Все права на текст принадлежат автору: .
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Последний реанорец. Том V

Вел Павлов Последний реанорец. Том V

Глава 1. Будущее, что кроется в прошлом…

Вечно пасмурный Реанор.

Сосредоточие земель расы Реанон — Риара.

Сорок пять лет назад по Мерраввинскому летоисчислению и календарю.

Вэйрисе нравился дождь и кучевые облака. Всегда. С самого её рождения. Наверное, среди её соотечественников не найдется того, кто был бы против такого умозаключения, ведь такова была раса Реанон. Но причинной её хорошего настроения было не только это. Сегодня из годовалого похода вернулись основные ученики мастера Уартерата. Первый поток. Могущественные носители Высшей Речи. И в честь этого будет проведен турнир. Сегодня они покажут дуайенам всё, чего смогли достичь. Но даже не это было главное. Ведь сегодня вернулся он. Её будущий муж.

Поэтому с радостной улыбкой на губах девушка на всех парах мчалась к корпусу Высшей Речи, ловко минуя узкие улочки пасмурной столицы и лавируя между её жителями, которые спешили в том же направлении, что и она. Уже приближаясь к главным вратам корпуса, реанора стала свидетелем небывалого оживления и ажиотажа.

— Уже началось! — с радостной улыбкой на губах обронила Вэйриса, пытаясь протиснуться в толпе. — Он уже сражается…

— Госпожа… — за спиной внезапно раздался усталый и запыхавшийся старческий голос. — Не так быстро. Я уже не столь молод, чтобы за вами поспевать, — пожаловался её личный слуга. — Может, всё-таки не стоит вам туда идти? — в очередной раз заканючил тот, а на морщинистом лице проскользнуло еле уловимая грусть.

— Ну вот! — вдруг поникла реанора, не обращая на стенания старика никакого внимания. — Из-за тебя мы опоздали.

— Опоздали? — расплылся в грустной улыбке пожилой мужчина. — А вот это вряд ли. Надеюсь, вы не забыли из какого вы дома?

— Не-е-е-т, дядя Рант, только не снова!

Вот только мужчина был непреклонен.

Всего на миг девушке показалось, что её верный слуга мгновенно помолодел и словно стал выше, а затем вполне обычным голосом, обращаясь к впередистоящим жителям столицы, тот заговорил:

— Представительница одного из трёх правящих домов Нор-Ата здесь! Уступите дорогу!

Стоило этим словам прозвучать, как гомонящая толпа тотчас притихла и медленно обернулась и уставилась на старика и молодую реанору, а завидев её лицо, толпа народа почти моментально и безмолвно расступилась перед третьей дочерью дома Нор-Ата.

Под взглядами всех присутствующих девушка смущенно, и мимолётно кланяясь, прошагала через живую аллею разумных и, миновав как можно быстрее врата, сразу нашла себе освободившееся место прямо в главном дворе под деревом, откуда прекрасно было видно место ристалища корпуса Высшей Речи. Её же верный слуга с уважительным видом так и остался стоять за спиной, лишь его грустный образ выдавал все душевные терзания старика с головой, но что-либо сказать он так и не решился. Точнее ему не позволили.

Правда, Вэйриса уже ничего не замечала вокруг себя кроме одного единственного силуэта впереди, что был так дорог её сердцу и взору, и который стоял среди таких же, как он. Да, он не был самым могущественным носителем Высшей Речи на потоке, вот только не для неё.

— Дядя Рант! Дядя Рант! Сейчас ведь будет его очередь, да? Сейчас будет очередь Тара? — вдруг с сияющим взором тихо воскликнула реанора, теребя старика за локоть.

— Да, юная госпожа, сейчас будет его очередь, — с грустью подтвердил старик, с жалостью глядя на свою хозяйку.

— Как думаешь, он победит? — не унималась девушка.

— Посмотрим, юная госпожа, — тихо обронил пожилой мужчина, тяжело вздыхая. — По слухам старик Уартерат знатно с ним поработал. Боюсь, если все слухи правдивы, то… впрочем, вы сами всё увидите.

— Ему идёт форма корпуса… — совсем тихо прошептала реанора, не сводя пылкого взора с мужского силуэта и еще свежих рун Высшей Речи на его пальцах, руках, шее. Остальные все были под одеждой.

В тот момент, когда молодой реанорец уже был на арене, он внезапно оглянулся по сторонам, словно выискивал кого-то. И Вэйрисе, наконец-то, удалось встретиться со своим будущим супругом взглядом, вот только вместо уже знакомого ей радостного и веселого прищура, в ответ девушка получила лишь порцию отчужденного холода. Парень мазнул по ней равнодушным взглядом, а вся его душевная теплота досталась только троим. Тем, кто ожидал его у дальнего края арены и весь этот долгий год. Мужчине, который стоял с гордым видом под руку с тепло улыбающейся женщиной и маленькой девочке рядом с ними.

— Он… он… наверное меня не заметил… — с явной тревогой одними губами прошептала девушка, а сердце её невольно, но застучало быстрее.

И после её слов грусти на морщинистом лице старика стало только больше.

— Зеантар против Лирсы и Гарадраса! — громко скомандовал мастер Уартерат.

— Матерь-Бездна! Что?! Против двоих?! — вдруг возмутилась Вэйриса. — Это ведь нечестно. — Он не осилит! Они ведь могущественные носители в корпусе!

— Наблюдайте, юная госпожа, — тихо проговорил Рант. — Боюсь, что господин поторопился с выводами на его счет. За последние три месяца этот юноша многого достиг…

— О чем ты? — внезапно нахмурилась реанора, ей показались странными слова старика. — Кто поторопился? Причем тут отец?

— Мысли вслух, юная госпожа, не более. Лучше смотрите и ничего не упустите. Это может быть полезно для вашего дальнейшего развития ментального дара. Вы ведь знаете, что врата в корпусе Высшей Речи для непросвещенных отворяют лишь раз в три года.

— БОЙ! — громко выкрикнул мастер Уартерат с предвкушающей улыбкой, и барьер восьми сущностей следуя его приказу, моментально укрыл всё ристалище.

