнесмен…

— Разумеется.

— Но тогда зачем он возит с собой такую гору мускулов, как Терри Васс?

— Так зовут телохранителя?

— Его криминальный список примерно такой же длинный, как «Война и мир».

— Осмелюсь предположить, что без торговли наркотиками не обходится.

— Ясное дело, — фыркнул Келли.

— Но у вас нет доказательств?

— Если вам удастся хоть чем-то нам помочь… — Он переводил взгляд с одного на другого. — Но ты мне толком ничего не объяснил по телефону, Джейми. Может, теперь расскажешь?

— Это запутанная история, — ответил Брек.

— Но возможно, — прервал его Фокс, — она связана с убийством одного человека и с исчезновением второго.

— Этот второй — Чарли Броган, — добавил Брек.

— Никогда о нём не слышал. — Келли помешивал свой кофе ложечкой.

— Крупный застройщик из Эдинбурга… Ты что, не смотришь новости, Марк?

Келли пожал плечами:

— Сейчас не лучшее время для застройщиков. У нас тут один вообще из окна сиганул пару месяцев назад… Погодите, это, случайно, не тот парень с яхты?

— Что? — переспросил Фокс.

— Я говорю, это не тот, который вышел в море на своей яхте и утонул?

Фокс помотал головой:

— Нет-нет, я не о том. У вас тут что, свой собственный мёртвый застройщик?

Келли кивнул. Он продолжал помешивать свой кофе, и это почему-то жутко раздражало Фокса. Так хотелось схватить эту чёртову ложку и зашвырнуть её в дальний угол.

— Не могу вспомнить его имени. Они построили несколько высоток, а потом фирма обанкротилась… Парень выпрыгнул из окна одного из верхних этажей.

Келли заметил, что Фокс и Брек переглянулись.

— Вы думаете, между ними есть какая-то связь?..

Теперь оба в упор смотрели на Келли.


Кабинет Джейми Брека у него дома. Уже стемнело. Они привезли еды из китайского ресторана, но добрая половина её остывала на кухонном столе.

Брек откупорил себе бутылку светлого пива, а Фокс благоразумно прихватил пару банок Айрн-Брю из китайского ресторана. Брек подвинулся, чтобы освободить местечко для кресла Фокса перед экраном компьютера.

— А мы-то думали, Данди — это деревня, — протянул Фокс, когда Брек нашёл в новостях о «трагическом самоубийстве» фото погибшего, сделанное на чьей-то свадьбе. Бизнесмен улыбался в камеру. В петлице пиджака красовалась большая яркая гвоздика. Хроникёры сообщали, что ему под шестьдесят, но с фотографии смотрел мужчина лет сорока, не старше.

Его звали Филип Нокуэй, всю свою жизнь он прожил в Данди. Местная школа, местный вуз, местный бизнес. Он занялся недвижимостью «почти случайно» — его родители держали магазин на первом этаже своего дома. Когда они умерли, на рынке недвижимости как раз началось оживление, и это побудило наследника провести небольшую разведку. В ходе её выяснилось, что по соседству планируется возвести новый жилой район. Нокуэй продолжал дело своих родителей, пока не нашлась сеть супермаркетов, которая с радостью согласилась за хорошие деньги выкупить у него магазин, снести его и перестроить. Нокуэй вошёл во вкус и к сорока годам обзавёлся солидным послужным списком. Когда представился шанс, он развернул полномасштабную кампанию по застройке. Большую популярность принесла ему попытка купить стадионы, принадлежащие обоим городским футбольным клубам. Частью сделки должна была стать постройка нового стадиона в пригороде Данди, но переговоры сорвались.

— Чарли Броган тоже хотел купить «Селтик», — сообщил Фокс Бреку.

— А рай замостить он не хотел?

Нокуэй активно поддерживал планы по перестройке города. Он предложил свои услуги, когда городской совет вынес предложение по обустройству территории, прилегающей к набережной.

— Совсем как Броган, — заметил Брек.

— Они собирались избавиться от этих кольцевых, в которых мы сегодня плутали. — Фокс постучал пальцем по экрану компьютера.

— И дороги починить — это тоже было бы не лишним, — откликнулся Брек. — Давай дальше.

Следующие абзацы описывали последовавшее за взлётом падение Нокуэя. Он не рассчитал свои возможности, купив один из самых уродливых районов — бессмысленное нагромождение высотных домов постройки 60-х годов на самой окраине города. Он планировал снести всё это и отстроить заново, но трудности посыпались на него почти сразу, как из ведра. В новых домах использовалась асбестовая начинка, и это задирало их себестоимость до небес. Потом в основании некоторых зданий обнаружились заброшенные шахты. Это означало, что на половине земли невозможно ничего построить без того, чтобы вложить в фундамент небольшое фамильное состояние. В порыве энтузиазма Нокуэй перешёл все мыслимые границы вложений. Его долги достигли астрономических цифр. Когда рынок покатился по наклонной, то же самое произошло с его верой в успех. Тем не менее самоубийство Нокуэя стало шоком для всех, кто его знал. В тот вечер он собирался на званый ужин, пребывал в благостном и вальяжном расположении духа. Его жена не заметила в нём никакой перемены — ничего, что могло бы свидетельствовать о растущем отчаянии. «Филип был не из тех, кто сдаётся», — сказала она журналистам.

— Ничего не напоминает? — спросил Фокс у Брека.

— Очень даже, — признал Брек. — Кроме того, что смерть Нокуэя не вызывает сомнений: разбиться в лепёшку — это тебе не какое-то там загадочное исчезновение.

— Он тоже не оставил предсмертной записки… Не ходил к адвокату — уточнить детали завещания…

Брек прокрутил список браузера вниз и кликнул другую ссылку. Новая статья почти ничего не добавила к тому, что они уже знали. Надпись внизу экрана сулила ещё 13000 подобных результатов поиска. Фокс поднялся с кресла и глянул в окно, хотя смотреть там было не на что.

— Думаешь, они всё ещё следят за нами?

— Да нет… вряд ли. — Фокс отхлебнул из банки. Он ощущал лёгкую нервозность и не вполне понимал, что тому виной — сахар, кофеин или стиль вождения Брека.

— Это не было самоубийством? — спросил Джейми.

— А ты как считаешь?

Брек немного подумал.

— У парня жуткие проблемы с деньгами… он почти всё потерял… его преследуют кошмары… он влезает на верхушку новостройки и решает разом со всем покончить.

— Всё верно, кроме одного: никто из знакомых не верит, что он был на это способен.

— Возможно, они плохо его знали… — Брек закинул руки за голову и откинулся назад. — Ладно, а какие ещё варианты?

— Его могли столкнуть. — Фокс прикусил нижнюю губу. — Посуди сам: он уезжает со званого ужина… говорит всем, что едет домой… а вместо этого садится в свою BMW и мчит в бетонные джунгли, которые недавно купил? К тому же способ, который он выбрал… не самая приятная смерть, а, Джейми?

— Да уж… — Брек помолчал. — Думаешь, кто-то назначил ему там встречу?

— Или они гнались за ним. Можешь ещё разок позвонить своему другу?

— Марку? — Брек взялся за свой мобильный. — Что сказать?

— Не возражаешь, если я сам поговорю?

— Пожалуйста. — Брек набрал номер и передал ему телефон. Фокс прижал трубку к уху.

— Слушаю, Джейми, — ответил Марк Келли.

— Привет, Марк, это Малькольм Фокс. Джейми здесь, рядом со мной.

— В чём дело, Малькольм?

— Мы только что смотрели в интернете материалы о Филипе Нокуэе…

— Надеюсь, не бесплатно… вам платят сверхурочные?

— Да нет, это мы так, для себя… Можно сказать, в формате хобби. Слушай, Марк, тут такая штука… нам опять нужна твоя помощь.

— Я слушаю.

— Кто-нибудь проверял телефон погибшего Нокуэя? Список последних звонков?

Келли ответил не сразу:

— Думаю, это никому и голову не приходило. Парень покончил с собой — что тут ещё выяснять? Да и расследования-то толком не проводилось. А зачем это вам, Малькольм?

— Просто любопытно, как он оказался в том районе… ищем ложку дёгтя в бочке мёда.

— Можно, в принципе, спросить у вдовы…

— Или дайте нам её контакты, а мы всё сами сделаем, — предложил Фокс. В ответ на линии повисла тишина.

— Марк? Алло?

— Вы думаете, что он спрыгнул не по своей воле, — подытожил Келли.

— Неизвестно, Марк. Может, и по своей. Но эта история в Эдинбурге…

— И какая между ними связь?

— Честно сказать — я даже не уверен, что она существует…

— Но такое возможно. — Это было скорее утверждение, чем вопрос. Келли шумно выдохнул, отчего в трубке зашипели помехи. — Думаете, мы что-то упустили?

— Я бы не стал на этом зацикливаться…

— О’кей, давайте так: если я добуду информацию, то предоставлю её вам, а если вы что-то обнаружите…

— То сразу же сообщим тебе. Никаких проблем, Марк. Сколько времени тебе понадобится?

— Зависит от того, насколько весёлая эта вдова. Скоро перезвоню.

Телефон умолк, и Фокс вернул его Бреку.

— Он решил, что мы хотим метнуть кремовый торт в лицо Тэйсайду, — сообщил он.

— Может и до этого дойти, — заметил Брек.

Фокс кивнул.

— Но в таком случае он хочет быть тем, кто первым докопался до истины.

— Его карьера от этого только выиграет. Он сказал, когда перезвонит?

Фокс покачал головой.

— Чем теперь займёмся?

— Я, пожалуй, пойду домой.

— Подбросить тебя?

Малькольм снова покачал головой:

— Я с удовольствием пройдусь пешком. А то тебе, наверное, уже не терпится сесть за игру. — Он махнул рукой в сторону компьютера.

— Смешно сказать, — ответил Брек, — но, знаешь, я почти потерял к ней интерес. Теперь мне реальность кажется более захватывающей…

Пятница, 20 февраля 2009

24

На следующее утро, в одиннадцать часов, у Фокса была назначена встреча с Линдой Диабон. Ни капли сходства с братом — она оказалась миниатюрным гейзером кипучей энергии. При виде её наряда иной священник, пожалуй, врезался бы на всех парах в фонарный столб. Коротенькая юбка гофре открывала во всю длину смуглые ножки, обутые в светло-коричневые ковбойские ботинки. Под замшевой жилеткой виднелась блузка, четыре верхние пуговицы которой были будто невзначай расстёгнуты, обрамляя пышные бронзовые берега некоего ущелья весьма внушительных размеров. Лёгкий макияж и соломенно-жёлтые волосы до плеч.

Она сама выбрала место встречи — кафе «Чай чайного дерева» на Брэд-стрит. За стойкой сидел бородач. Он внятно выругался, когда Фокс заказал кофе. Малькольм прибыл на двадцать минут раньше, чтобы заранее изучить обстановку и немного попялиться в газету. Он присовокупил к заказу сырник и устроился у окна. Стол был слегка нагрет яркими лучами солнца, что недвусмысленно напоминало — весна не за горами. Линда прибыла минут через десять. Она улыбнулась ему, как старому знакомому, но он на всякий случай уточнил:

— Линда?

— Терпеть не могу это выражение, — смеясь, ответила она, — но вы действительно похожи на копа. Может, дело в вашей манере держать себя или озираться по сторонам. Макс в точности такой же. — Она поставила свою, на вид тяжёлую, сумку на стул рядом с Фоксом.

— А по вашему виду не так просто догадаться о вашей профессии, — парировал Фокс.

— У меня сегодня выходной.

— Смелый наряд.

На её лице отразилось непонимание.

— Зимой — и без чулок, — пояснил Фокс.

Она глянула вниз.

— Этот загар стоит столько, что мне просто не по карману его прятать. Страдания во имя искусства — обычное дело, а мои ноги — настоящий шедевр, вы не находите?

— Что вам заказать?

Но она уже повернулась к бару. Хозяин, казалось, только того и ждал. Ей не пришлось даже говорить — он и так угадал её пожелания. Лапсанг-сушонг с лимоном. Пока эти двое болтали, Фокс с видом полного равнодушия погрузился в газету. Линде пришлось встать на цыпочки, чтобы положить локти на барную стойку. Во время разговора она небрежно играла прядью волос. Фокс старался не думать о том, насколько она привлекательна. Она — сестра Макса Диабона. Хуже того — журналистка. И хватит об этом. Хозяин настоял, что сам принесёт ей чай на столик. Девушка поблагодарила его, наморщив носик. Затем вернулась к Фоксу, села — не напротив, а рядом с ним, предварительно убрав со стула сумку, и закинула ногу на ногу. Фокс с интересом рассматривал убранство помещения и роспись на стенах.