Битва носителей Высшей Речи началась в мгновение ока. Лирса и Гарадрас ничуть себя не сдерживали и быстро скооперировавшись, ударили со всей возможной силой, комбинируя в атаке свои излюбленные стихии. Гарадрас ударил ветром, смертью и тьмой. Лирса решила поразить выходца дома Ар-Ир светом, огнём, ветром и напоследок столь нелюбимой для реанорцев жизнью. А через пару вдохов в бой рванули и сами носители с обнаженной наголо сталью.

Вот только юноша не шелохнулся, даже когда слаженная и неподдающаяся оценкам мощь направилась в его сторону. Вэйриса ожидала разного. Поражения Тара или его избиение, вот только всё вышло совсем наоборот и всё увиденное повергло её в шок.

Молодой реанорец сделал лишь один шаг, за спиной его вспыхнул краткосрочный отблеск сразу нескольких стихий и слаженный натиск двух носителей Высшей Речи был мгновенно подавлен, а затем и проломлен голой силой одного юноши. А три вдоха спустя Гарадрас и Лирса уже были повержены. Они не успели даже вскрикнуть, либо сдаться, как оказались распластавшимися на холодном камне ристалища.

Выходец дома Ар-Ир был быстр и попросту неудержим. Почти так же силен как мастер Высшей Речи. Как его наставник.

После случившегося, все главы домов тотчас оказались на ногах, а мастер Уартерат лишь весело ухмыльнулся и моментально деактивировал раскинутый купол восьми стихий.

— Победитель Зеантар Ар-Ир Реанон! — громко и церемониально провозгласил с улыбкой пожилой дуайен, что оказался на ногах одним из первых. — Мой мальчик, Тар, с этой самой секунды ты мастер Высшей Речи наравне со своим наставником. И отныне тебе дозволяется носить в имени часть нашей покровительницы. Поздравляю главу дома Ар-Ир с обретением первого мастера Высшей Речи. И поздравляю тебя Зеантар Ар-Ир с этих самых пор Ор'Реанон.

— Матерь-Бездна… — неверяще и с лучезарной улыбкой на губах прошептала Вэйриса. — Дядя Рант, когда Тар успел стать настолько сильным?

— Как я и предполагал, он изменился, юная госпожа. Наставник Уартерат был прав, — тяжело вздохнул слуга. — Думаю, теперь нам лучше уйти.

— Как уйти?! — округлила глаза девушка, обернувшись к верному слуге лицом — Я хочу с ним поговорить! В конце концов, он мой будущий муж! Я его давно не видела.

— Боюсь, юная госпожа, вам не понравится услышанное, ведь ваш оте…

Но на полуслове тот оборвался, ведь за спиной девушки уже образовался силуэт теперь уже мастера Зеантара.

— Где ты здесь увидела своего будущего мужа? — с небывалым ранее холодом осведомился молодой реанорец.

Улыбка Вэйрисы померкла в мгновение ока и та с паникой обернулась к своему любимому.

— Ты… ты мой будущий муж… — с непониманием тихо откликнулась реанора, поворачиваясь бледным лицом к мужчине. — Разве… разве это не так?.. Что… что с тобой случилось? — с паникой в глазах осведомилась та.

— Она ничего не знает? — с невероятным презрением вдруг спросил парень, обращаясь к старику за её спиной.

Но в ответ Рант лишь робко покачал головой, а сам выходец дома Ар-Ир лишь брезгливо скривился на такой жест старика.

— Теперь я понимаю, какова суть дома Нор-Ата на самом деле. Дрянные предатели!

— О чем ты… Тар, я не понимаю… — с небывалым страхом в глазах запинаясь, проговорила Вэйриса.

— Для тебя я более не Тар, — холодно процедил мужчина. — Отныне я только мастер Зеантар.

И потянувшись к брачному кулону на груди, парень грубо сорвал его с шеи и в брезгливой манере бросил его под ноги девушке, чем в очередной раз нанес смертельное ранение в самое сердце, ведь его она подарила ему лично. В мгновение ока вид стал её еще более непроглядным и смертельно бледным, и та от неверия отрицательно закачала головой с ужасом в глазах.

— Нет… не может быть… я не верю… я не верю…

— А ты поверь! — выплюнул презрительно юноша, без какой-либо жалости глядя на девушку. — Полгода назад я потерял возможность обращаться к вместилищу. Как только об этом донесли твоему отцу, он практически сразу разорвал брачный договор и предательски ударил в спину дом Ар-Ир, из-за его действий пострадали и погибли мои сородичи. Пострадала моя семья. И слава Бездне, что они остались живы. Если бы не вмешательство стариков, ваш глава уже был бы трупом. Теперь я плачу вам тем же! — и подняв взгляд на старика, тот холодно произнес. — Внемли, старик, моим словам. Бездна им свидетель. Отныне дом Ар-Ир разрывает какие-либо связи с домом Нор-Ата. Это слова наших старейшин и главы. Мы не так могущественны как вы и наш дом не так велик, но мы не отбросы. Я никому не позволю вытирать ноги о мою семью. Отныне дом Ар-Ир и я лично не приду к вам во время беды! Знайте это!

Каждое слово мужчины походило на удар кинжала по сердцу девушки и, прикусив плотно губы, та лишь могла громко сглатывать и кивать. Для сына и дочери Реанора нет смертельней оскорбления, чем пострадавшие кровные родственники.

— А что касательно тебя, Вэйриса, — в голосе у мужчины отчетливо зазвучала насмешка, и тот повернулся к девушке спиной. — Если я не ошибаюсь, то твой любимый отец уже нашел для тебя более выгодную партию, и как я знаю, уже принял от них брачные дары. Гарадрас будет для тебя отличной партией, — стоило девушке услышать такое откровение, как та невольно подняла смертельно бледное лицо на Тара и испуганно расширила глаза, не смея поверить в услышанное. Но в подтверждении слов юноши, старик лишь утвердительно и нехотя кивнул. — Как понимаю, ты и этого не знала. Глупая ты… — чуть смягчившимся тоном произнес Зеантар, глубоко вдохнув. — В таком случае в память о наших прошлых днях, если тебе понадобиться помощь, то я приду, но лишь единожды. И если только она понадобиться лично тебе. Знай это…

Вэйриса еще силилась, что-то сказать молодому человеку в спину, даже желала попросить у него прощения, но попросту не могла этого сделать. Не имела права. У неё не поворачивался язык на подобное. Ведь Тар и без того был к ней невероятно щедр. Даже после всего, что сотворил её дом с его семьей и домом. А стоило силуэту мужчины затеряться в толпе, бледная и потерянная девушка медленно обернулась, и под грустным взглядом верного слуги спотыкаясь и еле передвигая ногами, побрела к выходу. От лучезарной улыбки прекрасной реаноры не осталось и следа, а в душе образовалась пустота и зияющая рана, которая так и не смогла исчезнуть до последнего её вдоха.