— Приятное местечко, — сказал он.

— И недалеко — я живу на Гарднерс-Кресент.

Фокс кивнул и стал смотреть в окно. На другой стороне улицы были видны две вывески: парикмахерская и ветеринарная клиника. Линда Диабон наклонилась и стала что-то искать в своей сумке. Достав лэптоп, она поставила его на стол и посмотрела на вырез своей блузки.

— Ох уж этот беспорядок в одежде. — Это было похоже на извинение.

— Ваш спектакль всегда срабатывает? — спросил он, насмешливо глядя ей в глаза.

— Почти, — помолчав, призналась Линда.

— Не то чтобы я не ценил ваши усилия, но, может быть, мы всё же… — Он постучал пальцем по крышке лэптопа. Диабон слегка надула губки, но послушно открыла крышку и нажала «Пуск». Фокс отвёл взгляд, пока она набирала пароль. Двадцать секунд, пара кликов — и она развернула к нему экран.

— Регистрационная палата — это всё, конечно, замечательно, — начала она, — но, к счастью, моя газета ещё не полностью сократила бизнес-отдел. Наши бухгалтеры до сих пор не управились и с половиной счетов, оставленных мистером Броганом. Но можно с уверенностью сказать, что на заре существования ЧББД туда поступили весьма крупные вложения. Причём это не было оформлено должным образом.

— В смысле?

— Неизвестно, откуда поступали эти деньги. Но, кроме них, был и ряд других, вполне законных акционеров.

— Случайно, нет ли среди них компании Wauchope Leisure?

Диабон скользнула по полосе прокрутки пальцем, оснащённым длинным ногтем. По экрану побежали цифры и имена.

— Не в точности, но похоже, — сказала она, выделяя курсором одну из строк: ScotFuture (Wauchope).

— Есть вероятность, что их главный офис базируется в Данди? — спросил Фокс.

Диабон кивнула в ответ и продолжила:

— Помните, вы просили меня проверить клиентскую базу «Ловатт, Мэйкл, Мэлдрам»? Они, среди прочих, представляют компанию Wauchope Leisure. Как я выяснила, ЛММ делали для них рекламу ночных клубов и танцбаров по всей стране — чтобы обойти все скользкие моменты. И это в то время, как их генеральный директор загремел за решетку…

— Чудесно, — промурлыкал Фокс.

Когда журналистка поняла, что больше ничего от него не дождётся, то вновь перенесла своё внимание на экран.

— Тут в списке ещё множество мелких компаний-акционеров: в основном частных — а это значит, что они не обязаны предоставлять о себе практически никакой информации. Парни из бизнес-отдела были всерьёз заинтригованы. Похоже, что у Брогана имелись друзья по всей стране — Инвернесс, Абердин, Глазго, Килмарнок, Мотеруэлл, Пейсли… И даже по ту сторону границы — Ньюкасл, Ливерпуль, Дублин…

— Не думаю, что эта дружба пережила финансовый кризис, — задумчиво сказал Фокс.

— Я тоже. Например, инвесторы Саламандер-пойнт — вряд ли кто-то из них рассчитывает получить больше чем по пять пенсов за каждый вложенный фунт.

— Да уж…

— А наши недоразвитые банки подлили масла в огонь — у Брогана были кредиты в общей сумме миллионов на восемнадцать, и он просрочил все платежи.

— Могла вдова унаследовать эти долги?

— Вряд ли — в том и состоит прелесть общества с ограниченной ответственностью.

— Имя Джоанны Бротон не значится ни в одном из документов? Возможно, она была секретарём компании или кем-нибудь в этом роде.

Диабон покачала головой:

— У неё даже не было ни одной акции. Она вообще не принимала в этом участия.

— Но всё же — её инициалы в названии компании.

— Меня это тоже смутило. И что я выяснила? Одно время Джоанна действительно была совладельцем. Но незадолго до того, как она открыла казино, муж выкупил её долю.

— ЧББД владеет акциями «Оливера»?

— Не думаю. — Линда подпёрла ладонью щёку. — Ни они, ни Wauchope Leisure. И что из этого следует, Малькольм?

— А как по-вашему?

— Что деньги ЧББД были частично грязными?

— Это персональное озарение или вас кто-то вдохновил?

Линда улыбнулась:

— Мой бизнес-редактор так думает. Проблема в том, что у нас нет никаких доказательств.

— Ну, может быть, если вы посвятите этому больше времени…

Она посмотрела на него. Её глаза были почти фиолетовыми. Фокс подумал, что тут вряд ли обошлось без цветных контактных линз.

— Может быть, — произнесла она. И добавила: — Кстати, как вы переносите своё отстранение от должности?

— Не жалуюсь.

— Звучит забавно… в каком-то смысле.

— Потому что я из отдела контроля и жалоб?

Она кивнула.

— Как я понимаю, сюжет состоит в том, что вы лезли в расследование убийства вашего зятя?

— Он не был моим зятем. И это не сюжет.

— Но может им стать, если вы позволите. — Между её губ показался кончик языка. — «Чрезмерное усердие приводит копа на грань досадной ошибки» — вот максимум, что вы можете из этого выжать.

— Но это усердие направлено не только на Чарльза Брогана…

— Вы считаете, ваше усердие принесёт лучшие плоды?

— Мой редактор считает меня способной.

— Но всё же вы пока не можете связать Чарли Брогана с Эрни Уишоу?

— Я знаю, что они несколько раз встречались.

— Но свои кошельки они при этом держали в карманах и никаких сделок не заключали, — подсказал Фокс.

Диабон склонила голову набок.

— Странно, правда? — спросила она. — Он пропал сразу после смерти вашего друга Винса. Как я до сих пор не заметила связи: Винс работал на Саламандер-пойнт! — У неё был вид школьницы, которая только что получила медаль за лучшее сочинение. — Я права, не так ли? — И после паузы: — Видите, Малькольм, я не просто симпатичная куколка.

— Это я понял с первой минуты — как только вас увидел.