***

Вечно пасмурный Реанор.

Сосредоточие земель расы Реанон — окраина Риары.

Сорок один год назад по Мерраввинскому летоисчислению и календарю.

Год после начала Реанорской охоты…

На руинах некогда великого дома Нор-Ата.

— Вот значит как… — тихо прошептал залитый кровью с ног до головы мужчина, гулко сглатывая, и с бесцельным взором глядя на дымящиеся развалины и повсеместную разруху. — Опять опоздал, да? Глупая ты… и почему сразу меня не оповестила?!.. — и не удержавшись на ногах, мужчина медленно осел на колени прямо посреди десятков тел людских охотников, что прибыли по его следу и совсем тихо и почти беззвучно заскулил. — Прости меня, Вэйриса! Прости! Я не успел! Я глупец! Опять не успел! Мой дом, мои близкие, а теперь еще и ты!.. Прости! Никого не смог сберечь…

Вот только мёртвые не слышат живых, но голос последнего реанорца еще долгое время звучал по округе и в сплошной тьме, что окутывала всё пространство девичьего сна.

***

Одна из наземных цитаделей.

Сосредоточие земель тёмных альвов — Алласа.

Тридцать пять лет назад по Мерраввинскому летоисчислению и календарю.

Семь лет после начала Реанорской охоты…

Из непроглядной тьмы сна вновь предстал уже виденный ранее мужчина, но декорации были уже совсем иные. Бессменным осталось одно. Лишь кровь и смерть. Но крови стало еще больше. Алая и еще тёплая жидкость лилась ручьем повсюду, куда не кинь взгляд. Сотни, если не тысячи сваленных вповалку тел тёмных альвов и людских охотников украшали некогда живописные равнины Алласы, но теперь кроме огненной пустоши, рек крови и разрушенного, а также догорающего вдалеке города альвов более не было ничего.

Вот только и сам мужчина изменился до неузнаваемости. Сейчас он был лишь тенью себя прошлого. Бледное почти каменное лицо с несколькими шрамами на лбу и щеке. Стекающая по телу еще свежая кровь. Безэмоциональный и отчужденный образ. И равнодушный взгляд.

И прямо на глазах у неподвижного стоящего мужчина из кусков плоти, мяса и разлитой по округе крови стал медленно формироваться силуэт женщины.

— ТЫ ПОКОЙНИК, ЖНЕЦ БЕЗДНЫ! ПОКОЙНИК! — ярился и кричал кровавый силуэт. — ТЫ ПРОГНЕВИЛ ВСЕХ БОГОВ! ВСЕХ! ТЫ ПРОГНЕВИЛ МЕНЯ! ТЫ ПРОГНЕВИЛ ВЕСЬ МИР! ЗА ТОБОЙ ОХОТЯТСЯ ПОВСЮДУ! ВСЕ ЗЕМЛИ МЕРРАВВИНА ЖЕЛАЕТ ТВОЕЙ КРОВИ! РАНО ИЛИ ПОЗДНО ТЫ ПАДЕШЬ! ПАДЕШЬ! ТЫ ПОСЛЕДНИЙ! ПОСЛЕДНИЙ! ДУМАЕШЬ, БЕЗДНА ТЕБЯ СПАСЁТ?! ОНА БЕССИЛЬНА! БЕССИЛЬНА!

— Трепещи Ракуима! Какая честь. Ты наоралась, крикливая тварь?!.. — тихо поинтересовался мужчина, равнодушно глядя на женский стан из крови и плоти. — А теперь захлопни пасть, Хаарса. Вы не боги! По крайней мере, не мои. Оглянись вокруг, дура, и повтори свои слова вновь. Сейчас ты не более чем истеричная сука, что прибежала поплакаться своему обидчику. Даже если я и погибну, то уйду на своих правилах. Ты и тебе подобные вкусили лишь часть того, что сотворили твои последователи, твои так называемые боги и наши развращенные дуайены. Ныне вы пожинаете то, что посеяли. А этот случай считай моей личной тебе местью за уничтожение дома Нор-Ата и Ар-Ир, — и обернувшись спиной к проекции богини, мужчина побрел прочь переступая через один труп тёмного альва, а после через другой.

— ЛИКУЙ, ПОКА МОЖЕШЬ, ЛИНЧЕВАТЕЛЬ! ОСТАЛОСЬ ТЕБЕ НЕДОЛГО! ТЫ ПРОГНЕВИЛ ТЕХ, КОГО НЕ СЛЕДОВАЛО ЗЛИТЬ!

— Да-да! Гавкай дальше! — отмахнулся реанорец, даже и не думая оборачиваться. — Тогда пришли еще своих последователей. Ведь этот сброд меня даже не развлёк. К тому же передай своим дружкам и их подчиненным, что они следующие. Я залью кровью все города и цитадели, до которых только смогу добраться. Разрушу каждый ваш храм, который только увижу. И уже после вы сможете понять, какова цена за истребление моей расы и что будет с теми, кто посмеет прогневить мою покровительницу. Если бы я мог, я бы и до вас добрался, а так, увы. Поэтому до следующей встречи, склочное ты исчадие. Аре кате ла тийз нор ам эс фэр…

Непроглядная тьма вновь заволокла всю образовавшуюся сцену. И то, что смогла увидеть девушка, повергло её в шок, трепет и тихий ужас. Столько крови. Столько смертей. Столько отнятых жизней. Ничего подобного она не видела никогда. Ни одна известная ей война не сравниться с подобным кровопролитием и жестокостью.

Но почему имя этого мужчины кажется ей настолько знакомым?

А в следующий миг, ей показалось, что кто-то слегка коснулся её лица, отчего та испугалась еще сильнее, но ужас её лишь возрос, когда она услышала заинтересованный и насмешливый женский голос.