— Кипяточку подлить не желаете? — Это был хозяин с новым чайником в руках.


Фокс припарковался прямо перед входом в кафе, на жёлтой линии разметки. Дорожный инспектор был уже тут как тут. Видимо, он раздумывал, заслуживает ли доверия табличка «ПОЛИЦИЯ», закреплённая на ветровом стекле. Но Фокс бросил на него грозный взгляд, и тот ретировался в поисках более лёгкой добычи. Малькольм предложил Линде подвезти её, но девушка ответила, что предпочитает пройтись пешком. Да это и так понятно — отчего бы ей и не пройтись пешком, если головы всех мужчин поворачиваются ей вслед, все взгляды из машин, фургонов и окон офисов направлены только на неё. Фокс уже включил зажигание, как вдруг его мобильный — новый — зазвонил. Номер принадлежал Джейми Бреку.

— С добрым утром, — сказал Фокс.

— А мне только что звонил Марк Келли.

— И что он имеет нам сказать?

— Он был у вдовы Нокуэя. Её ничуть не обеспокоил его визит.

— Она показала ему телефонные счета своего муженька?

— Марк говорит — у неё там не дом, а настоящий музей. Посреди гостиной гора фоторамок, а охапки семейных фотографий разбросаны по полу — целый архив. Она их сидит и перебирает. Эта женщина провела Марка в святая святых — кабинет своего покойного мужа. Она хранит документы в безукоризненном виде — всё разложено по полочкам, в хронологическом порядке. Банковские уведомления, извещения, чеки, карточки…

— И телефонные счета, — подсказал Фокс.

— Верно. — В трубке послышался шорох: Брек взял лист бумаги. — К счастью, они представлены в виде списка — входящие и исходящие. Ближе к концу того званого ужина ему позвонили с местного номера. Это таксофон в одном из тамошних баров под названием «Лотерс». Марк говорит — местечко злачное, зато в центре города.

— Ясно.

— Разговор длился две минуты и сорок секунд.

— Можно ли что-то сказать о настроении Нокуэя до и после этого звонка?

— Для такого шага у Марка не хватило соображения…

— Но, я надеюсь, ты его подтолкнул?

— Он обещал поговорить с его друзьями, которые были вместе с ним на приёме.

— Не думаю, что из этого что-нибудь выйдет…

— Да уж… — задумчиво протянул Брек, и Фокс понял, что ещё не всё.

— Я весь внимание, Джейми, — напомнил он.

— Ещё Марк сказал, что за этим «Лотерсом» водится дурная слава. В субботу вечером там редко обходится без драки. Хотя, как ни странно, всё обычно происходит снаружи — ярдах в ста от самого заведения.

— На улице, что ли?

— Если начинается заварушка, парни всегда выносят сор из избы.

— Почему?

— Видать, боятся расстроить хозяев.

— Хозяева — Wauchope Leisure Holdings?

— А кто же ещё, — ответил Джейми.

— Это как раз плохо, — посетовал Фокс. — Значит, никто из завсегдатаев не станет рассказывать нам, кто звонил Нокуэю.

— Пожалуй, — согласился Брек. — Но Марк явно заинтересовался этим делом.

— Ему следует быть поосторожнее.

— Не волнуйся, он в порядке. Как прошла встреча с Линдой Диабон? Она не спрашивала обо мне?

— Твоё имя ни разу не упоминалось.

— Клёвая малышка, правда?

— И к тому же первоклассный журналист. Она обнаружила связь между компаниями Вочопа и Брогана. Как думаешь, получится проделать то же самое с Нокуэем?

— Можно попробовать… я попрошу Марка: это территория Тэйсайда.

— К тому же компания Вочопа пользуется услугами одной пиар-фирмы…

— Дай-ка я угадаю — неужто ЛММ?

— Они делали для них рекламу танцбаров.

— Да, припоминаю — на бортах автобусов. Думаешь, с ними стоит поболтать? Их главная контора возле здания парламента…

— Давай потом, — возразил Фокс. — Лучше позвони в Тэйсайд и скажи своему приятелю, чтобы прошерстил связи между Вочопом и этим предпринимателем из Данди.

— Будет сделано. А что у тебя дальше по программе?

— Семья, — ответил Фокс, включая сигнал поворота.


Дверь ему открыла Джуд. Увидев брата, она повернулась и пошла в гостиную, зная, что он последует за ней. Вид у неё был затрапезный — хотелось засунуть её в стиральную машинку вместе с одеждой. Худая — кожа да кости. В пепельнице на ручке кресла в ожидании хозяйки дымилась сигарета.

— Я думала, ты до выходных не объявишься, — сказала она. — Сегодня у меня не самый лучший день. Не нужно мне в таком виде отцу показываться.

Фокс отметил про себя два пустых винных бокала на барной стойке и бутылку с остатками дешёвой водки на журнальном столике. Джуд уселась в кресло и попыталась сделать вид, что смотрит телевизор, но взгляд её был тяжёлым и почти не фокусировался.

— Ты как, сестрёнка? — осторожно спросил Малькольм.

— Да что со мной может произойти? — Она посмотрела на него. Её глаза удивлённо расширились. — А вот с тобой что стряслось?

Фокс потрогал пальцами лицо.

— Да так, упал с одной лестницы.

Взгляд сестры стал жёстким, но она промолчала. Взяла сигарету и затянулась. Фокс побрёл в кухню и поставил чайник. Но ни чая, ни кофе он не обнаружил, равно как и молока в холодильнике. Зато еды полно — непохоже, что Джуд что-нибудь ела с тех пор, как последний раз ходила в магазин.

— Твоя подружка Сандра больше не заходит к тебе?

— Нет. Уже несколько дней. Она звонила пару раз — просто проверить, всё ли в порядке.

— А миссис Пэттифер?

— Уехала к брату в Халл. С ним там удар случился или что-то в этом роде.

— Выходит, ты тут совсем одна?

— Я же не инвалид.

— Но и позаботиться о себе толком ты не в состоянии.

— Пошёл ты, Малькольм. — Она перекинула ноги через ручку кресла, чуть не перевернув при этом пепельницу.

Фокс помолчал несколько минут, давая ей время немного остыть.

— В прошлый раз мне показалось, что ты понемногу справляешься…

Открыв комод, он обнаружил новую банку растворимого кофе. Малькольм сполоснул две кружки и решил накинуть Джуд ещё ложку-другую сверх нормы.

— Я заварю покрепче, ты не против?

Она не ответила.

— Где ты берёшь деньги?

— У меня ещё осталось кое-что на банковском счёте.

— Но не много, наверное…

— Когда я соберусь на паперть, то первым делом сообщу тебе.

Фокс взял почту с барной стойки и стал просматривать. Там было письмо, в котором говорилось, что размер ипотеки снижен на сумму страховых выплат.

— Жизнь Винса была застрахована?

— Да.

— Ты что-нибудь предпринимала по этому поводу?

— Не я, Сандра… Она позвонила им, и они прислали мне письмо.

— Ну, это уже кое-что. — Фокс перебирал остальные конверты, некоторые из них не были даже распечатаны. Телефонный счёт на имя мистера В. Фолкнера. Фокс развернул его, не сводя глаз со спины Джуд, но скривился от досады, когда увидел, что список звонков отсутствует. Сумма — сто двадцать фунтов. Тем временем чайник закипел, и Фокс отнёс кофе сестре.

— Тебе надо пить побольше молока, — мягко сказал он, — и поменьше алкоголя.

— Папочка выискался.

— Не папочка, но второй после него. — Он полез в карман за бумажником. Когда Джуд заметила его жест, то пулей вылетела из кресла и устремилась в кухню, где с треском выдвинула один из ящиков и вернулась, размахивая охапкой банкнот. Ещё одно резкое движение — и бумажки закружились по комнате.

— Понял? — выпалила она. — В гробу я видала твою благотворительность.

Фокс смотрел на купюры, устилавшие пол. Джуд плюхнулась обратно в кресло и уставилась в экран телевизора, понимая, что от неё ждут объяснений. Малькольм молчал.

— Я нашла это, — сообщила она наконец. — В общей сложности около двух тысяч.

— Ты нашла это — где?

— В комнате Винса, наверху. К счастью, я успела раньше твоих дружков — они бы уж точно всё прикарманили.

— Откуда эти деньги, Джуд?

Его сестра пожала плечами.

— Казино? — предположила она. — Может, он этим занимался, когда не соизволял вернуться домой по ночам.

— Он и в субботу там был, — тихо сказал Фокс, опускаясь на корточки и начиная собирать деньги. — А потом взял такси и поехал в Каугейт…

Но сестра, казалось, не слушала его.

— Этот ублюдок спрятал их от меня, Малькольм. Спрятал в своей комнате вместе с порнухой — журналами и дисками. Я не хотела, чтобы все узнали, что он такой… поэтому я никому ничего не сказала. — Она снова посмотрела на брата. — Но что всё-таки случилось с твоим лицом?

— Я подрался. — Он положил деньги на столик.

— Ты победил?

— Пока нет. — Это вызвало у неё слабую, но вполне явную улыбку. Джуд взяла свою кружку и подула на кофе.

— Не должен быть особенно горячим, — сказал ей Малькольм. — Я добавил холодной воды из-под крана.

Она отхлебнула и поморщилась.

— Слишком крепкий? — сочувственно спросил он.

Джуд кивнула, но сделала ещё один большой глоток.

— В буфете есть банка супа…

— Я знаю, — сказала она.

Но Фокс всё равно отправился на кухню и принёс кастрюлю.

Плита была чистой, без единого пятнышка — на ней явно ничего не готовили уже несколько дней. В раковине — никакой посуды, кроме кружек и стаканов. Фокс вылил содержимое банки в кастрюлю. Это был куриный суп-пюре: такой готовила им мама, когда они болели в детстве.

— Джуд, — позвал он. — Полиция уже вернула тебе личные вещи Винса?

— Да, — откликнулась она.

— Можно на них взглянуть?

— Конверт в верхнем ящике. — Она указала в сторону мебельного гарнитура в гостиной. Сверху — полки, снизу — дверцы и комод. В нём он обнаружил большой плотный конверт. Под ним лежали листы рождественской обёрточной бумаги. Фокс заглянул внутрь в поисках одной-единственной вещи — мобильника Фолкнера. Кроме порошка для выявления отпечатков пальцев, на нём налип изрядный слой грязи. Видимо, телефон валялся на земле. Фокс попытался его включить, но безуспешно.

— Есть зарядка? — спросил он у сестры.

— Наверху.

Малькольм немного помешал суп и поднялся по лестнице. Притащил зарядное устройство и воткнул вилку в свободную розетку рядом с чайником. Когда он подключил телефон к сети, на экране замигал крохотный зелёный индикатор. Фокс оставил аппарат в покое и занялся супом. Перелил в тарелку, нашёл чистую ложку. В пакете лежал хлеб, но на нём уже появилась плесень. Малькольм отрезал и выбросил зелёную корочку, а остальное положил на край тарелки.

— Для этого тебе придётся сесть как следует, — предупредил он, подвинув журнальный столик ближе к её креслу. Она спустила ноги на пол и поставила кружку рядом с тарелкой.

— На самом деле я не очень хочу есть, — заметила она.

— Хочешь не хочешь, а придётся.

— Или что?

— Или я посажу вас под домашний арест, юная леди. — Так обычно говорил отец, и Джуд снова улыбнулась, прежде чем взяться за ложку.

— А зачем тебе телефон Винса?

— Просто хочу посмотреть список звонков. Может, есть кто-то, кого мы упустили.

— Но ведь Джайлз и остальные… они всё это уже делали.

— У меня наверняка лучше получится.

Она попробовала суп, смакуя послевкусие.

— Знаешь, что он мне напоминает? — спросила она.

Малькольм кивнул:

— Я тоже об этом подумал.

Он вернулся на кухню и включил телефон Винса.

— Пароль — четыре нуля, — подсказала Джуд.

Да уж: Фолкнер был слишком ленив, чтобы сменить установки. С другой стороны, это подтверждало, что он полностью — или почти полностью — доверял Джуд. Фокс набрал цифры.

На экране появилось изображение: фото 1966 года. Бобби Мур с кубком чемпиона мира. Фоксу потребовалось несколько минут, чтобы освоиться с управлением, но в итоге он открыл журнал звонков. Входящих было почти двести штук. Он подумал, что Джайлз и его команда, скорее всего, проверили только самые последние вызовы, и поднялся по списку выше. Достав из кармана блокнот, Малькольм стал переписывать в него номера, даты, время и длительность переговоров. Некоторые из них сопровождались именами — «Джуд», «Ронни», «гараж», «Марун», «Оливер» — но было и много безымянных.