— Ну и? Насмотрелась? Как он тебе? Если честно, то я удивлена. Ты весьма одарена и мастеровита для мага разума. Возможно, даже пригодишься мне в будущем…

От услышанного залитая потом девушка открыла резко и почти мгновенно глаза, вот только объятия тьмы и ужаса так и не отпускали её до самого конца, и ей казалось, что непроглядный силуэт женщины преследует её до сих пор.

Лишь минуту спустя она смогла осознать, что находиться в своей постели и в собственных царских покоях, а всё увиденное было лишь жутким кошмаром.

— Зеантар, Вэйриса, реанорцы, тёмные альвы… — тихо и с заметной отдышкой прошептала себе под нос Виктория. — Странно, но почему имя мужчины и его образ мне так сильно кого-то напоминают?

Глава 2. Двойное эхо прошлого…

Второе кольцо. Москва.

Арендованная резиденция столпа империи Лазарева.

Три недели спустя…

Скукота. Невероятная скукотища. Нет, наставники более чем образованные люди, вот только от этого ни холодно, ни жарко. Мне всё это попросту не нужно. Иная суть. Ничего нового я для себя не почерпнул, если только определенные нюансы. Всё-таки людская специфика и реанорская — это две противоположности. Люди обращаются за силой к стихии, реанорцы приказывают и в какой-то мере принуждают.

Но вынужден был признать, что в избиении внука императора было нечто такое, что могло потешить моё непомерно раздутое эго. К тому же с разрешение его дядьки и моего наставника Мирослава это становилось еще приятнее.

Как бы то ни было, но сын канцлера более чем оправдывал свой авторитет в империи. Архимагистр третьей степени и младший сконатель в среднем возрасте. Столп империи и именитый изгои, а ещё ему было лишь под сорок. В общем, наставник мне достался более чем царский.

Трубецкой же был более приземленным мужиком и самым младшим из моих преподавателей. Ему было чуть за тридцать. А с тем учетом, что тот фонтанировал просто запредельной жизнерадостностью, то тянул он всего-то лет на двадцать пять. Да, Максим не мог похвастаться наличием магии, но меня удивляло то, что к своим годам, а ведь он только недавно вступил в среднее поколение, тот уже был старшим сконателем с первым спектром. И тут в свою очередь я должен отдать должное методике обучения его рода. Мой наставник по духовной силе знал более тридцати различных техник. В общем, в плане воинского дела Трубецкой был своеобразным гением, и звание главы «Талых» он заслужил по праву.

И самым смурным и загадочным, как ни странно, был Потёмкин из побочной ветви. Извечно тёмные одежды и задумчивое выражение лица. Архимагистр второй степени. Но уже после первой встречи, я более чем оценил его магические способности и потенциал, а главное знания. Для людского понимания они были на высшем уровне. Как по мне даже Мерраввинским замшелым пенькам и некоторым верховным демонам этот задумчивый мужик мог бы спокойно утереть нос в плане магический силы, особенно в стихии тьмы. Ведь именно этот человек был тем, кто приложил свою руку к обучению большинства Потёмкиных и имел солидный вес в академии Петра. Прасковья же своего двоюродного дядьку почти что обожествляла. Но со слов всё той же Куни, до светлого князя ему было еще ой как далеко.

Само собой после случая с Заболоцким я получил более чем суровый выговор от императора. Он грозился даже сослать меня куда-нибудь на границу гонять тамошних злоумышленников, но меня спасло то, что Всеволод всё-таки умудрился договориться с Фридрихом по поводу схватки с Юстаном. Поэтому дело с поверенным княгини быстро замяли, князю Ефанову намекнули, что лучше не распространяться о случившемся, к тому же за разрушенную усадьбу денег ему выплатили сполна. Так что наша игра в шахматы с Ховриной закончилось моей безоговорочной победой. И по этой самой причине все слухи были подавлены в зародыше. Так что столица жила своей обыденной и почти спокойной жизнью. Но это если не считать приближающегося столпового магинария, чтоб ему пусто стало. Сучья кровь! По слухам данный мордобой весьма масштабное событие среди молодого поколения уникумов со всего мира. Вот где ставки заоблачные и прямо-таки императорского размаха, а гений погоняет гения.

Правда, могли ведь просто дать мне спокойно прирезать Нассау и всего делов, но Всеволод всё-таки схитрил. Да и Фридрих я думаю, тоже не пальцем деланный. Похоже, каждый старается на благо своей империи и всё в этом духе. Видимо, на столповом магинарии не обойдется без занятных интриг и интересных эксцессов.

Радовало лишь то, что дела моего корпуса, точнее фирмы, медленно, но верно набирали ход, и открытие было уже не за горами. Да и к постройке квартала альвов всё готовилось ударными темпами, а основное строительство начнется лишь с весны. Но самое важное было в ином. Завтра Вадим и Лёня должны будут привести в Москву Кертайса и Калиру на встречу с императором. Так что деньки перед так называемым Новым годом выдадутся более чем насыщенные, а уже после этого я и Ростислав и еще неназванный круг лиц отправимся в Вену. А вот сам Юстан после того, как узнал о договоре между императорами, на следующий день укатил обратно в Пруссию. Так что этого кухаркиного сына я более не видел.

Так что прошедшие три недели в обществе Потёмкиной, Трубецкой, Ростислава и наставников были чем-то наподобие передышки и отдыха.

А разочаровывал покамест только один факт. Хельга так и не дала мне своего ответа и до сих пор молчала. Но был еще один момент, что вводил меня в ступор. Смущало поведение великой княжны. Слишком странно та вела себя в последнее две недели. Как-будто та над чем-то постоянно размышляла. Либо надвигающееся прибытие альвов её так напрягало, либо было что-то еще, о чем я был не в курсе. Лишь косые взгляды магини жизни меня изрядно нервировали. Вот тебе и интерес великой княжны, который медленно выползает боком.

— Ростислав, не маши руками как мельницей! — сухо прикрикнул на него Мирослав, приложив деревянным шестом племянника по спине и рукам, отчего тот невольно скривился. — Ты не представитель древнего клана и не тайный шинобы. Оставь эти лишние телодвижения для них. Тебе это ни к чему. Коснись силы напрямую и в то же время не дай духу заполонить всю свою суть своих каналов. Держи их в балансе. Чем выше будет контроль, тем концентрированней будет твоя сила.

Да. Сегодня была очередь Мирослава.

Данным медитативным упражнением внук императора занимался уже второй час кряду. Я же со скукой лежа на сугробе лишь наблюдал за происходящим.

— А почему Захар его не делает? — вдруг возмутился парень.

— Потому как ему это уже не нужно. У него с этим всё в порядке. У тебя же этот пункт хромает на обе ноги. За три недели ты даже царапины на нём не оставил.

— Так он архимаг! — кисло отозвался уникум.

— Протестую, — лениво заговорил я. — Мой ранг магистр. Максимум первая степень.

— И не стыдно тебе врать своему другу, да еще и будущему императору? — скривился вдруг деланно Романов.

— Ничуть. В этот раз, как и в прошлый, меня спасла гемомантия, — соврал тотчас я, не моргнув глазом.

— И как же вы ею воспользовались, граф? — подала голос до сих пор молчавшая Виктория, оторвавшись от чтения какого-то свитка, между делом изучая меня пристальным взглядом.

Чтоб тебя тавтонский жеребец лягнул! Неужели настолько необходимо было встревать? Знала бы Бездна, насколько она мне надоела. Эта въедливая магичка уже третью неделю приезжает в моё арендованное имение вместе с братом и постоянно умничает.

— Спонтанно, ваше высочество, — миролюбиво усмехнулся я великой княжне. — До конца я этот процесс не контролирую.

— Так может, потренируетесь? — хитро прищурилась девушка, откладывая в сторону свиток и резво поднимаясь на ноги.

— Виктория, держи себя в руках, у всех есть свои тайны. Мы ничуть не лучше остальных. Если это не угрожает империи, то априори дозволяется. За Захаром ничего подобного не обнаружили, так что успокойся… — вдруг подал голос Мирослав, ведь он и Ростислав уже некоторое время с интересом наблюдали за нашей пикировкой, отвлекшись от своих занятий.

— Всё в порядке, Мирослав Петрович, — благодарно кивнул я сыну канцлера. — На что вы намекаете, ваше высочество? — сухо осведомился я.

— Как насчет небольшого спарринга?

Стоило прозвучать знакомому слову, как улыбка Ростислава стал шире некуда и тот радостно закивал.

— Поддерживаю, не одному же мне получать по ше… Ай! Дядя! Я же ничего не сделал!

— Сделал и за это получил, — тихо отозвался изгой, приложив племянника по спине еще пару раз. — Для тебя я сейчас не дядя, а наставник, либо же Мирослав Петрович.

Всё же нравилась мне такая манера поведения этого столпа империи. Было заметно, что странствие по стигмам и пятнам оставили на нём свой отпечаток. Сейчас он более изгой, чем сын канцлера, а уж в последнюю очередь Романов.

— Так что скажете, граф? — лукаво отозвалась девушка, с улыбкой наблюдая за избиением брата. — Со мной вы и попытаетесь воспользоваться своей гемомантией.

Трепещи Ракуима! До чего же приставучая! Похоже, я смог найти девицу въедливей Тулаевой. Интересно, получится ли выдать постулат частично за технику гемомантии? Видимо, сейчас и узнаем.

— Если её высочество этого желает, то почему бы и нет, — поклонился я великой княжне, соскальзывая с насиженного сугроба и подхватывая со снега портупею с ножнами, в которых дожидались своего часа иглы и джады.

— Ха-ха! Вот это по-наше… Ай! Дядя!..

— Мирослав Петрович, поработаете судьей?

— Без проблем, — кивнул сухо мужик, а после всё же предупредил. — Но контролируй себя. Возможно, Ростислав в чем-то прав. Для Виктории это будет полезно.

— Всенепременно, — серьезно сообщил ему я.

Минуту спустя мы с Романовой уже стояли метрах в пяти друг напротив друга на тренировочной площадке, а защитный купол медленно стал сходиться над нашими головами.

Легкий обтягивающий тренировочный костюм. Туго заплетённая коса. Серьезное выражение лица и рапира в правой руке. Именно в таком боевом облачении предстала Виктория.

— Граф, прежде чем мы начнем, я хотела бы кое-что спросить. Вы позволите?

— Не вижу причин отказывать, ваше высочество, — расслабленно отозвался я.

— А откуда пошло такое прозвище, как «Зеантар»? — вдруг полюбопытствовала та.

Что за бред? Почему моё чутьё чувствует подвох?

— Его дали мне в приюте на третьем кольце.

— Но почему именно такое? — продолжала свой допрос Романова, медленно обходя меня по кругу, подобно бывалой хищнице.

— Дети. Кроме фантазии у нас ничего не было, — солгал я со слабой улыбкой на губах.

— Значит дети и фантазия, — задумчиво повторила за мной великая княжна, а в следующий миг секундная рассеянность сменилась волевой решительностью. — В таком случае защищайся… — а в следующий миг я услышал обращение, которое никогда уже не рассчитывал услышать. В душе невольно пробил предательский ритм, но вот на лице не дрогнул ни один мускул. — …Тар.

Что за дерьмо здесь творится?!. Откуда она знает?.. Не хочется этого признавать, но мне не нравится происходящее.

Аура Виктории мгновенно вспыхнула ярко-изумрудным блеском, и в тот же миг девушка ловко атаковала меня из нижней стойки. Движения были выверенными и отработанными до безупречности. Да и суть магов жизни давала о себе знать. У целителей нет боевых техник и заклинаний. Жизни претит смерть. Вот только порой проще встретиться со смертью, чем ощутить на своей шкуре магию исцеления враждебной целительницы.

Да, у них нет боевых атакующих техник, но их сила такова, что может влиять на собственное тело. Именно этим Романова и воспользовалась. Девушка постоянно усиляла саму себя.

А манера боя была ей под стать. Резкая, стремительная и молниеносная. Она умела пользоваться рапирой. И навыки её были на весьма хорошем уровне. Хоть и не на таком, как у Прасковьи.

Правда, для меня наш спарринг были сродни схватки с ребенком. Реанорский взгляд спокойно отслеживал все движения и акробатические выверты, а джады действовали согласно приказам хозяина и в самые последние мгновения отводили в сторону любые выпады рапиры. С начала нашей дуэли я так и не шелохнулся с места, а в мыслях продолжали витать последние слова Романовой.