— Как суп? — спросил он.

— Я всё съела, как хорошая девочка. — Она встала с кресла, взяла пустую тарелку и отнесла на кухню, в раковину. Потом подошла и поцеловала его в щёку.

— Это ещё за что?

— Просто захотелось. — Она стала смотреть на записи в его блокноте.

— Знаешь, что это за номера? — спросил Фокс.

— Не уверена. Ты думаешь, тот, кто… — Она остановилась, не в силах закончить предложение. Откашлявшись, она нашла другие слова: — Думаешь, это был кто-то из его знакомых?

Фокс пожал плечами. Некоторые номера встречались по одному разу. Он наугад набрал какой-то из них на своём мобильном. Ответила женщина.

— «Веджвуд», — певуче произнесла она.

— Простите?

— Ресторан «Веджвуд». Чем могу помочь?

Фокс прервал звонок и посмотрел на Джуд.

— «Веджвуд»? — спросил он.

Она кивнула:

— Мы как-то раз там обедали, ещё в декабре. — Она улыбнулась этим воспоминаниям.

— Вдвоём или вместе с супругами Хендри?

— Вдвоём — у нас была и своя личная жизнь, отдельно от Сандры и Ронни.

Фокс что-то проворчал, принимая её объяснение. Один номер встречался одиннадцать раз, с октября по январь. Малькольм спросил Джуд, не знает ли она его обладателя, но она покачала головой. Тогда он нажал вызов.

— Алло? — Голос был снова женский, но на этот раз знакомый.

— Мисс Бротон? — спросил Фокс. В трубке повисло молчание. — Это инспектор Фокс. Помните, я как-то подвозил вас домой, от полицейского управления…

Она ответила лишь спустя несколько мгновений:

— Гордон Ловатт не был от этого в восторге, инспектор. Надеюсь, дневник Чарли попал по назначению?

— Да.

— И вы не заглядывали в него?

Фокс набрал побольше воздуха.

— Мисс Бротон, я звоню вам с телефона Винса Фолкнера.

— Что?

— Вам знакомо это имя?

— Вы упоминали его. А потом отправились в моё казино и стали без разрешения смотреть записи с видеокамер.

— Точно, субботнего вечера. Но знаете, что меня удивило, мисс Бротон? У него был ваш номер телефона, и вы разговаривали с ним одиннадцать раз, за период с октября по январь. Можно поинтересоваться, о чём?

Тишина в трубке длилась почти двадцать секунд. Фокс посмотрел на Джуд, проверяя её реакцию. Она положила ладонь ему на плечо, как бы подбадривая.

— Мисс Бротон? — позвал Фокс.

— Это не мой номер, — наконец услышал он. — Это телефон Чарли. Наверное, они обсуждали что-то по работе.

Фокс снова посмотрел на сестру.

— Но мистер Фолкнер был одним из последних на служебной лестнице.

— И всё же это единственно возможное объяснение, — ответила Бротон.

Мгновение Фокс раздумывал.

— Вы не выключаете телефон своего мужа… — На линии снова образовалась длительная пауза.

— Люди продолжают звонить. У него было много деловых связей, инспектор. Не всё ещё знают о случившемся.

— Это кажется мне вполне логичным…

— Вам кажется?

— Но одна вещь вызывает сомнения, — продолжал Фокс. Снова напряжённая тишина.

— И что же это? — спросила Бротон.

— Почему телефона не было на яхте?

— Он был на яхте, — прорычала Джоанна. — Мне вернули его позже. Вы понимаете, что я сообщу о вашем звонке Гордону Ловатту? Он может расценить это как превышение служебных полномочий.

— Скажите ему — пусть расценивает это, как ему будет угодно. Спасибо за внимание, мисс Бротон. — Фокс закончил разговор и положил телефон на стол.

— Так вот ты каков, когда работаешь, — сказала Джуд. Фокс на это пожал плечами. — Бротон — это Джоанна Бротон? — продолжала она. — Хозяйка «Оливера»?

— Она самая. Видимо, Винс неплохо знал её мужа.

— Однажды в «Оливере» он прислал на наш столик бутылку шампанского…

— Да, я помню, ты говорила. А было такое, чтобы он и Винс разговаривали между собой?

Джуд кивнула:

— Ну да, тем вечером… И в другие разы, когда мы встречали его там. — Она посмотрела на брата. — Как по-твоему, откуда эти деньги, Малькольм? Думаешь, Винс был в чём-то замешан?

Фокс потрепал её по здоровой руке, улыбнулся, но не ответил. Она ещё минутку постояла с ним рядом, потом ушла в гостиную, к телевизору. Фокс думал о той встрече с Джоанной Бротон. Пентхаус… голые стены… Джек Бротон и Гордон Ловатт, выходящие из лифта… дневник Чарли Брогана в его машине…

Вы не заглядывали в него?

Может быть, недостаточно внимательно… Всё, что он запомнил, — это телешоу, перечисляемые Броганом. Джуд смотрела какую-то передачу. На экране мелькали дома и панорамы тёплых стран. Телевидение… Сокращённо — ТВ…

— О господи! — внезапно воскликнул Фокс. Джуд повернулась к нему:

— Ты чего?

Он схватился за голову. Ноги подкосились, так что другой рукой пришлось опереться на барную стойку.

— Чёртов идиот! — пробормотал он.

— Малькольм, что с тобой?

— Я полный идиот, Джуд. Вот что со мной.

— Не лучше, чем Джайлз и его команда?

Фокс покачал головой, но этого как раз делать не следовало. Комната поплыла перед его глазами. Усилием воли он попытался взять себя в руки.

— У тебя ужасный вид, — сказала Джуд. — Чем тебе помочь? Ты сегодня ел что-нибудь?

Но Фокс уже шёл по направлению к выходу.

— Я тебе позвоню, — сказал он. — А сейчас — извини, надо идти.

— Это из-за Винса? Скажи мне, Малькольм, прошу тебя!

— Может быть, — с трудом выговорил Фокс.