Нежели эта… жизнючка что-то знает?! Я где-то просчитался? Она что-то смогла откопать? Нет. Она не могла. Слишком слаба. Здесь что-то другое. Или всё-таки не слаба? Я ослабил бдительность? Бездна, вот же дрянь!

— Сестра, поднажми! У тебя почти получилось! — вдруг заголосил до безумия довольный Ростислав, наблюдая за тщетными потугами девушки пробить мою защиту. — Того гляди Захар сделает еще пару лишних шаг… Ай! Дядя! Я ведь её подбадриваю! — тотчас возмутился цесаревич на удар шеста Мирослава, но под взглядом дядьки моментально заткнулся и притих.

Если она что-то знает, либо подозревает, то эта девка опасна для меня. По-хорошему от неё проще избавиться. Но в моей ситуации это попросту невозможно. Даже устроить несчастный случай не получится. Весьма невыгодная позиция. Хотя ничего непоправимого пока не произошло. Что ж, ладно. Значит, выберем иную стратегию. Самую простую, но действенную.

И на губах самопроизвольно заиграла злорадная ухмылка.

Я ведь вроде как гемомант, так ведь?

Джад в очередной раз ловко соскользнул по рапире великой княжны и промчался в сантиметре от её лица, но страха в глазах у Виктории не было, лишь очевидное удивление и… довольство?!

Она мазохистка? Нашла коса на камень, твою мать!

Постулат реанорского берсерка…

Вот вам и подобие гемомантии.

Аура резко всколыхнулась волной силы, а в воздухе явственно запахло железом. И сейчас все выпады девушки более напоминали танец сонной мухи. Настолько она казалась мне медленной.

Пора заканчивать эти игры. Сделаю ей небольшой подарок.

Рапира уже на всей скорости неслось мне в горло, но хватило одного рывка и шага навстречу, чтобы Виктория приложилась на всей скорости своей головой о мою грудь, а кромка лезвия её рапиры чиркнула меня вскользь по шее. Правда, джад уже в это время был у неё сзади и аккуратно постукивал спиральным клинком по тонкому стану великой княжны.

Но в следующий миг Виктория сделала нечто странное, выпустила из рук рапиру, и плотно прижавшись ко мне, прошептала мне на ухо лишь одно слово. Точнее имя. Имя, которое тяжелым грузом лежит на моей душе много лет спустя наравне с именами моих близких.

— Вэйриса…

Что за?..

— О чем вы, ваше высочество? — нахмурился наиграно я, пока в душе в это время уже бесчинствовала буря.

— Мне сняться сны. Очень часто сняться сны, — вдруг зашептала девушка, и в её эмоциях я не уследил ни капли лжи. — Поэтому нам нужно о многом поговорить с вами, граф. Но сделаем мы это уже после вашей поездки в Вену. Мне нужно многое обдумать. Договорились?

— Не понимаю, о чем вы, ваше высочество, но если вы желаете, я совсем не прочь побеседовать, — кивнул утвердительно я, мгновенно отстраняясь от девушки и быстро беря свои эмоции под контроль.

Она что-то знает. И что еще за сраные сны? И как много она видела? Надеюсь, это не то, о чем я думаю.

— Как и предполагалось, победил Захар, — злорадно потирая ладони и весело скалясь, изрёк Ростислав, медленно направляясь к нам навстречу, когда купол испарился.

— Нет, вовсе нет, — отрицательно покачал я головой и медленно мазнул пальцами по шее, а после с улыбкой указал парню пару капель крови, на лице же Мирослава в это время уже блуждала понимающая ухмылка. — Я проиграл.

Причем дважды. Разрази меня Бездна!

— Ты издеваешься?! — нахохлился моментально цесаревич, завидев кровь. — Ты поддался моей сестре? Что за подстава?!

— В отличие от тебя, братик, у графа есть чувство достоинства и уважения к дамам, — пожурила Виктория парня, а после с улыбкой повернулась ко мне. — Спасибо тебе, Захар. Мне понравилась наша схватка. Как-нибудь повторим.

Это странно. Очень странно. Ведь я не могу понять, будет от неё вред или же нет.

Но от нужной мысли меня вдруг отвлёк голос Терентия, который пожаловал прямо на тренировочную площадку.

— Я прошу прощения за свою дерзость, ваши высочества, — как можно ниже поклонился дворецкий трём Романовым, а после скосил на меня взор. — Ваше сиятельство, к вам пожаловали гости.

Трепещи Ракуима! Кого там нелёгкая принесла? Терентий бы не стал отвлекать меня от дел, а Алиша и Прасковья здесь чувствуют себя как дома. Даже не спрашивают моего разрешения.

— Что за гости? — полюбопытствовал я, забрасывая джады в ножны.

— Графиня Острожская в обществе некой дамы, что представилась… вашей матерью.

Чтоб я сдох! Вот же суккубья кровь, чего она-то забыла вдали от Царицина? И какая еще мать?! Ох, Бездна, да что за день-то сегодня такой?..

Глава 3. "Семейные" посиделки с подвохом…

Настроение было ни к черту, но как бы то ни было приходилось себя сдерживать перед троицей отбывающих восвояси Романовых. Конечно, ничего непоправимого еще не произошло, но намечается весьма дерьмовая тенденция.

В целом на Острожскую и мою якобы мамашу было плевать, подождут. А вот осведомлённость Виктории изрядно напрягала, но она сама проговорилась о том, что видит подобное во снах. Само собой, это упрощало и в тоже время усложняло данную ситуацию. Вариантов было несколько.

Первое, происходит нечто за гранью моего понимания, то, что невозможно объяснить, а за годы, прожитые в Мерраввине, я повидал всякое.

Второе, и самое правдоподобное это дел рук самой Романовой. Она честно призналась, что заинтересована во мне. Именно эта зацикленность могла сыграть с ней и мной злую шутку. Ведь она магиня жизни с редким на Земле даром менталиста. И, похоже, не слабым даром. Её дар магии разума помог увидеть то, что скрыто во мне и моей личности. Вот только действует подобная методика иным образом, а не через сны, но есть шанс того, что девушка пошла дальше и видит гораздо больше.

Третий вариант самый… невероятный. Вэйриса. Вэйриса Нор-Ата тоже была магиней разума. Причем весьма могущественной, хоть и погибла она в довольно молодом возрасте. А те, кто был повинен в её смерти, были беспощадно уничтожены моими руками в далёком прошлом. Вот только до самой моей кончины была та, кто ненавидел меня более остальных. Точнее меня ненавидели все. Но Хаарса была в первом эшелоне. Склочная и до безумия мстительная тварь. Ведь во времена реанорской охоты я под корень попытался вырезать её насквозь прогнившее племя. Зуб за зуб. Жизнь за жизнь. Кровь за кровь. Именно её последователи уничтожили дом Ар-Ир и Нор-Ата.

Всё очень странно и очень запутанно. Радует лишь то, что Виктория считает это снами и не настроена враждебно. В её эмоциях я лишь успел уловить непонимание, удивление и просто запредельное количество интереса. Но слава Бездне, что сновидения можно интерпретировать по-разному и главное есть время. На этом и сыграю. Её любопытство будет мне на руку.

Правда, если к вечеру сегодняшнего дня произойдет еще какая-либо неожиданность или неприятность, то я за себя не ручаюсь. Терпение никогда не было моей сильной стороной.

Кортеж Романовых только-только успел скрыться на заснеженном горизонте, как я без каких-либо раздумий, прямо в тренировочных одеяниях уже направился в гостиную имения. Плевать на этикет и всё сопутствующее.

— Сейчас поглядим, что это еще за «мать» так называемая, и что задумала Царицынская жизнючка ублажающая безутешных вдов по всей империи, и каким это попутным ветром её занесло именно ко мне, — шепотом пробормотал я себе под нос, держа путь в необходимом направлении.

Бездна, а ведь только недавно разобрался с одними родственными связями, как объявились еще одни.

— Ваше преблагородие, купальня готова, — тихо обронил дворецкий, стоило мне пожаловать внутрь усадьбы.

Исполнительный он всё-таки мужик. Нравится мне это. Не зря я запросил именно его и всю прошлую прислугу со сгоревшего имения Ефанова.

— Не в этот раз, Терентий. Гостьи незваные и в таком случае потерпят, — отмахнулся я.

— Тогда они ожидают вас в гостиной, — учтиво отозвался слуга. — Изволите чего?

— Всё, как и всегда.

— Травяной чай на малиново-яблочной настойке, — вновь кивнул с явным довольством дворецкий. — Будет исполнено.

Говорю же, умный мужик. Чем-то напоминает Савелия. Может они родственники?

Несколько секунд спустя рука моя легонько легла на гладкую поверхность двустворчатых дверей гостиной, и уже своей излюбленной ленивой походкой пришлось прошествовать внутрь.

Первое, что бросилось в глаза это невероятно нервная женщина лет тридцати-пяти с весьма приятными чертами лица, и которая с заметной паникой не находила себе места и вышагивала из угла в угол. И либо я совсем выжил из ума, либо это было на самом деле так, но мой реанорский взор почти сразу уловил явное сходство с прошлым образом Захара. Завидев же меня та, словно оторопела и испуганно сглотнув, перевела свои затравленные глаза на вполне расслабленную Острожскую, которая наблюдала за всем со слабой, но удовлетворенной улыбкой на губах.

Вот уж кто не изменилась и осталась всё той же.

Суккубья кровь. Зуб даю, её родичами были вьеры с кровью суккуб. Причем самые отпетые её представительницы. Портовые.

— Рада вас приветствовать, ваше преблагородие, — обольстительно улыбнувшись, поприветствовала меня целительница, встав с насиженного места и чинно мне поклонившись, вот только её озорной взгляд так и продолжал блуждать по моему равнодушному лицу. — Молва не врала, Захар Александрович. Вы действительно кардинально переменились с нашей последней встречи.

— Дамы, моё почтение, — следуя этикету, мягко поприветствовал я обеих женщин, умостив свой реанорский зад на одно из свободных кресел напротив них, а после решил включить философа. — Всё идёт, всё меняется, Юлия Романовна. Не сочтите за грубость, но какими судьбами? И позвольте узнать, кто ваша спутница, которая посмела представиться моей матерью?

После моих слов незнакомка резко вздрогнула, и глубоко вдохнув, та присела рядом с Острожской, вот только встретиться со мной глазами так и не решилась.

— О, прошу простить меня, ваше преблагородие, за свою фривольность. Это моих рук дело, — с улыбкой оповестила меня жизнючка. — Я не удержалась.

— Мы… мы зря сюда приехали, — невнятно и совсем тихо прошептала женщина. — Я… зря сюда приехала…

— София, где твоя дворянская выдержка? — вдруг вспыхнула Острожская праведным гневом.

— Я опальная…

София, значит.

— Дамы, всё это до безобразия интересно, но может, вы всё-таки потрудитесь объяснить, в чем дело? — с ленцой заметил я. — Для чего вы здесь?

Но миг спустя разговоры прекратились, так как в полог тишины пожаловал Терентий с подносом чая.

— В таком случае будем честны друг с другом, граф, — вдруг плотоядно ухмыльнулся Острожская, когда дверь за дворецким закрылась. — Понимаете, ваши молниеносные достижения в Царицыне поставили мой разум в тупик еще при нашей первой встрече. И так уж вышло, что вы меня и заинтересовали.

Что-то прямо-таки нездоровая тенденция на интерес к моей персоне намечается. Мне и каждодневных приглашений в салоны и на приёмы от знати с головой хватает.

— Знаете, Захар Александрович, в наше время весьма сложно достичь таких ошеломительных высот, которых достигли вы к своему возрасту без сильной крови. По этой самой причине в меру своего любопытства я кое-что заподозрила и просто стала искать. Вы и представить себе не можете, граф, на что способны вдовствующие дамы по всей империи. Но так уж вышло, что вы пошли дальше и не остановились на достигнутом, и в очередной раз ошеломили общественность и знать государства до дрожи в поджилках, — с широкой улыбкой стала говорить целительница. — Столп империи в столь юном возрасте. И как понимаете, мои догадки оправдались. Вы оказались внебрачным сыном главы боярского рода. А я же в свою очередь продолжила поиск. Так уж вышло, что князь Осокин в юности вёл разгульный образ жизни, но даже так мои поиски были сложны и тернисты. Если у человека есть отец, то должна быть и мать. Само собой, если она жива. И да, ваше преблагородие, буду честна, я знала о многих выкрутасах Анастасии. Вынуждена согласиться. Ховрины и она сама получили по заслугам. К тому же, мне также известно о ваших самых последних достижениях. Сразиться с четырьмя архимагами будучи магистром и выйти победителем из схватки это будоражит воображение, граф… — прикусив сексуально губки возбуждающе проговорила Острожская. — Даже моё. Страшно представить, что будет, если об это узнает дворянское общество и общественность. Мне уже интересно, какова выстроится к вам очередь из глав родов с предложением брака?