25

— Полегче, приятель, — сказал Джейми Брек. Он был одет по-спортивному, а его волосы казались влажными, как после душа. — У тебя такой вид, будто ты только что перегрыз зубами высоковольтный кабель.

Они вошли в гостиную. Из колонок сочился какой-то эмбиент. Брек сел, взял пульт и уменьшил громкость. Малькольм Фокс быстрыми шагами ходил туда-сюда по комнате.

— Как ты можешь оставаться таким безучастным? — возмутился он.

— А что, по-твоему, я должен делать?

— Кто-то пытается выставить тебя педофилом.

— Правильно. Но если я начну возмущаться — все тут же поймут, кто мне об этом рассказал.

— Всё равно, ты должен хоть как-то…

Но Брек покачал головой:

— Главное — понять, зачем это им понадобилось. Тогда всё станет на свои места.

Фокс перестал метаться и остановился посреди комнаты.

— Ты хочешь сказать, что понял?

Брек сложил руки на груди.

— Думаю, что дело в нас с тобой. Они свели нас вместе, заранее зная, что мы станем друзьями… и начнём доверять друг другу. Ты поймёшь, что меня подставили, и нарушишь служебную тайну. Возможно, таков был замысел. А я в свою очередь открою тебе доступ к делу Фолкнера. Как только всё всплывает, нас обоих пинком выкидывают из полиции — в мгновение ока.

— Значит, это заговор копов? Если всё так, как ты говоришь. — Фокс снова начал расхаживать по комнате.

— Похоже на то. Но что произошло, Малькольм? Что ты мечешься?

— Винс и Броган названивали друг другу — значит, их отношения выходили за рамки «хозяин — работник». В тот день, когда я подвозил Джоанну Бротон, она дала мне дневник Брогана, чтобы я переправил его в Лит. Там были целые списки телепрограмм, которые он собирался смотреть… ТВ — 7.45, ТВ — 10.00 и тому подобное. — Фокс остановился и отчаянно посмотрел на собеседника. — Помнишь, что сказал Марк Келли? Как зовут закадычного дружка Быка Вочопа?

— Терри Васс, — тихо сказал Брек, кивая. — Его инициалы.

— Это были не телепрограммы, Джейми! Броган встречался с Вассом. Зачем? Зачем Бык Вочоп посылал своего мордоворота в Эдинбург?

— Броган задолжал ему денег.

— Броган задолжал ему денег. И вот ещё что — Джоанна Бротон держит телефон муженька включённым и под рукой. Почему? Я позвонил, и она ответила почти сразу — секунд через пять, не больше.

— И что?

— Она сказала, что могут позвонить люди, которые пока не в курсе случившегося.

— Вполне логично, — пожал плечами Брек.

Фокс закусил нижнюю губу, затем достал телефон и набрал номер Макса Диабона.

— Макс, это Малькольм Фокс.

— Привет. Линда говорила, ты встречался с ней.

— Верно, сегодня утром. Я помог ей, чем сумел, но послушай… Один вопрос: мобильник Брогана… Он был на яхте?

— Да. Мы выжали из него всю информацию, а потом вернули жене.

Фокс уронил плечи. Он приложил ладонь ко рту и прошипел Бреку:

— Он был на яхте.

— А почему ты спрашиваешь? — спросил Диабон.

— Да так, ничего особенного, Макс, не бери в голову.

Брек щёлкал пальцами, пытаясь привлечь внимание Фокса.

— Секундочку. — Он снова закрыл трубку ладонью.

— Может, у такого, как Броган, был не один телефон? — шёпотом спросил Брек.

Мгновение Фокс переваривал это, а потом сказал в трубку:

— Макс… у тебя, случайно, не осталось номера этого мобильника?

— Подожди, сейчас гляну…

Диабон явно находился в офисе. Когда он зажал трубку между плечом и щекой, на линии раздалось шипение. Потом — клацанье по клавиатуре.

— Да, кстати, как продвигаются поиски? — спросил Фокс.

— Ни следа мерзавца, ни единой зацепки.

— Как насчёт наблюдения за вдовой?

— Подумываем об этом.

— Вряд ли такой ход станет для неё неожиданностью.

— Возможно… О, нашёл. — Диабон продиктовал номер.

— Спасибо тебе, Макс, — сказал Фокс и, закончив разговор, посмотрел на Брека. — Молодчина, — похвалил он.

— Номер не совпадает?

— Нет.

— Значит, телефон, который Бротон держит при себе, — не тот, что нашли на яхте?

— Точно.

— В то время как она утверждает обратное?

— Да.

— Может, этот вопрос лучше обсудить при личной встрече?

— Если нам удастся к ней пробиться, — задумчиво протянул Фокс.

Внезапно Брек выпрямился с испуганным видом.

— Который час? — спросил он.

— Начало второго.

Брек тихонько чертыхнулся.

— Меня ждут на Фэттс в час пятнадцать.

— Ещё можешь успеть — если не будешь переодеваться.

Брек встал на ноги и оглядел свой наряд.

— Неплохая идея, — согласился он.

— Есть ещё одна, не хуже: я поеду с тобой.

Брек уставился на него:

— Это ещё зачем?

— Надо разобраться, кому в нашем полицейском участке можно доверять.

Брек прищурился:

— Стоддарт?

Фокс пожал плечами и сунул руки в карманы.

— Но она же контролёр, — запротестовал Брек.

— Я тоже — ты что, забыл? — возразил Малькольм. — В пути можем ещё поспорить. Если ты не уверен, я могу посидеть в машине.

Так и получилось. Фокс остался в машине, но это была его собственная машина, и он сидел за рулём и слушал радио, пока Брек шагал к воротам полицейского управления. Фокс постукивал пальцами по баранке, рассеянно глядя ему вслед. Прошло пять минут. Его внимание привлёк какой-то шум. Повернувшись, он снова увидел Брека, но уже в компании. Инспектор Кэролайн Стоддарт выглядела слегка раздосадованной.

Её коллеги, Уилсон и Мэйсон, выглядывали из открытых дверей. Фокс вышел из машины, не зная, как себя вести. Брек проворно устремился вперёд и распахнул перед дамой дверцу пассажирского сиденья. Она сверлила взглядом Фокса.

— Вам двоим было сказано прекратить общение.