Так-так-так. Она много знает. Очень много. Да просто дохрена! Но, похоже, я догадываюсь, откуда растут ноги.

— Юля, держи себя в руках… — чуть нахмурившись, повысила голос её спутница, осадив тем самым размечтавшуюся целительницу.

— Ох! Прошу прощения! Мечты-мечты! — улыбнулась та, быстро придя в себя. — Так вот Захар Александрович, как я и говорила ранее, вдовствующие представительницы империи знают много, а кто ищет, тот всегда найдет. И теперь я хочу вам представить Разумовскую Софию Сергеевну. Опальную дворянку. Род Разумовских находиться под забвением лет восемьдесят почитай. А еще, ваше преблагородие, — и тут улыбка жизнючки стала шире некуда. — Она ваша мать.

— Хватит, Юля, я… я не достойна называться матерью, — еле слышно прошептала та. — Я трусиха и… предательница.

Ох, Бездна, не будь я в паршивом настроении, то встал бы и похлопал. История вышла занимательной, но… правдивой. Острожская не солгала. Только сути дела это не меняет.

— Всё это очень интересно, Юлия Романовна, — с ленцой проговорил я, внимательно наблюдая за ними. — Но неужели вы думали, что приведя эту женщину сюда что-то измениться? Разве я похож на того, кто ищет родственные связи? Случай на дуэли с Андреем Осокиным должен был поставить точку в происходящем. Я сирота. Сиротой и останусь.

Стоило мне договорить, как руки Разумовской резко задрожали, пальцы стиснулись, а сама та невольно прикусила губы и опустила свой взгляд в пол.

— Говорила же тебе… что так и будет, — хрипло произнесла София, а после, кое-как поднявшись на ноги, низко мне поклонилась. — Прошу прощения у вашего сиятельства, что отняли время… мы… мы немедленно уйдем. Простите нас, мы не хотели вас оскорбить.

— Сядь на место, София, — чуть повысив тон, заявила Острожская, дёрнув спутницу за руку, и следом перевела взгляд на меня. — Я еще не договорила. Разве вам не хочется узнать, почему вас бросили, и где ваша мать была всё это время?

— Если честно, то не очень, но как понимаю, вы хотите меня просветить? — усмехнулся я. — Но сперва ответьте на один вопрос. Для чего всё это? И зачем это лично вам?

— Я весьма любознательна, граф, и всегда добиваюсь ответов на свои вопросы, — расплылась в улыбке магиня, дав не менее расплывчатый ответ.

— Для чего это ей? — указал я пальцем на Разумовскую.

— Думаю, вы осознаете, что София не желала приезжать, ведь ей стыдно, а еще… — и та скосила взгляд на свою спутницу.

— Я… я хотела попросить у тебя прощения… за всё, что с тобой случилось… — гулко сглатывая, призналась женщина.

Надо же. Не врёт. Ох, Бездна, ну что за мыльная опера?.. Стоп! Это же можно использовать. Её появление мне только на руку! Если она будет моей якобы матерью, то это может развеять сомнения Романовой по поводу моего происхождения. Отец это отец, а вот мать совсем другое дело. В этом что-то есть. Только зуб даю, что Острожская действует в своих интересах.

— Как вы и просили, графиня, отвечу также честно. София Сергеевна, признаюсь вам, что никакой обиды на вас я не таю и не нужно просить прощения мы по факту чужие друг другу люди.

Да и в целом мне плевать.

— Что было, то прошло. Касательно правды, то княгиня Ховрина меня уже о многом просветила, об остальном догадаться несложно. Вам грозила опасность. После вам пришлось покинуть империю. Вы сделали то, что посчитали нужным. Осокин тоже хорош, но с ним мы уже разрешили наши дрязги. Правда, из-за своей глупости он еще и лишился своего сына в процессе, но виноват он сам. Поэтому между нами нет никаких обид. Можете расслабиться.

— Я… я правда не хотела… тебя бросать… — запинаясь стала говорить Разумовская. — Но мне пришлось… твой отец… — но заметив моё дернувшееся веко, быстро исправилась. — Владимир… он лишь действовал в своих интересах… а я была просто глупой и наивной дурой. Прости… я правда не хотела… тебя бросать, — под конец признания голос её дрогнул, а из глаз брызнули слёзы.

И именно в такой ситуации нас и застал вошедший в гостиную дворецкий.

Терентий, только не опять, прошу.

— Ваша светлость, я прошу прощения за вторжение, но к вам… посетители. Снова.

— Кто на этот раз? — закатывая глаза, осведомился я.

— Князь Осокин, ваше преблагородие.

От услышанного Софья испуганно дернулась и сглотнула, а Острожская лишь расплылась в предвкушающей улыбке и стала наблюдать за моей реакцией.

Чтоб меня херувимы на свои копья света вознесли! Да вы издеваетесь надо мной. Но узнал он о прибытие Разумовской весьма быстро. Служба безопасности ест свой хлеб не зря.

— А сопроводи-ка его сюда, Терентий. У нас сегодня оказывается «семейные» посиделки, — хохотнул я.

— Будет исполнено, ваше преблагородие.

Шаги Осокина я смог услышать в холле минуту спустя и в гостиную он ворвался подобно вихрю или же молнии, а завидев Разумовскую, невольно нахмурился и перевел взгляд с неё и на довольную жизнью Острожскую.

— Ну, здравствуй, София, давно не виделись… — сухо обратился к ней князь. — С тех самых пор, как ты сбежала. ...



Все права на текст принадлежат автору: .
Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.
Последний реанорец. Том V