— Мы — непослушные мальчики, — признался Брек. Стоддарт помедлила немного и села в машину. Брек подмигнул Фоксу, прежде чем забраться на заднее сиденье. Фокс постоял, глядя на Уилсона и Мэйсона, но те развернулись и скрылись внутри здания.

— Кончайте с этой пантомимой, — произнесла Стоддарт. Фокс послушно сел обратно и закрыл дверь. — Я жду, — продолжала она. — У вас ровно пять минут.

— Пяти может не хватить, — предупредил Брек. И обратился к Фоксу: — Лучше бы нам куда-нибудь податься отсюда. Если у стен есть уши, то у окон, как пить дать, должны быть глаза.

Фокс взглянул на здание управления, счёл доводы Брека разумными и завёл мотор.

— Вы меня похищаете? — спросила Стоддарт.

— Можете выйти, где пожелаете, — заверил её Брек. — Но для нашего разговора… поверьте, это не лучшее место.

— Может, просто сделаем кружок-другой? — предложил Фокс, глядя в зеркало заднего вида. Рядом со Стоддарт он чувствовал себя немного неуютно, орудуя переключателем скоростей возле подола её юбки.

— Давай, если ты можешь одновременно рулить и говорить, — ответил Брек.

Так они и сделали. Фокс выбрал маршрут вокруг Ботанического сада и дальше, к центру города. Движение стало более оживлённым, и он говорил мало, сосредоточив внимание на дороге. Брек перехватил инициативу, и вскоре они уже миновали Лит-Уок, Ройял-Тэрис, Эббихилл[39] и устремились вниз, мимо здания парламента и дворца Холируд, прежде чем въехать в сам Холируд-парк. Вокруг озера Сент-Маргарет-лох и дальше — на дорогу с односторонним движением, обвившуюся вокруг необъятного Артурс-Сит.[40] Их обступили ландшафты затерянного мира. Ни следа цивилизации — холмы да пустоши. Поездка длилась уже почти полчаса, когда Стоддарт внезапно потребовала остановить машину.

— Не лучшее место вы выбрали, чтобы нас покинуть, — предупредил Брек. — Такси сюда не заезжают.

Она огляделась по сторонам:

— Сюда — это куда?

Фокс притормозил возле озера Дансэпи-лох. Мимо трусцой бежали двое спортсменов. Юная мамаша прогуливалась с коляской. Посреди озера высилось гнездо. Через несколько недель сюда вернутся лебеди.

— Обратная сторона Эдинбурга, — объяснил Брек, обращаясь к Стоддарт. — С радостью проведу для вас экскурсию… как-нибудь…

Вместо ответа она открыла дверь и попыталась выйти. Женщина вздрогнула, почувствовав, что её удерживают, но это был всего лишь ремень безопасности. Отстегнув его, она шагнула наружу и хлопнула дверцей.

— И что теперь? — пробормотал Брек. Фокс поймал его взгляд в зеркальце заднего вида. Голос Джейми звучал бодро и уверенно, но это была лишь видимость. На самом деле он страшно нервничал.

— Дадим ей пару минут, — посоветовал Фокс. Стоддарт стояла, скрестив руки на груди, глядя на водную гладь, расстилавшуюся перед ней, и панораму на противоположном берегу озера.

— Допустим, она пойдёт отсюда… прямиком в кабинет твоего начальника… или моего.

— Это её право.

Брек смотрел на неподвижную фигуру за окном машины.

— Она думает, мы ей лапшу на уши вешаем…

— Может, и так.

— Будто мы сговорились, с тех самых пор, как нас отстранили… И эта история — лучшее, что нам удалось сочинить! Вот о чём она сейчас думает.

— Джейми, ты понятия не имеешь, о чём она думает, — попытался урезонить его Фокс. Он так сильно сжал руль, будто пытался насмерть задушить его.

— Она предана конторе, Малькольм. Как и ты — раньше. Она не станет нарушать правила.

— Тем не менее она это уже сделала, — возразил Фокс, подождав, пока Брек уделит ему должное внимание. — Она села в машину, разве нет? Оставила своих ближайших сотрудников. В правилах конторы ничего такого нет.

— Славное замечание, — согласился Брек и с удивлением воскликнул: — Куда это она собралась?

Стоддарт неожиданно двинулась вверх по откосу, удаляясь от шоссе. Подъём давался ей нелегко, и она несколько раз поскользнулась и чуть не упала в своих туфлях, совсем не предназначенных для альпинизма. Фокс не был уверен, что в той стороне хоть что-то есть раньше Даддингстона.[41] Она остановилась на вершине откоса и посмотрела в сторону машины.

— Пошли составим леди компанию, — сказал Фокс, вынимая ключ из замка зажигания.


Кэролайн нашла большой, сухой камень, заросший мхом по бокам, и села на него. Она ссутулила плечи, держа руки на коленях. Ветер трепал её волосы. Сейчас она казалась совсем юной — девочкой-подростком, которая впервые столкнулась с несправедливостью мира и теперь обдумывает своё положение.

— Вы задали хороший вопрос, — сказала она, обращаясь к Фоксу. Он опустился на камень рядом с ней, а Брек остался стоять перед ними, одной рукой защищая лицо от ветра. — Насчёт хронологии. Время — это единственное, что действительно имеет значение.

— Единственное? — недоверчиво переспросил Брек.

— Остальные ваши доводы не имеют оснований. Однако инспектор Фокс действительно появился на нашем горизонте раньше, чем был убит Винс Фолкнер. Я и сама задавалась вопросом — почему.

— Это делает вам честь, — вставил Брек, но Фокс красноречивым взглядом велел ему заткнуться.

— Но кто-то должен был объяснить вам причину, — спокойно подсказал Малькольм.

Стоддарт покачала головой:

— Так бывает не всегда. — И, чуть помолчав, добавила: — Вы же сами знаете…

Да, он знал. Некто выше по рангу просто даёт отмашку. Они берут на себя ответственность и оформление документов, а тебе остаётся просто наблюдать и записывать. Несколько лет назад был один такой случай в английской полиции. Главный констебль заподозрил, что у одного из офицеров роман с его женой, и отдал приказ о круглосуточном наблюдении за молодым человеком. С точки зрения команды исполнителей всё было просто: бумаги в порядке, слово босса — закон.

— Кто поручил вам эту работу? — тихо спросил Фокс.

— Мой начальник, — помедлив, ответила Стоддарт. — А ему поступило ука